Бегущая в лабиринте: лекарство от смерти.

Девушка среднего роста в широких брюках черного цвета, что так красиво обтягивали ее бедра, в белой рубахе, что была завязана на талии и на каблуках, что цокали по полу, с сумкой в руке и с распущенными волосами, что доходили до поясницы шагала по зданию порока и про себя ненавидела Терезу с ее маленьким размером ноги. Зайдя в лифт она скривила лицо от боли, что приносят туфли на размер или два меньше, а когда тот двинулся на нужный ей этаж то сняла очки, которые служили прикрытием, чуть изменяя внешность девушки. 

-Его здесь нет, - слышится из рации. 

-То есть как нет? - спрашивает девушка, вынимая ее из кармана брюк. 

-Вот так. Его перевели в медицинский блок. 

-И каков план теперь? 

-Я, Ньют и Тереза идем туда, пока Галли добывает сыворотку, встречаемся у дальнего выхода. 

-Сыворотку? Зачем она? - удивляется девушка, смотря на то как меняются цифры этажа на экране панели.

-Нет времени говорить, Эш!

-Томас! - кричит девушка в рацию, но обратного ответа не слышит. - Черт! - выругивается она, быстрыми движениями складывая рацию обратно и напяливая очки. Лифт тормозит, дверь открывается. Тихий и темный коридор встречает Эшлин, когда она делает первые шаги. Стук каблуков разлетается по этажу эхом и девушка уверенно шагает вперед, ища лестницу, что ведет на крышу здания. Она видит нужный поворот, а дойдя до туда слышит мужские голоса. 

-Вот опять слышишь!? 

Эшлин прикасается спиной к стене и выглядывает из-за угла. Один мужчина стоит, другой сидит на стуле, кажется готовясь ко сну. 

-Нет. Тебе кажется. Расслабься. И дай мне поспать. 

-Я все таки схожу проверить! - он крепче сжимает винтовку в руках и тихими шагами крадется к коридору. Эшлин глубоко дышит и думает как поступить дальше. Мужчине до нее еще шагать минуту две от силы, если она нападет на него, то привлечет внимание другого и тот, если попадется умный, то успеет доложить в рацию. А если все таки глупый? Или все же лучше поступить по другому. 

Мужчина доходит до поворота и быстрым движением заворачивает, целясь, но сразу же расслабляется, потому что никого не видит.

-Да, ты прав, - говорит он и двигается обратно, пока Эшлин откинув сумку и очки на пол лифта, держит туфли в правой и левой руке. На крышу ей не попасть. 

-Бренда, вертолета не будет! - говорит она в рацию.

-Значит хватит автобуса...

-Тебе нужна помощь? 

-Нет, прикрывай Томаса. 

Лифт тормозит и первое что видит Эшлин, когда двери открываются это зад Дженсена и шестерых солдат и при чем все из них держат в руках либо пистолет, либо хрень которая стреляет чёртовым током. У лифта, что находится прямо напротив этого, стоят Ньют и Томас, а у второго в руках Тереза и приставленный курок пистолета к ее виску. 

Руки крепче сжимают каблук туфлей и в следующую минуту летят сначала в одного солдата, а затем в другого. Пока они охают от секундной боли и привлекают внимание других, разворачиваясь назад, Эшлин уже бежит на ту сторону, сбивая с ног Дженсена и забирая его пистолет, что свалился рядом на пол. Секунда и она уже стоит рядом с Томасом, направляя дуло в сторону Дженсена, которому уже помогают подняться. 

-Эшлин, милая и ты здесь! - улыбается он, раскидывая руки в сторону, будто приглашая в объятия. Она стоит с открытым ртом, набирая через него воздух и смотрит на него, сжимая пистолет до побеления костяшек. 

-Шаг назад иначе я спущу курок! - приказывает Эшлин, подвигая палец ближе к курку. - Шаг назад! - кричит она солдатам, что стоят по боком от них. 

-Проверим, Эш, кто из вас с Томасом первый нажмет на курок, - сощурив глаза произносит Дженсен. 

-Мы можем сделать это одновременно, - слышится голос Томаса и оханье Терезе. Холодное дуло уперлось к виску ближе. 

-Ладно. Посмотрим. Застрели ее, Томас. А потом настанет очередь Эшлин. Ну же, Томас. Застрели ее! 

Дженсен как чертенок, сидящий на одном из плеч и спорящий с ангелом, сидящим на другом шепчет Томасу на ушко очередную гадость, повторяя одни и те же слова, что отдаются эхом в голове парня. 

"Застряли ее!" 

Томас теряется, ослабевает хватку и дает Терезе возможность выбраться. Он оказывается оттолкнутым в двери раскрытого лифта, а вместе с ним и Ньют с Эшлин. Девушка выдыхает и убирает пистолет за пояс брюк. 

