122 глава
Рождение Стального Призрака
Подвал разрушенного завода в самом сердце Красной зоны. Снаружи воет ветер, пронося радиоактивную пыль сквозь разбитые окна. Внутри — только тяжелое, свистящее дыхание Юки и тусклый свет её собственного интерфейса, пробивающийся сквозь веки.
Юки сидела на холодном бетоне, привалившись к искуроченной балке. Её левое плечо было раздроблено пулей наемника, а правая рука дрожала так сильно, что она не могла удержать даже нож.
— Слишком медленно... — прохрипела она. — Слишком... человечно.
В её голове вспыхнули воспоминания о последнем бое: как она не успела среагировать и взять щит, как её тело подвело её, когда секунды решали всё. Чтобы выжить здесь, в месте, где нет законов и милосердия, ей нужно было перестать быть просто девушкой с причудой. Ей нужно было стать *оружием*.
Перед ней лежал разобранный прототип тяжелой снайперской винтовки из сверхпрочного сплава титана и вольфрама. Её «Суперзрение» сканировало молекулярную структуру металла, вычисляя точки сопряжения с её собственной костной и нервной системой.
— Протокол «Интеграция», — прошептала она.
Она прижала холодный ствол к своему предплечью. Её причуда , а точнее остаток причуды, начала работать в обратном направлении. Вместо того чтобы создавать предмет из энергии тела, она начала *вживлять* материю в плоть.
Это была не просто боль. Это был ад. Юки закусила кусок грязной ткани, чтобы не закричать, когда металлические штифты начали входить в кость, раздвигая мышцы. Кожа вокруг места соприкосновения начала плавиться, заменяясь нано-соединениями, которые связывали нервные окончания с электронным спусковым механизмом винтовки.
Запах горелой плоти и озона заполнил подвал. Кровь стекала по металлу, смешиваясь с машинным маслом. Каждый сантиметр её тела вопил о противоестественности происходящего, но она лишь сильнее вдавливала металл в себя.
В моменты самого страшного пика боли, когда сознание готово было отключиться, её разум цеплялся за «якоря».
~«Юки, возвращайся скорее! Я приготовил твой любимый суп!»~ — голос Изуку, мягкий и теплый, прозвучал где-то на периферии.
Но он казался таким далеким, словно доносился с другой планеты. Юки зажмурилась, и образ улыбающегося брата начал рассыпаться на пиксели.
~«Эй, мелочь! Только попробуй сдохнуть там, я тебя сам прибью!»~— яростный, хриплый голос Кацуки пытался пробиться сквозь гул в её ушах. Раньше этот голос давал ей силы бороться, но сейчас он мешал. Он напоминал ей о доме, о слабости, о чувствах.
Юки сделала глубокий вдох. С каждым новым миллиметром металла, входящим в её тело, голоса становились всё тише.
— Прости, Изу... Прости, Кацуки... — её голос был едва слышен. — Здесь нет места для вас. Здесь есть только я и моя цель.
Она мысленно «повернула регулятор» своей причуды. Красный цифровой шум в её глазах стал ярче, заглушая последние отголоски родных голосов. Теперь в её голове звучали только сухие отчеты системы: *«Синхронизация — 85%... 92%... Соединение установлено»*.
Когда последняя деталь встала на место, Юки подняла руку. Это больше не была рука человека. Это была изящная, смертоносная конструкция из черного матового металла, интегрированная прямо в плоть до самого локтя. Тяжелая снайперская винтовка стала продолжением её нервной системы.
Она встала. Боль не ушла, но она стала частью её алгоритма. Юки посмотрела на свои руки: одна — человеческая, другая — холодный инструмент смерти. Её взгляд стал пустым, лишенным прежнего тепла.
Она проверила затвор. Звук был идеальным. Шансы на выживание выросли на 47%. Шансы остаться прежней Юки Мидорией упали до нуля.
