6 часть
Я готовила ужин, когда кто-то позвонил в дверь, посмотре по камере, что это Виталя, я открыла ворота.
Когда он зашел я спросила.
-Виталь, ты ужинать будешь?
Ш:Да, я голодный как волк.
-Ну тогда иди мой руки и садись.
Поужинам, мы пошли разбирать мои чемоданы. Разобрав вещи, я пошла мыться, а Виталя остался ждать. Когда я помылась и вышла из душа, я поняла, что забыла взять одежду. Я вышла из ванной, укутанная лишь в полотенце, и неожиданно столкнулась с Виталей. Его глаза задержались на мне, дыхание стало чаще, будто он пытался совладать с нахлынувшими чувствами.
Он приблизился, и прежде чем я успела что-то сказать, его губы коснулись моих. Поцелуй был осторожным, почти робким, но с каждой секундой становился глубже и смелее. В груди все перевернулось, и я почувствовала, как сердце бьется быстрее.
Виталя чуть отстранился, глядя прямо в глаза, и тихо сказал:
Ш:Если ты сейчас скажешь «нет», я остановлюсь. Но если скажешь «да» — я продолжу.
Я почувствовала, как мир будто остановился. Его взгляд был серьёзным, но в нём читалась нежность и ожидание. Я чуть дрогнула, но вместо слов просто кивнула.
Виталя снова приблизился и обнял меня так крепко, словно боялся отпустить. Его губы нашли мои, и поцелуй стал ещё глубже, горячее, смелее. Я слышала, как он дышит, и это дыхание сбивалось в том же ритме, что и моё сердце.
Полотенце соскользнуло чуть ниже, но я даже не заметила этого — всё внимание было приковано к нему. Казалось, весь мир исчез, остались только мы вдвоём и этот миг, наполненный теплом и тихой жаждой близости.
Он прижал меня к себе ещё сильнее и прошептал почти неслышно:
Ш:Ты даже не представляешь, как сильно я этого ждал.
Я чувствовала, как его руки осторожно скользнули по моей спине, будто он боялся разрушить хрупкость момента. Каждое его прикосновение отзывалось во мне дрожью, и казалось, что воздух вокруг стал гуще, теплее.
Мы не торопились. В каждом движении, в каждом взгляде было столько нежности, будто мы учились заново говорить без слов. Он целовал меня мягко, но с растущей страстью, словно хотел передать всё, что копилось в нём долгое время.
Я прижалась к нему ближе, чувствуя, как его сердце бьётся в унисон с моим. И в этой близости было что-то большее, чем просто желание — доверие, искренность, глубокая связь, которую невозможно подделать.
Он снова посмотрел мне в глаза, задержав дыхание, и тихо произнёс:
Ш: С тобой я чувствую, что живу по-настоящему.
Его губы вновь накрыли мои, но теперь в поцелуе не было той осторожности — он целовал жадно, требовательно, словно боялся, что я ускользну. Его руки крепче прижали меня к себе, и от этого напора я ощутила слабость в коленях.
Полотенце соскользнуло окончательно, и он поймал меня за талию, не давая возможности отстраниться. Его дыхание было горячим и неровным, а голос — низким и хриплым:
— Я слишком долго сдерживался.
В его движениях появилось что-то настойчивое, чуть грубое, но не пугающее — в этой силе чувствовалась страсть, которую он больше не хотел прятать. Я чувствовала, что ещё мгновение — и он полностью заберёт этот момент себе, не оставив пространства для сомнений.
И всё же даже в этой ярости желания я знала: за его напором скрывается забота и нежность, которую он дарит только мне.
Он резко поднял меня на руки, словно я ничего не весила, и поцелуй между нами не прервался ни на секунду. Его губы жадно искали мои, дыхание сбивалось, и я чувствовала, как в этом порыве уже не осталось места для сомнений.
