Serendipity

Jason Walker - Down

— Можно я ещё немного побуду с тобой? — я свернулась калачиком и уткнулась носом в мягкий материал маминого платья. Он был пропитан её духами, даже спустя столько лет, я не забыла этот родной аромат. Так пахла моя мама.

— Если только немного, — она вздохнула. — Тебе пора возвращаться, — нежные пальцы погрузились в мои волосы, сплетая их в колосок.

Небольшая деревянная лавка, на которой мы расположились, находилась в тени шумящих листвой деревьев. Где-то неподалёку, под плеск разбивающихся о подножие фонтана капель ворковали голуби. В стойле ржали лошади, а из двухэтажного кирпичного дома доносился аромат только приготовленных булочек с корицей. Вся атмосфера была пропитана счастьем и безмятежностью, такими простыми вещами, которых мне так давно не хватало. Я перенеслась в прошлое, только в теле себя настоящей. Будто нырнула в старинную фотографию, которую хранила, как реликвию, и пересматривала снова и снова, стараясь вспомнить, как пахла моя мама и какими были её прикосновения.

— Но я не хочу, — я вздрогнула лишь от ощущения того, что этот момент может закончиться, — я хочу остаться здесь. — Моё тело приняло вертикальное положение, а рука сжала хрупкую кисть мамы. — С тобой. Навсегда.

— Ты слишком молода, чтобы запереть себя здесь, милая, — она махнула в сторону нашего дома, а я лишь закусила губу, пытаясь сдержать подступающие слезы.

— Мне всё равно на это. Я счастлива здесь, с тобой, в нашем доме. Папа обязательно придёт к нам, и мы будем все вместе, — голос начинал предательски хрипеть, и, замечая моё расстройство, мама крепко обняла меня. Как тогда, в детстве, успокаивая лишь одним своим прикосновением.

Мне так этого не хватало...

Мне не хватало её заботы, уверенности в том, что, какой бы коллапс не произошёл в моей никчёмной жизни, у меня всегда была невидимая поддержка. Моя отдушина. Моя тихая гавань. Моё всё.

— Мне незачем возвращаться обратно, мама. Я осталась одна, мне некому помочь, — горячие струйки полились из моих глаз, — некому поплакаться на плече. Я не знаю, что делать дальше. Я боюсь оставаться в том мире.

— Руби, любимая, — её плавные движения вдоль моей вздрагивающей спины успокаивали, — ты никогда не будешь одна. Я и папа всегда рядом, мы наблюдаем за тобой, мы оберегаем тебя. А там, поверь мне, есть люди, которые очень ждут твоего возвращения и сделают всё возможное, чтобы больше не видеть твоих слёз.

— Нет, — я только мотаю головой, ведь там, на самом то деле, нет всех тех, кто способен взять меня за шкирку и вытащить из всего случившегося дерьма.

— Тебе нужно лишь стать внимательней к ним, научиться принимать и слабые стороны людей, — её голос такой мягкий и медленный, вводящий в самый настоящий гипноз. — Ты всегда была максималисткой, родная. Гордой, независимой, своенравной. — почувствовав моё напряжение, она добавила. — Это не плохо, нет. Просто иногда нужно отпускать всё это, чтобы разглядеть реальную картину происходящего со всех ракурсов. Порой полезнее отключить голову и посмотреть на жизнь под другим углом, нежели сделать что-то из принципа, и потом жалеть об этом.

— Но...

— Просто прими эти слова, а понимание придёт тогда, когда ты будешь к этому готова, — мама поцеловала меня в макушку и легонько похлопала по спине. — А теперь тебе пора.

— Нет, мама... — но я была не готова. Пальцы отчаянно вцепились в скользкий материал её платья. — Ещё чуть-чуть, пожалуйста...

— Руби, любимая моя доченька, ты слишком долгое время пробыла со мной. Тебе нужно возвращаться, — она звучала тверже обычного, а я не понимала столь резкой спешки.

— Один день ничего не решит, — я стояла на своём, всматриваясь в её глаза цвета неба.

Моя мама была самой красивой женщиной, которую я когда-либо видела. Признанная красавица Великобритании прошлых лет, от которой я унаследовала лишь далекие отголоски привлекательности. Она была потрясающей. Самой лучшей. Самой мудрой. Самой любимой. Самой родной.

И она отталкивала меня... Её некогда нежные руки пытались столкнуть меня туда, откуда я так хотела сбежать, и я запуталась в понимании её речей и действий.

— Просто знай, что ты - самая большая моя любовь, Руби. Только ради тебя и твоего счастья я отпускаю тебя сейчас, — уголки её точеных губ цвета спелой вишни тронула лёгкая улыбка. — Мы с тобой обязательно встретимся здесь, но только гораздо позже.

— Мамочка... — ком застрял в горле, а глаза защипало от лавины слёз. Сердце сжималось лишь от ощущения пустоты рядом с собой - тепло маминых рук покинуло моё тело, с ним же ушёл и аромат её цветочных духов.

Я вобрала полные лёгкие воздуха, будто стараясь поймать последние напоминания о ней, как почувствовала нехватку кислорода. Казалось, на меня накинули мешок и начали связывать вокруг шеи. Я барахталась и вздрагивала, цеплялась руками за невидимую удушающую плёнку, пока не открыла глаза и не поняла, что проснулась.

На смену чистому синему небу пришёл серый потолок в тусклом и душном помещении, а звуки природы заменил режущий уши писк, доносящийся откуда-то справа. В моей руке была трубка с маской, на пальцах какие-то датчики, а в венах - встроенные катетеры. Тело находилось в оцепенении, поэтому мне оставалось лишь лежать с открытыми глазами и гадать, какого черта со мной произошло.

Этот писк выводил из себя, работая, будто сирена. На мгновение мне показалось, что это новая стадия моего сна, та, где приходит расплата за грехи в виде разрывающего барабанные перепонки звука. И смерть с косой была совсем в шаге, со скрипом открывая дверь и наполняя помещение искусственным светом.

— Мисс Руби, — но разве смерть носит белый халат и очки Гарри Поттера?

В дверном проёме показался мужчина средних лет с взлохмаченными короткими волосами и перепуганным лицом. Он в изумлении застыл у входа, всматриваясь в меня.

— Г-где я? — мой шёпот затерялся в водовороте звуков.

— Вы... мисс, — мужчина запнулся, всё ещё смотря на меня, как на восьмое чудо света. Он снова открыл рот, как был заглушён голосом подбежавшей к нему девушки в таком же белом халате.

