PERFECT

Утром я проснулась из-за ужасной боли в горле и вообще во всем теле. Кости ломило от холода, а тело не прекращало дрожать, подстраиваясь под ритм стучащих зубов. В доме было невыносимо холодно, все утратило свой уют, погружаясь в серый туман одиночества.

Кое-как приподнявшись с кровати, я свесила с нее ноги, держась за больное горло, которое отвратительно щипало. Прикоснувшись ступнями к холодному полу, забывая о том, что нахожусь не в своей комнате, где повсюду мягкий ковер, меня передернуло, и я постаралась как можно быстрее засунуть ноги под одеяло, которое еще хранило тепло моего тела. Я настолько озябла и промерзла, что думать о чем-то, кроме горячего чая, я была просто не в состоянии.

Кресло, на котором спал парень, было сложенно и аккуратно передвинуто в угол комнаты, где оно стояло до этого. Странно, что я не проснулась, когда он уходил. Обычно, мне нужен один еле уловимый звук, чтобы прийти в сознание.

Шмыгнув носом, я посильнее укуталась в одеяло и перебежала на цыпочках в свою комнату, стремительно начиная выискивать в шкафу самую теплую одежду, которая когда-либо у меня была.

Я кое-как стояла на ногах: в глазах постоянно темнело, а уши закладывало. Нужно найти градусник и измерить температуру, потому что я чувствовала себя просто отвратительно. Не хватало еще заболеть в конце года.

Вспомнив вчерашнюю ночь, мне стало ужасно стыдно за свое поведение. Сейчас, все мои страхи и истерики казались настолько детскими, бессмысленными и дикими, что мне хотелось зарыться головой в подушку и больше никогда не взглянуть своими позорными глазами на этот мир. Но это только сейчас, ведь с закатом солнца, весь мой здравый смысл снова ускачет к черту на куличики.

Достав серую водолазку и самый теплый и толстый свитер в своем небольшом гардеробе, я скорее перетянула их через голову, игнорируя мурашки, пробежавшиеся по телу, от соприкосновения с холодным материалом. Надев на ноги мешковатые махровые штаны, я направилась в ванную комнату, приготавливая себя к самому страшному.

Как я и предполагала, открыв кран, я не дождалась никакой иной воды, кроме ледяной. Привыкнув к температуре, я начала потихоньку смывать с себя те слезы, которые пролила за вчерашний вечер.
Почистив зубы, я вытерла лицо полотенцем и направилась вниз. Лестница казалась, как никогда длинной. Кое-как, опираясь на перилах, я все-же дошла до низу и лишь на последних ступеньках, услышала чей-то голос.

Выглянув из-за двери кухни, я увидела Дэниела, к счастью одетого, и Салли, стоящую на кухонной тумбе и кушающую что-то из рук парня. В любой другой ситуации, я наверное бы наорала на брюнета за то, что он подпалил сковородку, стоящую на газовой плите, и прогнала бы визгами кошку, которая как ни в чем не бывало уселась своей задницей на стол, на который мы кладем продукты. Но от небольшого шока, растерянности и ужасного самочувствия, мне пришлось лишь стоять у двери и наблюдать, как брюнет болтает с животным, которое в свою очередь даже не против того, что он его трогает.

Салли кушала! Я не могла ее заставить даже передвинуться на сантиметр с полки в кладовке, а тут она ела еду с рук парня.

- Нас спалили, Клер, смываемся, - он прихватил кошку в подмышку и, взяв один блин из тарелки, побежал в гостиную, подмигивая мне.

Что? Как он назвал кошку?

- Как ты назвал ее? - возмутилась я, следуя за парнем, но тут же пожалела об этом, потому что больное горло снова напомнило мне о себе, мерзко пощипывая.

Парень, которого я уже не ожидала сегодня увидеть, сел на диван, опуская животное рядом с собой.

- Клер, - как ни в чем не бывало проговорил он. - А что? Вы похожи, - переводя взгляд с кошки на меня, проговорил брюнет.

Я лишь закатила глаза и обхватила себя руками, так как на первом этаже оказалось еще куда холоднее, чем на втором. Увидев, как парень рассматривает мой внешний вид, я немного смутилась. Я была уверена, что он ушел, когда надевала желтые махровые штаны и такие же носки.

- Ты куда-то собралась? - сквозь улыбку, которую он пытался скрыть, спросил Дэниел.

