редитив нормальности
Пыль Апокалипсиса осела. Вернее, того апокалипсиса, который они, Академия Амбрелла, в очередной раз отвели от порога этого неблагодарного мира. В особняке Харгривзов воцарилась странная, непривычная тишина, прерываемая лишь перебранкой Клауса с призраками.
Номер Пять сидел в библиотеке, отхлебывая остывший кофе из любимой кружки «Лучший папа». Ирония была настолько горькой, что идеально сочеталась с напитком. Мир был спасен, временная ось более-менее стабилизирована, а он, вечно спешащий, вечно куда-то бегущий гонщик на временной дистанции, обнаружил себя в вакууме бездействия. Это было хуже, чем сражение с Комиссией. По крайней мере, тогда был четкий враг и цель.
«Тебе нужно найти хобби. Или девушку. Что-то человеческое, Пять».
Слова Элисон, произнесенные за завтраком с ее фирменной, слегка снисходительной заботой, засели в мозгу, как заноза. Он отмахнулся, буркнул что-то о статистической бессмысленности романтических связей в условиях хрупкой временной стабильности, но семя было брошено. Не потому, что он вдруг захотел «романтики» - само понятие вызывало у него скептическую усмешку. А потому, что это была новая, неисследованная переменная. А Пять умел работать с переменными.
Он не подал виду. Никак. Когда Элисон зашла в библиотеку, он делал вид, что изучает сложные временные уравнения на планшете. Она удовлетворенно кивнула и удалилась.
Как только ее шаги затихли в коридоре, его пальцы привычным движением вызвали в воздухе голубоватое сияние пространственного портала. Не для прыжка во времени, а для доступа в сеть. Из чистого, рафинированного любопытства. И от скуки. Определенно от скуки.
Регистрация на сайте знакомств «Серендапити» (какое идиотское название) заняла у него сорок семь секунд. Минималистичный профиль: фото в смокинге, сделанное Диего по принуждению («Ты выглядишь как управляющий похоронным бюро, Пять» говорил Диего), имя просто «Пять», возраст...Он поставил как есть физически. 19.Интересы: «темпоральная физика, черные дыры, выживание». Это была шутка. На которую, как он был уверен, никто не клюнет.
Клюнула. Через два дня.
Мелисса.
Ее сообщение было кратким, лишенным смайликов и натужной игривости, которые он успел изучить в других профилях.
- Черные дыры и выживание - впечатляющий набор для свидания. Вы часто спасаете мир в перерывах между расчетами сингулярности?
Пять, удобно устроившись в кресле, поднял бровь. В тоне чувствовался интеллект и легкая, почти неосязаемая ирония. Не покровительственная, а... зеркальная. Он ответил, не задумываясь, как вел бы диалог с достойным оппонентом.
Пять: Статистически - чаще, чем хотелось бы. Обычно это сбивает график. Вы спрашиваете из профессионального интереса или как потенциальный соучастник?
Ответ пришел почти мгновенно.
Мелисса: Пока как сторонний наблюдатель. Но наблюдатель с хорошей вычислительной мощностью. «Серендапити» - странное место для поиска соучастников в спасении миров.
Пять: Согласен. Алгоритмы подбора здесь примитивны, как палка. Но иногда и в случайном шуме можно обнаружить сигнал.
Мелисса: Сигнал? Я польщена. Или это вы так называете аномалию в данных?
Уголок его рта дрогнул. Он отпил кофе. За окном особняка начинал накрапывать дождь, а он, Номер Пять, 58-летний гений в теле 17 летнего подростка, остановивший конец света, вел виртуальную перестрелку остроумием с незнакомкой.
Пять: Аномалии обычно куда интереснее предсказуемых паттернов. Они... бросают вызов.
На экране на несколько секунд появилось «Печатает...». Он впервые за эту беседу позволил себе ждать.
Мелисса: Что ж, мистер Пять, специалист по черным дырам и выживанию. Допустим, я принимаю вызов. Что дальше? Продолжим разбирать недостатки алгоритмов «Серендапити» или перейдем к чему-то, что не связано со спасением вселенной? У меня, например, за окном идеальный для чтения дождь. А у вас?
Пять посмотрел на струи воды, заливавшие старые окна его комнаты. На тишину особняка, в которой вдруг появилась новая, едва уловимая частота. Не угроза, не кризис. Просто... связь.