— К ней пока нельзя, — где-то за пределами комнаты раздался ещё один голос, перебиваемый звуками резких шагов. — Но, мистер Стайлс...

Моё сердце пробило дробь.

— Что случилось? — мои мольбы не были услышаны, память не покинула тела, а в голове при одном лишь отголоске знакомого мужского тембра всплыли картины, которые так хотелось уничтожить.

Он звучал испуганно, говоря с несвойственным ему надрывом.

Благодаря приподнятому основанию кровати, я могла видеть происходящее в дверях комнаты, и не могла притвориться спящей, так как мой растерянный взгляд тотчас был пойман не менее потерянным взглядом темных изумрудов.

Гарри выглядел уставшим, со спутанными волосами и кругами под глазами. На нем не было халата, поэтому его фигуру было сложно упустить из вида среди столпившихся у входа зевак.

— Руби? — он смотрел, казалось, сквозь меня. Не так, как раньше, не заставляя меня смутиться или вспылить. Его пристальный взгляд не был наполнен удивлением, в нем читалось отчаяние и страх.

И я не понимала этого. Мне совсем было не понятно поведение этих людей.

Что происходит?

Я не знала, что ответить на вопрос, брошенный в пустоту. Не знала, как реагировать на своё возвращение в реальность, понимая, что ему никто не рад.

— Мистер Стайлс, нам нужно выполнить кое-какие процедуры, — мужчина в смешных очках прервал неловкое молчание, спасая меня от размышлений над ответом. — Вы сможете проведать мисс Руби немного позже.

— Я не... — парень запнулся, всё ещё сканирую меня взглядом. Какого черта было с ним? — Это временное явление?

— Мы пока не знаем.

— Хорошо, я буду в холле, — он перевёл внимание на собеседника, совершенно выбивая меня из равновесия.

Я помнила всё от и до, все слова о том, что хочу поставить во всём точку, те злосчастные таблетки, от которых помутнело перед глазами, звук удара о кафель, крик Гарри... И после всего я очнулась в душной комнате посреди трубок и пищащих приборов, а он смотрел на меня, как на какую-то незнакомку, вёл беседы о непонятных вещах и даже не удосужился объяснить, что происходило, оставляя меня наедине со странными людьми в белом одеянии.

Может быть, это психбольница?

Одинокая слеза защекотала холодную щеку, когда дверь в комнате закрылась, писк приборов снизился, мужчина не спеша придвинул стул к моей кровати, поправил очки и, наконец-то, ответил на ранее заданный мною вопрос.

— Мисс Руби, меня зовут Франциск Лерой, — его усталый взгляд устремился на меня, — я являюсь вашим лечащим врачом. — Моя приподнятая бровь задала немой вопрос, на который он поспешил дать ответ. — Вы находитесь в клинике Харли Стрит.

Я выдохнула и облизнула пересохшую губу. Ну, конечно, мне стоило догадаться по этим пищащим датчикам и белым халатам с зелёными бейджиками, что я очнулась не иначе, как в больнице. Покажите мне пальцем хоть одного жителя объединённого королевства, кому не знакомо это незамысловатое сочетание "Харли Стрит". Название клиники всплыло в моей памяти, а глупые подозрения о психлечебнице покинули голову. Как я вообще могла додуматься до такого?

— Вы расскажете, что со мной случилось? Мой знакомый, видимо, не захотел со мной этим делиться, — не знаю, зачем упомянула в нашем диалоге Гарри, но на тот момент меня сильно задевало то, что он, в свойственной ему манере, не сказал хотя бы: "Эй, я рад, что ты очнулась. Всё будет хорошо, увидимся после процедур".

Или, к примеру: "Я рядом, Руби. Ты в безопасности".

Да даже просто: "Привет, как ты?".

Я не особо знаю, как должны вести себя парни, из-за которых девушка попадает в полную задницу и оказывается на больничной койке. Но, думаю, последнее, что они делают - это окидывают её потерянным взглядом и поворачиваются к ней своей пятой точкой.

Но, с другой стороны, я сама поставила точку в наших странных отношениях, и он мог попросту уважать мой выбор и не лезть со своим вниманием.

— Вы заставили нас хорошенько понервничать, юная леди. В особенности, мистера Стайлса. Думаю, он до конца ещё не поверил, что вы пришли в себя, — доктор деловито развёл руками, и я почувствовала смущение из-за его слов.

Наверное, мне не стоило забивать голову им, сейчас были дела намного важнее Гарри.

— Вы поступили в нашу клинику без сознания и с сильным ушибом головы, — умело читая мои мысли, мужчина продолжил своё повествование. — Мы провели кое-какие процедуры, сделали рентген, назначили терапию. При такой травме потеря сознания - редкое явление, поэтому был назначен ряд дополнительных анализов для установления полной картины вашего состояния, — он говорил со мной, как с маленьким ребёнком, пытаясь донести информацию максимально доступным способом. И я была благодарна за это, так как уже начинала запутываться в цепочке событий.

— Анализы показали, что в вашей крови была превышена доза алкоголя и мелизопана.

— Что это? — я прервала его речь, вспоминая о бесчисленных бокалах шампанского в тот день и о моём одурманенном состоянии.

— Это сильнодействующее снотворное, мисс Руби.

—Что? — клянусь, мой взгляд выдал все мысли на этот счёт. — Я была на вечеринке, разве кто-то хочет на ней заснуть? — мне было не понятно, откуда снотворное попало в мой организм. Если только я не перепила и не спутала таблетки от головы с этой штуковиной.

— Я не знаю, мисс. Да и это не в моей компетенции, — доктор пожал плечами, изучая записи в своей папке. — Но итог таков - данный препарат был не совместим с алкоголем, его тройная доза, а также ваша травма головы и обезболивающие, которые мы вливали в ваш организм, произвели обратный эффект. Вы впали в кому и перестали самостоятельно дышать, а сегодня утром начались судороги. И мы... — он запнулся, подбирая слова, но я закончила за него.

— И вы подумали, что я умираю.

— Да, мисс. Но случилось чудо, — уголки его губ дёрнулись в улыбке.

— Это... — я попыталась переварить услышанное, ощущая, как виски начали сильно пульсировать, — это звучит так странно, будто история из какой-то врачебной байки. Знаете, о них пишут всякие желтые газеты.

— Скажу честно, ваш случай станет именно таким для меня. Будет, чем удивить коллег, — мужчина непринуждённо закинул ногу на ногу и одарил меня добрым взглядом.

