Дикая вишня

РИДЛИ

Книги

Авторы

Жанры

Письмо админу

Войти

Настройки чтения

Страница 14 из 15

Андрей меня если не вспомнил то хотя бы принял снова.
При этом младшего сына Глеба я словно боялся. Посмотрел на него всего лишь раз.
Не смог взять его даже на руки. Мой мозг воспринял его не как сына и частичку любимой женщины, а как непосредственную причину ее смерти.
Сумасшествие от потери Ольги медленно сменялось страхом перед собственным ребенком. Мне было его одновременно жалко и при этом я его ненавидел. В итоге
Лена словно родная мать возилась с маленьким Глебом, а я занимался Андрюшкой.
До нового года оставалась всего неделя.
— Вы меня простите Лена. Но новый год мы отмечать не будем. Сил нет. — сказал я ей укладывая Андрея в кроватку.
— Ну что вы. Я все понимаю. Такая трагедия. — ответила понимающая Лена.
Я вышел из детской где теперь жила Лена с детьми, заменяя им мать. Пошел в кабинет и поборов дикое желание напиться, чтоб не спиться окончательно, включил компьютер. Нашел в соцсетях страничку Ольги. Давно заброшенная еще с тех пор когда я ее похитил. Последней записью была песня на стихи Валентина Гафта.
Совсем не свойственная ее предпочтениям. Оля любила слушать рок. Я нажал кнопку и полилась лирическая песня не без смысла, который был отражен в припеве; Мы — лишь точки мирозданья, Чья-то тонкая резьба, Наш расцвет и угасанье
Называется — судьба.
Я прошелся по ее редким фотографиям, слушая ее музыку и не верил. Просто не верил что ее больше нет!
От детального изучения фотографий меня отвлек звонок Семенова.
— Глеб! Я нашел ее! Я еду к тебе!
— Жду!
Уже через 15 минут Семенов вбежал в мой кабинет.
— В общем у меня для тебя две новости, одна плохая и одна хорошая. Я начну не томя с хорошей. Не знаю на что рассчитывала эта девица Лена, но Оля жива! Но она в коме! Это и есть плохая новость. Но кома это же шанс!
— Как жива!? — не веря в то что слышу переспросил я.
— Вот так! Лена то ушлая оказалась, а на вид такая милая. — огорченно добавил Семенов. — Видимо решила местечко твоей жены заполучить, не додумалась видать что ты ее найти захочешь. Она сейчас с детьми?
— Да!
— Нужно ее как то аккуратно выманить чтоб бед не натворила.
— Я сейчас! — я еще не пришел до конца в себя но мысль о том что рядом с детьми находится тварь которая так бесчеловечно поступила с Олей и мной, заставляла быть решительным.
Я взял из бара вино и два бокала.
— Если ей нужно место Оли то она точно не откажет. — пояснил я Семенову свои действия и тот одобрил меня кивком.
— Ты только держи себя в руках Глеб. Официально мы ей предъявить все равно ни чего не сможем.
Я шел по коридору и вспоминал как эта Лена говорила что не хоронила Ольгу. Мол была не в себе и только о детях думала. Ну конечно. Как я не додумался что это вранье! Еле держал себя в руках чтоб донести бокалы в целости и сохранности!
Перед дверью в детскую глубоко вдохнул и сосчитал до десяти прежде чем тихонько постучать.
— Что случилось Глеб Викторович? — спросила меня сонная Лена выглядывая из двери.
— Дети спят?
— Да. Давно уже.
— Компанию составишь? — я показал бокалы.
— Глеб Викторович если вам одиноко я конечно могу с вами поговорить. Но пить не буду. Простите.
Я не выдержал и схватив девку за шкирку выволок ее из детской! И потащил ее в кабинет где ждал меня Семенов.
— Что происходит!? — словно очнулась девчонка на пол пути.
Я молча дотащил ее до кабинета чтоб не пришибить прям в коридоре.
— Рассказывай мразь! — я швырнул девку на пол прямо в ноги к Семенову.
— Что рассказывать!? — спросила рыдающая девчонка.
— Нет! Это не возможно! Я ее щас убью на хуй! — отошел подальше чтоб не натворить дел.
— Успокойся Глеб! Сейчас разберемся! — он присел перед рыдающей девчонкой. — Зачем ты соврала что Оля умерла? — как то уж слишком ласково спросил эту тварь Семенов.
— Что вы такое говорите? Я не врала! У меня и свидетельство о смерти есть! — рыдая промямлила девчонка. — Оля что жива?! — спросила она и разрыдалась еще пуще.
— Ни чего не понимаю. — не веря ушам я налил виски и посмотрел на Лену. Не похоже было что она врет.
— Ну все ясно. — Семенов поднял девчонку с пола и усадил на диван. — Больница то, одно название. Бардак и разруха. Перепутали видимо с однофамилицей.
— Оля жива?! — спросила Лена у Семенова.
— Жива но в коме. — пояснил он и девчонка опять разрыдалась.
Глава 21
Глеб.
После того как мы всё выяснили, что Лена всего лишь жертва обстоятельств и я извинился перед ней, я тут же вылетел в маленький, сибирский городок. Оставив
Семёнова за главного с Леной и детьми.
Надо же забралась в такую глухомань. Возможно остановись Ольга в городе получше и не было бы сейчас этой комы. Я ехал в такси в больницу и переживал как же там за ней ухаживают если умудрились перепутать людей. Как только вошёл в больницу, отправился сразу к главврачу. Я дам ему любых денег и всё решу наивно думал я шагая по коридору к его кабинету, что деньги в силах что то решить.
— Глеб Викторович? Это вы мне звонили? — спросил меня худой и пожилой мужчина.
— Да! Я вам звонил! Где моя жена!?
— Не буду вас задерживать попусту. Идемте. В отделение интенсивной терапии и по дороге я вам всё расскажу. В общем то прогнозов дать ни каких я не могу, у вашей жены кома первой степени.
— Что это значит?
— Она словно спит и ни как не проснется. Кроме того что она стабильна динамики нет ни хорошей ни плохой мне вас обрадовать не чем.
— И что же доктор, ни чего нельзя сделать?
— Вениамин Аркадьевич я. — представился врач.
— Простите. Я просто переживаю очень. — оправдал я своё хамство.
— Ничего. Я понимаю вас. По поводу сделать… Знаете бывали случаи когда люди лежали в коме годами и даже десятками лет и из этой комы их выводила любая мелочь. Звонок телефона, аромат кофе или сказанная близкими нужная фраза. Мы пришли. Вот её палата. Поговорите с ней. Можете сказать ей что то важное для вас обоих и возможно произойдет чудо. — Вениамин Аркадьевич похлопал меня по плечу и удалился.
Конечно я не верил в чудеса. Да что там чудеса я и в Ольгу не верил когда прогонял ее из дома чтоб защитить. Я же думал что она упрямая и останется со мной, не захочет уезжать. А она всё поняла и даже не обиделась.
Я вошел в палату. Оля лежала просто в кровати, так словно спала. По лицу было видно что похудела.
Больно смотреть на любимую женщину в таком состоянии. Я поставил стул рядом с её кроватью и взял за руку. Долго сидел молча ощущая тепло ее руки. Живой руки.
Думал что же я могу такого сказать чудесного, что Оля очнется словно по волшебству.
— Зайцева! Не беси меня! — словно по наитию вырвалось из пересохшего горла.
И она открыла глаза. Нет. Сначала она сжала мою руку, а потом открыла глаза.
Конечно я растерялся и бросился звать врача. Прибежали врачи и медсестры, и люди в белых халатах и меня оттеснили от Ольги.
Ольга.
Когда начались конкретные роды мне дико не хватало руки Глеба. И отматерить его хорошенько тоже. Роды были тяжелые я вымоталась и врачи меня сильно ругали и говорили что ребёнок страдает. И я собралась от фразы "ребенок страдает" и наконец то спустя почти сутки после начала родов я услышала плачь своего ребенка. Но малыша я так и не увидела. Помню только как провалилась в темноту.
Долго ходила по ней пока не вышла на свет. Я оказалась в какой то белой комнате.
— Рано пришла детка. — раздался за спиной голос бабушки.
Я обернулась, за столом сидела моя Ба. С неизменной сигаретой в руке и чашкой кофе.
— Ба!? Я что умерла? — спросила её усаживаясь на стул рядом с ней на против.
— Рано пришла детка. — повторила Ба и отпив из кружки кофе добавила. — Со мной побудь. Я соскучилась. Ты не пришла ко мне на мой день. — как всегда она была четкой и краткой. Она всегда была такой и меня этому научила. Не мямлить и говорить всегда четко и ясно без сантиментов все что думаешь в секунду.