Мои пальцы вцепились в его плечи, полотенце окончательно упало на пол. Он шагал быстро, уверенно, не давая мне оторваться, и с каждым шагом поцелуй становился всё глубже, смелее, требовательнее.
Мы почти влетели в комнату, и он, не разжимая объятий, толкнул дверь ногой. Всё вокруг потеряло значение — стены, темнота, даже время. Была только его сила, его решимость и то, как он прижимал меня к себе, будто боялся отпустить даже на миг.
Я услышала его тихий, но хриплый шёпот у самого уха:
Ш: Сейчас ты моя.
Он наклонился так близко, что его дыхание обжигало кожу. Его руки скользнули по моим плечам, по бокам, задержались на талии, прижимая меня к кровати так крепко, что я ощущала всю силу его желания. Поцелуи становились всё резче, требовательнее, в них исчезла осторожность — осталась лишь страсть.
Он смотрел в глаза так, словно проверял, выдержу ли я этот напор, а затем снова накрыл меня собой. В каждом движении, в каждой нотке его голоса слышалось одно: он не собирался больше останавливаться.
Мир вокруг исчез — остались только шёпот, горячие прикосновения и невыносимое чувство, что этот момент принадлежит только нам.
Он словно потерял контроль — поцелуи становились всё глубже, движения всё резче, а голос срывался на хриплый шёпот. Его руки уже не знали покоя: то обнимали меня крепко, почти грубо, то скользили нежно, будто он боялся потерять этот момент.
Я чувствовала, как внутри всё горит, как сердце бьётся в бешеном ритме, совпадающем с его. Каждое его движение отзывалось во мне огнём, и я понимала — остановиться уже невозможно.
Он прижал меня к себе так, будто хотел раствориться во мне, стать единым целым. В комнате стояла тишина, нарушаемая только нашим дыханием и глухим стуком сердец.
И в тот миг, когда всё вокруг словно исчезло, я ощутила — мы достигли предела. Это было не просто желание, а что-то большее: единение душ, где страсть и нежность переплелись так тесно, что их невозможно было разделить.
Он ещё долго не отпускал меня, всё так же крепко прижимая к себе, будто боялся, что если ослабит объятия — всё исчезнет, как сон. Его дыхание постепенно выравнивалось, становилось спокойнее, а горячее сердце стучало рядом с моим.
Я закрыла глаза и прислушалась к этой тишине, в которой не нужны были слова. Всё уже было сказано прикосновениями, взглядом, тем, как он осторожно провёл рукой по моим волосам.
— Ты даже не представляешь, как сильно ты мне нужна, — прошептал он усталым, но довольным голосом.
Я улыбнулась и прижалась к нему сильнее. В комнате царила умиротворяющая полутьма, за окном мерцали огни города, и в этот момент казалось, что весь мир существует только ради нас двоих.
Мы лежали рядом, дыша в унисон, и я знала: этот миг я сохраню в себе навсегда.
Ш:Теперь, я тебя не отпущу
-А я и не собираюсь никуда. Теперь ты только мой. Сегодня ты говорил, что готов ждать, когда я буду готова к отношениям, я готова дать тебе ответ, я согласна.
****
Утром нам позвонил Джокер, и сказал ехать к Гере.
Зайдя в квартиру, Шрам маму Геры сразу увёл на кухню.
-Не ну нормально, он и так утром две порции борща съел.
Дж: Во первых это же Шрам, а во вторых чего это Шрам утром рано делал у тебя?
-Давай, я это скажу позже ладно?
Пока Шрам ел, к нам зашла теть Таня. И стала выгонять, но долго она с нами не пробыла. Зашел Шрам
Ш:Мамуль, а можно еще сырничков?
-Виталя, ты че с голодного края что ли, я тебя кормила утром. Ты проглот.
Ш:И я тебя люблю любимая.
-Видимо, Джокер тебе придется забыть обо мне, я буду стоять целыми днями у плиты.
Ш:Не будешь любимая.
-Спасибо, иди ешь уже.