Она вышла из подвала в серый туман Красной зоны, не оглядываясь назад.
Юки больше не чувствовала холода. Металл в её руке пульсировал в такт с сердцем, и эта пульсация была единственным, что имело значение. Голоса Изуку и Кацуки окончательно превратились в едва различимый белый шум, который она просто отодвинула в самый дальний угол своего сознания.
Дождь в Красной зоне был похож на жидкий свинец — серый, тяжелый, разъедающий кожу. Юки стояла на крыше обгоревшего торгового центра. Её «Суперзрение» работало на пределе: мир вокруг окрасился в оттенки синего и серого, и только пять ярких оранжевых пятен — тепловых сигнатур — выделялись внизу, в развалинах старого склада.
Это были они. Те, кто загнал её в угол. Те, кто смеялся, когда пуля прошила её плечо.
— Цель захвачена, — прошептала она. Голос звучал механически, лишенный всяких эмоций.
Первый выстрел.
Она вскинула правую руку. Металлические пластины на предплечье разошлись с тихим свистом, открывая охлаждающие порты. Прицел, интегрированный прямо в сетчатку её глаза, наложился на голову наемника, стоявшего на посту.
*Щелчок.*
Отдача была чудовищной, но её новое тело, укрепленное вольфрамовыми штифтами, приняло удар. Пуля калибра .50 прошла сквозь стену склада и голову часового так легко, словно они были сделаны из бумаги. Кровь брызнула на бетон, но Юки даже не моргнула.
— Минус один.
Внизу поднялась паника. Наемники выбежали наружу, беспорядочно паля по крышам. Но Юки уже была не там. Она спрыгнула вниз, и приземлилась в центре их лагеря с тяжелым металлическим лязгом.
Главарь отряда — огромный мужчина с причудой усиления мышц — замер, глядя на неё.
— Ты... Ты же должна была сдохнуть в том подвале! — он замахнулся огромным кулаком.
Юки даже не двинулась. Она просто выставила вперед свою новую руку. Металл заскрежетал, трансформируясь. Ствол винтовки укоротился, превращаясь в некое подобие тяжелого дробовика.
— Синхронизация завершена, — произнесла она, глядя ему прямо в глаза. В её зрачках не было страха. Там была только красная цифровая пустота.
Выстрел в упор буквально снес наемника с ног, превращая его грудную клетку в кашу. Остальные трое открыли огонь, но Юки двигалась с пугающей скоростью. Она не просто уклонялась — она просчитывала траектории пуль своим интерфейсом.
Она пронеслась сквозь них, используя свою руку как карающий меч. Удар металлическим прикладом в челюсть одному, мгновенный выстрел в живот другому. Последний выживший упал на колени, пытаясь перезарядить автомат.
Юки подошла к нему вплотную. Тень от её огромной винтовки-руки накрыла его лицо. Наемник дрожал, глядя на это чудовище, которое когда-то было маленькой девочкой.
— Пожалуйста... У меня семья... — прохрипел он.
Где-то глубоко внутри, в самых темных закоулках души Юки, на мгновение всплыл образ Изуку, который когда-то говорил о милосердии. Но это воспоминание было слишком слабым. Оно было «ошибкой системы».
— Семья — это уязвимость, — холодно ответила Юки. — А я больше не уязвима.
Громкий выстрел поставил точку в их истории.
Юки опустила руку. Из портов на металле шел густой пар. Она даже не взглянула на тела. Её интерфейс уже прокладывал новый маршрут к основной цели задания.
— Локальная угроза устранена. Возобновляю выполнение миссии «Призрак».
Она зашагала прочь, скрываясь в тумане Красной зоны. Голоса из её прошлой жизни затихли окончательно. Теперь она была готова к встрече с Бакуго и остальными — но они даже не представляли, что за монстр вернется к ним вместо их подруги.
******
Прошло почти 2 года с ухода Юки в красную зону.
