Теплое приветствие
-Вставайте же! Ну!
Кто-то с силой трясет меня за плечи, а я могу только разлепить глаза и недоуменно уставиться на врача... Санитара?.. Кто это вообще? Где Себастьян?.. Ах, точно! Я резко выпрямилась в коляске. Точно. Мы приехали, а я уснула... Ладно, дальше все по сценарию. Как, интересно, проживает моя одиночная камера?
-Хей, ты сейчас ей все органы перемешаешь,-мягко продиктовал второй парень. И что, скажите на милость, такой парниша делает в таком месте? Ему бы в официанты пойти, что ли.
Тот первый отступил, что-то недовольно бормоча себе под нос. Меня выкатили из машины и мне предстало такое знакомое здание, с громогласной табличкой, у всех на виду: "Психиатрическая больница-интернат Уэстон."
Но, как я подумала в первый раз, тут не совсем и психушка. Много колясочников, инвалидов, а действительно психически-больных можно по пальцам пересчитать. И я одна из них.
Но потом я поворачиваю голов вправо, и... Ох, чёрт возьми! Восточное крыло было полностью разрушено. Но я бы так не удивилась, если бы в восточном крыле не находилась моя одиночная камера. Дам вообще все одиночные камеры.
Решаю промолчать. Все равно на осмотре все расскажут. Нехотя, но расскажут, уж я-то знаю.
Въезжаем в холл, а я пользуюсь возможностью и начинаю рассматривать место, которое, в моё отсутствие, сильно изменилось. Штукатурка уже не сыплется на голову и даже стёкла с трещинами заменили на новые, а окна на пластиковые. Хотя,последние раньше мрачно напоминали заброшенную психушку. На лестницах приспособления для перевозки колясок, с подлокотниками даже... Они б туда ещё подстаканники присобачили, вот серьёзно.
Но то, что я заметила первым делом были не стёкла,не "радужные и весёлые плакаты", и даже не хорошее освещение. Это была тишина. Единственное, что производило тут звук - шорох бумаг и ручек. Даже работники между собой не разговаривали. Жуть.
На стенах висят инструкции по пожарной безопасности с яркими иллюстрациями, хотя во время пожала многие наоборот хотели бы сгореть. Ну или только те, которых сажают в одиночную. То, как живут в общих спальных для меня закрыто на глухой замок.
-Арина значит... Приступов не было?
-Нет.
-В общем состояние нормальной?
-Вполне.
Врач ещё пол часа расспрашивает меня с поддельным любопытством, хотя я знаю, что ему лишь нужно заполнить бумажки. Перед ним лежит моё личное дело, в котором собрана вся информация о моих приступах, самочувствии и т.д. Но перед ним лишь моё тело... Мою личность и душу они не смогут запечатлеть на бумажке, как бы сильно они не старались.
-Как ты наверное могла заметить... Если не потеряла зрение,-он коротко смеётся, хотя ничего смешного я тут не вижу,-Восточгое крыло разрушено. Можешь не спрашивать, почему, никто и так не знает. Потому, поздравляю, тебя переводят к четвертым.
Что ещё за четвертые? Как я и говорила, я всегда была в одиночной камере и всего остального не знаю. Но что-то мне подсказывает, что это Волки... Когда мне было лет пять или шесть, не помню точно, я ведь тоже сидела в этой больнице.
Правда, одна. Но я наблюдала за остальными детьми, рядом с моим любимым воспитателем - Красным. Но... Красный умер. У него был рак головного мозга и его не смогли спасти. После смерти Красного, жизнь в "Уэстоне" превратилась в кошмар. Больше никто не навещал меня, а маленькая девочка, до смерти напуганная сидела одна в камере и ждала хоть кого-нибудь. Но как ни печально, приходили ко мне только дабы покормить. Я не люблю вспоминать это. Никогда не любила, но от воспоминаний я избавляться не хочу.
Я и тот, кто везёт меня, уже оказываемся в коридоре второго этажа. Окон тут почему-то нет, и это слегка настораживает... Хотя, стали бы буйных которые ломают стёкла селить в общую комнату? Меня вкатывают в помещение и я удивляюсь ещё сильнее. Комната, в отличии от коридора, вся в мрачных фиолетовых тонах. Чёрная занавеска на окне. Ну, тут хоть окно есть. На стенах разные рисунки, кроватей нет, одни матрацы на полу. В целом чисто, правда темно, но ничего, сойдёт. Но почему тут никого нет?
-Остальные на обеде.-я вздрагиваю от внезапно появившегося голоса. А я то думала, я тут одна... Этот тот парень, который привёз меня сюда.
-А их... Оповестили, что я приеду?
-Да.
Что ж, это облегчает мне задачу, но меня не оставляет чувство, будто я кому-то навязываю своё общество... Пришла ни с того ни с сего, меня впервые видят вообще... Жутко неловко. Но, в конце то концов, я не виновата! Я что, хотела сюда переезжать?
Успокойся. Они ещё даже не пришли, а я уже напридумывала...
В коридоре тишина, значит, они ещё не пришли... Внезапно, в комнате потухает свет и я остаюсь в кромешной тьме.
На плече мне ложится чья-то рука... Она ледяная, что чувствуется даже через ткань футболки... Тут же на стене загорается факел. Какого черта там факел, если раньше я его не видела? Что за чертовщина?!
-Как ты посмела...-шипящий голос пробирает до мозга костей, от чего я невольно вздрагиваю, не решаясь повернуться, а за спиной слышу леденящий душу шепот...