Зелень.Часть десятая
Меч Лань Ван Цзи полоснул по груди Сюэ Яна, при этом острие Би Чэня не только рассекло живую плоть, но и подцепило мешочек-ловушку для духов, спрятанный у него за пазухой. Мы же, однако, ничего не могли разглядеть из-за тумана и Вей Ин сказал:
-Сюэ Ян! Что ты требуешь отдать? Шуан Хуа? Шуан Хуа никогда не принадлежал тебе и никогда принадлежать не будет, так почему же ты кричишь «отдай»? Понятия «честь» и «достоинство» настолько чужды твоей натуре?
Сюэ Ян расхохотался в ответ:
-Учитель Вэй, кажется, я тебе совсем не симпатичен, да?
Вэй У Сянь добавил:
-Давай, смейся. Смейся, сколько влезет. Можешь хоть лопнуть от смеха, но тебе ни за что не собрать душу Сяо Син Чэня воедино. Он питал к тебе величайшее отвращение, но, тем не менее, ты всеми силами пытаешься его вернуть, чтобы продолжить забавляться с ним.
Сюэ Ян неожиданно разразился громкими проклятиями:
-Кто здесь хочет забавляться с ним?!
Вэй У Сянь спросил:
-А иначе, зачем ты валялся у меня в ногах, умоляя восстановить его душу?
Я толкнула шиди в плечо,словно, напоминая ему про его честь и достоинство. Всё-таки не гоже разбрасываться такими словами. Но меня успешно проигнорировали.
Безусловно, проницательный человек, коим являлся Сюэ Ян, давно догадался, что Вэй У Сянь намеренно провоцировал его, чтобы, во-первых, вызвать гнев, мешающий сосредоточиться на бое, а во-вторых, заставить повысить голос и, тем самым, подсказать Лань Ван Цзи его точное местоположение и цель для следующего удара. Однако, несмотря на свое понимание ситуации, Сюэ Ян все же яростно выплюнул:
-Зачем?! Пф! А то ты не знаешь! Я хочу преобразить его в лютого мертвеца, кровожадного духа, вынужденного подчиняться моим приказам! Он же всегда стремился быть добродетельным и высоконравственным человеком, верно? Так вот, я заставлю его убивать, снова и снова, не прекращая ни на секунду! Тогда он во веки вечные не обретет покоя!
Я удивилась:
-Хм… Значит, ты так сильно его ненавидишь? Но почему ты тогда убил Чан Пина?
Сюэ Ян презрительно усмехнулся:
-Почему я убил Чан Пина? Неужели тебе и впрямь нужно спрашивать об этом, Девица Тьмы! А я ведь уже говорил! Я говорил, что вырежу весь Орден Юэ Ян Чан и не пощажу и собаки!
Каждой своей фразой он словно обнаруживал себя в густом тумане. Звуки пронзаемого мечом тела сыпались без остановки, но устойчивость Сюэ Яна к боли была на порядок выше, чем у остальных людей. Во время «Сопереживания» я видела, как лезвие меча вошло ему в живот, но Сюэ Ян продолжил смеяться и балагурить, будто ничего не случилось.
Вэй У Сянь сказал:
-Что ж, отличная причина. Но, к несчастью, временные рамки рушат все твое объяснение. С чего это вдруг кому-то вроде тебя, готового мстить за косой взгляд в свою сторону и убивать самыми изуверскими способами, на столько лет откладывать окончательное уничтожение одного несчастного клана? На самом деле, тебе прекрасно известно, зачем ты убил Чан Пина.
Сюэ Ян хмыкнул:
-Просвети же меня! Что мне известно?! Что мне так прекрасно известно?!!
Последнее предложение он выкрикнул в полный голос. Вэй У Сянь ответил:
-Ты не просто убил его, ты отчего-то выбрал линчи – пытку, олицетворяющую наказание. Кару. И если предположить, что ты мстил за себя, то почему тогда воспользовался Шуан Хуа, а не Цзян Цзаем, своим собственным мечом? Почему вырвал Чан Пину глаза, тем самым, уподобив его Сяо Син Чэню?
Сюэ Ян перешел на срывающийся крик:
-Вздор! Один сплошной вздор! Я жаждал расплаты – так с чего бы мне позволять умереть ему без мучений?!
Вэй У Сянь ответил:
-Разумеется. Ты, вне всякого сомнения, жаждал расплаты. Да вот только за кого ты так стремился отмстить? Какая ирония. Если ты действительно искал возмездия, то тебе следовало казнить линчи самого себя!
В воздухе друг за другом раздались два свистящих звука, и нечто острое, с шумом рассекающее воздух, полетело прямо на него. Вэй У Сянь не дрогнул ни единым мускулом. Вэнь Нин же метнулся в сторону, мгновенно оказавшись перед ним, и перехватил два гвоздя, испускающих зловещий, черный свет. Сюэ Ян зашелся в леденящем, словно крик неясыти, хохоте. Однако уже через секунду смех резко оборвался, и он окончательно притих, перестав обращать внимание на Вэй У Сяня и продолжив молча сражаться с Лань Ван Цзи.
