PERFECT

- Ко мне? - спрашивает Дэниел, догоняя меня у лестницы.

- Мне сегодня в клуб, - я морщу нос. - Прости, забыла сказать вчера.

Я закрываю замок до конца, чувствуя, как прохладный ветер гуляет внутри куртки. Достав из сумки шапку, я стараюсь как можно скорее натянуть ее на голову, чтобы спасти замерзающие уши. Погода не самая теплая, но солнце все-же светит в глаза, заставляя щуриться и прикрывать лицо ладонью.

- Ну ладно, - он надувает губы. - Я приду? - на его лице появляется лукавая улыбка.

- Только попробуй, - я хмурюсь и толкаю его в плечо, на что он негромко смеется.

Оглядевшись, я снова понимаю, что нахожусь в центре всеобщего внимания. Буквально все, кто стоят поблизости или на парковке, не сводят с нас глаз, пытаясь понять, что же заставило Дэниела смеяться. Тем более в моей компании...

Я перевожу взгляд на брюнета. Он совершенно спокоен и не обращает ни малейшего внимания на происходящее вокруг него. Неужели его это совсем не раздражает? Я не поверю, если он скажет, что ничего не замечает.

- Тогда на завтра не строй никаких планов, - после небольшой паузы продолжает он. - Мы идем в бассейн, - брюнет улыбается, наблюдая за моей реакцией.

Я сглатываю, чувствуя, как желудок делает тройное сальто только от одной мысли, что я могу снова оказаться рядом с этим бассейном. В глазах плывет, стоит мне только мне вспомнить холодную и глубокую воду, желающую погрузить твое тело на дно и выжать всю оставшуюся жизнь.

- Я завтра не могу, - я прочищаю горло и, чтобы не смотреть парню в глаза, беру между пальцев выбившийся из косы локон волос и акцентирую все свое внимание на нем.

- И что-же у тебя завтра? - закатывает глаза парень и скрещивает руки на груди. Он не поверил мне.

- Нужно отвести Салли в ветеринарную клинику, - после недолгой паузы, отведенной на выдумывание эффективной отговорки, отвечаю я. - Ей что-то нездоровится, - я все еще надеюсь, что он поверит.

- Ага, - ухмыляется парень. - Мы могли бы завезти ее туда, а после тренировки забрать.

Я сжимаю кулаки, пытаясь сохранить невозмутимое выражение лица. Он специально издевается надо мной - хочет заставить меня признаться в том, что я лгу.

- Не стоит. Я сама как-нибудь справлюсь...

- Короче, завтра будь готова к четырем, - перебивает брюнет, останавливаясь у ворот. - И да, - на его губах появляется еле заметная ухмылка. - Ложись сегодня спать пораньше.

Только я собраюсь спросить его, что это значит, как парень разворачивается и идет в сторону своей машины. Терпеть не могу его противный характер.

Перевесив сумку на другое плечо, я следую примеру парня и направляюсь к выходу. Достав телефон из кармана черных джинс, я набираю номер Мэтта и подношу мобильник к уху.

Его так и не было в школе за эти последние дни, и я не уверенна, что он ходит в библиотеку поливать цветы. После нескольких гудков, снова срабататывает его автоответчик. С момента нашей последней встречи, я звонила ему четыре раза и отправила несколько сообщений. Все они были проигнорированы.

Я пытаюсь не думать, что с ним произошло что-то серьезное, ведь моему воображению нужно дать только волю, и оно придумает тысячи вещей, которые могли случиться.

Я всеми силами стараюсь подавить ужасное чувство брошенности и обманутости, которое поселилось где-то глубоко в душе, не собираясь покидать ее. Я не должна чувствовать вообще ничего - мы ведь даже не успели стать друзьями. Верно? Но почему же тогда тогда так плохо?

Впервые, после отъезда Тиффани, я чуствую себя одинокой - будто все, чем я дорожила у меня отняли. Я резко осознаю, что осталась совсем одна - у меня нет ни одного человека, с кем бы я могла поговорить, кому бы могла довериться. Я настолько жалкая, что мне самой стало себя жаль. И я ненавижу это.