- Эти штаны вообще-то твоя мама подарила мне на прошлое Рождество, - прохрипела я, скрещивая руки на груди.

- А-а, - промычал он, переводя взгляд ниже, на носки. - А это, как я полагаю, мой отец?

Кошка переместилась на его колени, довольно мурлыкая. Что он сделал с ней?

Я цокнула языком и закатила глаза, разворачиваясь и уходя на кухню. Во всем первом этаже стоял ужасный запах чего-то горелого, но я не стала открывать окно, боясь окончательно замерзнуть. Кое-как откопав в тумбочке железный чайник, я ополоснула его от пыли и наполнила водой, ставя на газовую плиту. Встав поближе к горящей конфорке, я стала греть руки, наконец чувствуя свои пальцы.

Нос был заложен, а в глазах все плыло, поэтому я достала все лекарства от простуды из тумбочки. Выпив минимум три таблетки и брызнув в горло спрей, я налила себе горячего зеленого чая, усаживаясь на холодный стул.

- Блины без яиц, - произнес парень появляясь на кухне и доставая кружку из верхнего шкафчика.

Салли, с гордо поднятой головой, плелась за ним. Я облегченно вздохнула, когда до меня дошел тот факт, что кошка не умрет от голода.

Дэниел поставил передо мной тарелку с горячими блинами, усаживаясь напротив.

- Ты не смогла попробовать их в прошлый раз, - он засунул целый блин себе в рот, запивая его чаем.

Весть аппетит сразу же пропал от такой картины. Я сдерживала себя как могла, чтобы не запустить ложку ему в лоб.

- Ты хотел кормить меня блинами с яйцами? - поднимая брови и снова хмурясь от боли в горле, произнесла.

- Я не знал тогда, что ты вегетарианка, успокойся, - он вытянул руки перед собой, тщательно пережевывая несчастный блин.

Я уже потянулась к ложке, как зазвенел телефон парня. Он, пошарив по карманам брюк и вытерев об них руки, вытащил смартфон и ответил на звонок.

- Да? - произнес брюнет, отпивая чай.

- Нет, какой толк иметь в доме электростанцию, если того, без чего она не будет работать, нет? - после нескольких секунд паузы ответил он.

- Градусов пятнадцать, - Дэниел откинулся на спинку стула, покачиваясь на нем, заставляя меня снова потянутся к ложке.

- Да нет, она пока еще жива, - ухмыльнулся он, переводя взгляд на меня, а потом на ложку, которую я так сильно сжимала в руке.

- Хорошо, пока, - выдохнул, откладывая телефон на край стола. - Фрэнки передал привет, - усмехнувшись сказал он.

- Пусть засунет его к себе в задницу, - зло прошептала я, не в состоянии говорить громче.

- Что с твоим голосом?

Я пожала плечами, не находя больше в себе сил ответить.

- Ты подумала о моем предложении? - спросил парень, наконец прекращая жевать.

Я нахмурилась, не понимая о чем он говорит. Заметив мое замешательство, он продолжил:

- Ну, я учу тебя плавать, а ты помогаешь мне с проектом, - он пристально посмотрел мне в глаза, будто от этого зависела чья-то жизнь.

Я напряглась, натягивая рукава свитера на замерзшие пальцы. Это совсем вылетело у меня из головы, и я даже не подумала как следует.

- Ты не получишь атестат, Клер, если не сдашь его.

По телу вновь пробежалась дрожь и вовсе не от холода. Ненавижу, когда на меня давят, но парень был прав, мне нужно было заработать хотя-бы самый низкий балл, чтобы получить положительную оценку.

Я вновь пожала плечами, не зная что ответить.

- Да брось, - он закатил глаза. - Тебе просто не хочется помогать мне?

- Дело не в этом, - прохрипела я.

- А в чем же? - он поднял брови.

- У меня не получится.

- Давай, если за первый день ты не справишься, то мы не будем больше пытаться, - предложил парень.

Я пожала плечами, уже не думая, что это чертовски ужасная затея.

- Ладно, - вздохнул он. - Подумай еще.

После обеда, убедившись, что я оплатила счета, парень, наконец, ушел к себе домой, оставляя меня дома одну. Салли снова стала дикой и раздражительной, но на этот раз не убежала, а осталась сидеть на моем кресле.

