Чувствуй

Открыв дверь своей комнаты, на пороге я увидел сестру. Она была напряжена и, кажется, чем-то расстроена...

Долго не решалась ничего сказать, была очень бледной и постоянно закусывала нижнюю губу. Её светлое личико в свете фонаря, проникающего в дом, казалось ещё бледнее, а растрепанные светлые короткие волосы, остриженные на "мальчишеский" манер, торчали в разные стороны.

Лямочка полупрозрачной пижамной майки постоянно спадала с тощего плеча.

Если этот ублюдок Паша обидел её, то я разорву его на куски, пусть только она все расскажет. Я знаю, каков этот так называемый парень, и что из себя представляет, поэтому я всегда был против их отношений, но ни за что не стал бы ей говорить об этом.

- Ну что тебе? - не выдержал я. Мне хотелось спать. Утром в институт к первой паре, и будить меня в три часа ночи, чтобы помолчать, - не самая лучшая идея.

Сестра, опомнившись, шмыгнула в комнату и закрыла дверь. Она глубоко вздохнула, и встревожено посмотрела мне в глаза.

- Марк... Я... Мне... Займись со мной сексом.

Мои очки чуть не свалились с носа, потому что я споткнулся обо что-то, и замер. В темноте, собственно, не видно обо что.

- Что?

Анжела нервно вздохнула.

- Займись со мной сексом. Неужели непонятно? Не заставляй меня повторять просьбу еще раз, пожалуйста.

Я развернулся к ней, и осмотрел её тощую фигурку. Теперь, при закрытой двери, фонарь освещал её тело лишь до шеи, а плоский голый животик, и маленькая грудь с напряженными сосками под тонкой тканью, ходили от нервного неровного дыхания. Она волновалась? Ну конечно же, она волновалась!

Я был шокирован. Раньше думал, что это только я один иногда жалею, что мы брат и сестра. Выходит, зря себя корил за "скверные" мысли и желания, что прятал разгоряченное лицо по утрам в подушку, стесняясь за эрекцию после не очень приличного сна в котором участвовала Анжела.

Но это фантазии, и сны. Иллюзии, не касающиеся реальности. И даже если принять во внимание тот факт, что я косо поглядывал на неё на речке, когда мы поехали на турбазу, стесняясь попросту вылезти из воды и сразу выдать себя с головой перед всеми, - это ничто.

А сейчас я испугался, потому что не готов был к такой напористости.

- Анжел... Мы... Не можем.

- Можем. Я же не собираюсь рожать детей.

- Но это... Противоестественно!

- Марк, пожалуйста, помоги мне. Ну что тебе стоит? - она сделала два шага вперёд, - ты же хороший...

- А почему не Паша? - с горечью выдавил я, но на интонации это не отразилось.

Анжела прикусила губу.

- Он обидел тебя?

- Нет, но я не доверяю ему. Марк, я боюсь. Боюсь боли и боюсь пожалеть потом. Я так до тридцати девственность не потеряю, а мне... - она запнулась, и тихим шёпотом добавила, - тоже хочется... Чем я хуже других? Хуже Машки, например? То, что она фифа, а я нет?

Машка? Нашла, с кем себя сравнивать. Но тебя можно понять, сестра. Нам становится плохо, когда мы видим, что даже самые недостойные люди обретают счастье. Обретают то, о чём мечтали.

Радует одно - Павел и пальцем её не тронул. Но... Слова вызвали в моем теле подобающую реакцию: щеки горели, в ушах шумела кровь, и я прошел еще дальше в темноту, чтобы она не заметила характерной выпуклости на домашних шортах. Успокоиться самому уже не представлялось возможным. Сон улетучился окончательно, а внимание моё занимал приближающийся силуэт в сиреневой летней пижамке.

Девушка неуверенно подошла ближе, и остановилась в полуметре от меня.

Хорошо, Анжела, я помогу тебе. Все равно не смогу отказать, ведь мы оба хотим этого... Не знаю, по какой причине хочешь ты, но со мной и так все ясно.

Я взял сестру за руки, и осторожно притянул к себе. Она дрожала, как осиновый лист и волновалась. Луч света чуть мазнул по её лицу, и я заметил на лбу капельки пота. Её, наверное, бьет нервный озноб.

Я притянул её ближе и обнял. Сначала она вздрогнула, когда наткнулась на мой член, но я погладил её по спине, успокаивая.

- Ты уверена? - шепнул я ей на ухо, задев дыханием короткие пряди волос над ухом.

- Да.

- Тогда нам надо вести себя тихо.

Девушка кивнула.

Я разомкнул объятия, и осторожно положив руки ей на талию, провел ладонями чуть-чуть вверх, зацепил края майки, и, не спеша, снял с неё через голову.

Нельзя торопиться, нельзя пугать её. Анжела часто дышала, но, я думаю, от страха, нежели от возбуждения.

- Целоваться ты умеешь?

- Да.

Конечно же умеет. Но... Мало ли. Я просто хотел это услышать.

Я чуть коснулся её искусанных сухих губ своими. Она не рвалась углублять поцелуй, делать его страстным. Она предоставила это мне, возможно думая, что изначально она делала все неверно. Я осторожно целовал её, поглаживая талию и живот, и через пару минут отметил, что её дыхание приобрело "другой оттенок", и дрожь в теле прекратилась. Кроме того...

Может мне и показалось, но она стала чувствовать себя чуть уверенней.

Я отодвинул трусики и, коснувшись гладкой кожи, поглаживая, двинулся пальцем по изгибу её тела. Девушка дрогнула, и её дыхание сорвалось с ритма. Моё тоже, ведь в этой темноте так хорошо слышно, а звуки всегда хорошо контактировали с чувствами.

