Южная Клэнсиа

Вновь обняв себя, Мэвис остановилась около Галли и Эвана, которые стояли к ней спиной. Оба пялились на насыпь, пытаясь понять, точно ли закончили с так называемыми «похоронами» или нет. Затаптывая взрыхленную землю, Галли сунул руки в карманы, топча ботинками землю прямо над погребённым телом. Заворожённо смотря на его ноги, Эван словно опомнился, и тряснув головой, проморгался. Галли видел, что Мэвис была где-то рядом, но продолжал пялиться в землю, скрывая насыпь. Когда Мэв стояла около него, пристально смотря, он в недоумении посмотрел на нее, выгнув бровь.

- поговорим? - сухо спросила она, но голос дрогнул. Галли еще сильнее смутился, посмотрев почему-то на Эвана. Слегка разинув рот, тот уставился в затылок Мэвис, ведь стоял позади нее неподалёку. Эван пожал плечами, как будто тоже растерявшись. Закатив глаза, Галли вернул взгляд на Мэвис, поняв, что Эван сам не понимает, с чего бы у нее могло появиться желание поговорить.

- поговорим. - скрыв свое удивление и некую заинтересованность, Галли пожал плечами. Стиснув челюсть, Мэвис сразу пошла чуть в сторону, а Галли последовал за ней. Отойдя от могилы Дерека Ситлинса, Мэвис остановилась меж двух деревьев, что стояли в трех метрах друг от друга. Эван остался около отца, и закусив губу, заворожённо смотрел на притоптанную почву, в которой теперь уже покоился Ситлинс старший.

Вздохнув, Мэвис повернулась к Галли, и ровно стоя прямо напротив него, всеми силами пыталась не захныкать, хотя очень хотелось. Галли, словно широкий шкаф, стоял спиной к стороне, с которой они пришли. Он слегка сутулился, когда его руки были в карманах. Едва наклонив голову вниз, он чуть исподлобья смотрел на девушку напротив. Его глаза скользили по ее одновременно растерянному и возмутимому лицу, но она почему-то никак не начинала говорить. Светлые волосы красиво прикрывали боковые стороны ее лица, оставляя все внимание на карие, мерцающие и затягивающие своей обворожительностью глаза, которыми она сверлила Галли. Из-за недавно пролитых слез ее ресницы чуть потемнели, делая глаза более выразительными и острыми. Розовые губы были искусаны, доказывая то, что в последнее время она часто нервничала. Ярко выраженные ключицы стали более ясными, когда Мэв расправила плечи, всем видом показывая то, что ей плевать, хотя щеки были красными, говоря о том, что слезы вновь готовы хлестнуть по горячим щекам.

- ты вроде поговорить хотела. Начни уже. - тяжело сказал Галли, встав также, как и Мэвис.

- ты повёлся на провокацию моего брата.

- и не жалею. - она сделала вид, что пропустила это мимо ушей.

- а стоило бы, потому что это действительно была провокация, из-за которой Купер нарочно получил по лицу.

- нарочно? Смеёшься? - Галли усмехнулся, сжав кулаки рук, что были скрещены. Мэвис видела, как кожа на костяшках побелела, а рваные раны стали еще более кровавыми. Не сладко пришлось Куперу.

- Купер хочет рассказать все отцу. Может, ты и сильнее моего брата, даже отца, но пойми, что в Клэнсии огромную силу имеют деньги. Ты безусловно умеешь махаться кулаками, но не думай, что на острове нет достойных соперников, которых отец найдет и наймет при желании. - Галли нахмурился, а его губы скривились в усмехающейся улыбке.

- угрожаешь мне отцом? От тебя я такого не ожидал, Мелони. - сарказничал он. Глаза Мэвис казались уставшими, но и в то же время горели огоньком негодования и возмущения.

- не угрожаю, а предлагаю договориться.. Я смогу убедить Купера в том, чтобы он ничего не говорил папе. Точнее, чтобы просто не упоминал, кто его так.. Избил. - Галли качнулся, пытаясь переварить условия. - но ты должен пообещать, что как только мы ступим на Клэнсию, то навсегда простимся. Я имею ввиду, что ты сможешь убедить Бренду, Томаса и Ньюта не общаться ни со мной, ни с Остином. - Галли слегка приподнял подбородок, слушая ее дрожащий голос.

