Высокомерие. Часть третья
Однако, погладив кольцо какое-то время, Цзян Чэн заставил себя умерить свой пыл.
Несмотря на нахлынувшую злость, как главе Ордена ему приходилось брать многое в расчет, и он не мог бросаться в омут с головой, подобно Цзинь Лину. После заката Цин Хэ Не великих Орденов осталось три. Гу Су Лань и Лань Лин Цзинь были довольно близки благодаря дружеским отношениям их глав. Цзян Чэн как глава Юнь Мэн Цзян уже находился в обособленном положении и не хотел усугублять ситуацию. Хань Гуан Цзюнь или Лань Ван Цзи был весьма прославленным заклинателем, а его брат Цзэ У Цзюнь или Лань Си Чэнь – главой Ордена Гу Су Лань, и братья всегда поддерживали хорошие отношения друг с другом. Так что вступать в открытый конфликт с Лань Ван Цзи представлялось очень плохой идеей.
Кроме того, Цзян Чэн никогда не скрещивал свой меч, «Сань Ду», с мечом Лань Ван Цзи, «Би Чэнь», и никто не мог даже предположить, кто выйдет победителем. Хотя он и владел могущественным артефактом, кольцом «Цзы Дянь», передаваемым по наследству в их семье, гуцинь Лань Ван Цзи, «Ван Цзи» тоже славился своими возможностями. А больше всего в жизни Цзян Чэн ненавидел отсутствие преимущества в бою, и без абсолютной уверенности в победе он все же не рискнул сразиться с Лань Ван Цзи.
Цзян Чэн медленно убрал левую руку с кольца, прекратив его поглаживать. Похоже, что Лань Ван Цзи не намерен был отступать, так что продолжать упорствовать не имело смысла. Цзян Чэн взвесил все «за» и «против» и впервые в жизни решил задолжать Лань Ван Цзи. Он повернулся к Цзинь Лину, который все так же сердито держался за рот и сказал:
-Хань Гуан Цзюнь хочет наказать тебя, так что пусть на этот раз так и будет. Для него тоже не так-то просто поучать учеников из других кланов.
Тон его голоса нес нотки сарказма, но кого именно он высмеивал, понять было невозможно. Лань Ван Цзи же никогда не опускался до бессмысленной полемики, и лицо его по-прежнему ничего не выражало, будто бы он ничего не слышал. Цзян Чэн вновь обернулся к своему племяннику, и в голосе его зазвучали стальные нотки:
-Почему ты все еще здесь? Ждешь, пока добыча сама придет и бросится на твой меч? Если сегодня ты не поймаешь тварь, что терроризирует гору Дафань, не смей больше показываться мне на глаза!
Цзинь Лин бросил на Вэй У Сяня суровый взгляд, но на Лань Ван Цзи, человека, что заставил его замолчать, он смотреть побоялся. Юноша убрал свой меч обратно в ножны, выразил свое почтение двум старшим и с луком в руке скрылся в лесу. Лань Сы Чжуй произнес:
-Глава Ордена Цзян, Орден Гу Су Лань вернет то же количество Сетей божественного плетения, что было уничтожено.
Цзян Чэн презрительно усмехнулся:
-Нет необходимости.- и спокойно пошел в сторону, противоположную той, что выбрал Цзинь Лин. Мужчина, что прибежал из леса с дурными вестями, отправился вслед за ним. Вид он имел весьма кислый, потому что знал, что по возвращении ему не избежать нравоучений.
После того, как фигуры исчезли в ночи, Лань Цзин И сказал:
-Как глава Ордена может вести себя подобным образом?, но тут же спохватился, вспомнив правило клана Лань, запрещающее говорить о людях за их спинами. Он робко глянул на Хань Гуан Цзюня и закрыл рот. Лань Сы Чжуй же тепло улыбнулся нам:
-Молодой господин Мо, и юная госпожа вот мы и встретились вновь.
-Мда уж. Лучше бы мы встретились в каком-то кафе.
-Вы голодны? Вот держите. Эту булочку мне дали на ночную охоту, но пока что я не голоден,поэтому съешьте вы.
-Охх ну не стоило. Благодарю вас.
Он такой милаш. Хоть и воспитывался Хань Гуан Цзюнем, он вырос очень дружелюбным и приветливым. Я принялась за поедание булки,но вспомнила про своего братца. Я хоть на него и обижена, но чтобы он умер с голодухи я не хочу. Я молча протянула ему половину булочки.
-Держи.