Сейчас я не могу даже услышать голос Габриэллы, обычно, именно это давало мне какие-то силы. Я очень сильно скучаю по ней. Мне не хватает ее. Я просто нуждаюсь хоть в ком-то, кто прижал бы меня к себе и сказал, что все будет хорошо, пусть это была бы даже самая огромная ложь в мире.

Даже с Тиффани мы стали созваниваться намного реже. У нее теперь новые друзья, новые заботы, и лишь небольшое лысое создание все еще связывает нас. Я скучаю и по ней. Иногда мне кажется, что все, что я делаю на протяжении всей своей жизни - это скучаю и успокаиваю себя тем, что скоро все закончится. Ведь это должно когда-нибудь пройти?

- Здравствуйте, миссис Мэйсон, - я улыбаюсь женщине, расставляющей на деревянные полки какие-то книги.

- Здравствуй, Клер, - она поворачивается ко мне и, подойдя ближе, обнимает меня.

Это было именно то, в чем я сейчас нуждаюсь. Миссис Мэйсон всегда чувствовала, когда со мной было что-то не так. Она заменила мне бабушку, которую бы я хотела иметь.

- Тебя давно не было, - отстранившись от меня, проинзносит женщина.

- Да, - мычу я, опуская глаза на ботинки. - Были дела.

Мне не хочется, чтобы она знала о том, где я провожу вечера. Мне было необходимо, чтобы хоть в чьих-то глазах я была той Клер, у которой все всегда идет по плану, той счастливой Клер. С меня достаточно жалеющих меня людей.

- У тебя все хорошо? - всматриваясь в мои глаза, спрашивает женщина.

- Все в порядке, - я стараюсь улыбнуться, чтобы она поверила моим словам.

Как-бы хотела верить в них сама...

- Просто небольшие проблемы с учебой.

- Ну ничего, - она хлопает меня по плечу. - Учеба - не главное в жизни, - женщина улыбается, но я успеваю увидеть мимолетную грусть в ее глазах.

Какова ее история? Что скрывается за этими карими глазами и седыми волосами? Ведь независимо от того, какой человек, и кем был в прошлом, каждый имеет свою сокровенную историю, которую он бы не стал выставлять на всеобщее обозрение, потому что это занимает слишком большую часть в его сердце.

Мне так хочется послушать ее, узнать что-нибудь о ее жизни, но я лишь киваю головой и подхожу к полке, наполовину расставленной книгами. Я не стану лезть в душу человеку, только потому что мне так хочется.

Взяв с большой стопки, стоящей на полу первое попавшееся произведение, я ставлю его на полку, обозначенную заглавной "Г" - именно с этой буквы начиналось название книги. Миссис Мэйсон занимает следующую полку, сортируя произведения уже на ней.

Через минут двадцать, на полу остается буквально несколько книг, и я немного расстраиваюсь из-за того, как быстро мы закончили работу. Только здесь, среди тысяч историй, я могу забыться и, наконец, почувствовать долгожданное спокойствие. Будто на несколько мгновений, я становлюсь совершенно другим человеком - с прошлым и будущим, которые хочу иметь.

- Ну все, - убирая последнюю книгу, вздыхает женщина. - Спасибо тебе, Клер. Без твоей помощи, я бы провозилась тут целый день, - она поворачивается в мою сторону и улыбается.

- Не за что, - я поднимаю сумку со стула, вешая ее на плечо.

- Давай, беги, у тебя наверное много работы, а я тебя отвлекаю, - миссис Мэйсон хлопает меня по плечу, и я, искренне улыбнувшись ей, иду в сторону музея.

Мне стало заметно лучше и, как-бы это не звучало эгоистично, мне кажется, что некоторые люди все-же могут заполнять в твоем сердце пустоту, оставленную другим человеком.

Подойдя к небольшой тумбочке, стоящей у двери в музей, я просовываю руку в небольшую статуетку в виде птицы и, нащупав пальцами холодный металл, вытаскиваю его. Мы решили с Мэттом оставлять ключи здесь, потому что иногда нам не удается приходить вместе.

