Горжусь.
Стрим продолжался ещё какое-то время.
Егор показывал сцену, рассказывал про расположение экранов, где будет фан-зона, где выход артистов. Чат летел так быстро, что комментарии едва успевали появляться.
Полина уже стояла немного в стороне рядом с Машей и старалась больше не попадать в кадр. Она тихо обсуждала рабочие моменты:
— Здесь оператору нужен будет дополнительный кабель, — сказала она, показывая на одну из зон.
Маша кивнула.
— Запишем.
Тем временем Егор снова прочитал несколько вопросов из чата. Потом на секунду повернулся в их сторону.
Полина сразу подняла взгляд.
— Она реально сильная морально и физически.
Чат снова оживился.
**"Да мы поняли, что она важная"**
**"Она милая"**
**"Она смущается"**
Полина тихо выдохнула.
— Спасибо, — шепнула она Маше. — Хоть без прозвищ.
Маша усмехнулась.
— Он понимает, где можно, а где нет.
Через пару минут стрим закончился.
Егор выключил трансляцию и опустил телефон.
— Всё.
Стадион снова стал просто рабочим пространством без тысяч зрителей в чате.
Полина подошла ближе.
— Спасибо, что не назвал меня так.
Он посмотрел на неё с лёгкой улыбкой.
— Как?
Она прищурилась.
— Ты знаешь как.
Он тихо усмехнулся.
— Это внутреннее.
— Вот именно.
— На стриме я нормальный человек.
Полина скрестила руки.
— А вне стрима?
Он чуть наклонился ближе и тихо сказал:
— Кнопка.
Она сразу закатила глаза.
— Егор...
Он засмеялся и пошёл дальше по стадиону.
Маша покачала головой.
— Вы как дети.
Полина тихо улыбнулась, но потом снова вернулась к рабочему тону.
— Ладно. Нам нужно проверить ещё точки для камер.
— Пойдём.
Они втроём пошли дальше по огромному пустому стадиону.
Теперь каждый шаг здесь напоминал:
Подготовка к концерту стала ещё интенсивнее.
Команда почти ежедневно приезжала в Большая спортивная арена «Лужники» — проверяли точки камер, свет, проходы, тайминги выхода.
Полина уже чувствовала себя там не как гость, а как часть процесса. Она уверенно общалась с операторами, координировала расписание и проверяла схемы.
Но в один из дней всё пошло не по плану.
Во время обсуждения расположения камер один из операторов перебил её прямо при всей группе.
— Слушай, — сказал он, — давай без самодеятельности. Ты всё-таки не с опытом стадионов.
В зале на секунду стало тихо.
Полина почувствовала, как внутри что-то сжалось.
Но она выпрямилась.
— Я отвечаю за координацию съёмки, — спокойно сказала она. — Решения по точкам согласованы с Машей и технической командой.
— Всё равно, — не отступал он. — Тут нужно учитывать реальный опыт.
Она глубоко вдохнула.
— Опыт как раз и набирается в процессе. Мы обсуждаем рабочие моменты, а не статус.
Тон её стал твёрже.
— Если есть аргументы — давайте по существу.
Молчание.
Оператор замолчал первым.
Маша наблюдала за этим со стороны, не вмешиваясь — давая Полине возможность справиться самой.
Полина закончила разговор профессионально:
— Точка камеры остаётся там, где утверждено. Если будут технические замечания — обсуждаем отдельно.
Она закрыла планшет.
И в этот момент почувствовала, как у неё начинают дрожать руки.
Не от страха.
От злости.
Она отошла в сторону, пытаясь взять себя в руки.
Сердце билось быстрее обычного.
В этот момент к ней подошёл Крид.
Он видел всё.
Он не вмешивался. Специально.
Но теперь подошёл.
— Полина.
Она не сразу повернулась.
— Всё нормально, — сказала она слишком быстро.
Он мягко взял её за локоть, отводя чуть в сторону от группы.
— Я видел.
Она молчала.
Он внимательно посмотрел на неё.
— Тебя трясёт.
Полина сжала пальцы.
— Просто бесит.
Егор кивнул.
— Ты всё сделала правильно.
Она посмотрела на него.
— Правда?
— Да.
Пауза.
Он чуть наклонился ближе.
— Хочешь, мы его уволим?
Полина резко повернулась к нему.
— Ты дурак?
Егор не выдержал и тихо засмеялся.
— Я серьёзно спросил.
— Нет, — сказала она уже спокойнее. — Не надо никого увольнять. Это работа. Просто... он не должен так говорить.
Егор серьёзно кивнул.
— Он больше так не будет.
— Почему ты так уверен?
Он посмотрел на неё спокойно.
— Потому что теперь он знает, кто ты.
Полина чуть выдохнула.
Дрожь постепенно уходила.
Егор добавил мягче:
— И ты справилась сама. Я не вмешивался.
Она посмотрела на него.
— Спасибо.
Он кивнул.
— Я видел, как ты держалась.
Пауза.
— Горжусь.
Полина на секунду опустила взгляд, но уголки губ всё-таки дрогнули.
С этого дня даже те, кто сомневался, начали воспринимать её иначе.
Не как «девочку из команды».
А как человека, который умеет принимать решения.
И это был первый момент, когда внутри коллектива она действительно стала равной.