— Прости родная! Прости… — начала оправдываться я но Ба меня прервала.
— Ничего. Я не в обиде детка. Придете с Анечкой на следующий. Не забудь, кофе и сигареты.
И прежде чем я успела что то спросить она испарилась вместе со столом и стулом, а я уже в секунду оказалась в постели. В знакомой до боли постели. И не успела подумать, а ко мне уже шёл Андрей.
Я видела его словно в моё восемнадцатилетние через окно. Всё в том же белом свитере и черном пальто на котором таяли снежинки и с шикарным букетом алых роз которые он рассыпал мне на ноги. Я не успела и слова сказать.
— Спасибо тебе за Андрюшку. Я его храню. Спасибо… — испаряясь шептал Андрей. Моя первая любовь, мой первый мужчина, тот в честь которого я назвала сына.
И опять всё исчезло и я осталась одна. Казалось прошла всего минута как над головой разразился гром из голоса Глеба.
— Зайцева! Не беси меня!
Белые стены посыпались и я начала падать в бездну но меня выхватила чья то рука.
Я открыла глаза и увидела Глеба.
Хотела сказать ему что своего мужа я буду бесить регулярно но язык прилип к нёбу, а говорить очень хотелось но не получалось и от этого я лишь сильнее пучила глаза. Потом налетели врачи в белых халатах. Что то проверяли, светили в глаза и что то кололи и я опять провалилась в небытие. На этот раз я очутилась в саду. Большой вишневый цветущий сад. Я в пышном белом платье, шла меж цветущих деревьев, а передо мной пятился Глеб держа меня за руку словно ведя куда то и говорил мне разные комплименты и приятности.
— Родная моя! Любимая моя женщина! Красавица! Умница! Вишенка моя сладкая! Зайка моя! Зайцева! Не беси меня!
Я открыла глаза. Предо мной сидел Глеб и держал меня за руку. Худой и темный волос перешелся с проседью.
— Своего мужа я буду бесить регулярно, а иначе он заскучает и уйдет. — наконец то сказала я то что хотела.