Вставив ключ в замочную скважину, я кручу его несколько раз по часовой стрелке и, услышав небольшой щелчок, открыю дверь. В комнате так прохладно, темно и одиноко, что я невольно ежусь. За эти несколько дней, пыль уже успела скопится в некоторых местах, а в одном углу появилась паутина. Я не часто тут убираюсь, но все-же, комната слишком бысто приняла тот вид, который мы наблюдали несколько недель назад.

Достав ведро с водой, которое я наполнила в прошлый раз специально для следующей уборки, я мочу тряпку и, выжав ее, начинаю вытирать пыль с полок. Когда я дохожу до стола, на котором стоит два горшка, я кидаю мимолетный взгляд на цветы.

Темно фиолетовые листья одной глоксинии сморщились и начинают образовывать коробочку. Я незаметно для себя улыбаюсь, и все внутри наполняется приятным теплом, словно ты увидел чудо. Процесс пошел, через, буквально пол месяца, мы сможем собрать семена, а ближе к лету уже вырастить новый цветок.

Закончив с уборкой, я иду в главный зал библиотеки за лейкой и, наполнив ее водой, возвращаюсь обратно. Только я собраюсь полить белую глоксинию, как внезапно замечаю, что земля в горшке уже сырая. Кто-то буквально несколько часов назад поливал эти цветы.

И так испорченное настроение сразу же скатывается к нулю. Мэтт был здесь сегодня, и я не знаю - радоваться этому или нет. С одной стороны, раз он в состоянии посещать библиотеку, то с ним все в порядке, но с другой, более эгоистичной стороны, я чувствую обиду и досаду. Он мог ответить на мои звонки и сообщения, но не стал делать этого.

Я никогда не обвиняла людей даже в мыслях, тем более не зная причин тех или иных поступков. Но прямо сейчас, я была обижена на Мэтта, даже не смотря на то, что он мне ни в чем не был обязан, и я была никем для него.

Схватив со стула сумку с курткой, я беру в другую руку лейку, полную водой, и направиляюсь к выходу. Я не хочу больше задерживаться тут и минуты, тем более вся работа уже сделана.

Кое-как, закрыв дверь, я кидаю ключи в статуетку и направляюсь в главный зал. Не обнаружив миссис Мэйсон у регистратуры, я решаю не тратить времени на ее поиски и просто ставлю лейку на видное место и иду к выходу.

На улице становится еще холоднее, чем было до этого, поэтому я, как можно скорее засовываю руки в рукава куртки и застегиваю замок. На рядом расположенной детской площадке, играет группа детей, а рядом с ними толпятся голуби, пытаясь выклянчить что-нибудь съедобное.

Дети звонко смеются и бегают, стараясь догнать друг друга. Им весело, они счастливы. Как жаль, что детство когда-то подходит к концу. Ты можешь понять, что взрослеешь в любое мгновение - твои взгляды на жизнь начинают меняться, ты уже по другому справляешься с трудностями на твоем пути, и самое главное - ты перестаешь радоваться мелочам в твоей жизни.

Наблюдая за этими детьми, я снова ощущаю обиду. Обиду на того, кто позволил одним детям жить счастливо и наслаждаться их детством, а вторым послал непреодолимые испытания и отобрал все радости их детской жизни. Я всей своей душой, всем своим существом верю в то, что Габриэлла поправится. Я не могу даже думать о другом исходе. Но спустя столько времени, потраченного на ее беспощадную болезнь, успеет ли она догнать пролетающее мимо нее детство? 

Не знаю, может это погода так на меня влияет или какие-нибудь другие факторы, но такое огромное количество чувств одновременно я никогда еще не испытывала. Завернув на улицу, где находится наш дом, я замечаю у обочины машину Фрэнки. Радует хоть то, что в клуб мне не придется идти пешком.

Поднявшись на крыльцо, я открываю дверь и захожу внутрь дома, растегивая на ходу куртку.

- Клер? - из ванной слышится голос Фрэнки.