Вэй У Сянь прошептал мне:
-Мелкий бродяжка чересчур живучий, будто совсем не чувствует боли, и любые раны ему нипочем. Нужно лишь, чтобы он произнес еще пару фраз, и тогда Лань Чжань добьет его. В конце концов, с отсеченными ногами далеко не ускачешь. Как же жаль, что он больше не попадается на мои уловки!
-Вей Ин перестань! Ты сейчас ведёшь себя ничуть не лучше его.
-Ты хочешь сказать,что он этого не заслуживает? Если ты у нас такая добренькая,то забери его и перевоспитай! Ты же умеешь!
-Это я добренькая?! Да это ты просто сумасшедший! Что толку с тобой разговаривать!?— окончательно взбесилась я и отвернулась. Вей Ин проделал тоже самое.
Пф тоже мне! Он хочет победить зло злом! Ещё и меня «добренькой» назвал! Как он может так слепо следовать за эмоциями? Агр бесит!
Внезапно из клубов тумана донесся звонкий стук бамбукового шеста о землю.
Тут же сообразив, что к чему, Вэй У Сянь выкрикнул:
-Лань Чжань, бей туда, откуда слышишь стук!
Лань Чжань сделал резкий выпад, и Сюэ Ян издал сдавленный стон. В мгновение ока шест затарабанил вновь, на этот раз в нескольких метрах от прежнего места!
Лань Ван Цзи нанес еще удар, ориентируясь на источник шума. Сюэ Ян пригрозил:
-Слепышка, ты решила ходить за мной по пятам? А не боишься, что я разорву тебя на части?
Со дня своей гибели от рук Сюэ Яна А-Цин постоянно скрывалась, не позволяя себя поймать. Но, по какой-то причине, и сам Сюэ Ян не заботился существованием призрака, будто считал ее слишком ничтожной и ничем не опасной. Теперь же А-Цин тенью ступала за Сюэ Яном и стучала бамбуковым шестом о землю, показывая, где он находится, и обозначая направление новой атаки для Лань Ван Цзи!
Сюэ Ян двигался крайне быстро, и в один миг оказался на противоположной стороне улицы. Однако А-Цин тоже отличалась особой проворностью еще при жизни, а став призраком, она и вовсе прицепилась к Сюэ Яну, точно проклятие, мелко и дробно колотя своей палкой. Четкий и ясный звук гудел эхом то слева, то справа; то спереди, то сзади; то рядом, то в отдалении – казалось, что от него нигде не скрыться. И за каждым ее тюком молниеносно следовал вихрь Би Чэня!
Поначалу Сюэ Ян чувствовал себя в тумане, как рыба в воде, то скрываясь в белой мгле, то выныривая на поверхность и нападая, словно из ниоткуда, но сейчас ему пришлось отвлечься от битвы, чтобы разобраться с А-Цин. Грязно выругавшись, он швырнул себе за спину талисман, и этой доли секундного промедления хватило, чтобы вдогонку за визгливым верещанием А-Цин Би Чэнь пронзил грудь Сюэ Яна!
-Нет! Нельзя чтобы он умер!- подала полный голос отчаяния я.
Талисман Сюэ Яна окончательно уничтожил призрак А-Цин, а значит, стук бамбукового шеста, обнаруживающий его укрытие, прекратился. Тем не менее, меч Лань Ван Цзи поразил жизненно важный орган: Сюэ Яну больше не удастся непостижимым образом исчезать и вновь появляться, оставаясь практически неуловимым!
В густом тумане послышался булькающий плеск отхаркиваемой крови, и Вэй У Сянь спешно метнул в его направлении мешочек-ловушку для духов, спасая душу А-Цин. Сюэ Ян, тяжело и грузно ступая, медленно поволочился вперед, а затем вдруг резко рванул к Лань Ван Цзи и, протянув руки, заревел:
-Отдай!!!
Льдисто-голубое сияние Би Чэня вспороло белую дымку: Лань Ван Цзи начисто отсек Сюэ Яну руку.
Алая кровь брызнула шумным фонтаном, и обширная область тумана рядом со мной постепенно окрасилась в багряный цвет. В воздухе повис стойкий запах свежего мяса, и с каждым вдохом во рту ощущался сырой, ржавый привкус. Cюэ Ян сохранял полное молчание, и в тиши раздался лишь оглушительный грохот рухнувшего на колени тела: по-видимому, тот потерял столько крови, что, наконец-то, упал, больше не способный двигаться.
Лань Ван Цзи вновь призвал Би Чэнь. Следующий удар отсечет Сюэ Яну голову!