— И как долго длилась моя кома? — наверное, мне стоило спросить об этом раньше. С этим врачебным явлением я была знакома лишь по фильмам, а там пациенты либо умирали, либо приходили в сознание спустя сотню лет с полной потерей памяти и откатом в развитии. Впрочем, Гарри не выглядел так, будто прошло несколько десятков лет, а я помнила абсолютно всё, поэтому была спокойна.

— Две недели и один день.

Что ж, достаточно мало для такого страшного диагноза.

— И что теперь со мной? Я в порядке? — хотя, это было глупо спрашивать. По крайней мере, я могла дышать, разговаривать и гримасничать, а тело скоро придёт в себя от долгого нахождения в одном положении.

— Как по мне - полностью, — мистер Лерой подбадривающе подмигнул мне, на что я непроизвольно улыбнулась. — Мы возьмём кое-какие анализы, проведём рентген, понаблюдаем вас, и тогда скажем точно, как отразилась кома на вашем организме.

— Хорошо, — я слегка кивнула, но сразу пожалела об этом, так как шея неприятно хрустнула, а по голове словно ударили кувалдой. — Ай!

В глазах зарябило от боли, и слезы не заставили себя долго ждать.

— Сейчас я поставлю обезболивающее, — мужчина ловко поднялся на ноги и, без лишних слов, вставил в катетер на моей руке прозрачную трубку.

Одни за одной капли начали стекать по её стенкам, вливаясь прямиком в мою кровь. Я никогда не была частым гостем больниц и с опаской относилась к такого рода процедурам, но сейчас мне не было неприятно или что-то там ещё, отчего девушки закатывают истерики и падают в обморок. Наоборот, я была рада этой спасительной жидкости, которая растекалась по моим венам и снимала спазмы.

— Спасибо, — промямлила я, прикрывая веки.

Там точно было обезболивающее, а не какой-то там морфий? Потому что мне жутко захотелось спать, и в тот момент я даже не думала о том, что вновь могу закрыть глаза и потеряться на несколько недель.

— Вам нужно немного отдохнуть, это поможет справиться с болью, — мужской голос звучал, как в замедленном видео. — А мы пока проведём все процедуры.

Это было последнее, что я разобрала, перед тем, как отключиться.

***

На этот раз в реальность меня вернул слабый порыв ветра, выбивший прядь волос, защекотавших щеку. Я тяжело вздохнула, в глубине души радуясь, что это пробуждение далось мне более чем легко. Стоило мне подумать о том, как разлепить глаза, как холодной кожи кто-то коснулся, убирая прядь мне за ухо и тихонько хихикая.

— Доброе утро, Руби, — блаженная улыбка отпечаталась на моем лице при виде счастливой шатенки.

— Хлоя.

Сколько дней мы не виделись? Казалось, целую вечность. Её кожа приобрела ещё более шоколадный оттенок, когда волосы, наоборот, значительно посветлели. Улыбка была всё так же прекрасна, и только небольшие покраснения в уголках глаз говорили о недосыпе. Мы рассматривали друг друга, не переставая улыбаться, и мне стало стыдно за то, что каких-то несколько недель назад я намеренно игнорировала звонки девушки, ведь её парень был причастен к раскрытию всей правды для Найла.

Какой же я была глупой и эгоистичной, виня всех в том, что сотворила собственными руками. Кто знает, не игнорируй я тогда многочисленные попытки Хлои выйти со мной на связь, не случилось бы той вечеринки и её жутких последствий. Меня передернуло от этих воспоминаний, и я постаралась скорее захлопнуть дверь в своём подсознании, запирая их там до лучших времён.

Когда-то мне придётся обо всем вспомнить, проанализировать и прореветься, но этому не быть сейчас.

— Ты не представляешь, как я рада видеть тебя такой... живой, — девушка извинительно потупила взгляд. — Мы все так за тебя переживали.

От её слов меня вновь передернуло. Мама была права, говоря о том, что здесь есть те, кому не все равно на меня. И как я могла думать иначе, желать всё забыть, не придавая значения одной маленькой составляющей - за эти несколько месяцев я обрела друга, который не бросил меня, не отчаялся, а продолжал сидеть у подножия моей кровати и верить в лучшее.

— Я была такой эгоисткой... — теперь была моя очередь отводить взгляд в сторону и тяжело сглатывать. — Хлоя, прости меня за всё. Я... я не знаю, почему злилась на тебя, на Луи. Мне не стоило так себя вести. Это ужасно глупо.

— Пускай это останется в прошлом, да? — она наградила меня тёплой улыбкой. Всегда завидовала этой способности так быстро прощать и не зацикливаться на чем-то. Мне стоило поучиться этому у Хлои.

— Как ты? Вы?

Лучшее, что я могла сейчас сделать - перевести тему. В конце концов, мне действительно были интересны её дела.

— О, теперь потрясающе, — девушка взмахнула руками, — определённо потрясающе! Впервые за две недели мы можем спокойно поспать, — проговорив последние слова, она сладко зевнула и потёрла глаза. — Я вроде бы уже говорила, как ты нас перепугала?

— Да, — я улыбнулась в ответ, — но это было не специально, правда.

— Ещё бы! Кстати, пока ты спала, твой лечащий врач порадовал последними новостями - анализы не показали никаких сбоев в организме, так что тебя понаблюдают ещё некоторое время и отпустят.

При упоминании о мистере Лерое, я снова вспомнила, что находилась в больничной палате, напичканная обезболивающими. К счастью, голова не разрывалась, как прежде, а шея могла свободно поворачиваться в разные стороны.

Но была ли я готова вернуться к настоящей жизни?

С Мидл Холлом было покончено ещё в ту злополучную ночь. Я не собиралась туда возвращаться ни под каким предлогом, и вряд ли кто-то думал иначе. Мне нужно было собрать свои вещи и явиться с поклоном к Кэтрин, принимая её правоту на мой счёт. Это было унизительно - иметь свой дом, но не быть там полноправной хозяйкой.

— Это хорошие новости, — задумчиво ответила я, всё ещё летая где-то далеко за пределами этой комнаты.

— Гарри сказал, что ты решила уехать из Мидл Холла. Что думаешь делать? Потому что... — Хлоя не успела договорить свою мысль, вероятнее всего, смутившись моей реакции.