Сглотнув ком в горле, она тяжело вздохнула, и оторвав глаза от Галли, больше не хотела встречаться с ним взглядами. Уставившись на какое-то дерево, она закусила губу, сдерживая поток эмоций. Мелкая и язвительная усмешка пропала с лица Галли, он не понимал, почему ей так тяжело говорить об этом.

- хоть прошло мало времени, но я неплохо сдружилась с твоими тремя друзьями, и думаю, что у нас бы был еще шанс увидеться, но я прошу тебя сделать так, чтобы они не хотели даже слышать что-то о моей семье, не говоря об общении.

- да? Поиграла и надоело, так понимаю?

- напомню, что вы первые пришли ко мне просто, чтобы погулять, а не по делу.

- ты позвала Бренду первее к себе.

- да, но.. - он застал ее врасплох. - сейчас я понимаю, что вовсе не стоило.

- вот как значит.. - он разочарованно усмехнулся, отведя глаза от Мэвис.

- в чем дело? Ты сам не в восторге от того, что я общаюсь с твоими друзьями и сестрой, наоборот должен радоваться моему предложению.

- понравиться ты им успела. - Мэвис сжала губы, откинув голову назад. Звездное небо еле прокрадывалось сквозь густые заросли.

- просто.. Оборви все связи, и проблемы исчезнут. Как у меня, так и у вас. Не строй из себя заботливого мальчика, ты набил лицо моему брату, а теперь я тебе предлагаю выйти сухим из воды, чем ты недоволен?

- ты боишься, что все вскроется? Ладно я, но Бренда с Томасом и Ньютом тут причём? Они не знают, что Эван ебнул папашу своего, с ними ты можешь быть, в чем проблема?

- дело не только в Эване! - она резко вздрогнула, громко сказав это. Желваки на щеках Галли дёрнулись, он вновь пялился на нее исподлобья. - моя жизнь катится на дно с того дня, как я познакомилась с вами. В чем-то виноваты не только вы, но мне тяжело вынести вас, ясно? Я не могу общаться с теми, кто настолько не предсказуем и испорчен.

- что, блять?! - Галли громко усмехнулся, подняв брови. - и ты говоришь об испорченности? Твой брат девчонку изнасиловал, наркоту распространяет, а второй не лучше, и ты говоришь, что мы испорченные?

- опять же все к моим братьям, опять! - она прикрикнула, а следом быстро замолчала, испугавшись собственных эмоций. - я! Я боюсь того, что ты так спокойно отреагировал на убийство, что ты так холодно закопал труп, что ты так холодно избивал Купера, когда тебя просили остановиться! Я боюсь тебя и твоих друзей, потому что у вас тяжёлая судьба, потому что у вас ничего нет и потому что вы просто.. Так.. Так быстро расположили меня к себе, что вместо того чтобы посмеяться и унизить вас, я сейчас распинаюсь перед тобой, чуть ли не плачу из-за каких-то там южных. - Галли видел, как в ее глазах встали слезы, его взгляд чуть смягчился. - я.. Я столько лет жила бок о бок с двумя парнями, у которых нет ни морали, ни граней. Я их до беспамятства люблю, но понимаю же, что они настолько лишены границ, думала, что уже никто и никогда не сможет переплюнуть Купера и Остина и еще сильнее заставить меня беспокоиться. Но вы! Я не знаю, как это произошло, но именно сейчас я начала чувствовать себя живой, меня это пугает! Пугает то, что вы вызываете у меня эмоции... Я хочу прекратить это, потому что это уже слишком.. - Галли хотел что-то сразу сказать, но его перебили.

- вот что на самом деле ты думаешь? - Галли обернулся, позади него стоял Купер. Галли чуть отошёл, ведь Купер смотрел и говорил только с Мэвис. Мэв замерла, у нее перехватило дыхание. Увидев в глазах Купера холод по отношению к себе, она растерялась, а пару слез упали с широко раскрытых очей.

- Купер, я...

- ты уже достаточно сегодня сделала. - опять этот дьявольски злой взгляд. Словно протыкая глазами, Купер стоял в нескольких метрах от Мэвис. - лживая сука. - сквозь неприязнь еле выдавил он из себя.

- Купер.. - она сделала ему навстречу несколько шагов, но он попятился от нее назад.

- скажешь, из-за кого я тут, м? - он поднял брови, смотря на сестру. Мэвис ещё сильнее поникла, понимая, что речь идет о ней. - пошла ты... - увидев слезы сестры, он холодно посмотрел на Галли, и сделав спиной вперёд пару шагов, пошел назад к берегу, оставив сестру.