Я бросилась к Сюэ Яну и оттолкнула его, сама попав под меч! Би Чэнь оставил глубокий порез на моей спине,ближе к шее. Я упала на землю, теряя много крови. Вей Ин и Лань Чжань не заметили меня в тумане,что для меня было наилучшим образом. Если они увидят,что я сделала и кого спасла станут меня бранить и расспрашивать.Я перекатилась за какой гроб,спряталась там и отчаянно пяталась остановить кровь. Но внезапно покрытая туманом земля на миг озарилась голубыми языками пламени, устремившимися ввысь.
Огонь Талисмана Перемещения!
Вэй У Сянь понял, что ситуация обернулась отнюдь не в их пользу, и, невзирая на опасности, таящиеся в демоническом тумане, ринулся на свет, однако уже через секунду едва не поскользнулся и не растянулся на животе: в месте, где запах крови был особенно силен, вся дорога оказалась залита липкой, темной жидкостью, хлынувшей из отрубленной руки Сюэ Яна.
Сам же Сюэ Ян исчез.
Вэй У Сянь спросил подошедшего с противоположной стороны Лань Ван Цзи:
-Могильщик?
-Я трижды поразил могильщика мечом и почти захватил его в плен, но затем на меня напала огромная толпа ходячих мертвецов и позволила ему сбежать.
Би Чэнь угодил в наиболее уязвимый орган Сюэ Яна да к тому же, лишил мужчину руки: судя по количеству вытекшей крови, он непременно умрет в самое ближайшее время.
Лань Чжань задумчиво произнес:
-Би Чэнь,не успел отсечь Сюэ Яну голову,но тогда откуда на нем кровь? И где Вей Лун?- последнюю фразу он сказал тише.
Я в это время усиленно зажимала точки на спине. И,не успев шиди ответить,как я вышла немного сгорбившись из своего укрытия.
-Я тут. Просто отошла на минутку...хм— кровь предательски потекла с моего рта.
-Ты ранена!?—встревоженно вскрикнул Вей У Сянь. А после,немного подумав, сообразил и приказал— Повернись спиной.
-А ещё что мне сделать?— но под ледяным и в то же время укоризненным взглядом Лань Чжаня я невольно подчинилась.
Кровь текла по моей спине рекой. Черные одежды стали ещё темнее,а глубокий порез красовался на моей бледной спине. Вей Ин,без слов оторвал кусок ткани от своей одежки на руке и перемотал рану.
-Это Би Чэнь ранил тебя.— это был не вопрос,а утверждение— Прости. Я не хотел. — виновато произнёс Лань Ван Цзи.
-Я сама напоролась на меч так,что не стоит. И придвидев ваши следующие вопросы скажу,что я это сделала из-за сожаления! Если вам конечно знакомо это чувство!— я говорила «вам», но обращалась исключительно к своему брату.— Я не стараюсь быть «добренькой», просто у некоторых людей это в крови! И если тебе не знакомо это чувство,то...—не успела я договорить как крепкие мужские руки обняли меня так крепко,что я едва могла дышать. Я сначала вырывалась,но потом перестала,поняв,что он может нечаянно задеть порез.
-Меня этим не возьмёшь!— протестующе крикнула я.
-Простипростипростипрости! Я самый бестолковый братец во всей вселенной. А ты самая прекрасная и самая справедливая девушка в мире! Я больше никогда не буду тебе перечить! Правда,правда. Ну что,ты простишь меня?— он состроил мне щенячьи глазки. И им я уже не смогла устоять. Что с него взять?
-Ладно,так уж и быть. Но если ты нарушишь свое обещание,то этим ты точно не отделаешься.— он довольно улыбнулся и тогда я дала ему щелбан,отчего он потер место удара и рассмеялся.— Вернёмся к могильщику.
Вэй У Сянь задумчиво сказал:
-Он был ранен, и, тем не менее, снова потратил значительное количество духовных сил, забрав с собой труп. Скорее всего, могильщик знает, кто такой Сюэ Ян и на что он способен, поэтому решил унести его тело… чтобы проверить, нет ли при нем Стигийской Тигриной Печати.
По слухам, когда Цзинь Гуан Яо «избавился» от Сюэ Яна, Тигриная Печать растворилась без следа. Однако сейчас, по всей вероятности, знак явно находился у Сюэ Яна: город И наводнили несметные полчища ходячих, живых, и порой даже, лютых мертвецов, которых невозможно контролировать, пустив в ход один лишь порошок, содержащий трупный яд, или же забив пару десятков гвоздей в черепа. Владение Тигриной Печатью – единственное, что могло объяснить, как Сюэ Ян командовал столь многочисленной армией, заставлял их безропотно подчиняться и атаковать стройными рядами. Подозрительный и хитроумный человек, подобный Сюэ Яну, определенно не стал бы выпускать знак из поля зрения, и только постоянное ношение печати при себе внушило бы ему чувство безопасности. По всему выходило, что когда могильщик забрал его тело, он также забрал и Стигийскую Тигриную Печать.