До этого стоявший с опущенными глазами, Вей Ин,принял булку,но есть не стал. Я подошла к нему. А он резко обнял меня и попросил прощение. Пришлось простить, что уж тут поделаешь. И тогда он,с улыбкой на все 33 зуба,принялся есть.
-Как маленький,ей-богу.- я легонько потрепал его по волосам.
Вэй У Сянь растянул рот в кривой ухмылке, а Лань Ван Цзи произнес:
-Займитесь делом-его приказ был четким и ясным, без витиеватых фраз для красного словца.
Ученики, наконец, вспомнили, зачем они пришли на гору Дафань. Они собрались с мыслями и почтительно ждали дальнейших указаний. Через секунду Лань Ван Цзи добавил:
-Делайте все, что в ваших силах. Не пытайтесь прыгнуть выше головы.
У любого, кто стоял бы слишком близко к Лань Ван Цзи, при звуках его глубокого и завораживающего голоса затрепетало бы сердце. Ученики учтиво ответили и, опасаясь бесцельно тянуть время, заспешили в чащу леса. Я подумала, что Цзян Чэн и Лань Чжань, бесспорно, были абсолютно разными людьми. Даже их советы младшим полярно различались. Погруженная в раздумья я вдруг заметила, что Лань Ван Цзи почти незаметно кивнул нам, чему я крайне удивилась. Хотя чему тут удивляться. Он мне меч свой дал посмотреть!
С самых юных лет Лань Ван Цзи был столь чопорным и правильным, что больно было смотреть. Он всегда казался серьезным и строгим, как будто бы никогда в жизни не дурачился. Лань Ван Цзи не мог допустить и соринки в своем глазу, не говоря уже о бревне. И конечно же, он никогда не одобрял того, что мы с Вей Ином избрали Путь Тьмы. Скорее всего, Лань Сы Чжуй уже рассказал Хань Гуан Цзюню о странном поведении душевнобольных в деревне Мо. И все же, Лань Ван Цзи кивнул нам, узнав нас, и, вероятно, благодаря за помощь ученикам из Ордена Гу Су Лань. Не раздумывая, мы тут же отсалютовали в ответ. Когда мы подняли голову, Лань Ван Цзи уже исчез. Человек- невидимка, мать вашу.
Немного помедлив, Вэй У Сянь повернулся к дороге, ведущей вниз с горы. И кивнул мне, чтобы я шла следом.
Теперь уже неважно, что за существо засело на горе Дафань, я все равно не стала бы ловить его. Я отняла бы добычу у любого. Было бы желание. Но только не у Цзинь Лина.
Ну почему обязательно Цзинь Лин?
В Ордене Лань Лин Цзинь состоит множество учеников, так что он никак не ожидал, что тот, кого он повстречал, окажется именно Цзинь Лин. Если бы Вэй У Сянь только знал, он ни за что бы не стал высмеивать юношу и говорить: «У тебя что, нет матери, чтобы научить тебя достойному поведению». Я то, точно знаю. Он бы просто не смог вымолвить такое.Стоило бы кому-нибудь другому сказать подобное Цзинь Лину, Вэй У Сянь бы тут же объяснил им, что необдуманные слова не доводят до добра. Но так получилось, что тем, кто сказал это, оказался он сам.
Постояв секунду неподвижно, Вэй У Сянь поднял руку и дал себе пощечину.
-Шиди, не стоит. Ты же не знал.
Пощечина вышла звонкой и сильной, и его правая щека тут же загорелась огнем. Тут неожиданно раздались шаркающие звуки, и из чащи вышли ослик и ослица, а стоило Вэй У Сяню опустить руку, как осел сам подошел к нему, хотя такая покорность была ему совсем не свойственна. А ко мне подошло мое ездовое животное.Вэй У Сянь потянул яблочко за длинные уши и выдавил из себя улыбку:
-Ты хотел спасти даму в беде, но в итоге вся работенка досталась мне.
Осел протяжно заревел при виде толпы заклинателей, спешащих на вершину горы. После того, как меч Лань Ван Цзи уничтожил четыреста или около того Сетей божественного плетения, все, кто опасался гнева Цзян Чэна и предпочли отсидеться в Ступнях Будды, вновь хлынули на гору. И каждый из них был потенциальным противником Цзинь Лина. Мы отошли в сторону.