Губы Мэвис дрожали от боли. Потерянно смотря на отдаляющегося брата, Мэвис тихо шмыгнула носом. Внутри будто все перевернулось. Она и забыла, что не одна сейчас. Смотря сбоку на Мэвис, Галли оперся спиной на ствол дерева, ожидая, пока ее ступор пройдёт. Потерянное состояние сменилось отторжением холода брата. Дыхание стало частым, резким и горячим. Сжимая зубы, Мэвис всеми силами пыталась не разрыдаться, но плач вырвался наружу. Закрыв лицо ладонями, она через пару секунд размазала слезы по щекам, а потом вздрогнула, резко подняв голову, когда услышала шорох травы сбоку. Открыв лицо, Мэвис пошатнулась, увидев то, что Галли попытался приблизиться к ней. Словно шуганная птичка, Мэвис махнула волосами, быстро побежав в глубь леса. Галли тяжело и безнадёжно выдохнул, глядя на то, как ее светлая фигура скрывается в темноте. Она словно парила над землей, пытаясь уйти с глаз. Ее волосы красиво развивались, как и подол платья, летя назад, словно искры молнии.

Шепотом выругавшись, Галли стиснул челюсть настолько сильно, что зубы чуть не треснули от давления. Его кулак крепко сжался, а следом врезался в ближайшее дерево. Кора дерева мигом порвала оставшуюся часть кожи на казанках. На светлом стволе одного из деревьев остались кровавые брызги, а на руку обрушилась дикая и жгучая боль. Именно эта боль почему-то напомнила ему именно о Мэвис.

Убегая прочь, Мэвис уже игнорировала тот факт, что здесь полно хищников, ядовитых змей и растений. Хотелось убежать и спрятаться настолько сильно, что Мэвис бежала до тех пор, пока легкие не начало жечь. Обжигая ребра, грудь и сердце, легкие пылали, пытаясь насытиться воздухом, в котором звучал тихий плач. В голове поселилась лишь единственное желание-оказаться дома рядом с родителями. Поймав себя на мысли о том, что прямо сейчас даже мать могла быть быть утешением, Мэвис ужаснулась. Она знала, что никогда не дождётся от Джули слов поддержки, поэтому ей достаточно было бы просто увидеть мать, чтобы прийти в себя, чтобы знать, что семья до сих пор живёт, хотя Мэвис, можно сказать, предала их, как она считала.

Расценивая это как полноценное предательство, Мэвис сотни раз жалела о сказанных словах Галли.

"Нужно было держать в себе, было бы лучше, если бы никто не знал! Никто не должен знать что-то, кроме меня и моих собственных мыслей, Господи!" - лишь эти слова повторялись в ее голове десятки раз. Когда слезы чуть угомонились, Мэвис смогла в очертаниях увидеть что-то вокруг. На этом острове было полно кривых ив, которые тоже плакали, иногда скидывая слезы на стоящую внизу Мэвис. Было сложно принять тот факт, что сейчас у всех все рушится.

Пытаясь вспомнить сторону, с которой пришла, Мэвис медленно обернулась, шмыгнув носом. Ей на глаза попались какие-то доски, выглядывающие из-за большого куста. Едва нахмурив брови, Мэвис прищурилась. И вправду доски. Слезы застыли, ведь Мэвис впала в дикое недоумение, увидев небольшую хижину, спрятанную между деревьями и большим кустом. Изумившись, Мэвис обошла куст. Перед ней показалась небольшая хижина, похожая на сарайчик. Глаза медленно поплыли вверх по толстому стволу дуба, вокруг которого вилась хлипкая лестница. Прямо у подножия величественного дуба расположилось небольшое строение, из потолка которого люк вел на эту самую лестницу.

Еще раз осмотревшись, Мэвис больше ничего не увидела. В кроне дуба спряталось небольшое помещение, сколоченное из таких же досок, что и лестница со входом. Поражало, но и одновременно заинтересовывало то, что это строение было расположено на Богом забытом небольшом островке посреди океана. Не было похоже, что кто-то вообще знает о существовании этой земли. Словно идя на приманку, Мэвис быстро оказалась у небольшого дверного проёма, ищущего к нижней части строения.

Пригнувшись, Мэвис оказалась внутри. Быстро сколоченное место служило лишь входом, ведь ничего в нём не было. Посмотрев в открытый люк, Мэвис осторожно взобралась на лестницу, и убедившись, что та выдержит ее, не спеша поднялась наверх. Буквально через минуту Мэвис встала на деревянный пол, оказавшись в домике на дереве. В оконных рамах стекла не было, в некоторых местах между досками были щели. Этот домик был сколочен неаккуратно и второпях.