- Да, - вздыхаю я и прохожу на кухню.

В доме так душно, что я первым делом открываю окно, поднимая жалюзи, чтобы комната наполнилась хоть каплей света.

- Куда ты пропала после школы? - вытирая полотенцем голову, в комнату заходит Фрэнки в одном халате.

- Ходила проверять свой проект по биологии, - поставив чайник на повторное кипячение, отвечаю я. - Тебе бы тоже неплохо было бы начать делать его.

- Вообще-то я делаю его с Эмили, - закатывает глаза брюнет. - И чтобы ты знала, у нас уже образовалась коробочка с семенами.

- Заставить кого-то делать проект за тебя - не значит участвовать в нем тоже, - я скрещиваю руки на груди.

- Она была не против, - парень достает из верхнего шкафчика кукурузные хлопья и, насыпав их в глубокую тарелку, заливает молоком.

- Еще бы, - закатываю глаза.

- Кстати, - лицо парня в миг становится серьезным. - У меня новость.

Парень чешет затылок и кидает на меня мимолетный взгляд исподлобья. Я в миг напрягаюсь, чувствуя, что новость будет не из хороших. Он открывает рот, но затем сразу же закрывает, обдумывая, в какой форме преподнести ее.

- Родители и Габриэлла не вернуться домой на Рождество, - выдыхает он.

Сердце буквально перестает биться, стоит этой новости сорваться с губ парня. К горлу подступает комок, и я не могу даже заставить себя сглотнуть.

- С ней все в порядке? - прочистив горло спрашиваю я, чувствуя как подкашиваются мои колени.

"Лишь бы все было хорошо." - повторяю про себя, как мантру.

Я даже не могу представить себе что будет, если он даст отрицательный ответ.

- Да, все нормально, просто они решили провести операцию раньше, - брюнет засовывает в рот одну ложку хлопьев, избегая моего взгляда.

- Что? - выдавливаю из себя я, молясь, чтобы мне это послышалось.

- Да, Клер, - вздыхает парень, оттягивая руками влажные после душа волосы. - Ей это нужно.

- Нет, - я хватаюсь за стол, чувствуя, как меня шатает. Я сжимаю его углы так сильно, что костяшки моих рук становятся белыми. - Они не могут. Они должны были вернуться домой прежде чем делать операцию, - заикаясь произношу я.

- Они больше не могут ждать, - парень резко отодвигает от себя тарелку.

Ему тоже тяжело.

- Ты знаешь каков процент того, что операция пройдет успешно? - повышаю голос я. - Мне нужно увидеть ее! Она еще слишком слаба!

- Знаю, и не хуже тебя! - кричит Фрэнки, вставая из-за стола. - Просто нужно надеяться на лучшее.

- Дай мне свой телефон! - я подхожу к нему, и как сорванная с цепи начинаю щупать карманы его халата.

- Убери свои руки, - парень несильно отталкивает меня. - Он наверху.

Я незамедлительно кидаюсь к лестнице. Во мне бушует ярость и отчаяние одновременно. Они врали, когда говорили, что приедут до Рождества. Они знали заранее, что останутся там и сделают операцию. Чертовы эгоисты!

- Дай телефон Габриэлле, - после того как женщина поднимает трубку, холодно и требовательно произношу я.

Я редко позволяю себе разговаривать с ней в таком тоне. Обычно меня хорошо наказывают за это.

- Это еще зачем? - после недолгой паузы спрашивает она.

- Ты можешь хоть раз сделать то, чего я прошу? - я сжимаю кулаки, чувствуя с какой силой ногти впиваются в ладонь.

Услышав шуршание на другом конце трубки, а затем тишину, я уже хочу разбить телефон об стенку, когда до боли знакомый голос начинает доноситься из динамиков, заставляя меня прийти в себя.

- Я слушаю, - тихим и таким приятным голосом, ласкающим уши, отвечает Габриэлла.

- Милая, - вздыхаю я.

Это было именно то, чего я так жаждала. Словно до этого момента все шло не так как должно было быть.

- Как ты? - продолжаю я.

Только не плакать...

