Глава 2.1 (Гвендолин Стейси)
уже прошло много времени, но я до сих пор чувствую тебя.
Гарри Озборн в порыве ярости отвернулся к большому панорамному окну, чтобы девушка не увидела его злости. Лицо, такое красивое и нежное, обезобразилось ужасной гримасой.
— Ты же не серьезно, Стейси. — сквозь зубы прошипел парень так, что Гвен услышала противный скрежет. — Ты не можешь быть, мать твою, серьезно.
Девушка поджала губы, пытаясь унять злость. Она хотела врезать Гарри, и это было вполне себе обоснованное желание. Такое обоснованное, что перед лицом маячил его окровавленный нос.
— Закрой рот, Гарри.
— А я тебя вообще никто не спрашивал, придурок. Тебя вообще здесь быть не должно. — Гарри сметает со стола все: документы, ручки, телефон, компьютер. Все полетело на пол. — Ты не имеешь права приходить сюда и затыкать меня в моем же кабинете. Зачем ты притащила его с собой, Стейси?
Гвен поняла, что Гарри сейчас на грани. Он никогда не позволял себе называть ее по фамилии, потому что это звучало ужасно невежественно и она, по его мнению, этого не заслуживает. Гарри не позволял себе поднимать голос. Никогда. Гарри уважал ее, как подругу, как младшую сестру, как дорогого себе человека. Как члена семьи или что-то вроде того.
Но сейчас ему было абсолютно плевать.
— А ты хоть уверена, что он сын Старка? Гвен, ты доверилась первому встречному, что за наивность? Ты должна была все рассказать мне, понимаешь, мне, а не ему!
Она понимала свою ошибку, прекрасно понимала. После смерти Питера у них остались только они сами: Гвен Стейси и Гарри Озборн. Только они могли понять друг друга, как никто другой, только они могли сказать те самые нужные слова, которые попадут в самое сердце и так заденут, что боль от утраты покажется совсем ничтожной.
Но в их жизнях появился он. Маркус Монро, якобы сын Тони Старка, пришедший за отрадой для своего черного сердца и отмщением. Хочет спасти свою душу? Получить прощение? Найти покой?
Так почему он решил это сделать с помощью ее?
— Гарри, успокойся, прошу. — она схватила его за плечи, опуская на кресло, и под ее небольшим давлением он присел. Ее холодные ладони переместились на его щеки в некоем отрезвляющем жесте. — Я прошу простить меня, Гарри.
Он медленно поднял взгляд на нее. Его стеклянные изумрудные глаза, как два расколовшихся кристаллика, тускнели в полумраке комнаты, как теряли свой свет его светлые чувства.
— Ты должна была рассказать мне, Гвенни.
Ласковое прозвище больно ударило в головной мозг, как сигареты, как вино, но без всякой услады. Как татуировка, выженная на мозговых извилинах, ей слышался голос Питера.
Гвенни. Гвенни. Гвенни.
— Прости меня.
Банальное извинение выглядело искренним в его глазах. Он верил ей, как верил Питеру, как верил Мэри-Джейн. И как бы ему не было обидно от того, что она скрыла правду, он всегда будет прощать ее.
Всегда.
— Я помогу тебе. — после нескольких секунд молчания Гарри прошептал эти слова. — Я всегда помогал Питеру, теперь я буду помогать тебе.
Неожиданной смех, раздавшийся с другого конца комнаты, заставил обоих вздрогнуть. Гвен, поджав губы от волнения, обернулась, чтобы обнаружить улыбающегося Маркуса.
— Браво! — он смеялся, и смех его был так заразителен, что Гвен сделала усилие, чтобы не разразиться хохотом. — Раз вы закончили свои семейные разборки, может быть, приступим к делу?
— И где ты его откопала? — недовольно прошипел Озборн, открывая ноутбук. — Рассказывайте еще раз, что вам нужно.
Гвен приоткрыла губы, чтобы начать рассказ еще раз, как вдруг Маркус перебил ее, усаживаясь поудобнее в кресло перед письменным столом. Она не знала: наглость ли это или просто желание поскорее со всем закончить.
— Гвен нужен костюм. — начал Монро. — Как у Паркера, но я бы предпочел другую расцветку. Что думаешь насчет белого с черным? Думаю, будет смотреться здорово. Весь функционал оставляем, но я бы изменил состав паутины. Обогатим прежний состав глицином и аланином, думаю, получится вполне себе сносно.
Гвен смотрела на него, на его азарт, энтузиазм. Как он говорил обо всем этом.
Питер был таким же.
— Городу нужен Человек-Паук. И она сможет стать им, я уверен. Нужно лишь пару деталей.
— Я не смогу заменить его. — наконец, выпалила Гвен, разрывая длинный монолог Маркуса. — Как же вы не поймете, я никогда не смогу стать такой, как он. Мне не стать Человеком-Пауком.