Из-за листьев и веток, что окружили домик со всех сторон ничего не было видно, поэтому пришлось искать что-то на ощупь. Наткнувшись на что-то стеклянное и гладкое, Мэв нажала на кнопочку настольной лампы. Она работала на масле, которым заправляют машины. Керасиновая лампа мгновенно осветила все помещение. Там было немного топлива. Взяв старую, ржавую лампу за тонкую и погнтую ручку, Мэвис осмотрелась. Глаза сверкали страхом неизведанного, но и диким интересом.

От досок отлетал теплый свет, делая домик живым и уютным. По всему периметру под оконными проёмами стояли столы с тумбами внизу. Здесь был жуткий беспорядок. На полу валялся хлам, запылившиеся тряпки по углам. Некоторые ящики были нараспашку открыты, из них будто что-то скидывали в одну кучу впопыхах. Было понятно, что кто-то очень быстро собирался или просто искал что-то, ведь все было перевёрнуто. Через более широкие щели в потолке просачивались лианы и расползались по стенам, падая на столы, заваленные грязной, потертой и старой бумагой.

Мэвис подошла к ближайшей части стола, осматривая содержимое. Первое, что попалось на глаза-вдвое сложенный лист старой бумаги, на которой раньше изображали карты. Поставив лампу рядом, Мэвис осторожно взяла лист в руки, раскрыв его. Она ужаснулась, увидев по углам обиженную фотографию в плохом качестве. Хватило нескольких секунд, чтобы разобрать то, что было изображено-Клэнсия. Пейзаж. Обычное мятое фото, которое было прикреплено ржавой железной скрепкой к листу. Рядом же быстро и неряшливо была изображена змея. Мэвис хотела еще поискать что-нибудь, связанное с Клэнсией, но лампа слабо и медленно замигала, а следом потухла. Топливо закончилось.

- блин.. - прошептала Мэвис, и на ощупь добралась до лестницы. Руки невольно сунули найденную бумажку в сумочку.

Оказавшись на земле, Мэвис вышла спиной вперёд из так называемой прихожей под дубом, и с недоверием смотря наверх, на домик, шла медленно спиной вперёд. Где-то еле слышался заведенный мотор яхты. Опомнившись, Мэвис развернулась, направившись к берегу, но вдруг замерла, прижавшись спиной к дереву. В кустах друг с другом играли и боролись два детёныша пантеры. Они тихо рычали друг на друга, пытаясь побороться. Два малыша даже не обратили внимание на Мэвис, но долго прожив бок о бок с природой, Мэвис знала, что если встретились детёныши, где-то поблизости должна быть и их мать.

В глазах стало еще больше страха, когда Мэвис глазами встретилась с хищницей этих мест. Мгновенно побледнев, девушка вжалась спиной в дерево. Руки затряслись от ужаса. Холодный, острый, опасный и сильный взгляд пантеры завис на Мэвис. Она смотрела на нее настолько пристально, что могла увидеть то, как подымается и опускается грудь Мэвис, которая застыла от испуга. Стоило темной, изящной, наделённой красивым и мощным телом большой кошке приподнять морду, как Мэвис еще сильнее поплохело. До этого нижняя часть, то есть челюсть животного не была видна из-за травы, но как только та приподняла голову, Мэв увидела, чем она была занята.

Вся её челюсть, точнее шерсть, была измазана кровью и кусочками плоти какого-то животного, похоже, что крупной обезьянки. Обгладывая свою добычу, пантера отвлеклась на девушку, находящуюся в метрах десяти от нее. Тело свело. Стало дурно от окровавленной морды дикой хищницы, подле которой баловались голодные дети. Белые, как снег усы кошки слегка дёргались. Она оскалилась. И без того маленькие уши стали еще меньше, ведь она прижала их к голове. Янтарные глаза горели на фоне черной, как смола шерсти. Наполненные дикостью зрачки стали шире.

Остекленевшие глаза Мэвис окрасились паникой. Едва дыша, она не отрывала свой взгляд от пантеры, держа ее глазную дуэль. Пантера приняла позу, как будто готовится прыгнуть, но следом согнула лапы, практически касаясь брюхом земли. Ее спины выгнулась. Хоть и животное, она не было обделена грацией. Тихо рыча, она попятилась назад, но потом вновь остановилась, когда Мэвис шелохнулась. Мысленно прося Бога о помощи, Мэвис забыла абсолютно обо всем, что было. Темная фигура вместе с детьми скрылась в кустах.

