Только без слез
Егор стоял напротив неё в тишине номера. Полина по-прежнему смотрела в сторону — в стену, в пол, куда угодно, только не на него.
Плечи напряжены.
Глаза красные.
Дыхание сбивчивое.
Он не стал сразу говорить.
Подошёл медленно, чтобы не напугать. Остановился совсем близко.
— Полин, — тихо сказал он. — Посмотри на меня.
Она отрицательно покачала головой.
— Пожалуйста.
Она всё ещё избегала взгляда.
Тогда он аккуратно, без резкости, взял её за подбородок двумя пальцами и мягко приподнял лицо к себе.
— Посмотри на меня.
Голос спокойный. Без давления.
Она встретилась с ним взглядом — и слёзы снова собрались в глазах.
Он продолжил тише:
— Ты можешь плакать. Можешь ругаться. Можешь злиться. Ты человек, не робот. Тебе не нужно всё держать внутри.
Полина попыталась вдохнуть глубже, но голос сорвался.
— Я просто устала... — прошептала она.
— Я знаю.
Он не отпускал её взгляд.
— Если хочешь выговориться — говори. Я выслушаю. Если нужно что-то изменить — скажи. Я помогу, чем смогу.
Она моргнула, и слёзы потекли быстрее.
— Я не хочу быть проблемой... — выдавила она.
— Ты не проблема, — спокойно ответил он. — И ты не обязана быть идеальной.
Пауза.
— Я не хочу, чтобы ты увольнялась, — добавил он честно. — И не хочу, чтобы ты сгорела из-за этого тура.
Эти слова будто окончательно выбили её из внутреннего контроля.
Полина резко шагнула ближе и уткнулась ему в грудь.
Сначала — просто прятала лицо.
Потом начала плакать уже по-настоящему.
Без сдерживания.
— Я не вывожу иногда! — срывающимся голосом сказала она. — Всё это давление... ответственность... я думала, что справлюсь!
Он обнял её крепко, но бережно.
— Ты и справляешься. Просто ты устала.
Она сжала его худи в кулаках.
— Я боюсь, что меня заменят...
Он слегка отстранился, чтобы посмотреть на неё.
— Никто тебя не заменяет. Я говорил это не для того, чтобы тебя пугать. Я просто обсуждал рабочие моменты.
Она всхлипнула.
— Мне показалось...
— Я понимаю, — тихо сказал он. — Но ты важна в этой команде. Без тебя всё будет сложнее.
Она снова прижалась к нему.
— Я не хотела срываться...
— Срывы бывают, — спокойно ответил он. — Это нормально.
Он гладил её по спине, медленно, успокаивающе.
Полина продолжала ругаться сквозь слёзы — тихо, вполголоса, выпуская накопившееся напряжение. Он не перебивал. Не спорил. Только слушал.
Иногда кивал.
Иногда шептал:
— Всё. Я здесь.
— Дыши.
— Я рядом.
Через несколько минут её дыхание стало ровнее.
Она всё ещё держалась за него, но уже не так судорожно.
Егор осторожно провёл рукой по её волосам.
— Спасибо, что сказала, что тяжело, — тихо добавил он. — Это лучше, чем молчать.
Полина кивнула, уткнувшись в его грудь.
В комнате стало тихо.
Но теперь эта тишина была не тяжёлой.
А безопасной.
Егор аккуратно повёл её к кровати.
Полина всё ещё держалась за его руку, будто боялась, что если отпустит — снова развалится на части.
Они сели рядом.
Он достал салфетки из прикроватной тумбочки и осторожно вытер ей слёзы.
— Ну вот, — тихо сказал он. — Всё хорошо.
Полина шмыгнула носом, пытаясь взять себя в руки.
— Ты можешь мне выговориться, — добавил он мягко. — Если хочешь, я скажу Маше, чтобы она не нагружала тебя лишним.
Полина сразу покачала головой.
— Нет. Не надо. Я справлюсь.
Он чуть улыбнулся.
— Я знал, что ты так скажешь.
Она устало посмотрела на него.
— И что теперь?
— Ладно, — вздохнул он. — Тогда не буду вмешиваться. Но если будет тяжело — говори.
Пауза.
Он вдруг добавил с лёгкой усмешкой:
— Только без мата в плечо Даве каждый раз, когда я появляюсь. У меня уже комплекс формируется.
Полина впервые за вечер тихо рассмеялась сквозь остатки слёз.
— Ты сам виноват.
— Я? — он сделал вид, что возмущён. — Я вообще мимо проходил.
Она толкнула его в плечо — несильно.
Он рассмеялся в ответ.
И напряжение окончательно рассеялось.
Они снова обнялись — уже спокойно, без паники. Просто по-настоящему.
Полина на секунду прижалась к нему крепче.
Потом вдруг тихо сказала:
— Как мне теперь завтра смотреть тебе в глаза?
Егор усмехнулся.
— Обычно.
Она нахмурилась.
— Это как?
— Так же, как сегодня. Только без слёз.
Он пожал плечами.
— Знаешь, сколько у меня было срывов из-за тура? — добавил он спокойно. — Но у меня есть фанаты, сцена... а у тебя только Дава. Ну и я теперь.
Полина фыркнула.
— Очень утешительно.
— Я старался, — серьёзно ответил он.
И снова улыбка.
Она тихо сказала:
— Спасибо.
Он кивнул.
— Всё. Отдыхай. Завтра опять рано уезжать.
— Хорошо.
Она ещё раз обняла его — уже без слёз, просто тепло.
Он осторожно поднялся.
— Я выйду к Даве, скажу, что всё нормально.
Она кивнула и легла на кровать, уставшая, но уже спокойнее.
В коридоре Дава стоял у окна.
Егор подошёл к нему.
— Всё хорошо, — спокойно сказал он. — Иди отдыхай тоже.
Дава посмотрел на него внимательно.
— С ней правда всё нормально?
— Да, — кивнул Егор. — Просто накопилось.
Дава коротко улыбнулся.
— Тогда спасибо.
Егор чуть кивнул и пошёл в сторону лифта.
В номере Полина уже лежала, глядя в потолок.
Слёзы высохли.
Тур продолжался.
Но теперь она знала — если станет слишком тяжело, она может сказать.
И её услышат