Этот зеленоглазый парень всегда действовал на меня довольно-таки странно, а в связи с последними событиями, я совершенно не понимала своей реакции на одно его имя. Потому что меня передергивало, а веки устало закрывались, будто позволяя собеседнику реабилитироваться. "Постой. Ты, вероятно, ошиблась с именем. Повтори ещё раз, только правильно" - говорил мой внутренний голос, раздраженно закатывая глаза.

— Гарри... — задумчиво повторила я. Ухмылка отпечаталась на моих сухих губах. — С ним покончено, как и со всем остальным, что хоть как-то его касается. Поэтому, мне придётся вернуться к своей мачехе.

Мои глаза изучали серый датчик на указательном пальце, что неприятно сдавливал кожу и образовывал пульсацию на мягкой подушечке. Фраза, сказанная быстрее обычного, звучала грубо.

"Не подгоняй людей под свои выдуманные рамки, иначе ты никогда не познаешь их настоящих".

Слова мамы крутились в моей голове, но не достигали конечной цели. Мне легче было думать, что Гарри не тот, нежели признать, что этот человек, несмотря на всё, оплачивал моё лечение в самой дорогой клинике Лондона и дежурил у моей палаты.

Иначе как он мог так быстро появиться, когда датчики оповестили всю больницу о том, что я пришла в себя?

Но нужна ли была мне эта правда действительности, когда хотелось от всего отряхнуться и забыть, как страшный сон?

— Хочешь вернуться к Кэтрин? — Хлоя переспросила, задумчиво сдвигая брови и закусывая нижнюю губу.

Что с ней не так?

— Других вариантов нет. По крайней мере, это и мой дом, да и там я буду более в безопасности, чем скитаясь по мотелям Лондона.

Девушка молчала. Её взгляд изучал небольшой прикроватной светильник, и я не могла разобрать её озадаченного выражения лица.

Подумаешь, время от времени мне придётся слушать тирады о своей никчемности и бесперспективности, большей опасности Кэтрин с Оливией для меня никак не представляли. Лучше пускай выедают мозг глупой болтовней, чем ранят сердце и тело.

— Но, — щеки девушки вспыхнули.

— Что не так, Хлоя? Я не понимаю твоей реакции, — я рассмеялась, наблюдая за её странным поведением.

Неужели она думала, что я вернусь в дом Гарри или поселюсь с ним вместо Аманды?

— Нет, просто, ты только пережила кому и букет сопутствующих диагнозов, тебе нужен будет покой и всё такое, — она натянуто улыбнулась и встретилась со мной глазами.  — Я просто переживаю, Руби. Мы дежурили у твоей палаты каждую ночь, переживали, и конечно никто не позволит тебе просто взять и отправиться в дом к своей чокнутой мачехе, которая тебя оттуда и выгнала.

— Ты рассказала им? — я проигнорировала слова о том, что заслуживало внимания и хотя бы моей благодарности.

— Нет, они ничего не знают. Но всё же...

— Хлоя, — я дотронулась до руки подруги, — мне непривычно слышать о том, что за меня кто-то переживает. Что кто-то обо мне может заботиться. Это чувство нужности давно покинуло меня, — ком образовался в горле, отчего мой голос приобрёл лёгкую хрипотцу. — И я чувствую себя не в своей тарелке, даже не знаю, как благодарить за это тебя с Луи. Гарри. Черт побери, я же знаю, каких бешеных денег стоит пребывание в этой клинике. И мне так неловко за всё, а теперь ты спрашиваешь, что я планирую делать, будто передо мной сотни вариантов.

Я выдохнула, заканчивая свой монолог, и не успела вновь вобрать воздух, как почувствовала теплоту рук девушки и её влажный поцелуй на моей щеке.

— С этого момента у тебя есть те, на кого можно положиться, — прошептала она. — И, кстати, теперь я в армии Гарри, если ты, конечно, передумаешь на его счёт! Клянусь, он построил здесь всю больницу, я никогда не видела, чтобы мужчина мог так эмоционально переживать чью-то боль, — я хихикнула, вспомнив, как он вбежал в мою палату, наплевав на чьи-то запреты. — У него действительно что-то к тебе есть, Руби.

И моё сердце сжалось...

Ей не стоило говорить мне эти слова, потому что я еле балансировала на этом тонком волоске между "за" и "против".

— Он видел, как я пришла в себя, но даже не заговорил со мной, — я привстала на локтях - моим костям не мешало бы размяться.

— Ты хотела стереть его из своей жизни, быть может, он просто уважает твой выбор, — Хлоя пожала плечами, и я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза, потому что Гарри дословно передал наш с ним последний разговор, который мне бы не хотелось обсуждать с кем-то ещё, даже с подругой.

— Значит, это и к лучшему, — злясь уже на саму себя, я прикусила губу и отвернулась к стенке, ставя точку на теме Гарри и меня.

— Что ж, у меня есть идея по поводу твоего нового места жительства, — мне стоило в сотый раз поблагодарить Хлою за её способность в нужный момент перевести разговор в другое русло, а себя сильно стукнуть за нахлынувшую беспочвенную агрессию.

— Что за идея? — теперь я снова увлечённо рассматривала её радостное лицо.

— Вообще-то, мы обсудили это уже давно, — под словом мы она имела ввиду себя, Луи и Гарри, скорее всего, но любопытство не позволяло мне протестовать на счёт последнего фигуранта этой дружной троицы. — У Луи есть квартира в городе, она пустует, поэтому, ты можешь жить там столько, сколько считаешь нужным.

Я округлила глаза и покраснела. Это было неловко.

— Нет, вернее сказать - ты должна жить там, Руби! И это не обсуждается, — Хлоя прервала мои безуспешные попытки запротестовать. — Я уже заказала клининговые услуги и составила список продуктов для тебя, а также перевезла твои вещи из Мидл Холла, — девушка подмигнула, замечая моё удивление.

— Я... ты... — и я вновь не верила своим ушам, судорожно подсчитывая, каких затрат всё это будет стоить, — это нечестно!

— Только не начинай, — я надула губы, в глубине души радуясь такому стечению обстоятельств. В конце концов, у меня есть счёт в банке, и когда я смогу его открыть, все расходы будут возмещены.

— Нет, серьёзно. Ты знаешь, в какой семье я росла, поэтому мне дико быть в беспомощном положении и считать чужие деньги, которые тратятся на меня.

—Ты можешь просто сказать спасибо, а об остальном - забудь. Сейчас главное твоё здоровье и спокойная обстановка, поэтому ты будешь жить в этой квартире под моим чутким присмотром.