- Господи.. - прошептала на выдохе Мэвис, и пошатнувшись от пережитого, на ощупь обошла дерева. Ноги стали ватными, еле как передвигаясь. Хватая ртом воздух, Мэвис упёрлась плечом на дерево. Было действительно дурно. Кое-как прийдя в себя, Мэвис с трудом оторвалась от ствола дерева, медленно поплелась в сторону берега. Смотря на неё из-за дерева, Галли спрятал свой кинжал в ножны, и сунув под ремень, дождался, пока Мэвис уйдет дальше, ведь не хотел быть замеченным.

Мэвис уже не помнила, как оказалась на берегу, пройдя через кишащий насекомыми лес. Скрестив ноги, Эван сидел рядом с могилой отца, беспрестанно смотря на нее. Как только Мэвис показалось из леса, то он сразу подскочил с земли, сделав несколько шагов ей навстречу.

- ты чего? - он увидел ее глаза, наполненные ужасом. Потянув к нему руки, Мэвис не смогла ответить. Он быстро прильнул к ней, и обхватив туловище, обнял, как она и хотела. Вцепившись в Эвана, Мэвис бешенными глазами смотрела из стороны в сторону, сжимая рубашку на его спине. - Мэв? - Эван все еще был в недоумении, положив подбородок ей на плечо.

- пошли.. Нужно плыть в Клэнсию.. - дрожащим голосом произнесла Мэвис и отстранилась от Эвана. Они оба отвлеклись, когда мимо прошел Галли, направляясь к яхте. - ты как..? - Мэвис обернулась на могилу, что была рядом. Посмотрев в землю, Эван пожал плечами.

- я не знаю. - кратко ответил он. Эв и вправду сам себя не понимал. Сомкнув губы, Мэвис неуверенно кивнула, направившись к яхте. Эван видел, как ее ноги дрожали, еле удерживая туловище. Мысленно простившись, Эван пригнулся к земле, и коснувшись указательным и средним пальцами земли отца, быстро ушел, оставив пустую могилу без единого цветка, слова, надписи или почтения памяти.

Увидев через окно то, что все наконец соизволили ступить на борт, Купер двинул яхту, не сказав ни слова сестре, которая пришла в кабину. Галли сидел в том же месте, что и в прошлый раз. Играясь с кинжалом, он крутил его в руке, перебирая между пальцев лезвие. Эван сидел на хвосте яхты, повернувшись лицом в сторону, с которой они уплывали. Оперевшись на стенку кабинки, Мэвис скромно стояла подле брата. Он видел, что она здесь краем глаза, но никак на это не реагировал.

Наблюдая за ним, Мэвис в мыслях просила у него прощения, зная, что он чувствует это. Когда прошло с полчаса гробовой тишины, Мэвис решилась заговорить.

- ты же знаешь, что вы всегда будете на первом месте.. - тихо проговорила Мэвис, с надеждой смотря на профиль брата. Его желваки дёрнулись, но он промолчал. Он редко наказывал молчанием, практически всегда агрессировал, но молчал именно в те моменты, когда обижался до глубины души. - Купер.. Я не знаю, с какого момента ты услышал меня, но я говорила до этого о том, что хочу навсегда попрощаться с южными. Понимаешь? Мне важны лишь вы.. Моя семья. Я хочу, чтобы ты понял, что мне нет смысла жить без вас.. - она говорила это с горечью и сожалением, молящими глазами смотря на Купера.

Прекрасно слышав это, Галли не прекращал фокусничать с кинжалом, но забыв об осторожности, случайно порезал безымянный палец. Его челюсть была стиснута, как и рука, которую он порезал. Замершимы глазами смотря на Мэвис через окно кабины, он и не мог мечтать о том, чтобы она хотя бы посмотрела на него. Он потерял момент, когда ему стало приятно от того, что она смотрит на него. Ее невинное лицо все ещё было слегка покрасневшим из-за недавно пролитых слез. Бледность медленно оступала, возвращая приятный оттенок кожи.

- я люблю тебя больше всего на свете, Купер, ты знаешь это.. Я люблю только вас, своих близких, поэтому и хочу, точнее, уже оборвала дружбу с южными.. - и Купера, и Галли передёрнуло от ее слов. Она имела настолько сильное влияние, что ее простое «я тебя люблю» воспринималось, как что-то небесное. Конечно же Купер знал, что она любит его, это было всем известно, но в семье Мелони эти слова говорили крайне редко, потому что особо говорить о своих чувствах трое детей не умели, ведь родители им не показывали должного примера.