Ох уж эта беспомощность, что так явно притаилась с этих высоких нотках дрогнувшего голоса. Гарри почувствовал это сразу.
Питер разговаривал так же, когда не был уверен в себе.
— Гвен, — Озборн схватил ее за ладонь, ясно давая понять, что он в любом случае будет на ее стороне. — ни в коем случае не хочу давить на тебя и, тем более, заставлять. Но ты пришла сюда, ко мне, именно поэтому, верно?
Ком застрял в горле, не давая произнести ни слова. Гвен кивнула, соглашаясь с ним целиком и полностью.
— Но как только ты наденешь костюм, пути назад у тебя не будет. Просто предупреждаю тебя. Поэтому, Гвен, реши сейчас в первую очередь для самой себя: готова ли ты взвалить на себя это бремя ответственности? Я поддержу тебя в любом случае.
Гвен в тот момент поняла для себя одну важную вещь. Если она будет жить дальше, скрывая ту силу, ту мощь, которой была награждена, она не сможет спать спокойно по ночам, зная, что она могла помочь кому-то, но не сделала этого. Иметь такой дар и не использовать его во благо - глупо, очень глупо.
Маркус с надеждой в глазах посмотрел на нее. Ему тоже нужна помощь, Стейси это прекрасно понимала. Гвен не могла помочь ему отомстить за его мать, но вот Гвен-паук еще как могла.
Она бы отомстила за Маркуса, за себя. И за Питера.
— Начинай делать костюм, Гарри.
Парень довольно улыбнулся, начав делать какие-то пометки в своем ноутбуке. Гвен все еще сомневалась в своем решение, но это опьяняющее чувство собственной силы и превосходства затуманило разум. Она смотрела через огромное панорамное окно на улицу и видела, как она летит, цепляясь за паутину, ощущая холодный ветер, бьющий рывками в лицо.
— Ей нужна будет профподготовка. — заключил Гарри, и Стейси недоуменно взглянула на него.
— Чтобы все сработало на сто процентов, верно? — Маркус продолжил его мысль.
— Никаких травм и, тем более, никаких потерь. У нас один шанс, и мы не должны его упустить. У нас нет права на ошибку.
Гвен тоже это понимала, но еще не до конца осознавала ту ответственность, что свалилась ей на плечи с принятием роли Человека-Паука. Ей казалось, что в любой момент она сможет сказать "нет" и отказаться от этой затеи. Что будет вот так вот просто.
Только вот просто никогда не было и не будет.
— Если ты не против, я хотел бы лично заняться ее подготовкой. — Маркус снова влез в разговор. — Можешь проверить мое дело, я профессиональный агент ЩИТа, тебе не найти лучше тренера для нее, Озборн.
Гвен не сомневалась в Маркусе ни на секунду. За такое короткое время парень, появившийся просто из ниоткуда, заслужил ее доверие целиком и полностью. Она не видела в его намерениях корысти или поиска личной выгоды, только лишь искренность и это светлое желание помочь.
— Да, я думаю, Маркус отлично справится. — возможно, ее слова прозвучали не так искренне, как предполагалось, но если бы у нас была возможность заглянуть вглубь ее сердца, мы бы увидели, как она восхищалась парнем и как хотела быть похожим на нее.
— Ладно, — недовольно прошептал Гарри. — с этим закончили. Маркус, уверен, что и у тебя есть просьба.
Озборн как в воду глядел. Если бы Маркусу ничего не нужно было, ноги бы его не было в Оскорпе.
— Мне нужна встреча с Тони Старком. ЩИТ не хочет мне в этом помогать, сколько бы я не умолял их. Его номер телефона или, может быть, адрес, хоть что-нибудь, чтобы я смог с ним связаться и поговорить.
У Гарри было и то, и другое. Он мог бы с легкостью дать Монро и номер, и домашний адрес.
Но Озборн решил поступить немного по-другому.
Парень нажал на кнопку связи с секретаршей и приторно-сладким голосом пролепетал.
— Фелиция, дорогая, можешь, пожалуйста, напомнить, с кем у меня встреча в... — он кинул взгляд на наручные часы, которые при солнечном свете отливали ярким бликом. — в двенадцать?
— С мистером Старком, сэр.
Гарри довольно улыбнулся, следя за реакцией Монро. Тот весь побледнел, ком застрял в его горло, не давая кислороду поступить в легкие. Гвен тут же заметила его состояние и подбежала к нему, хватая за холодные, даже ледяные ладони. Пламень и лед вступили в схватку, смотря друг другу прямо в глаза и ища хоть одну единственную слабину.
— Маркус. — Гвен, наконец, поймала его взгляд. — Маркус, все в порядке, я с тобой.
Она врала. Она нагло врала.
Она никогда не была рядом с ним.
Гвен была похоронена в пустом гробу под могильной плитой с надписью "Питер Бенджамин Паркер"