Дело приняло отнюдь не шуточный оборот, и Вэй У Сянь серьезным тоном произнес:
-Похоже, что при нынешних обстоятельствах нам остается исключительно надеяться, что мощь восстановленной Сюэ Яном печати не безгранична.
Неожиданно Лань Ван Цзи мягко перебросил ему что-то.
Вэй У Сянь с легкостью поймал предмет:
-Что это?
Лань Ван Цзи ответил:
-Правая рука.
Затем он кинул ему новый мешочек Цянькунь. Вэй У Сянь, припомнивший, наконец, для чего они пришли в город И, взбодрился:
-Правая рука нашего дражайшего друга?
Лань Ван Цзи:
-Мгм.
Несмотря на препятствия, учиненные могильщиком, оравы ходячих мертвецов и непроглядную белую мглу, Лань Ван Цзи благополучно отыскал правую руку трупа. Вэй У Сянь пришел в полный восторг и вознес ему горячие слова восхваления:
-Ты воистину достоин титула Хань Гуан Цзюня! Теперь мы снова на шаг впереди. Жаль, конечно, что это не голова – мне ужасно любопытно, каков наш дражайший друг на вид. Ну да ладно, скоро узнаем… А где Сун Лань?
Едва тело Сюэ Яна пропало, движение висящей демоническим саваном дымки ускорилось, туман словно бы поредел, а окружение стало более-менее видимым, поэтому я вдруг поняла, что Сун Лань испарился. Там, где он раньше лежал, теперь находился только Вэнь Нин, присевший на корточки и уставившийся на нас бессмысленным взором.
Лань Ван Цзи положил руку на рукоять Би Чэня, уже покоившегося в ножнах, но я остановила его:
-Все в порядке, волноваться нет нужды. Сун Лань, а точнее, лютый мертвец, коим он теперь является, наверняка больше не одержим жаждой убийства, иначе Вэнь Нин предупредил бы нас. Вероятно, он вернулся в сознание и просто ушел.
Я негромко свистнула. Вэнь Нин поднялся на ноги, и, склонив голову, отступил в туман, постепенно скрывшись из виду. Лань Ван Цзи, не говоря ни слова, спокойно обратился к нам:
-Пошлите.
Мы уже почти тронулись в путь, но тут Вэй У Сянь внезапно притормозил:
-Погоди.
На земле он заметил нечто одинокое, плавающее в подсыхающей луже крови.
Перед нашими глазами предстала отсеченная левая рука. Все четыре ее пальца были сжаты в тугой кулак, мизинец же отсутствовал.
Он присел рядом и, лишь приложив немалое количество усилий, смог поочередно оторвать фаланги от ладони. В середине раскрытого кулака обнаружилась маленькая конфетка.
Конфетка выглядела слегка почерневшей и явно непригодной в пищу.
Сюэ Ян так сильно сжимал ее в руке, что почти раздавил.
Мы вернулись в похоронный дом вместе. Двери оказались открытыми, внутри же обнаружился Сун Лань, с опущенной головой стоящий подле гроба Сяо Син Чэня и смотрящий внутрь.
Все ученики, обнажив мечи, сгрудились в сторонке и настороженно следили за лютым мертвецом, который совсем недавно напал на них, но увидев же, что мы, наконец, вернулись, юноши просияли, словно их только что спасли от неминуемой гибели, не рискуя, однако, выразить свою радость громкими криками, больше всего на свете боясь отвлечь или разъярить Сун Ланя.
Вэй У Сянь вошел первым и представил его Лань Ван Цзи:
-Сун Лань, даоцзан Сун Цзы Чэнь.
Сун Лань поднял голову от гроба и повернулся к вновь прибывшим. Лань Ван Цзи, слегка приподняв полы своих одежд, грациозно переступил через высокий порог похоронного дома, а затем кивнул в знак приветствия.
Поскольку Сун Лань уже пришел в себя, в белках его вновь появились зрачки, и пара ясных, черных глаз глядела на мужчин в ответ.
И в глазах этих, когда-то принадлежавших Сяо Син Чэню, плескалась невыразимая и бескрайняя скорбь.
Нужда в расспросах отпала. С той поры, как Сюэ Ян преобразил его в лютого мертвеца и заставил подчиняться своим приказам, Сун Лань все видел и теперь все вспомнил.
Любые слова, любые фразы лишь усилят его страдания и прибавят безнадежности.
Немного помолчав, Вэй У Сянь вынул из-за пазухи два одинаково крошечных мешочка-ловушки для духов и передал их Сун Ланю:
-Даоцзан Сяо Син Чэнь и дева А-Цин.
