Ложь актера, а дальше другой мир
Проснуться утром на свежем воздухе—романтично, не правда ли? Птички поют, лучи солнышка щекочут глаза, что они невольно жмурятся.
Вот такое утро у двух друзей. Школьница мило посапывает, лежа на крепкой груди Чонгука. А сам парень аккуратно держит хрупкое тельце, сквозь сон понимая, что ни в коем случае нельзя отпустить... Но идиллию легко же нарушить. Например, факт того, что уже все-таки утро и скоро начнутся уроки.
2 года спустя
Ну где же он? Самолет уже совсем скоро.
10 минут назад объявили о рейсе Сеул—Сидней, а это значит, что Кэролайн уже семнадцать лет и настало время тех самых путешествий.
Чонгук настаивал подождать хотя бы ее девятнадцатилетняя, но девушка была не преклонна.
Flashback
22:31
Просторная гостиная, с тускло горящим камином, который добавляет уют в ливневый вечер. Частые капли дождя шумно бьют по большим окнам, создавая атмосферу.
—Манюнь, я, пожалуй, пойду. Поздно уже.— выдал Чонгук, до того сидевший с чашкой кофе в доме семьи Пак. Он пришел еще в 6 вечера, так как обещал помочь отцу Кэролайн с сломавшееся микроволновкой.
—Чон Чонгук, сидеть!— строго приказала младшая. Правда усики, оставленные от пенки какао, затемняли весь «грозный» образ.
—Во-первых, на улице сильный дождь, а я не хочу, чтобы ты заболел.
Во-вторых, побудь еще со мной. Ты все время где-то пропадаешь, а мне ничего не говоришь.
Чонгук на это тихо посмеялся. Эта девчонка настоящая милашка, когда сердится. С первым ее вердиктом он согласен, но на счет второго ему не хочется говорить. Особенно с ней.
Гук пытается не подпускать мысль, что Кери может все узнать, разочароваться в нем и, в итоге, отвернуться.
—Гууук. Лучик. Чон Чонгук!
—А? Что?—он сильно задумался. Да так, что не заметил как ушел в себя.
—Я говорю, что ты можешь переночевать у нас. Родители будут не против.— широко улыбаясь заявила Кэролайн, в надежде услышать «да».
Хотя она уверена, что он скажет так. Уже представив, как они вместе будут готовиться ко сну, разговаривать, может и поиграть успеют. а потом заснут в обнимку на мягкой кровати. А утром один разбудит другого, приготовят завтрак и пойдут вместе в школу. Но...«нет.».
—Эй! Да как так?!—возмутилась девочка, сведя брови к переносице.— Какой смысл идти под дождем? Ну останься, пожалуйста.— проскулила Кери и, для придания эффективности, задергала старшего за рукав.
—Солнце,— тон Гука резко сменился на поучительно-уставший, а сам парень полным корпусом развернулся к Кэролайн, что та невольно отпустила рукав. То ли от неудобства, то ли боится как-то перечить Чону.— мы не спросили твоих родителей—это раз. А так же у меня еще дела—это два. И наш разговор окончен—это три.
—Какие нахрен дела?! Скоро ночь и уже...— не успела Кэр выговорить все свои возмущения по поводу «ночных дел», что явно не вызывали у нее никакого доверия, как ей не сильно, но больно дали по губам.
—Это что за выражения?— злостно прошипел Чонгук.— еще раз услышу–задницу надеру, поняла меня?
—Ц, сказал человек, который матерится по любому поводу.
—А ты с меня пример не бери. Я и так стараюсь при тебе не выражаться.— возмутился парень, после замолчал. И Кэролайн ничего не стала говорить, не знала что.
Повисла тишина, которую прерывали только тикание часов и глубокие вдохи со стороны Чонгука. Тот хотел что-то сказать, однако каждый раз, по видимому, мысль вылетала из головы.
—Чон, скажи честно.— сказала Кери так, что Гук заметно напрягся. Ему известны этот тон и выражение лица. А то, как она нервно теребит свои пальцы, означает что ему следует с полной серьезностью отнестись к этому разговору.— я тебе противна?
Данные слова заставили парня выпасть из реальности.
—Манюнь...—такого он явно не ожидал услышать.—откуда такие мысли? С чего ты это взяла?!— Чонгуку хочется просто кричать. Закрыть чем угодно рот этой девчонке, чтоб никогда не могла такое сказать.— Как ты вообще можешь о таком думать?!
—Ну, просто ты все время куда-то торопишься, пропадаешь, чего-то недоговариваешь. Я точно не стала для тебя обузой?— Кэролайн говорит все это на полном серьезе. В свои 15 она может быть намного ответственней и серьезней, чем некоторые взрослые. Но как же сейчас больно.
Не плачь. Ты не знаешь наверняка, не плачь.
—Эй-эй. Солнце, ну ты чего?
Парень хотел бы сейчас заключить это золотце в объятье, но она показательно отодвинулась, показывая, что настроена услышать четкий и правдивый ответ.
Чонгук только тяжело вздыхает, коря себя за оплошность—он практически дал повод на слезы самого родного человека.
— Ладно,— и что говорить? Не может же он вот так выдать тайну, боится последствий. Остается широко улыбнуться и немножко сыграть в актёра, ради Кэролайн.— ты ведь помнишь нашу задумку–полететь в путешествие?
—Конечно! Могу даже список предъявить
Кери быстро полезла в телефон, в котором старший оставил в заметках САМУЮ важную информацию:
«МАНЮНЯ ДОЛЖНА БРАТЬ МЕНЯ ВО ВСЕ ПУТЕШЕСТВИЯ
(большой список стран)
И ТОЛЬКО ПОПРОБУЙ МЕНЯ НЕ ВЗЯТЬ!! Я С ТОБОЙ ХОТЬ НА КРАЙ СВЕТА!»
—Ну так вот, чтобы отвезти тебя в путешествие мне как бы нужны средства. Я же старший, кому как не мне тебя обеспечить?
Чон был красноречив на славу, и Кери это прекрасно знала. А еще он был больно убедителен в своих словах, на что всегда попадалась эта школьница.
Вот и сейчас она выносит ему приговор за «дурь какую-то», но все равно мило общается, переодически лезя в объятия, позабыв о недавней «обиде».
Наше время
Кэролайн максимально пыталась выиграть время. Вдруг «не может найти выход на посадку». Правда уже не могла так долго заставлять людей ждать и, в надежде, что Чонгук забежит уже в сам самолет, дала свой билет стюардессе у входа.
Ее путешествие в одиночестве началось именно с этого аэропорта.