- Клер, - звонко кричит девочка. - Я так соскучилась! Тут столько всего произошло! Почему ты не звонила мне?

Все мои внутренности сжимаются, стоит мне услышать последнее предложение.

- Я звонила тебе каждый день, разве мама не говорила тебе? - прочищая горло и поднимая глаза на потолок, чтобы проглотить затывшие в глазах слезы, спрашиваю я.

- Нет, - отвечает она, и я представляю, как она качает головой, так, что кудряшки на ее волосах подпрыгивают, покачиваясь из стороны в сторону.

Я представляю, что она сейчас рядом со мной, и этот голос доносится не из динамиков телефона.

- Как ты себя чувствуешь? - спрашиваю я, пытаясь не выдать свой дрожащий голос, который желает сдать меня в любую секунду.

- Замечательно! У меня появился друг - Хантер, мы видимся с ним почти каждый день. Он такой хороший! - радостно произносит она, заставляя меня засмеяться сквозь слезы. - Ты что плачешь? - обеспокоено спрашивает девочка.

- Нет, что ты, - я стараюсь улыбнуться, будто она видит меня в данный момент. - Я просто очень рада за тебя.

- Со мной все в порядке, правда, - вздыхает она. - Не волнуйся по этому поводу, хорошо?

- Хорошо, - я качаю головой, заставляя себя поверить в ее слова.

- А как ты?

- Неплохо, правда очень соскучилась по тебе, - я подхожу к окну и отодвигаю шторы.

- Я тоже, но мы же скоро увидимся! - смеется девочка.

Нет. Они не могли скрывать это от нее. Хоть что, только не это.

- В каком смысле? - я прочищаю горло, быстро моргая.

- Клер, - хихикает она. - Скоро Рождество, не забыла?

Я облокачиваюсь на подоконник, снова чувствуя тошноту. Это слишком даже для них. Они не имеют права держать ее в неведении и питать ложными надеждами!

- Точно, - я провожу рукой по волосам, пытаясь сделать свой голос как можно радостней. - Я так замоталась, что сбилась со счета времени.

Мне хочется сесть на первый же самолет и улететь к ней. Смотря на небо, я думаю, сколько тысяч километров нас разделяют. У нее другой часовой пояс, и может, она уже скоро будет ложиться спать.

- Сколько у вас времени? - спрашиваю я, прислоняясь лбом к стеклу.

Я чувствую отчаяние и досаду от своей беспомощности. Мне хочется сползти по стенке на пол и выть от того, насколько я жалкая.

- У нас уже полночь, Клер, - зевает Габриэлла. - Я не сплю, потому что до сих пор не могу привыкнуть к этому времени, - устало хихикает она. - А у вас сколько?

- У нас ровно три дня, - оторвав телефон от уха, я смотрю на экран. - Тебе нужно больше отдыхать.

- Все что я делаю на протяжении всех дней - это отдыхаю, - протягивает она, делая глубокий вдох. - Мне уже это надоело.

- Все, хватит Габриэлла, тебе нужно спать, - слышится приглушенный голос матери.

- Ну мам, - воет девочка.

- Габриэлла, - уже строже произносит женщина, и мне хочется накричать на нее, за то, что она позволяет себе разговаривать с ней в таком тоне.

- Хорошо, - вздыхает она. - Мама говорит идти спать, - грустно говорит, обращаясь уже ко мне.

- Уже поздно, тебе и правда пора ложиться, - через силу отвечаю я.

Последнее, что я хочу - это прекратить разговаривать с ней. Все встает на свои места только тогда, когда я слышу ее голос.

- Но я хочу говорить с тобой.

- Мы обязательно поговорим снова в ближайшее время, - говорю я, сама не веря своим словам.

- Ладно, - мычит она. - Спокойной ночи, Клер.

- Спокойной ночи, милая, - как можно нежнее произношу я, представляя, что обнимаю ее этими словами. - Дай, пожалуйста, маме трубку.

- Вы не будете ругаться?

- Нет конечно, - скрещивая указательный и средний палец, говорю я.