— Это точно квартира Луи? — мне было неловко задавать этот вопрос, но в груди зародились сомнения. Ведь кто я такая этому парню, чтобы отдавать мне в пользование квартиру и позволять своей невесте тратить бешеные деньги на моё пропитание?

— Да.

— Тогда я воспользуюсь твоим предложением на месяц, — и я капитулировала. — Пока не получу свои документы и не найду нормальную работу, — добавила, осознавая, что через полторы недели наступит день, которого я так долго ждала - моё совершеннолетнее день рождения.

— Вот и договорились, — Хлоя захлопала в ладоши, словно маленький ребёнок, которому купили долгожданную игрушку.

— Спасибо.

За окном виднелось ясное небо. Я мечтательно наблюдала за успокаивающей синевой, представляя, как наконец-то окажусь в своей стихии - мегаполисе, по которому успела соскучиться. Смогу насладиться воздухом бурлящей в нем жизни и прогуляюсь по родным улицам. Я любила город, в котором родилась. Каждая его часть напоминала о разных периодах жизни, втягивала в ностальгию о прошлом, которое, по иронии, не всегда было мрачным и ужасным. Клиника Харли Стрит была расположена в самом центре Лондона, и я могла представить, как поднимусь с кровати и увижу знакомые постройки. Новость о том, что мне не придётся возвращаться в отцовский дом, взбудоражила меня. Ведь впервые за долгое время я останусь полностью одна, с полной уверенностью в том, что мой ночлег будет безопасным, и никто не сможет нарушить мои планы на день. Это то, что нужно. Возможность полностью абстрагироваться ото всех и побыть наедине с собой - единственная правильная вещь после вихря событий, произошедшего за последние месяцы. Она поможет расслабиться и понять, в каком направлении двигаться дальше. Это как новая точка отсчета, после которой жизнь не станет прежней. Ведь я уже давно не та малышка Руби.

Мои размышления о безмятежном будущем прервал знакомый рингтон мобильного - незамысловатая мелодия, под которую любят напиваться и трясти задницей в клубах.

— Ты можешь поговорить, — я хихикнула, когда Хлоя убавила громкость, но так и не ответила на звонок. — Конечно, если не хочешь потанцевать.

Она знала, как я относилась к этой дурацкой песне и всегда закатывала глаза, когда слышала её напевы. И зачем ставить такие вещи на звонок, неужели они не раздражают, сочась из каждого радиоприемника?

— Нет, — Хлоя легонько стукнула меня по руке. — Просто... поговорю позже.

— Что не так?

Нет, серьёзно, было странно видеть то, что она стеснялась общаться при мне. На мою реплику девушка закусила губу и повернула экран в мою сторону. Вызов продолжал идти, и я с шумом выдохнула, разобрав имя абонента.

Найл.

Внутри что-то сжалось, но я не показала виду. В конечном счёте, он лучший друг Луи, и Хлоя с ним в хороших отношениях, а я стараюсь быть не эгоисткой и думать об окружающих.

Хватит, Руби, вы взрослые люди.

— Всё нормально, — я развела руками и натянуто улыбнулась. — Не вижу причин разговаривать позже.

Девушка недоверчиво окинула меня взглядом, и, чуть помедлив, приняла вызов.

— Да, привет Найл.

Палата с выбеленными стенами погрузилась в тишину, которая нарушалась лишь короткими фразами Хлои и моим учащённым сердцебиением. Пальцы перебирали шершавый материал пледа, а глаза изучали голубое небо, я изо всех сил пыталась выглядеть непоколебимо, будто велась беседа с совершенно мне незнакомым человеком.

— Он уснул в соседней палате, видимо поэтому, — но из меня плохая актриса, а, сказанная Хлоей фраза только подстегнула еле скрываемое любопытство, поэтому тотчас всё моё внимание сконцентрировалось на девушке.

— Нет, всё в порядке, я сейчас с ней, — шатенка улыбнулась и пожала плечами. — Сидит и внимательно слушает наш разговор, с ней всё хорошо. Всё позади.

С каждым сказанным словом мне хотелось спрятаться под одеяло от непонятных обуревавших чувств.

Значит, несмотря на всё, что было, Найл был в курсе случившегося и интересовался моим состоянием. С одной стороны, мне было приятно то, что он помнил и переживал обо мне, но с другой стороны, толика грусти не покидала моих ощущений.

Хотела бы я вновь вспомнить о нем и о том, что было?

Тот ужасный день, когда он узнал всё, о чем не договаривали. День, когда не дал шанса и уехал.

Последнее, что мне хотелось - это ворошить прошлое, но с самого моего возвращения в реальность, казалось, прошлое и не думало покидать меня.

— Найл просит передать, — Хлоя настороженно глянула в мою сторону, и, заметив мой сосредоточенный вид, продолжила, — он рад, что ты пошла на поправку, и... — девушка запнулась, видимо, ожидая от меня хоть какой-то реакции. — И желает тебе скорейшего восстановления.

Вновь повисло неловкое молчание, и моё каменное выражение лица только усугубляло ситуацию. Наверное, я не ожидала, что человек, несколькими неделями ранее оставивший меня без шансов на общее будущее, мог отпустить всё плохое, что я для него сделала, и переживать за меня.

Может быть, это была просто учтивость... или же что-то большее. Я не пыталась разобраться в природе его действий, мне хватало понять лишь одно - мне выпал шанс начать всё заново, переосмыслить свою жизнь и изменить своё отношение к ней. И если я собралась жить по-новому, то, в первую очередь, должна перестать нести за собой груз прошлого со всеми его обидами и недосказанностями. Придя в себя, у меня не возникло ни малейшего желания отомстить тем, кто закрыл меня в той комнате или тому, кто причинил физическую боль. Я хотела оставить это позади, захлопнуть в чулан плохих воспоминаний и уничтожить от него все замки. В конце своего пути каждый обязательно получит за всё сполна. Так зачем тратить на это свои нервы?

— Можно? — я неуверенно протянула руку к Хлое.

А во вторую очередь, мне все-таки стоило прислушаться к маме и пойти на встречу тем, кто протягивает свой белый флаг. Мы же не в детском саду, чтобы обижаться и передавать свои послания друг другу через третьих лиц.

Помедлив, шатенка жестом показала на телефон и, поняв, что от неё хотят, передала мне его.

— Привет, Найл! Решила сказать спасибо тебе сама. Надеюсь, ещё немного, и я смогу сбежать от этих капельниц и уколов.