Боль в моем горле немного утихла после того, как я снова побрызгала его спреем, но тело все еще ломило и началась адская головная боль. У меня был жар, и выпив жаропонижающее, я пролежала так в гостиной под теплым пледом несколько часов.

К часам пяти вечера, в доме, наконец-то дали свет и я смогла зарядить телефон. Увидев два пропущенных от Мэтта, четыре от Фрэнки и один от Тиффани, я решила первым делом позвонить брюнету. Я не предупредила его насчет того, что не приду сегодня в школу, а затем и в библиотеку, поэтому чувствовала небольшую вину перед ним.

- Привет, Клер, - пробормотал парень, как только взял трубку.

- Привет, - тихо произнесла я, надеясь, что он услышит меня.

- Тебя плохо слышно. Кстати, что случилось? Почему ты не пришла в школу?

- Я заболела, - как можно громче сказала я.

- Оу, выздоравливай скорее, в школе без тебя скучно, - протянул парень, и в моем животе что-то затрепещало от его слов.

- Ага, - лишь произнесла я, накручивая локон волос на указательный палец.

- Кстати, Патрик спросил насчет работы.

- Да? И что? - я приподнялась с дивана, чувствуя нарастающее волнение.

Девяносто процентов я расчитывала на отказ, но небольшая надежда все-же была.

- Ему сказали, чтобы ты подошла в воскресенье к часам четырем, - радостно проговорил парень.

- Ты шутишь? - воскликнула я, невзирая на раздирающую боль в горле.

- Нет, - засмеялся парень над моей реакцией.

- Боже, это просто удивительно, - вздохнула я. - Но это еще не все, вряд-ли они возьмут меня.

- Успокойся, Клер, - цокнул он языком. - Ты отлично подойдешь им.

Я знала, что полная противоположность людей, работающих там, поэтому поддержка Мэтта мне не помогла.

- Ладно, - вздохнул брюнет. - Мне пора бежать на репетицию.

- Пока, - проговорила я, чувствуя небольшую грусть от конца разговора с ним.

- Выздоравливай, Клер, - проговорил он и отключился.

Я все еще держала телефон у уха, когда послышались короткие гудки. Настроения и сил перезванивать остальным просто не было, поэтому я откинулась на спинку дивана, сильнее укутываясь в плед. Батареи нагрелись и в доме стало гораздо теплее, но от простуды меня знобило, и я не заметила существенной разницы.

Услышав настойчивый стук в дверь, я кое-как, крехтя поднялась с дивана, направляясь в прихожую.
Открыв дверь, я опешила, когда незнакомомая мне девушка в ярко-красном платье и меховой шубе влетела в дом, отталкивая меня с прохода, будто меня и не было. Пройдя на кухню, а затем в гостиную, пачкая своей обувью белый ковер, она не обнаружив того, чего искала, перевела взгляд на меня.

- А ты еще кто такая? - задала вопрос она, заставляя меня удивиться еще больше. - Ты его любовница? - после небольшой паузы воскликнула она, но пройдясь по мне оценивающим взглядом, замолкла.

- Могу я спросить, а кто вы такая? - я подняла брови, стараясь говорить как можно громче, что удавалось с большим трудом. - Вы наверное ошиблись адресом, - все еще не закрывая дверь, проговорила я.

С улицы начал проникать холодный воздух в дом, и мне все-же пришлось прикрыть ее.

- Нет, это наверное ты ошиблась! Генри живет здесь? - она поставила руки в боки и мне стало немного не по себе от ее взгляда.

Я начала догадываться в чем дело и положила ладонь на горячий лоб. Ненавижу свою сумасшедшую семью. Ненавижу своего отца!

- Я его дочь, а, как я понимаю, это вы его любовница, - уже тише произнесла я, молясь, чтобы девушка тоже снизила тон, иначе моя голова просто взорвется.

- Что? - вся краска сошла с ее лица и она не была больше такой красавицей, как до этого.

- Он уехал в Токио лечить свою младшую дочь от опухоли головного мозга, - чувствуя нарастающую ярость, сквозь зубы произнесла я.

Мой отец не был обделен красивой внешностью и был еще совсем молод, поэтому постоянно крутил романы, на что мать закрывала глаза, будто не замечая этого. Но, после того, как Габриэлла заболела, мне показалось, что он остепенился и стал более менее разумным и адекватным. Но мне, как всегда, лишь показалось...