А-Цин, несмотря на свой чрезвычайный страх перед Сюэ Яном, намертво прилипла к его спине и ни на шаг не отставала от своего убийцы, не дав тому ни малейшей возможности уклониться от атаки или же спастись бегством, до тех пор, пока Би Чэнь не пронзил его сердце. Бросок талисмана почти развеял душу А-Цин, и Вэй У Сяню с огромным трудом удалось найти и собрать лишь небольшую ее часть. Тем не менее, теперь душа А-Цин, как и душа Сяо Син Чэня, разбита вдребезги.
Две изможденные души комочками свернулись в своих ловушках, и казалось, что ничтожное дуновение ветерка рассеет их остатки. Сун Лань слегка трясущимися руками подхватил мешочки и бережно положил их на ладонь, не осмеливаясь даже взять их за тесемки, потому что колыхание могло быть слишком сильным.
Вэй У Сянь спросил:
-Даоцзан Сун, как ты хочешь поступить с телом даоцзана Сяо Син Чэня?
Сун Лань осторожно сложил одну руку лодочкой, прижав мешочки к сердцу, второй же вытащил Фу Сюэ и написал на полу две строчки:
-Предам тело огню. Позабочусь о душе.
Душа Сяо Син Чэня, рассыпавшаяся на столь мелкие осколки, уже наверняка не сможет вернуться в свое тело. Сожжение трупа было весьма здравой мыслью, ведь необремененная телом и обеспеченная должным покоем душа в один прекрасный день, вероятно, воротится в этом мир.
Я кивнула:
-А что ты намереваешься делать потом?
Сун Лань написал:
-Отправляюсь по дороге жизни с Шуан Хуа в руках. Буду уничтожать тварей вместе с Син Чэнем.
Некоторое время подумав, он дописал:
-А когда он очнется, попрошу прощения и скажу, что он не виноват.
Именно это он не успел сказать Сяо Син Чэню перед своей смертью.
Демонический туман города И таял на глазах, и вскоре путники могли разглядеть улицы, перекрестки и даже отдельные дома. Мы вывели учеников из пустынного селения, и у ворот Сун Лань разделился с ними.
Он, по-прежнему одетый в черные одеяния заклинателя, с двумя мечами, Шуан Хуа и Фу Сюэ, за спиной и с двумя душами, Сяо Син Чэня и А-Цин, в руке, в полном одиночестве отправился по другой тропе.
Не по той, что привела их в город И.
Лань Сы Чжуй задумчиво посмотрел на скрывающуюся в отдалении фигуру:
-Сяо Син Чэнь, яркая луна и ласковый ветерок; и Сун Цзы Чэнь, холодный снег и замерзший иней… Кто знает, суждено ли этим двоим пережить радость новой встречи.
Я и остальные же пошли по дороге, поросшей сорняками. Неожиданно мой взгляд упал на особо густые кусты бурьяна, и я прошептала шиди:
-Кажется, тогда именно в этих зарослях Сяо Син Чэнь и А-Цин нашли Сюэ Яна.
Лань Цзин И прервал его мысли:
-А теперь вы обещали рассказать нам, что видел во время «Сопереживания». Почему вдруг тот человек оказался Сюэ Яном? И зачем он притворялся Сяо Син Чэнем?
-И еще, тут был Призрачный Генерал, да? Куда же он подевался? Почему его нигде не видать? Он остался в городе И? Почему он вообще так внезапно появился?
Вэй У Сянь сделал вид, будто не слышал второй части вопросов:
-Ну, история эта довольно запутанна…
По пути назад Вэй У Сянь поведал им об увиденном, и когда он закончил, юноши столь опечалились, что никто и не вспомнил о Призрачном Генерале.
Лань Цзин И зашмыгал носом первый:
-И почему подобное вообще существует на свете!!!
Цзинь Лин впал в ярость:
-Этот Сюэ Ян – настоящая шваль! Отребье! Он принял слишком легкую смерть! Будь здесь Фея, я бы приказал ей сожрать его живьем!
-Но он тоже человек. Злодеем не рождаются,а становятся. Он прошел плохую жизнь без любящих и близких людей поэтому и стал таким. Ему просто нужен человек рядом,который смог бы его наставлять лишь на добрые дела и поступки. И мне кажется Сяо Син Чэнь и Сюэ Ян просто встретились не в то время и не в том месте.— высказала наконец свои мысли я.
Все замолчали задумчиво обдумывая мои слова. Но никто ничего не сказал,оставаясь при своем мнении.
Юноша, который похвалил внешний вид А-Цин, когда они наблюдали за ней через щелку, в глубокой скорби запричитал:
-О, дева А-Цин, о, дева А-Цин!
