XXXVI
– Эй, Дитя Порока, а где мой совочек? – крикнул Господь…
– Понятия не имею! – крикнул Сатана издалека. – Наверняка на месте.
Господь положил на землю рассаду и побрёл к подсобке.
Табличка на двери гласила: «АД. Страшные картины. Не входить! Вечные муки. Оставь надежду, всяк сюда входящий. Посторонним вход воспрещён!».
Внутри Господь хранил свой инструмент.
Покопавшись в карманах, он извлёк ключ. Повернул его в замке. Открыл дверь.
– Здарова, бать, – сказал один из сидящих в Аду, – заходи, садись.
– Что такое? – спросил Господь. – Это что за картина Босха?
– Да не волнуйся, – подмигнула душа, – у нас тут порядок.
– Вышли оба. На клумбы не наступать. – скомандовал Господь. – Эй, Ничто, Которое Ничтожит!! – крикнул он, направляясь к кабинету Сатаны.
Натаниэль сидел за широким столом, пил кофе и читал книгу в кожаной обложке. Вдоль стен сидели и скучали души.
– Что такое? Почему посторонние в Аду? – строго спросил Господь.
– А куда я их дену-то?! – спросил Натаниэль удивлённо. – Это Каин с Иудой. Я им льготное помещение предоставил, как ветеранам. Чтобы в давке не помяли… А куда я их дену-то? Ты видишь, у нас перенаселение.
– Какое перенаселение? Где мой совочек!! – воскликнул Господь и открыл стенной шкаф.
– Здравствуйте, – сказала душа, сидящая в стенном шкафу, – я не помешаю?
Господь закрыл стенной шкаф.
– И что это такое? – спросил он. – Откуда у нас вдруг перенаселение?
– Ну тут как, – сказал Натаниэль, – это, понимаешь, чума, холера, язва…
– Язва?… – поразился Господь. – Это когда в животе рези?…
– …И полное отсутствие гигиены. Средневековье!
– Значит так. – сказал Господь. – Через полчаса сбор на главной лужайке. Будем учиться реинкарнации. А то ишь выдумали…
– Я думал, только индусы верят в реинкарнацию. – сказал Натаниэль.
– Ты видишь хоть одного индуса? – сказал Господь.