Премия алкаша
Настало утро, и наказание стучалось в дверь, а после, не получив разрешения войти, решило, что можно попасть в квартиру через открытую форточку.
С самого утра, Салливана буквально выворачивало наизнанку.
-А если бы я.. - он не успел договорить, ведь его перебила очередная струя рвоты. - продолжил пить? - подняв голову над фарфоровым «другом», всё же закончил реплику Фишер, а после укоризненно уставился на сидящего на краю ванной Джонсона.
-Я вот думаю, ты душу продал за отсутствие похмелья? - моргая глазами, дабы смахнуть с ресниц слёзы, что выступили из-за сильной боли в животе, спросил Салли, борясь с очередным позывом.
-Я всего лишь обладаю большим опытом работы в этой сфере. - гордо произнёс Ларри.
Фишер закатил глаза.
-У тебя тут, это, - новоиспечённый актёр указал на подбородок Фишера, где красовалось пятно, сами понимаете от чего.
Тот кое-как поднялся с пола, держась за край раковины, и включил холодную воду.
Спустя минуту, раковина наполнилась почти до краёв. Салливан задержал дыхание и нырнул под воду по самые уши. Около минуты длился его «заплыв», пока очередной рвотный позыв не заставил его обнять унитаз.
Джонсону было жалко своего брата, однако он никак не мог без подколов.
Ларри вспомнил диалог в тот день, когда Оззи поженил двух братьев.
-Ты случаем не беременна, дорогая? - посерьезнел Джонсон.
-Иди нахуй, дорогой. - с наигранной улыбкой ответил Фишер, подперев голову кулаком, что был поставлен на край унитаза. После, его вновь резко вырвало.
Так и прошёл их выходной. Рвота, проклятия на латыни, рвота, издёвки Джонсона, ответочки Фишера, рвота. Лишь к ночи, организм Салли стал оправляться от пьянки, по причине дебюта Ларри.
-Да чтоб я ещё когда-нибудь пил с тобой. - выдохнул Фишер в потолок.
-Так и быть, буду бухать с Морелем. Оставлю тебя в покое. - ответил Джонсон. - хотя нет, - он перевернулся набок, подперев голову рукой. - сначала я награжу тебя премией.
-Какой ещё премией, алкаш? - презрительно спросил Фишер, хотя, на самом деле, его это совсем не волновало.
-Встань с кровати. - сдерживая смех, начал Ларри.
-Если я встану, то меня вывернет на твои труханы. - произнёс Салли, глядя куда-то в сторону, а затем его глаза расширились. - а кстати, какого хера ты ходишь дома в одних трусах? - нахмурив брови, спросил Фишер.
-Твоего. - кратко изложил Джонсон.
Салливан хлопнул себя по лбу.
-Долбоёб, с тобой всё потеряно! - покачал головой крашенный брюнет. - а если серьезно? Почему?
-Потому что ты, сеньор Блевонтини, заблевал мою футболку и шорты ещё ночью, когда тебя только начало накрывать. - ответил Ларри, ни разу не запнувшись.
-А где же твои пошлые гейские шуточки? - съязвила «дорогая».
-Прости, дорогая, я не хочу тебя. Ты себя плохо чувствуешь.
-Всё же пошутил.
-А чего ты ожидал? - заржал Джонсон, за что подучил тазиком по башке.
-Кхм, кхм, прошу внимания! - отошёл от удара Ларри, начав хлопать в ладони. - мы начинаем нашу еженедельную премию, что начала своё существование десять лет назад. Прошу внимания! - не утихал он, а Фишер начал улыбаться от шуточек. - голосование было жёстким, наши судьи придирались буквально к каждой мелочи, к каждому не заблёванному миллиметру квартиры. Но, мы выбрали победителя среди номинантов на эту премию! - Джонсон взял со столика какой-то огрызок листа, сложив его пополам. - итак, - он начал разворачивать листок так, будто это была древняя ценная реликвия времён появления Преисподней. - победителем в премии «Не умеющий пить, но блестяще проходящий через отходняк» становиться.. Салливан Генри Фишер! - он кинул в брата листок с надписью «Морель мурыжит», а после упал спиной назад и заржал как конь.
Салли начал смеяться, а затем посмотрел на бумажку, и припустился пуще прежнего.
Зазвонил телефон. «Морель» высветилось на экране. Фишер продолжал ржать теперь ещё и с этого, но, кое-как успокоившись, всё же принял вызов.
-Салли Фишер у аппарата. - серьезным тоном произнес он.
-Фишер, я знаю, что ты был вусмерть набуханный, так что, завтра позволяю тебе и твоему брату, который следил за тобой, побыть без театральной суеты ещё денёк. - казалось, что он уже закончил свои реплики, однако, тот продолжил. - только пожалуйста, не набухайся вновь! Спокойной ночи.
-Спокойной.
Фишер сбросил вызов, выключил телефон и положил его на край кровати.
Переглянулся с Джонсоном, и оба снова заржали, да так заржали, что, казалось, стены начали трястись.
-Премия «Нянька года» присуждается Ларри Джиму Джонсону. - произнёс Фишер и захлопал в ладони.
-Предлагаю отметить! - с «огоньком» в глазах произнёс Ларри, потирая руки.
-Премия, вроде, ежеНЕДЕЛЬНАЯ, а не ежеДНЕВНАЯ.
-Ты посылаешь меня?
-Какой ты догадливый.