Девушка, облокотилась спиной спиной об стену, все еще находясь в шоковом состоянии. Мне стало немного жаль ее. Если она действительно не знала о том, что у моего отца есть семья, то ее вины здесь нет. Она лишь очередная молодая и глупая девушка, попавшаяся в сети моего отца, который умеет так красиво врать, обещая своим любовницам идеальную совместную жизнь.

Она запустила в свои светлые волосы пальцы и начала их оттягивать, медленно оседая на пол. Когда девушка наконец переварила все услышанное, она закрыла ладонями свое, идеально накрашенное лицо, и начала плакать, громко всхлипывая.

Я до конца закрыла дверь, зная, что раньше, чем через час девушка не уйдет, и мне придется выслушать всю ее историю. Я начала перебирать пальцы, чувствуя небольшую вину перед ней.

- Он обещал, что мы поженимся, - через рыдания произнесла она, и мне с трудом удалось расслышать это.

Я подняла брови, чувствуя огромную ярость на мужчину, который приходится мне отцом. Она громко выдохнула и резко прекратила плакать, стирая под глазами потекшую тушь. Переведя взгляд на меня, блондинка постаралась улыбнуться, что у нее вышло просто замечательно. От несумевшей сдержать свои эмоции девушки, не осталось и следа. Мне стоит поучиться у нее такому самообладанию.

- Прости меня, - она встала на ноги и поправила свои волосы, которые растрепались, когда она крепко схватилась за них. - Я правда не знала, что у него есть семья, - ее рот скривился, а на глазах снова выступили слезы.

Я видела, как она крепко впилась своими длинными ногтями себе в ладонь. Я не знала, что она чувствует сейчас: обиду, злость, отчаяние, предательство или все это вместе, но я понимала, что ей слишком больно и мне не стоит винить ее и позволять ей чувсвовать себя виноватой.

- Здесь нет твоей вины, - я покачала головой, не в силах больше смотреть в ее карие глаза, которые так отчаяно пытались отрицать все услышанное и найти хоть одну зацепку, чтобы убедиться, что я соврала.

Она пробежалась взглядом по рамкам на стенах и, увидев фотографию маленькой Габриэллы, которая сидела на шее у своего отца, резко опустила глаза на свои ботинки.

- Не говори ему, что я приходила, хорошо, - девушка взглянула на меня, стыдясь за то, что просит меня о чем-то, когда я знаю, кто она такая.

- Хорошо, - я кивнула. - Я не могу терпеть его также, как ты, если это тебя подбодрит, - постаралась улыбнуться, на что девушка ответила мне тем же, но в отличии от меня, у нее это вышло правдоподобней.

- Прости, - она провела пальцем под глазом и проверила его на наличие потекшей туши. - Я не помню, когда в последний раз плакала, - выдавила из себя смешок.

- Не хочешь выпить чаю? - наблюдая за ее дрожащими руками, которые сдавали ее, проговорила я.

- Нет, - она посмотрела на дверь. - Это как-то неправильно, - запинаясь закончила блондинка, и перевела взгляд на меня.

На моих губах появилась небольшая улыбка, когда я поняла всю иронию этой ситуации. Заметив это, девушка тоже улыбнулась.

- Хотя, пошли, - она стянула с себя шубу и повесила ее на крючок. - Ой, - она закрыла рот рукой, когда заметила на белоснежном ковре грязные следы от обуви. - Прости, - виновато посмотрела на меня и начала снимать обувь.

- Ничего страшного, - я прошла на кухню и поставила электрический чайник на повторное кипячение.

Вытащив из холодильника шоколадный рулет и арахисовую пасту и поставив все это на стол, я спросила у девушки, рассматривающей в коридоре семейные фотографии, что она будет: чай или кофе? Получив ответ, я заварила черный чай.

- Кстати, я ведь еще не знаю твоего имени, - блондинка зашла на кухню, пытаясь улыбаться.

Ее глаза были красными, а губы распухли от постоянного покусывания их. Просмотр семейных фотографий ей точно не пошел на пользу.

- Клер, - я поставила одну чашку с чаем на стол и взяла свою с тумбы. - А тебя?

- Кассандра, - она села за стол, пододвигая еще дрожащими руками к себе чашку. - Как бы странно это не звучало, но приятно познакомиться.

- Мне тоже, - усмехнулась я садясь напротив нее.