Ученики в разноцветных одеждах из разных орденов и кланов поднимались наверх и возмущались:
-И Лань Лин Цзинь, и Юнь Мэн Цзян слишком балуют молодого господина. Он еще очень юн, а уже так высокомерен и груб. И если однажды он станет главой Ордена Лань Лин Цзинь, кто знает, что ему взбредет в голову. Боюсь, мы такого точно не выдержим.
Вэй У Сянь замедлил шаг.
Добросердечная девушка-заклинатель вздохнула:
-Как же они могут его не баловать? Он ведь потерял родителей в таком юном возрасте.
-Шимэй, это все равно неправильно. Что с того, что и его мать, и его отец умерли? На свете полно сирот. Представь, что было бы, если бы все вели себя как он?
-У меня в голове не укладывается, насколько же жесток был Вэй У Сянь, что решился навредить ей. Мать Цзинь Лина приходилась Цзян Чэну родной старшей сестрой – шицзе, которая воспитала его. А Вей Лун? Как она только могла лицезреть поведение её шиди? Почему не останавливала его?
-А что она могла? Ты же знаешь,она любит Вей Ина больше всего на свете. На свою беду Цзян Янь Ли пригрела змею на шее, укусившую руку, что ее кормила. Цзинь Цзы Сюаню повезло еще меньше. Он кончил так плачевно только потому, что у него были какие-то разногласия с Вэй У Сянем. Скажи спасибо что он до своей сестры не добрался. Хотя в её смерти есть и его вина.
-Можно подумать, существует хоть один человек, с которым у Вэй У Сяня не было разногласий….
-Это точно. Разве ты слышал, чтобы он сближался с кем-то, кроме своих бешеных псов и его шимэй? Его окружали враги, и он, в свою очередь, причинял зло всем вокруг себя. Даже с Хань Гуан Цзюнем они, как лед и пламень, ненавидели друг друга.
-Кстати, сегодня, если бы не Хань Гуан Цзюнь…
Пройдя немного по тропинке, мы вдруг услышали переливчатое журчание ручья.
Я не помнила, чтобы нам встречался ручей по дороге наверх. И тут мы, наконец, догадались, что идем не той тропой, должно быть, он ошибся на развилке.
Держа животных за вожжи, мы остановились у бегущей воды. Луна над его головой поднялась уже совсем высоко. Ручей был прозрачен и чист, берега его не захламлены ветками или пожухлыми листьями, и неровные белые пятна отражались на его поверхности. В этом отражении я увидела лицо, ежесекундно искажаемое неутомимым потоком воды.
Вей ин звонко ударил ладонями по поверхности, разрушив свое отражение, затем поднес мокрые ладони к лицу и смыл с себя всю косметику.
Теперь в воде отражался стройный и красивый молодой мужчина. И не менее красивая девушка. Он был непорочен, словно омытый лунным светом, брови его мягко очерчены, глаза ярки, а уголки губ слегка подняты вверх. И все же, когда он опустил голову пониже, чтобы рассмотреть себя, капли воды с его ресниц стекли вниз, словно слезы. Внезапно он спросил:
- Шимэй, как ты умерла? В этом есть моя вина? Только скажи честно.
- Вей Ин зачем ворошить прошлое? Я сейчас живая,сижу рядом с тобой, чего ещё нам желать?
-Ну скажи хотя бы,в этом и правда ест моя вина?
-В этом нет твоей вины. Это был мой выбор. Когда придет время,я обязательно расскажу тебе,обещаю.
Я мягко поцеловала его в лоб и ущипнула за нос. Я снова принялась умываться, а он плюхнулся рядом с ручьём. Его лицо выражало грусть, и увидев это,я легла рядом. Так мы и остались лежать на влажной земле.
-Вей Ин даже если весь мир будет против тебя, я всегда буду стоять рядом. Запомни это.
Ослик, казалось, понимал, что Вэй У Сяню сейчас совсем не до веселья, и, наверное, впервые в жизни, не стал душераздирающе реветь от нетерпения. Он потоптался немного на месте и развернулся, будто бы собрался уходить. Мы все так же лежали у ручья, не обращая внимания на происходящее вокруг. Осел обернулся и посмотрел на нас, забив копытом по земле. Никакой реакции. Тогда осел подошел с недовольным видом и вцепился зубами в воротник Вэй У Сяня, потянув его за собой.