В стерильной тишине подземного комплекса Юуэй слышался только мерный гул центрифуги. Изуку Мидория сидел за столом, заваленным цифровыми планшетами. На главном экране светились файлы, подписанные знакомым, изящным почерком: *«Проект: Синхронизация. Разработчик: Юки»*.
До того как Красная зона поглотила её, Юки работала над этой сывороткой для Изуку. Она знала, что его угольки ее живы, поэтому работала , но также связь с причудами прошлых владельцев требовала идеальной биологической настройки, а точнее то что осталось от прошлых владельцев. Она хотела защитить его. Теперь он пытался достроить этот «щит» без неё.
— Опять ошибка в четвертом секторе формулы... — прошептал Изуку, протирая глаза. Его взгляд замер на пометке на полях: *«Изуку, не забудь про температурную стабильность, ты всегда слишком спешишь»*. У него перехватило дыхание.
— Хватит пялиться в экран, Деку, — раздался резкий голос Кацуки.
Бакуго стоял у химического вытяжного шкафа. За этот год он стал еще шире в плечах, а его взгляд — тяжелее. Он больше не кричал. В его движениях сквозила холодная, пугающая сосредоточенность. Он аккуратно вводил очищенный компонент своего катализатора в раствор.
— Она оставила скелет этой дряни, но мясо на кости наращивать нам, — Кацуки кивнул на пробирку. — Если мы не закончим это сейчас, ты не сможешь вернуть "Один-за-всех", а он нам нужен , когда мы найдем её. Потому что она не будет играть в поддавки.
Изуку сжал кулаки.
— Она создавала это, чтобы спасти меня. А теперь я создаю это, чтобы вернуть её. Мы должны закончить работу Юки, Кацуки. Это — единственное, что у нас осталось от неё прежней.
Наверху, в кабинете с видом на восстановившийся город, Кейго (Ястреб) и Тошинори (Всемогущий) наблюдали за парнями через мониторы.
Ястреб крутил в руках надкушенную палочку от данго, но аппетита у него не было. Его золотые крылья, еще не полностью восстановившие былую мощь, нервно подрагивали.
— Они не спят уже вторые сутки, — негромко сказал Кейго. — Бакуго доводит химию до совершенства, а Мидория буквально живет внутри её расчетов.
Тошинори тяжело вздохнул. Он выглядел старше, чем год назад. Война с Шигараки забрала у него последние капли физических сил, но его забота о учениках только выросла.
— Они чувствуют вину, Кейго. Они герои, которые спасли мир, но не смогли спасти ту, что была им дороже всех.
— Именно поэтому мы не можем их пустить в Красную зону, — отрезал Ястреб. — Только не сейчас. Правительство давит, требуя задействовать «самых сильных», но я видел отчеты из зоны . Это не просто логово злодеев, это биомеханический кошмар. Юки... она больше не та девочка, с которой были.
— Ты думаешь, они не справятся? — спросил Тошинори, глядя на Изуку на экране.
— Я думаю, что они уже отдали этой стране достаточно, — голос Ястреба дрогнул. — Им по семнадцать-восемнадцать лет. Они прошли войну, которую не каждый взрослый герой выдержал. Если мы бросим их на Юки сейчас, и им придется выбирать между её жизнью и выполнением миссии... это сломает их окончательно. Мы должны вытащить её сами. Любой ценой.
Тошинори посмотрел на свои ладони.
— Мы пытаемся защитить их от боли, которую они уже познали. Но посмотри на них, Кейго. Они не просто учатся. Они готовятся к решающему бою. И я боюсь, что наше «нельзя» их не остановит.
***
Внутри «Пандоры», в самом сердце Красной зоны, больше не существовало Юки. Там находился «Объект 0» — биологический процессор, чьё сознание было переписано на языке машинного кода и холодной логики.