Лань Цзин И рыдал громче всех, ведя себя крайне непристойно, но на этот раз никто не напомнил ему о прекращении излишнего шума, потому что у Лань Сы Чжуя глаза тоже были на мокром месте, но Лань Ван Цзи, к счастью, не стал накладывать на него заклятие молчания. Лань Цзин И, давясь соплями и слезами, предложил:
-Надо сжечь для даоцзана Сяо Син Чэня и девы А-Цин немного ритуальных денег. Перед развилкой вроде бы есть деревня. Давайте купим погребальных принадлежностей и почтим их память.
Все согласно закивали головами:
-Да, да, конечно!
За разговорами они добрались до сланцевого знака на перекрестке и вошли в деревню. Лань Цзин И и Лань Сы Чжуй в нетерпении вбежали в ближайшую лавку и через некоторое время вынесли целый ворох каких-то благовоний, свечей и красно-желтых бумажных денег, а затем отошли в сторонку и из камней и булыжников соорудили подобие очага. Остальные юноши подтянулись к ним, расселись кругом у огня и принялись сжигать ритуальные деньги, нагоняя руками ветер и бормоча что-то себе под нос. Я же тоже пребывала не в лучшем расположении духа и за всю дорогу даже ни разу не пошутила,как и мой братец.
-Хань Гуан Цзюнь, ты только погляди, что они делают под дверями других людей. А ты даже их не останавливаешь.
Лань Ван Цзи равнодушно ответил:
-Ты можешь их остановить.
Вэй У Сянь сказал:
-Ладно. Я помогу тебе научить их уму-разуму.
Он подошел к юношам:
-Мои глаза меня не обманывают? Вы же все адепты именитых орденов, и ваши родители и старшие наверняка говорили вам, что покойники не получают ритуальных денег! Для чего им вообще деньги? Никто не получит и те, что вы жжете сейчас. К тому же, вы сидите прямо под чьей-то дверью. И если вы будете продолжать…
Лань Цзин И замахал на него:
-Кыш-кыш! Весь ветер загородил, теперь не разгорится никак. И ты ведь сам не умирал, так откуда ты знаешь, что покойники не получают ритуальных денег?
Еще один юноша, с лицом, перепачканным слезами и золой, согласился с ним:
-Вот именно. Откуда ты знаешь? А что если все-таки получают?
Вэй У Сянь пробормотал:
-Откуда я знаю?
Мы-то уж точно знали!
За все десять с лишним лет, что мы были мертвы, мы не получили ни крупицы бумаги!
Лань Цзин И вонзил еще один кинжал в его сердце:
-А если ты и не получал денег, то, скорее всего, потому что никто не жег их для тебя.
Для нас что,и вправду никто не сжёг ритуальных денег? Не может быть! Друзья-то уж точно должны были! Или у нас их не было? Хотя всё-таки один был точно...
Мы с шиди одновременно повернулись к Лань Ван Цзи и прошептали:
-Хань Гуан Цзюнь, ты жег для нас ритуальные деньги? По крайней мере, ты ведь жег их для нас, да?
Лань Ван Цзи мельком взглянул на нас, а затем опустил голову, стряхнув с манжеты частички пепла, и спокойно уставился вдаль, не говоря в ответ ни слова.
Я,посмотрев на его невозмутимое лицо,шокировано произнесла:
-Да неужели?!
Неужели он и впрямь ничего не жег?!
Внезапно к нам подошел крестьянин с луком за спиной. Выглядел он весьма раздраженно:
-Чего вы тут развели? И как раз у моей двери! Из-за вас мне теперь век не видать благополучия!
Вэй У Сянь заметил:
-Ну теперь держитесь.
Юноши впервые занимались подобным, поэтому не могли знать, что жечь ритуальные деньги перед чьим-либо домом – дурная примета. Все наперебой затараторили слова извинения. Лань Сы Чжуй поспешно вытер глаза и спросил:
-Значит, это ваш дом?
Крестьянин забранился в ответ:
-Ты, паршивец, думай, что говоришь. Наша семья владеет этой землей вот уже три поколения. Чей же еще это может быть дом?!
Цзинь Лину весьма не понравилась манера его речи, и он едва не вскочил на ноги:
-Да как ты смеешь разговаривать с нами в таком тоне?!
Я надавила ему на голову и удержала на месте. Лань Сы Чжуй продолжил:
-Так вот в чем дело. Приношу свои извинения, мой вопрос не нес в себе никакого подтекста. Понимаете, когда мы проходили этот дом в прошлый раз, то видели здесь совсем другого охотника, поэтому я и решил уточнить.
Крестьян удивился:
-Другого охотника? Какого еще другого охотника?
Он показал три пальца:
-Этот дом передается по наследству вот уже три поколения. И живу я здесь один, без братьев! Мой отец уже давно умер, но я до сих пор не женился и уж тем более, не завел детей. Так откуда, скажите мне на милость, здесь взяться другому охотнику?!
Лань Цзин И воскликнул:
-Но мы и вправду его видели!