Тёмная радужка глаз Купера оказалась в углу глазного яблока. Купер не поворачивался к ней лицом, а смотрел боковым зрением. Еле как натянув улыбку, Мэвис, уставшая, измученная и поникшая, смотрела на брата. Он успокоился. Медленно приблизившись, она подошла сзади, и обхватив его туловище, прижалась щекой к его спине, чувствуя еще оставшийся запах знакомого парфюма. Смотря на успокоившееся лицо Мэвис с закрытыми глазами, Галли тяжело вздохнул, и зажимая другой рукой порез, смотрел на нее так, будто она являлась айсбергом, на который он напоролся.

- я буду ждать тебя дома.. - тихо прошептала Мэвис, поправляя воротник рубашки Эвана. Тот в недоумении выгнул бровь. Мэвис осмотрелась, убедившись, что никто не слышит. - где тебе скрыться, как не в доме Мелони. Отец не позволил бы шерифу обыскивать наш дом, поэтому ты будешь в безопасности. Потом я обязательно что-нибудь придумаю.. - яхта уже стояла у пристани, а Эван и Мэвис спустились с борта. Эван поднял брови. - ты знаешь, как пробраться ко мне через балкон.. Я буду ждать тебя, только будь осторожен, пожалуйста, не пропадай больше.. Тебе некуда идти, Эв, пойми.. - она просила его остаться хотя бы на первое время у нее, ведь боялась, что он опять попытается разобраться сам, как в прошлый раз, когда не пришел к ней после работы. - пожалуйста, приходи.. - ее губы дрогнули. Поправив его рубашку, она встала прямо, сцепив руки за спиной. Эван был растерян. В его голове были десятки сомнительных версий того, где он может выживать на острове, но он никак не ожидал, что Мэвис пустит его в свой дом после того, что он сделал.

- да.. Хорошо. - он закивал, сдерживая эмоции. Мэвис мягко, но с болью улыбнулась, а потом провожала глазами Эвана, который пошел на берег, оставив троих. Шмыгая носом, Мэвис облегчённо выдохнула, веря в то, что он придёт к ней.

Послышался шум шагов. Мэвис повернула голову у яхте. Спустился Галли. Он даже не глянул на нее, пройдя мимо.

- эй, Галли.. - нежно проговорила она, пытаясь быть тише. Он замер от ее голоса, а особенно от того, как она произносила его имя. - спасибо, что помог с.. Дереком.

- делов-то. - не оборачиваясь, кратко ответил он. Пройдясь языком по нижней губы, Мэвис кивнула.

- прощай. - напоминая ему о договорённости, сказала она.

- прощай. - он ушел, а Мэвис до последнего держала на нем глаза, пока он не скрылся в лесу. Он знал, что все это время она смотрела на него, поэтому и не оборачивался, но когда его уже не было видно из-за темных джунглей, он наконец остановился, и чуть выглядывая из-за дерева, смотрел на то, как Купер спустился с яхты, и они вдвоём пошли по песчаному пляжу в сторону калитки, ведущей в сад их поместья. Когда Мелони потерялись из виду, Галли пошел дальше.

Долго блуждая по северной части, он пинал то ракушки, то камни под ногами. Все раздражало. Идти домой не хотелось, так как он знал, что не сможет сдержать поток негодования и агрессии, поэтому, прежде чем идти домой, нужно было собраться с мыслями. Убийство незнакомого ему человека было ничем по сравнению с тем, что она творила. Она. Мэвис Мелони. Ему самому было противно от того, что он прогибается под избалованной, богатой девушкой, которая доставляет ему лишь проблемы.

Сам того не заметив, Галли оказался у ворот поместья. От одного вида этого забора, этого дома стало не по себе, поэтому он развернулся и быстрым шагом пошел в сторону юга, готовясь вернуться домой. Невольно обернувшись, он увидел через окно ее. Расхаживая по комнате, кажется, что Мэвис доставала новый комплект постельного белья. Достав одну руку из кармана, Галли посмотрел на розовый пластырь, что закрывал и защищал его рану. Исподлобья посмотрев в окно, он психанул, и содрав этот пластырь, кинул его на землю, быстрым шагом пойдя туда, куда и направлялся.