- Сколько тебе лет?

- Семнадцать, - после недолгой паузы, в течении которой я пыталась вспомнить свой возраст, ответила я.

- Ты еще учишься? - продолжила девушка.

Было видно, что она не настроена на разговор. Ей даже глоток чая в горло не лез.

- Да, а ты?

- Учусь ли я? - усмехнулась она.

- Нет, сколько тебе лет, - уточнила я.

- Двадцать три, - девушка опустила глаза на свои руки, крепко обернутые вокруг чашки.

- Понятно.

Она выглядела гораздо моложе своего возраста. Ее с легкостью можно было бы принять за студентку, за счет ее не высокого роста. Не понимаю, зачем такой девушке понадобился человек в двое старше ее самой.

- Сколько лет твоей сестре, - перешла она на тему, которую мне так не хотелось обсуждать.

- Десять, - я сглотнула.

Она снова виновато посмотрела на меня, что потихоньку начало раздражать. Здесь нет ее вины, и я вовсе не осуждаю ее.

- Еще есть надежда? - тихо спросила, начиная вертеть кольцо на пальце.

Я не стала отвечать ей, так как сама не знала. Единственное, в чем я уверенна, так это в своей надежде, в той, что будет в моем сердце до последнего вздоха.

- До сих пор не могу поверить, что меня обвели, как школьницу, - грустно и горестно усмехнулась она. - Он так убедительно врал, - она помотала головой в разные стороны, стараясь избавиться от воспоминаний, которые лезли в голову без приглашения. - Говорил, что любит так сильно, что готов ради меня на все.

- Он никого не любит кроме себя, - фыркнула я, поражаясь тому, какими черствыми бывают люди.

Я не думала, что в моих глазах он может пасть еще ниже.

- Сколько вы были знакомы? - спросила я, понимая, что причиню своими расспросами боль девушке.

- Шесть месяцев и три недели, - она обхватила себя руками, смотря пустыми глазами в одну точку. - Я даже отмечала в календаре каждый день проведенный с ним.

- Оу, - я опустила глаза на руки.

Ведь остались еще в этом мире люди, верящие в любовь. Только благодаря моему отцу, их стало на одного меньше.

- Мне жаль, что так вышло.

Я не могу терпеть, когда меня жалеют, но продолжаю это делать сама. Когда я смогу, наконец, понять себя?

- Проехали, - она снова натянула улыбку, и я потихоньку начала различать, когда на ее лице ненастоящие эмоции.

- Как ты нашла этот дом? - спросила я, понимая, что девушка не была тут до этого.

- Когда он пропал на целую неделю, не предупреждая меня ни о чем и не отвечая на мои звонки, я начала волноваться и разыскала его друзей, которых видела с ним однажды в клубе. Они мне и дали адрес.

Несмотря на то, кем приходится эта девушка моему отцу, я не могу найти в ней ни одного отрицательного и отталкивающего качества, которое хоть немного бы настроило меня против нее.

- Ладно, - она встала со стула, убирая свою чашку с недопитым чаем в раковину. - Мне, наверное, пора, - вздохнула блондинка, стараясь больше не подаваться своим чувствам и эмоциям, которые можно было не без труда увидеть в ее глазах.

Я прошла за ней в коридор и облокатилась об дверной проем. Когда девушка была полностью одета и уже потянулась к дверной ручке, она резко развернулась и посмотрела на свою правую руку.

Она долго не могла решиться, прежде чем снять со среднего пальца золотое кольцо с небольшими камушками и положить его на тумбочку рядом с большим зеркалом. Было видно, как ей тяжело было расставаться с ним. Видимо с этим кольцом связано слишком много воспоминаний.

- Спасибо тебе, - она грустно улыбнулась, и я заметила, как потускнели и потухли ее яркие глаза. Будто это кольцо было последним, что она так любила и потеряла.

Я лишь кивнула ей не в силах что-либо ответить.

Девушка последний раз посмотрела на меня пустыми глазами и скрылась за дверью.

Какое же сильное влияние оказывают друг на друга люди, сами не подозревая того.

Любовь - это не счастье, не радость, не удовольствие. Это - замкнутый круг, не тот, что надет на безымянный палец, а тот что душит тебя и топит с головой в омуте боли, страха и страданий...

Я ни за что никогда не позволю кому-то сломать меня также...