Мой голос был звонче обычного, что выдавало тщательно спрятанное смятение. Лицо Хлои вытянулось от удивления, а в трубке раздался знакомый мужской голос, от тембра которого моя кожа покрылась мурашками.

Это оказалось тяжелее, чем я думала.

— Руби? Оу, я не... — парень запнулся, а после громко чихнул. — не ожидал. Прости.

— Точно, — мои губы дёрнулись в улыбке. Это был всё тот же Найл, которого я знала. — Не болей.

— Немного простыл, — он продолжал шмыгать носом, а я - улыбаться, как идиотка. Это необъяснимое состояние, но радость от того, что решила ответить ему лично, переполняла. Мне не хватало его, как человека, способного одним своим голосом дарить ощущение счастья.

— Это сложно сделать, учитывая, что ты в Австралии. Как ты умудрился?

— Здесь тропические ливни каждый полдень, ну, а я не рассчитал времени и устроил пробежку в не лучшее время, — Найл затараторил в привычной ему манере, и я мысленно представила, как он жестикулирует и улыбается, рассказывая о своей оплошности. — Я часто делаю необдуманные вещи, а потом сильно об этом жалею.

Последнюю фразу он произнёс без оттенка радости, и я поймала себя на мысли о её двойном подтексте. В горле образовался неприятный ком, и по затишью в трубке было понятно, что чертово прошлое, которое я так тщательно пыталась не вспоминать, заполнило наши головы.

Неужели он и вправду жалел обо всем?

Но это ничего не меняет, Руби...

— Видимо, пора проводить работу над ошибками, — я выдавила из себя смешок, всеми силами стараясь показать, что не поняла двусмысленности его фразы. — Сейчас то ты точно запомнишь, что полдень - не лучшее время для прогулок.

— Точно! И спасибо, что разговариваешь со мной после... В общем, я очень рад тебя слышать, Руби.

— Спасибо, что тебе было не все равно.

Щеки залились предательским румянцем - удлиняющиеся паузы в нашем диалоге не предвещали ничего хорошего. Я понимала, что могу завершить разговор и отдать мобильный Хлое, но любопытство не позволяло этого сделать.

— Эти две недели были не простыми для меня, — тяжёлый вздох заполонил мои барабанные перепонки, и сердце на секунду сжалось.

Какого черта, Руби!

— Давай не будем о грустном, — единственное, что пришло мне на ум в суматошных попытках не выходить за рамки простого разговора о делах.

— Да, конечно! Что ж, — парень снова зашмыгал носом, — тогда больше не буду тебя отвлекать. Тебе нужен отдых и вообще.

— Хорошо, — я опять улыбнулась, будто он сидел напротив меня и мог видеть то, что можно было выразить и без слов.

— Руби, и ещё, — стоило мне приготовиться сказать "пока", как Найл почти выкрикнул моё имя.

— Да?

— Если бы у меня было всего одно желание, я бы потратил его на то, чтобы вернуться в тот день и увезти тебя с собой. Я был таким идиотом.

Нервный импульс пронзил всё моё тело, отчего свободная рука дернулась в воздухе, а голос задрожал. Такая реакция была чужда для меня, но кто знает, что сотворила кома с моим прежним организмом. Сердце глухо стучало в такт скатывавшемся по системе каплям лекарства. Хлоя, все это время настороженно наблюдавшая за мной, заметила неладное. Её тёплые пальцы коснулись моей пульсирующей руки, и я сильно зажмурилась, понимая, что парень на другом конце земли всё ещё слышит меня и ждёт ответа.

— Найл... — я выдохнула.

Мысли роем кружили в моей голове, но так и не были озвучены. Ведь единственным моим желанием было начать новую жизнь без воспоминаний и, тем более, сожалений о прошлом.

— Я всё понимаю, — парень нарушил молчание, спасая меня от необдуманных и обидных фраз. — Просто я должен был это сказать.

— Да... К-конечно.

— Ну, мне видимо тоже пора идти. Поправляйся, Руби! Пока!

— Пока, Найл.

В трубке раздались прерывистые гудки, и я вернула телефон Хлое.

— Эй, все в порядке? — непрошеные слезы заполнили глаза, а дрожащие руки были не в силах их стряхнуть.

— Это была не лучшая идея, — я шмыгнула носом и позволила девушке помочь мне убрать эту разъедающую влагу.

— Не плачь, милая. Что он тебе наговорил? — шатенка аккуратно дотронулась платком до моих раскрасневшихся щек.

— Сказал, что жалеет о том, что уехал тогда без меня.

На мою реплику Хлоя только пожала плечами и недовольно покачала головой.

— Мне кажется, или ты не удивлена?

— Я зла, что он ляпнул это в первый же день твоего выхода из... — девушка запнулась, стараясь обуздать свои эмоции, — из этого состояния. Не думаю, что в данный момент тебе нужно обсуждать такие темы.

Я лишь кивнула в ответ, так как она сказала то, что я чувствовала. Но какого черта об этом знала Хлоя, но не знала я, ведь с отъезда Найла прошло уже больше трёх недель? На моем лбу образовалась небольшая складка, а руки сложились в замок, что тотчас же было замечено моей собеседницей.

— Хорошо, можешь ничего не говорить, я и так вижу, что ты от меня хочешь, — девушка вскинула руками и с шумом выдохнула. — За это время, пока тебя не было с нами, Найл помирился с Гарри, они созванивались по несколько раз в день, вот как-то в одной из душевных бесед Найл и сказал, что вернул бы всё назад, если бы мог. Это вкратце. Гарри передал эти слова Луи, а Луи мне, — Хлоя прервалась, чтобы глотнуть воды. — Вот и всё. Мужчины часто думают только после того, как наворотят делов, к сожалению. Но сильно не злись на него, этот парень спас тебе жизнь, можно сказать.

— Как это?

— В ту ночь на выдуманном дне рождения Миранды...

— Выдуманном?

— Да, эти сучки были в сговоре с Люком.

— Твою мать!

— Тогда ты позвонила Найлу, и он услышал непонятный грохот и твой крик, — я отчаянно пыталась вспомнить подробности той ночи, пока не нашла в закромах подсознания тот самый момент моего раскаяния и желания набрать Хлою. — Ему показалось это странным, и Найл позвонил Луи, узнать, всё ли в порядке, и где ты. Ну, а там выяснилось, что день рождения этой сучки Миранды зимой, но никак не летом. Поэтому Гарри с Луи оказались в Мидл Холле посреди ночи.

