Моршиповник

Когда я захожу в дом Джея, первое, что бросается мне в глаза, это Галли. Стрелок встаёт, с лёгкой улыбкой подходя ко мне. Ближе чем обычно, и более медленнее, позволяя мне и Джей-Джею проследить за ним. Спрашивает одним взглядом, и я делаю шаг, переступая порог дома.

Брат следит за нами придирчивым и нечитаемым взглядом, улавливая каждый жест. Смотрит как мы с Галли переглядываются, на то, что стоим близко.

- О чем ты хотел поговорить? - лицо Джея меняется, а стрелок оказывается по левую сторону, аккуратно приобнимая меня. Кинув на него взгляд, я кивнула, пряча улыбку. Он успокаивает меня. Это значит, что Джей скажет то, что мне не понравится. Мне впрочем то многое может не понравиться, но это не суть. Неужели новость настолько меня шокирует и разозлит, что позвали Галли?

- Это, о Каре - от имени я напрягаюсь, желая пробурить в старшем дыру. Кара? Опять Кара? Почему именно такая интонация при произношении этого имени? Почему так трепетно? Будто из связывает что-то немыслимое. Ко мне брат никогда не обращался так.

- Я слушаю - поддаться вперёд мне мешает рука, что уже оплелась вокруг талии мертвой хваткой, и не выпускала.

- Я - он нервно облизнув губы, уводя глаза в сторону. - мы с ней были близки.. интимно- меня словно ударяют и след от удара жжет, как от порванной струны, что со всей силы хлестонула по телу. Я хватаю Галли за запястье, предупреждающе сжимая, говоря, чтобы он отпустил меня, но парень даже не двигается. В комнате тишина и ее нарушает лишь мое злое, сбивчивое дыхание.

- Я хочу уйти - цежу сквозь зубы, делая шаг назад, показывая, что ухожу. Стрелок послушно выпускает меня из кольца рук, и следует за мной по умолчанию до самой вышки, где я не выдерживаю.

Стул летит в стену, злость не помещается в теле, она хочет выйти, но две пары глаз усмиряют, заставляя чуть ли не сжаться в комочек от переполняемых чувств.

Были близки.. Что в этом такого? Ничего. Тогда никто не знал, кто она такая. Тогда я не помнила, не могла ничего вспомнить, думая, что она умерла

Сползаю по стене, вцепившись в колени пальцами. Грудь сдавливает, я сжимаю зубы до противного скрипа, пытаюсь успокоиться. В голове обравками проходят влспонимания. Виски болят, я откидываю голову на стену, ударяясь пару раз, стараясь упорядочить мысли. Почему не получается?

- Ви - на щеках появляются теплые шершавые руки, и я приоткрываю глаза, смотря на Галли - это нормально - внутри сжимается. Он не должен быть таким понимающим. Почему? Почему он не осуждает мою реакцию, мои действия? Почему в его глазах так много преданности и заботы?

- Почему? - задаю вопрос сразу двум. Минхо точно также подсаживается рядом, но уже прижимает к себе содрогающуюся в рыданиях меня. Слезы появились внезапно, и я не хотела их сдерживать. Внутри было пусто и противно. От себя и отношения других ко мне.

Парни прильнули ближе, слушая мои хрипы и всхлипы, что срывались с губ. Возможно, при других обстоятельствах, инстинкты вопили бы о том, что нужно защищаться, нужно убить тех, кто подошёл слишком близко. Но сейчас в сознании бьётся боль и ненависть, мне стоит неимоверных усилий не поддаться звериной ярости.

Холодные пальцы стирают дорошки слез, которые уже не текут, а после прижимают мою голову к мужской груди. Истерика, что волной накатила - сошла на нет и я лишь вздрагивали, ведь нервы не успокоились и под кожей проходили тысячи ударов тока.

- Потому что она хотела тебя сломать - голос азиата растворяется в тишине, и я прижимаю колени к груди, зажимая руку стрелка. Галли не обратил на это внимание, соглашаясь с Минхо.

- Потому, что каждый заслуживает понимания. - каждый ответил на вопрос. Каждый понял его по своему.

- Но не я - в конце мой голос срывается на шепот. - я не заслуживаю понимания Галли - я убираю свою голову от груди Минхо и смотрю на стрелка - я убийца. Меня ростили такой. Выдалбливали в голову что убийства это то, что я должна делать всегда!

- Разве важно то, что было раньше? - я гулко сгладываю и смотрю в зелёные глаза с непередаваемым страхом. Это мое наказание. Моим наказанием стало то, что Минхо и Галли появились в моей жизни. Что я встретили Соню и стала меняться.

- Я согласен с ним Ави - я замерзаю на месте как каменная статья когда Минхо прижимается лбом к моей макушке и выпускает воздух мне в шею. Как я смогла подпустить их так близко к себе? Почему не чувствую опасность?

В голове набатом кричат слова Шэвона от которых по позвоночнику проходят мерзкие мурашки, заставляя дрогнуть.

Отключись от мира. Ты не должна ничего чувствовать. Ты просто машина. Опустоши свое сознание и достигни дзэна, прежде чем сделать это. Никакие эмоции не должны отвлекать тебя. Полный душевный покой. И только после этого задержи дыхания и нажми на пусковой крючок

Эти слова как мантра кружатся у меня в голове и я успокаиваясь. Беззвучно шевеля губами в повторении. Шэвон причинил мне много боли, но он и многому меня научил.

- Все будет нормально, Ви - я Галли оплетает мой подбородок пальцамт заставляя посмотреть на меня

- Я позволила вам слишком много - притихший голос заставляет Минхо и Галли глухо засмеяться и сдать меня в двойных объятиях. Я мнгновенро расслабляюсь, когда чувствую, что азиат прижался ко мне со спины, прекрасно чувствуя пистолет за моим поясом.
Поджав губы я неуверенно укладываю голову Галли на плече, чувствуя себя не в своей тарелке.

- Ты позволяет нам заботиться о тебе. И мы с удовольствием это сделаем - насмешливо хмыкаю на слова новенького и по крываю глаза

- В таком случае, дерзайте... Давно я не чувствовала заботу