-Что? - говорит она, поворачивая голову на четыре пары глаз, что пялились на нее. 

-Ты просто... - произносит Ньют, качая головой в разные стороны. 

-Вытащила нас, спасибо! - договаривает за него Томас.

-Я хотел сказать не это в общем то, но это тоже подойдет. 

-Выйдем на следующем! - лишь произносит Эшлин, утыкаясь взглядом в панель, где цифры вновь сменяются на номер этажа. 

...

Идя по медицинскому блоку и делая вид, что они тут работают и следуют сигнализации, Ньют, Томас и Эшлин искали Минхо. 

-Тереза не сказала вам где именно его держать? - поинтересовалась Эш, двигаясь позади Ньюта.

-Нет. 

-И как ты собираешься искать его Томас? - спрашивает девушка, но получив в ответ тишину, она разворачивается назад, где должен был идти парень. - Томас? 

Эшлин находит его в одном из коридоров. Он стоит, направив пистолет куда-то прямо. Его руки чуть дрожат.

-Томас, - шепчет девушка, а когда следует взглядом туда куда направлено дуло пистолета, то видит советника Пейдж. Она замедляет свой шаг, находясь в шоке от увиденного. Перед ее глазами стоят Томас и Эшлин. 

Ньют, стоящий в паре шагов от них направляет свой взгляд в другую сторону и замечая Дженсена, что быстрыми шагами направляется куда-то, понимает, что нужно валить отсюда. 

-Томас! - кричит он и хватая друга за плечи тянет в сторону, спасая от пуль. Эшлин еще пару секунд смотрит на Аву, а затем когда юношеская рука хватает ее за запястье и тянет назад, то чувствует резкую боль в правом предплечье. Свист пуль, искры, летящие от ламп, крики. Девушка зажимает рана, пачкаясь в собственной горечей крови и шипя от боли, следует за парнями, что перезаряжают оружия. 

-Минхо! - кричит Томас.

-Минхо! - подхватывает Ньют.

Эшлин хочется тоже прокричать имя друга, но из-за боли не может даже прошептать его. Белый рукав рубахе стал алым, а струящаяся кровь стекла по руке на пол, падая на него каплями. Девушка закусывает губу и убирая руку от раны, бежит и на ходу отрывает низ рубашки, чтобы повязать как жгут. 

-Минхо! - кричит она, затягивая криво порванную ткань. Солдаты набегают со всех сторон, патроны парней кончаются и именно поэтому они прижимают свои задницы у стены. Эшлин плюхается между ними. 

-Ты как? - спрашивает Ньют, глядя на пропитанную кровью одежду. 

-Жить буду, - улыбается Эшлин, обращая свой взор на Томаса, что тратил последние пули, отстреливаясь. Ньют бросается к телу солдата, что лежит в шаге от него и выхватывает овальную штучку из его кармана. Парень сообразил сразу, что это что-то типа бомбы. Он нажал на кнопку и крикнув Томасу, чтобы тот отошел кинул ее к солдатам, которые в шоке посмотрели на упавшую вещь, а вскоре и сами легли с ней рядом, крича от боли. 

-Класс! - произнес Томас, помогая Эшлин подняться с места. 

-Так все бежим! - скомандовал Ньют и дал деру. 

-Эй, вы, лечь на пол! - командует мужской голос, когда ребята заворачивают за угол, - Я сказала лежать! 

Эшлин думает о дальнейших действиях. Думает о том, как убежать от солдата, чтобы пули, полетевшие из его автомата не задели бы ни одного из них. Думает, гуляя взглядом по стенам и поворотам, и слыша стук чего-то твердого, перестает это делать. Парень с темными волосами, в спортивных штанах и в футболке, словно вышел из зала собственного дома, чтобы открыть дверь и набить лицо тому, кто нарушил его отдых. 

Минхо хоть и милый, хороший парень, но Эшлин, что знала его очень даже хорошо, всегда знала, что будет, если его разозлить. Вы окажетесь перекинуты через стекло, которое он сломает вашем же телом, а перед тем, как схватить вас он поорет, а после кинется обнимать друзей.

-Это не сон? - спрашивает он широко улыбаясь, сжимая ткань костюмов на плечах Томаса и Ньюта. 

-Могу ущипнуть, - произносит Эшлин, вклиниваясь между парнями. 

-Я знаю, что ты сильно щипаешься, но черт возьми, спустя столько времени я был бы только рад, - отвечает Минхо, растрепывая волосы на голове подруги. Они улыбаются. Радостно и искренне. Как дети. Хотя возможно в душе они все еще дети. Ну и пусть.