— Ничего себе, — я прикрыла рот ладошкой, обдумывая услышанное, — я не ожидала такого поворота.

— Ты просто не знала, с кем имела дело, предупредить тебя было некому, мы ведь не общались, — девушка по-доброму улыбнулась на моё извинительное выражение лица, — а Стайлс окончательно потерял бдительность со всеми своими любовными переживаниями. Но, не будем о грустном, ведь так?

— Наверное, но... Это всё так неожиданно.

— Мы когда-нибудь поговорим о случившимся. Когда ты будешь готова к этому, да? — карамельные глаза с участием заглянули мне прямо в душу, и я согласно кивнула.

Я подумаю об этом позже.

— А пока я пойду, — Хлоя глянула на свои наручные часы, — Луи заедет за мной с минуты на минуту. Если что, твой телефон в тумбочке, а Гарри спит в соседней палате.

— Ты серьёзно?

— Он переехал сюда вместе с тобой. Караулит и следит за всеми, как коршун, — девушка задорно хихикнула и поцеловала меня в щёчку. Наверное, в этом момент я выглядела так, будто получила кувалдой по затылку - удивление от услышанных новостей было настолько сильным, что уход подруги был даже во благо. Я могла немного уйти в себя и осмыслить произошедшее.

Ведь меня обвели вокруг пальца, так глупо и бесцеремонно, а два парня из моего прошлого обескураживали своим поведением.

— Пока! Буду ждать тебя! — я послала воздушный поцелуй девушке, и дождавшись, когда закроется дверь, повернулась к окну, всматриваясь в бесконечное голубое небо.

***

— Мисс Руби, я надеюсь, мы с вами больше не встретимся, — Франциск Лерой одарил меня счастливой улыбкой.

Сегодня был день моей выписки. С самого утра мои вены протыкали иголками, а тело облучали до этого совершенно мне незнакомыми штуками. Докторам нужно было убедиться, что я в полном порядке, и организм не решил выкинуть сюрприз в виде снизившихся показателей и остальных врачебных нюансов. Спустя столько времени я так до конца и не разобралась, что именно пришлось пережить моему телу, и как это в дальнейшем может сказаться на качестве жизни. Мне хватало лишь сведений о том, что в моей сумке лежал блок лекарств с рецептом, и их придётся принимать весь последующий месяц, по истечении которого меня будут ждать на повторное обследование. Остальные же вещи были подробно расписаны в кипе бумаг, что покоилась в моей сумке. Фактически, я всё ещё оставалась пациенткой клиники Харли Стрит, которой сделали милость и разрешили отправиться на некоторое время домой.

— И я очень надеюсь на это, мистер Лерой, — отбросив формальности, я стиснула доктора в объятия. — Спасибо вам за мою жизнь.

— Не стоит, за это вы должны благодарить только себя. Вы очень сильная девушка, — он похлопал меня по плечу и помог поднять вещи. — Не забывайте о назначениях и берегите себя!

— Спасибо, — я не переставала благодарить этого миловидного мужчину, ожидая, пока Луи заберёт мои сумки, а Хлоя в сотый раз переспросит медсестру о всех наставлениях касательно меня.

— Думаю, это хороший повод для вечеринки!

По просторному салону автомобиля разлился задорный мужской голос, пока его не оборвал серьёзный и категоричный женский.

— Перестань дразнить, Руби должна соблюдать все наставления врачей, — Хлоя строго посмотрела на своего жениха, пристегивая ремень безопасности.

— Её мы с собой не возьмём, — но последний продолжал веселиться. Парень весело подмигнул мне в стекло заднего вида, на что я широко улыбнулась.

— Последняя вечеринка не привела ни к чему хорошему, это не смешно, Луи.

— Всё нормально. Правда, — я решила разрядить обстановку, продолжая смеяться над гримасами шатена в сторону Хлои.

— Да, не будь занудой, дорогая, — в этот же момент он послал девушке воздушный поцелуй, растопивший все её былые претензии.

Я любила наблюдать за взаимоотношениями этих двоих, они были такими непринужденными, и ты просто не могла не пропитаться их позитивной энергетикой. Заработал мотор, и мы двинулись с места, оставляя позади небольшое коричневое здание и все плохие воспоминания, связанные с ним. Из-за дополнительных обследований моя выписка задержалась, а Луи с Хлоей смогли освободиться только к концу дня. Поэтому сейчас, откинувшись на сидение, я наблюдала, как солнце достигало горизонта, окрашивая небо в волшебную палитру цветов. Мимо проносились невысокие здания с многочисленными пабами и магазинчиками, которые постепенно сменили небоскрёбы с панорамными окнами и озелененными террасами. Проехав парковую зону, машина свернула с главной дороги, и мы нырнули в подземный тоннель, что, вероятно, служил паркингом для одной из высоток.

— Приехали, — оповестил Луи, припарковавшись у входа к лифтам.

Забрав несколько моих сумок, в которых, по большей мере, были разные пижамы, халаты и книги, купленные Хлоей во время моего пребывания в больнице, мы направились прямиком к просторному лифту, что унёс нас на самый верх здания. Я не запомнила, какой именно это был этаж, но после увиденного вокруг, поняла, что выше нас было только небо.

Меня поразило обилие окон и поток света, ударивший в глаза в тот момент, когда Луи отпер дверь и впустил нас внутрь.

— Вау... — я в изумлении раскрыла рот, увидев перед собой всё тот же великолепный закат. Только сейчас он был будто на моей ладони, а всего остального города просто не существовало. Мы находились так высоко, что, если не подходить к краю окон, было видно лишь одно бескрайнее небо.

— Впечатляет, да? — присвистнул Луи, на что мы с Хлоей согласно закивали.

Стен, казалось, просто не существовало - мы находились в каком-то стеклянном куполе, не переставая любоваться этим пленительным видом и палитрой неземных красок на небе.

— Если захочется убавить освещение, здесь есть пульты, — парень улыбнулся и показал жестом в сторону комода с разными новинками техники.

Сказать по правде, мой отец был приверженцем классицизма, поэтому, даже обладая внушительным состоянием, он никогда не отходил от своих вкусов и не стремился идти в ногу со временем. Наш дом, да и остальная недвижимость, были выполнены как снаружи, так и внутри в строгом английском стиле без внедрения новомодных гаджетов и всего остального. Наверное, этим и объяснялось моё изумление и ступор. Я не могла думать о чем-то другом кроме этих огромных панорамных окон, серых с металлическим отблеском стен и минимализме в выборе мебели.