Анжела прижалась ко мне, и сама стала "тереться" об мои пальцы, которые уже старательно, но не торопясь, двигались внутри её половых губ.

Она провела ладонью по моей спине, поцеловала, потом спустилась чуть ниже, и поцеловала в шею. Другой рукой она, не церемонясь со своими страхами, взяла мой член, и сделала три осторожных движения ладонью.

Я услышал, как углубилось моё собственное дыхание.

- Молодец, - выдохнул я, вслепую ища её губы, - всё верно.

Своими губами я почувствовал её улыбку и не смог не улыбнуться в ответ. Я чувствовал, что мы делаем что-то невозможное, запрещенное, но прекращать не хотелось.

Я её брат, и должен ей помогать. Особенно когда она попросит. Как бы пошло это сейчас не прозвучало.

Я осторожно подтолкнул её к кровати и опрокинул девушку на спину. Признаюсь, мне стыдно сейчас, и от чего именно, - я не знаю. Я забрался сверху, опираясь на колени по бокам от её бёдер, и поглаживая вздымающийся от дыхания живот, постепенно перемещал ладони к груди. Мои руки были горячими, касался я её как можно нежнее, так что уверен, - ей было приятно.

Да сестра, я видел, как ты взрослела. Как начинала краситься, а потом бросила, встречалась с девочками, как втихушку курила на балконе, а я потом покупал тебе сигареты. Потом появился Паша, и я больше не лез, если ты не просила об этом сама. Я помню почти каждый день проведённый с тобой, и могу выудить почти любое воспоминание связанное с тобой за эти шестнадцать лет.

Но я никогда не отказывал тебе, и не мог отказать. Как сейчас.

Девушка провела рукой по моей груди, и, дойдя до живота, чуть задела головку члена. Я остановил свои движения, и, закрыв глаза, инстинктивно подался вперёд. Она чуть напугалась, и я сгреб её в объятия.

- Умоляю, не бойся меня, я не сделаю тебе больно.

- Мне кажется, что я совсем ничего не умею... - услышал я же дрожащий шепот, сквозь завесу звука собственного дыхания.

- Не думай об этом, чувствуй. Если страшно, то можешь закрыть глаза.

Нашептав на ухо слова утешения, я ладонью спустился по гладкой коже её бледного живота и коснулся пальцами клитора. Она потихоньку готовилась к тому, что ей предстоит, потому что внутри неё уже было влажно.

Я стал покрывать её нежную белую кожу поцелуями. Сначала шею, потом грудь, все ниже и ниже...

Не переставая двигать рукой. Анжела дышала глубоко, подаваясь бедрами на встречу, и, казалось, вот-вот застонет.

- Нет, нам нельзя шуметь, помнишь?

Она кивнула.

Я стянул с неё полупрозрачные влажные шортики, а она последовала моему примеру и приспустила мои.

- Ты готова?

- Да.

- Уверена?

- Да.

Больше вопросов я задавать не стал, иначе она разнервничается и точно передумает, а как бы не хотелось этого моей совести, моё тело хотело продолжения.

Я осторожно развел ей ноги, и, нависнув над ней, стал осторожно входить. Её бледное лицо стало ещё бледнее. Она закусила нижнюю губу, и сильно зажмурилась.

Прости, сестрёнка, по-другому правда не получится.

Войдя на треть, я двинулся чуть резче, и сестра на мгновение задержала дыхание. Я почувствовал не то страх, не то раскаяние за то, что сейчас делаю с ней, но назад пути нет.

Я мягко коснулся её губ своими. Потом еще раз, и еще, пытаясь хоть как-то загладить вину, если таковая была, и заглушить болевые ощущения. Но вот я уже вошел полностью. Задержался на несколько секунд, чтобы она привыкла, и возобновил движения.

Она тряслась, и вздрагивала, но двигалась мне навстречу. Ей было стыдно, я знаю. Стыдилась она явно не меня. Может того, что еще не знает этих новых ощущений и не может их контролировать, а может из-за того, что чувствует себя неловко. В любом случае, - я в состоянии её понять, но объяснить, что стыдиться тут нечего, я не смогу.

Она старательно сдерживала стоны, иногда чуть всхлипывая, но дышала так, будто бежала кросс. Меня же это только распаляло, но я не мог позволить себе лишнего, не мог действовать с ней так, как действовал с другими девушками.

Не знаю, сколько времени прошло после всего этого, но её мышцы стали туже сжимать мой член. Понимая, что скоро кончу сам, я вышел из неё, но сестра вновь самостоятельно на это решившись, взяла его рукой и продолжала ласкать, пока белёсая горячая струя не брызнула на одеяло.

Сестра убрала руку за спину, и неуверенно улыбнулась мне, отведя взгляд, давая понять, что все нормально, и мы справились, несмотря на то, что она не кончила.

Если бог подарит такую возможность, - мы повторим, и доведём дело до конца.

Она справилась.

Я позволил себе вновь придвинуться ближе, и повалить её на кровать, увлекая в долгий поцелуй. Мне было хорошо, а ей, надеюсь, не слишком больно.

...

- Анжел, шесть утра, скоро родители встанут. Иди к себе, - прошептал я ей на ухо, когда она начала засыпать.

- Угу... - сестра нехотя встала и потерла глаза.
- Спасибо, Марк... Я очень благодарна тебе, - она нежно коснулась моих губ своими и, одевшись, покинула мою комнату.

Сегодня я больше не спал.