- Ну ладно, - вздыхает она и через несколько секунд слышатся тихие шажочки. - Мама, это тебя.

- Да? - холодным тоном произносит женщина.

- Вы не имеете права скрывать от нее то, что хотите перенести операцию! - яростно говорю я, крепко сжимая зубы.

- Это не твое дело, - строго шипит она. - Мы сами знаем, что нам делать, не смей указывать нам! - слышится хлопок двери, как я думаю в комнату Габриэллы.

- Она думает, что приедет на Рождество домой! Вы сделаете все только хуже! - я начинаю оттягивать волосы на голове, и будь я сильнее, то точно вырвала бы их.

- Ты ничего не знаешь, - сквозь зубы говорит женщина. - Разговор окончен.

Слышатся гудки, и через несколько секунд телефон летит на пол. Ненавижу! За что нам в родители попались такие эгоистичные и мерзкие люди! Пнув кровать ногой, я громко вскрикиваю, хватаясь за ногу.

- Твою мать! - кричу я.

- Что происходит? - в комнату врывается Фрэнки, держа в руке расческу.

- Пошли вы все к черту, - я выталкиваю его из комнаты и, закрыв дверь, скатываюсь по ней на пол.

- Телефон хоть отдай.

- Пошел к черту! - еще громче кричу я и ударяю кулаком по двери.

Никогда еще в жизни я не позволяла себе так срываться. Я привыкла всегда все контролировать и чувства в том числе...

- Ты пугаешь меня, Клер, - вздыхает Фрэнки и, облокотившись спиной о дверь, тоже сползает по ней. - Мне тоже очень плохо, и я тоже переживаю по этому поводу, но нужно надеяться, что все будет хорошо.

- Ничего не будет хорошо, пока она с ними, - всхлипывая произношу я.

- Они ведь тоже стараются не для себя, - тихо бормочет Фрэнки. - Они любят ее.

- Если бы они любили, они не стали бы ей врать, - грубо кидаю я, вытирая щеки. - Она еще не готова к операции, ей нужно окрепнуть.

- Может ты права, - томно вздыхает он.

Повисает тишина, которую нарушают только мои всхлипы. Мне кажется, что мой мозг просто не вынесет такое количество мыслей. Но лишь одна не дает мне никакого покоя.

- Как ты думаешь, у нее получиться...? - полушепотом спрашиваю я, не в силах закончить предложение.

Это было и не нужно, мы всегда понимали друг друга с полуслова.

- Я думаю, да, - твердо отвечает он.

- Ты правда так думаешь? - мой голос срывается, но меня больше не волнует это.

- Правда...

***

- Клер, прими заказ у того парня, - говорит Патрик, помешивая красный коктель.

- Хорошо, - как на автомате говорю я, проходя почти в самый конец стойки.

- Добрый вечер, - я стараюсь быть вежливой, хотя умираю от желания вылить на довольное лицо парня что-нибудь покрепче.

- Привет, красавица, - ухмыляется шатен, подмигивая мне. - Мне, пожалуйста, бурбон и ваш номер телефона.

- Ожидайте заказ около трех минут, - игнорируя его последнюю фразу, говорю я и направляюсь обратно к Патрику.

Это не остается без внимания поблизости сидящего Дэниела. Он поднимает брови и негромко свистит, так, чтобы услышала только я.

- Пометишь этот день красным маркером на календаре? - спрашивает он, ухмыляясь.

- Обязательно, - язвлю я, хоть совсем не в настроение для этого.

- Я за вечер собрал уже четыре номера, - с гордо поднятой головой, говорит парень. Он следуя за мной с внешней стороны стойки.

- Ты хвастаешься этим? - закатываю глаза, поправляя фартук, который время от времени перекручивается.

- Может быть, - ухмыляется он.

- Ему бурбон, - во время вспомнив название напитка, говорю Патрику, который делает очередной коктейль.

- Найди бутылку с коричневой жидкостью и надписью "Jim Beam", - произносит парень, подавая девушке ее напиток и начиная делать новый.

- Как я найду? - возражаю я. - Тут таких сотни.