— Давай мы покажем тебе дом и оставим отдыхать, тебя сегодня хорошо помучили, — Хлоя взяла меня за руку и повела вглубь квартиры, пока Луи переносил сумки в мою новую спальню.

За счёт такого дизайнерского решения в виде сплошных окон, квартира казалась очень просторной, хотя такой световой приём был лишь в гостиной, совмещенной с кухней, в остальных же комнатах стен было значительно больше. Познакомившись со спальней, гостевой комнатой, двумя туалетами и гостиной, я все равно ничего не запомнила из-за своего топографического кретинизма.

— Слишком большая квартира для меня одной, — закончив осмотр, мы сели на длинный велюровый диван цвета спелой сливы. — Я могу заблудиться в одной из комнат и точно что-нибудь поломаю, — взгляд упал на технику в проёме стены. Лучше мне просто ничего здесь не трогать.

— Не переживай, привыкнешь! Тем более, мы всегда на связи, — подруга счастливо улыбнулась. — В холодильнике продукты на первое время. Вроде всё, как ты любишь. Я даже купила твои любимые поп-тартс.

— Спасибо вам обоим. Я... я уже не знаю, как вас за всё благодарить, — мне было крайне неловко находиться в таком зависимом положении, но этих двоих такой расклад совсем не смущал. На мою сотую фразу благодарности Луи только махнул рукой, а Хлоя недовольно покачала головой.

— Просто береги себя, ладно? И не забывай о рекомендациях врачей, — теперь была моя очередь качать головой и закатывать глаза, так как девушка повторяла свои наставления чуть ли не каждые пять минут.

— Ладно.

— Ну, тогда мы пойдём, — подруга поднялась на ноги, и мы последовали её примеру. — Тебе точно не нужна помощь?

— Нет, я разберусь со всем.

— А еда? Я не додумалась ничего приготовить, — она продолжала переживать, что, с одной стороны, мне было приятно, но, с другой, немного выводило из себя.

— У меня есть поп-тартс и апельсиновый сок, так что голодной не останусь.

— Не налегай на эту дрянь, — брови девушки сошлись у переносицы, из-за чего я громко рассмеялась.

— Ты точно зануда, Хлоя! — я быстро поцеловала её в щеку.

— Я же говорил, — к нашему разговору подключился Луи, который уже давно стоял в дверях.

— Заткнись! — накинув ветровку, девушка легонько толкнула его в плечо, выпроваживая в коридор. — До завтра, Руби. Я всё равно люблю тебя!

— И я тебя, зануда, — я в последний раз звонко рассмеялась и захлопнула дверь, спасаясь от гневного комментария в свой адрес.

Гостиная погрузилась в полумрак - пришло время разобраться со всей этой техникой и научиться включать светильники, которыми был усыпан потолок. Облокотившись о косяк, я начала изучать пульт, тыкая по всем кнопкам. Время от времени комнату заполнял странный шум, сменяющийся писками, но свет так и не включился.

— Черт, — я уже начинала злиться, как вспомнила, что в комоде должны лежать инструкции.

Теперь моим вниманием завладели толстые брошюры, аккуратно сложенные в нижнем ящике. Перебирая одну за одной в поисках нужной, я не заметила, как сердцевина одной из книжек была порвана, отчего всё её содержимое разлетелось по полу.

— Отлично, Руби!

Начав хаотично собирать бумаги, я села на корточки и стала разбирать всё в нужной последовательности страниц, ругая себя за неосмотрительность.

— Какого... — я не поверила своим глазам и пробежалась по написанному ещё раз.

Так как в моих руках оказалась не очередная страница из инструкции по эксплуатации, а стопка оплаченных счётов за квартиру на имя человека по фамилии Стайлс.

— Не может быть! —всё ещё вглядываясь в знакомые инициалы, я достала мобильный и нажала на вызов.

— Зачем вы меня обманули?

— Руби? Ты о чем?

— Эта квартира не Луи, а Гарри! Вот я о чем, — я понимала, что могла погорячиться, и, в любом случае, эти ребята не заслуживали такого гневного тона и моих претензий. Но какого черта они обманули меня, ведь последнее, чего мне хотелось, это ещё и поселиться в квартире Гарри. За всё это время в больнице он так ни разу и не зашёл ко мне, хотя я знала, судя по разговорам Хлои и Луи, что он продолжал ночевать в соседней палате и контролировать всех и вся. Его поведение обескураживало и злило, и Хлоя знала об этом, намеренно заселяя меня в его квартиру.

Может быть она напичкана камерами слежения? Кто знает, что за расстройство психики у Стайлса, раз он так следит за всем, что связано со мной.

— Только не кричи... — голос Хлои стал серьёзным. — Это квартира Гарри, да. Вернее, его сестры, которая уже давно живет в Америке, а квартира пустует. Вот мы и подумали, точнее, он сам предложил тебя здесь поселить.

— Чтобы сидеть и наблюдать за мной по камерам?!

— Что? Нет, —девушка рассмеялась, но мне было далеко не до смеха.

— Вы соврали мне! Ты же знала, как я не хотела ввязываться хоть во что-то, где фигурировало бы его имя.

— Знала. Но, поверь мне, вас с ним ничего больше не связывает, кроме формальных документов о владении собственностью. Он дал тебе об этом понять...

Её слова оставили осадок.

Ведь он действительно дал понять своим поведением, что нас ничего больше не связывает. А этот жест доброты - может быть так он хочет загладить то, что произошло и по его вине тоже.

— Если бы мы сказали правду, ты бы вернулась к мачехе. А это небезопасно для тебя, — Хлоя продолжала успокаивать меня, и чем больше она говорила, тем отчётливее я понимала её поступок.

— Ладно, поговорим завтра, — и я сдалась. — Только давай договоримся больше ничего не скрывать друг от друга.

— Договорились.

Моя вспыхнувшая злость почти угасла, и, попрощавшись с девушкой, я поймала себя на мысли, что, как бы то ни было, здесь мне было комфортно и спокойно.

Но слова подруги ещё долго терзали мою душу в этот вечер.

Вас с ним больше ничего не связывает... Он дал тебе об этом понять...

Почему-то, когда мы ставим точку, то не чувствуем никаких угрызений совести, но стоит кому-то сделать это за нас. Отступить без попыток поменять наше намерение. То под рёбрами начинает странно покалывать.

Это непривычное чувство, но оно обязательно пройдёт.

Так ведь?