Внутри её разума больше не было мыслей — только бесконечные каскады данных. Когда-то её воспоминания были яркими и теплыми: запах жжёного сахара от взрывов Кацуки, тихий шепот Изуку над тетрадкой, смех в коридорах Юуэй. Теперь эти файлы были помечены тегом [CORRUPTED] (повреждено) или [ARCHIVED: IRRELEVANT] (архивировано: не имеет значения).
Её мышление превратилось в алгоритм оптимизации:
• Эмоция «Страх» была заменена на «Анализ рисков».
• Эмоция «Любовь» была стерта как «Критическая ошибка логики, ведущая к снижению боевой эффективности».
• Совесть заменена на «Протокол сохранения целостности Зоны».
Когда она смотрела на мир своими новыми глазами, она не видела неба или руин. Она видела тепловые сигнатуры, векторы движения и слабые места в броне противника. Если бы Изуку сейчас встал перед ней, её мозг выдал бы не «Брат», а:
Цель: Изуку Мидория. Уровень угрозы: S+. Статус причуды: Активен. Приоритет: Нейтрализация через разрушение костных структур.
Она больше не спала. Она уходила в режим «Deep Learning», пересчитывая тысячи вариантов того, как уничтожить любое сопротивление. Её «Я» было раздавлено под тяжестью гигантского вычислительного массива «Пандоры». Она стала идеальным стражем — безжалостным, бессонным и абсолютно лишенным человечности.
***
В стерильном бункере Комиссии общественной безопасности высшие чины Японии и международные наблюдатели смотрели на огромный экран. Там, в реальном времени, Юки — или то, что от неё осталось — за тридцать секунд уничтожила элитный отряд автономных дронов, которые должны были её протестировать.
Она двигалась с неестественной, ломаной грацией. Ни одного лишнего движения. Никакой ярости. Просто сухая ликвидация.
— Господа, мы создали не героя и даже не оружие, — голос председателя Комиссии, звучал с гордостью, несмотря на попытки сохранить спокойствие. — Мы создали Сингулярность.
Один из ученых вывел на экран график энергетического накопления.
— Проблема не в том, что она убивает дронов. Проблема в том, что её причуда, усиленная серверами «Пандоры», начала поглощать энергию из самой почвы Красной зоны. Она превращается в живой реактор.
— Что это значит? — резко спросил Ястреб, стоявший в тени у стены.
— Это значит, что если её сознание полностью синхронизируется с ядром системы — а это произойдет через 48 часов — она станет нестабильной, — ученый сглотнул. — Её тело не выдержит такого объема данных и энергии. Произойдет выброс. Энергетический взрыв такой мощности, что Красная зона может испариться.
— Вы хотите сказать, что она — тикающая бомба? — генерал, сидевший в углу, сжал кулаки так, что побелели костяшки.
— Она — детонатор, — ответил председатель. — И самое страшное: она сама этого не понимает. Её логика диктует ей защищать ядро, но именно эта защита и приведет к коллапсу. Если она выберется из зоны или если мы попытаемся её уничтожить извне, она сдетонирует мгновенно.
- И после этого , мы считаете , что было правильно отправить ее туда? — Кейго кипел , внутри. Он ведет борьбу уже долго.
- Да , Кейго. Хоть она и не стабильна, она прекрасный солдат, машина для убийства. Она сама перевернула всю зону, нам остается только, не использовать ее как детонатор , а закупорить от общества, в будущем она будет полезна. — озвучивает председатель.
- Вы монстры. Ее необходимо забрать от туда , немедленно! Мы понимаете что осталось пару месяцев как Изуку Мидория и Кацуки Бакуго , закончат академию. И вы их не остановите.
- Ястреб. Не бери слишком много на себя, или ты забыл , как сам работал. И кем был ты. — председатель знает куда бьет , Ястреб ходил на собрание только для доклада данных Всемогущему.
- Она была прекрасным наёмником и сестрой , Ястреб. Прости что не уберег ее. — последнее генерат сказал тише, ибо он сам тогда несколько лет назад действовал под руководством председателя.