- Посмотри на второй полке снизу, ближе к середине, - не отрываясь от своей работы произносит он.

Пройдясь глазами по бутылкам, я нахожу нужную и, взяв ее с полки, ставлю на стол перед блондином.

- Теперь найди стакан с толстым дном и широким горлышком, - ловко добавляя в коктейль ингредиенты, продолжает давать поручения он.

Я вздыхаю и, подхожу к столику, на котором находятся все разновидности стаканов, рюмок, фужеров и бокалов. С поиском нужного стакана дела обстоят гораздо хуже - то попадаются с толстым дном, но с узким горлышком или наоборот. Как они вообще разбираются в них?

Наконец, кое-как найдя нужный стакан, я направляюсь обратно.

- А теперь наполни его на одну четвертую.

Взяв в руки бутылку со специальной металлической насадкой на горлышке, я начинаю крутить бутылку в руке, пытаясь понять, в какую сторону должна быть повернута эта насадка.

- Это называется гейзер, - увидев, как я недоумевающе рассматриваю этот предмет, парень оторывается от своей работы и, забрав бутылку из моих рук, показает как нужно наливать алкоголь в стакан. - Он нужен для точного и аккуратного разлива напитков, - он наполняет стакан на одну четвертую и вручает его мне в руки. - Поняла?

Я лишь киваю головой и, развернувшись, иду в сторону того парня, чей заказ я сейчас несу в руках.

- А где номер? - спрашивает парень, когда я поставив стакан с напитком перед ним, собираюсь уйти.

- Займи у него, - я киваю в сторону Майерза. - У него их через чур много.

Дэниел увидев, что на него направлено аж две пары глаз, исключая поклонниц в зале, улыбается нам и машет рукой, выпивая жидкость в стакане до дна.

Блондин поднимает брови и переводит взгляд на меня, ожидая объяснений, но я только поджимаю губы и направляюсь обратно к Патрику для новых поручений.

- Ты можешь идти домой, ты сегодня и так задержалась, - похлопав меня по плечу произносит он.

Посмотрев на настенные часы, я понимаю, что пробыла в клубе уже около четырех часов. В любой другой бы день, я наверное осталась бы еще дольше, чтобы все таки доказать, что я могу справиться с этой работой, но сейчас у меня нет ни желания, ни сил, ни настроения, поэтому, я лишь киваю ему и поворачиваюсь спиной, чтобы он помог мне развязать мой фартук.

- Держи, - он вручает мне его в руки. - Ты когда придешь в следующий раз?

- В пятницу, - вспомнив свое расписание, весящее на магнитной доске, отвечаю я.

- Я буду тут, - улыбается блондин. - Ну ладно, до пятницы.

Я киваю ему и, развернувшись, направляюсь к концу стойки.

- Ты уже уходишь? - спрашивает Сильвия, ставя какую-то бутылку на полку.

- Ага, - я киваю головой.

- Тогда, пока, - она улыбается и подмигивает мне.

- Пока, - я отвечаю ей натянутой улыбкой.

Сходив в комнату обслуживающего персонала за одеждой, я направляюсь к выходу из клуба. Я еле проталкиваюсь сквозь небольшую кучку людей, столпившихся у двери. Накинув на себя куртку, я прохожу через коридор и, наконец, оказываюсь на свежем воздухе. Я не чувствую того облегчения и умиротворения, которое ожидала получить, выйдя из клуба.

Опустошенность. Вот что я чувствую.

На меня обрушивается реальный мир, словно все, что было внутри помещения с красной вывеской, было сказкой. Я снова вспоминаю про все свои проблемы, которые на время забыла, находясь за барной стойкой.

Словно это был совсем другой мир, совсем другое измерение, находясь в котором, ты отпускаешь все свои заботы, преследующие тебя в реальной жизни. Теперь я понимаю, почему люди посещают такие заведения. Я даже в трезвом состоянии смогла избавиться и забыть на время о некоторых проблемах.

Сняв машину с сигнализации, я залезаю на водительское сидение и, прогрев машину, еду домой.