Он поднялся с земли:
-Такого, с головы до ног укутанного в одежды, с большой шляпой на голове. Он сидел как раз в вашем дворе и починял лук со стрелами, словно готовился к охоте. Мы спросили у него дорогу, и в итоге он указал нам на город И!
Крестьянин сплюнул:
-Чушь собачья! Говоришь, видели его в моем дворе? В моем окружении и близко нет никого похожего! Город И – проклятое место, кишащее призраками, и он послал вас туда? Да он просто желал вам погибели! Та тварь явно была злым духом!
Он в сердцах расплевался, надеясь отогнать от себя грядущие неприятности, затем покачал головой, развернулся и пошел прочь. Оставшиеся в одиночестве юноши молча обменивались растерянными взглядами, и один лишь Лань Цзин И по-прежнему неизвестно с кем спорил:
-Но он действительно сидел в этом дворе. Я очень хорошо его запомнил…
Вей Ин сказал:
-Теперь-то вы поняли? Кто-то привел вас в город И.Тот охотник, что указал вам направление, был вовсе не крестьянином, а кем-то с дурными намерениями, обрядившимся им.
Цзинь Лин спросил:
-Выходит, все это время, начиная с подброшенных кошачьих тушек, кто-то умышленно вел нас сюда? И за всем этим стоит мнимый охотник?
Вэй У Сянь предположил:
-Вероятнее всего, да.
Лань Сы Чжуй удивился:
-Но зачем он приложил столько усилий, заманивая нас в город И?
Я ответила:
-Пока неясно. Но отныне и впредь будьте крайне осмотрительны. Если вы вновь столкнетесь с чем-то подозрительным, не пускайтесь по следу в одиночку, а предупредите адептов своих орденов и разбирайтесь со всем только вместе. Не окажись рядом с вами Хань Гуан Цзюня, никто не поручился бы за ваше существование.
Вообразив, что могло бы произойти, застрянь они в городе И в полном одиночестве, большинство юношей содрогнулись от страха. Окружили ли бы их мертвецы, или же настиг демон во плоти Сюэ Ян — любое возможное развитие событий бросало учеников в холодный пот.
Когда на небе зажглись первые звезды, мы вместе с остальными добрались до городка, где юноши оставили ослов и собаку.
В городке этом приветливо сияли яркие вечерние огни и повсюду слышался оживленный гул людских голосов: ученики радостно заболтали и приободрились, поняв, что наконец-то вернулись на территорию живых людей.
Мы распростерли объятия навстречу ослами выкрикнули:
-Яблочко!
-Прелесть!— да да я наконец то придумала ей имя. А что? По-моему оно весьма ей подходило.
Они заревели, словно пришли в бешенство, но за их воплем мы внезапно услышали лай собаки и Вей Ин в два счета запрыгнул Лань Ван Цзи за спину. А я осталась стоять как истукан. Через секунду к нам примчалась Фея и немедленно зарычала на осла, который тоже не остался в долгу и оскалился в ответ. Я подбежала к Лань Чжаню и прошептала ему,чтобы он приказал привязать собаку и он послушался.
-Привяжи ее. Время ужинать.
Волоча за собой Вэй У Сяня, едва ли не приклеившегося к его спине, он в сопровождении подавальщика чая направился на второй этаж. А я шла сзади этой парочки. Цзинь Лин и остальные собрались последовать за нами, однако Лань Ван Цзи обернулся и окинул их туманным взором. Лань Сы Чжуй тут же обратился к юношам:
-Старшие и младшие будут отдыхать в разных комнатах. Мы останемся на первом этаже.
Лань Ван Цзи слегка кивнул и со своим обычным бесстрастным выражением лица продолжил подниматься по лестнице. Цзинь Лин в замешательстве замер на ступеньках, размышляя, стоит ли ему пойти наверх или же остаться внизу. Вэй У Сянь повернул голову и широко ухмыльнулся ему:
-Взрослые и дети должны быть порознь. Некоторых вещей вам лучше не видеть.
Цзинь Лин скривил губы:
-Да кто бы вообще захотел смотреть на подобное!
Лань Ван Цзи распорядился организовать для учеников трапезу на первом этаже, а для нас подготовить отдельную комнату на втором. Ну и конечно же заказал отдельную комнату мне. Мы устроились за столом друг напротив друга. Я решила,что пока поужинаю у них,а потом пойду к себе.
Вэй У Сянь заговорил:
-Хань Гуан Цзюнь, послушай, что я скажу. Пожалуйста, не беритесь за устранение последствий в городе И одним лишь твоим Орденом. Задача предстоит не из легких: он ведь довольно большой, и если вы возьметесь за полную зачистку, то со всех сторон понесете убытки. К тому же, Шу Дун не входит в подконтрольную Ордену Гу Су Лань зону. Посмотри, в каких орденах состоят ученики, что находятся сейчас внизу, и добавь их в список помощников. Их кланы также должны принять участие в восстановлении города И.