Он вправе был двигаться дальше или же остаться. Но увидев, что осел настроен так решительно, что уже пустил в ход зубы, Вэй У Сянь все же пошел. И помог мне встать, я забралась на свою ослицу.Ослик протащил его пару метров, затем отпустил и принялся кружить вокруг какого-то предмета в траве. А моя ослица за ним. Этим предметом оказался мешочек Цянькунь, запутавшийся в обрывках золотистой сети. Похоже, что неудачливый заклинатель обронил его, пытаясь выбраться из ловушки. Вэй У Сянь поднял мешочек и открыл его. Внутри лежали разные магические предметы: склянки с эликсирами, талисманы, зеркальца, отражающие демонов, и так далее. Вауу.
Немного порывшись в мешочке, Вэй У
Сянь наугад выудил какой-то талисман. В ту же секунду огненный шар зажегся в его ладони. Фонарик что- ли? Ахах ладно шучу, шучу.
Это же талисман Горящего мрака. Как видно из названия, в качестве топлива он использовал темную энергию, и при любом контакте с ней талисман воспламенялся сам по себе.Чем больше было энергии, тем ярче пламя, и то, что он зажегся сразу же, как только Вэй У Сянь извлек его, значило, что неподалеку находился дух.
Внимательно следя за огоньком, Вэй У Сянь начал медленно крутиться по сторонам, намереваясь отыскать духа. Когда он повернулся на восток, пламя ослабло, но когда он повернулся на запад, пламя разгорелось ярче. Мы сделали пару шагов в этом направлении и под деревом увидели белую, сгорбленную фигуру.
Талисман прогорел, и пепел опал с его ладони в траву. Спиной к нам сидел старик и что-то тихо бормотал.
Я медленно приблизилась к нему. Бормотание стало яснее:
-Больно, мне больно.
Я спросила:
-Где тебе больно?
Старик ответил:
-Голова, моя голова.
-На месте- утвердительно кивнула я.
Вэй У Сянь попросил:
-Дай мне посмотреть.
Он обошел старика, посмотрел на него спереди и увидел огромную окровавленную дыру в его лбу. Значит, мы встретили призрака человека, которого, скорее всего, убили ударом в голову. Призрак сидел в погребальных одеждах тонкой работы, изготовленных из хорошего материала. Выходит, этого старика положили в гроб и с честью похоронили, и это не могла быть одна из тех потерянных душ еще живых людей.
Однако такие призраки не должны были появляться на горе Дафань.
Мы никак не могли найти внятного объяснения для такого из ряда вон выходящего события. С нарастающим беспокойством, мы вскочили на животных, с окриком шлепнули их и помчались в ту сторону, куда ушел Цзинь Лин. Чувствую что то плохое случится.
Среди древних захоронений слонялись толпы заклинателей, надеясь, что монстр сам себя подаст им на блюдечке с голубой каёмочкой. Наивные. Кто-то осмелился использовать Флаг, притягивающий духов, но на него приманилась только кучка мелких призраков,которые безостановочно и отчаянно рыдали, дополняя творившуюся вакханалию. Вэй У Сянь потянул за вожжи, осмотрелся вокруг и громко и четко спросил:
-Прошу прощения за беспокойство, но не видели ли вы, куда пошли молодые господа из кланов Лань и Цзинь?
Теперь, когда он смыл с лица макияж, люди, наконец, перестали относиться к нему с пренебрежением. Один заклинатель ответил:
-Они пошли туда, в Храм Богини.
Я переспросила:
-Храм Богини? Это там на горе?Какому божеству посвящен тот храм?
Сельский клан, что спас Вей Ин, прослышав о том, что все сети Божественного плетения были уничтожены, тоже вернулся на гору и приступил к ночной охоте. Мужчина средних лет узнал одежду Вэй У Сяня и меня, и понял, что эти те сумасшедшие, который помогли им. Он почувствовал себя очень неловко и притворился, будто бы ничего не случилось.
Круглолицая девушка ответила:
-Думаю,каменной статуе, что образовалась естественным путем.
Мы кивнули ей:
-Спасибо.
Закончив разговор, мы что есть духу припустились в направлении Храма Богини.
Женитьба городского лодыря; молния, что уничтожила гробы; жених, разорванный волками; отец и дочь, потерявшие души; погребальные одежды тонкой работы… Будто бы нить пронзила разбросанные бусины и собрала их в одно. Теперь понятно, почему ни Компасы Зла, ни Флаг, притягивающий духов, не сработали. Тварь, обитающую на горе Дафань, недооценили.
Это существо было гораздо опаснее, чем кто-либо мог представить! И нам опять нужно кого-то спасать! Нет я конечно не возникаю,но они нам даже спасибо не скажут! Вот увидите.