Лань Ван Цзи ответил:
-Я подумаю.
Вэй У Сянь продолжил:
-Подумай. Люди издавна обожали две вещи: грызться за добычу и перекладывать с больной головы на здоровую. И если сейчас твой Орден возьмет на себя всю ответственность, то остальные кланы окончательно избалуются и решат, что это в порядке вещей. Они не поймут ваших мотивов и даже не выразят слова благодарности. А если так и будет продолжаться, то все просто-напросто сядут вам на шею, воспринимая ваше благородство как должное. Так уж устроен этот мир.
Я добавила:
-Но все же жителям того захолустья крайне не повезло. Город И находится в слишком изолированной местности, и поблизости нет ни одной смотровой башни, а иначе Цзинь Лин, Сы Чжуй и остальные не забрели бы туда случайно. И души даоцзана Сяо Син Чэня и девы А-Цин не томились бы в многолетнем заточении.
На свете существовало огромное количество орденов, больших и маленьких, разбросанных, словно звезды на небесах. Однако подавляющая их часть все же располагалась в процветающих регионах вблизи крупных городов с развитыми путями сообщения или же в богатых и плодородных угодьях с восхитительными пейзажами. Никто не желал селиться на бедных, истощенных и оторванных от мира землях. Бродячие заклинатели тоже редко доходили до подобных мест. И в итоге, когда в подобных деревнях вдруг начинали бушевать твари, их жителям приходилось страдать в одиночестве, поскольку им не к кому было обратиться за помощью. Цзинь Гуан Яо пытался как-то решить эту извечную проблему еще при жизни Цзинь Гуан Шаня, но расходы предстояли воистину колоссальные, поэтому прошлый глава ордена не воспринял его идеи с особым воодушевлением. Кроме того, в то время Орден Лань Лин Цзинь еще не имел столь большого влияния, как сейчас, поэтому в результате вопрос этот сочли не стоящим внимания, и дело закончилось, так и не успев начаться.
Но после того как Цзинь Гуан Яо унаследовал пост главы Ордена и стал Верховным Заклинателем, он немедленно потребовал рабочей силы и материальных благ со всех остальных кланов для претворения в жизнь своих давних целей. Поначалу голоса недовольных звучали со всех сторон. Многие подозревали, что Орден Лань Лин Цзинь заботится лишь о собственной выгоде и таким нехитрым способом пытается прикарманить чужие деньги. Однако Цзинь Гуан Яо, с неизменной благожелательной улыбкой на лице, стоял на своем на протяжении пяти лет. За все эти годы он приобрел несчетное количество союзников, но со столькими же рассорился в пух и прах. Он из кожи вон лез, где льстил, а где угрожал, и, в конце концов, все его старания увенчались успехом: было построено более тысячи двухсот смотровых башен.
Смотровые башни распредели таким образом,чтобы они охватывали наиболее отдаленные и забытые Небесами территории. За каждой вышкой закрепили адептов одного ордена, и если в округе происходило вдруг что-то странное, они принимали безотлагательные меры. Когда же их собственных сил оказывалось недостаточно, смотрители посылали сообщения в другие ордены или же бродячим заклинателям с просьбой оказать поддержку. Разумеется, обитатели башен или же пришедшие им на выручку помощники ждали благодарности за свои услуги, но поскольку местные редко купались в деньгах, Орден Лань Лин Цзинь оплачивал их работу из налогов, собираемых каждый год.
Все эти события произошли уже после нашей смерти. Мы слышали краткий их пересказ из уст Лань Ван Цзи, когда в наших странствиях нам встречались смотровые башни. По слухам, Башня Кои намеревалась возвести еще несколько сот вышек, чтобы покрыть еще большую территорию, и увеличить их количество до трех тысяч. Первые башни получили всеобщее одобрение едва ли не сразу же после своего сооружения, потому что приносимая ими польза стала ясна всем и каждому. Однако голоса скептиков и недоброжелателей не затухали никогда, и если миру заклинателей в скором времени действительно предстоит нечто столь масштабное, то полнейшая неразбериха ждет всех вновь.
Через несколько минут нам принесли еду и напитки. Я словно бы ненароком окинула взглядом стол: почти все блюда оказались густо посыпаны жгучими приправами. Тогда я проследила за палочками Лань Ван Цзи и заметила, что тот в основном ел из тарелок с неострой пищей и лишь изредка выбирал красные от перца кушанья, при этом выражение его лица оставалось неизменным.
Заметив его взгляд, Лань Ван Цзи спросил:
-Что такое?
Вэй У Сянь неторопливо плеснул себе вина:
-Хочу, чтобы со мной кто-нибудь выпил.
-Я выпью с тобой!— неожиданно даже для себя сказала я.