38 часть
От увиденного у Шабаевой из рук выпал телефон, а она тихо в слезах скатилась по стенке.
Её дыхание сбилось, сердце словно вырвалось наружу. Всё тело дрожало. На полу, в нескольких сантиметрах от неё, лежал телефон. Экран не гас — на нём всё ещё было открыто фото. Фото, от которого внутри всё сжалось.
Саша.
Он. Тот, кого она любила, кому доверяла, кому отдавалась душой и телом. Он стоял, прижавшись к девушке и целовал её, нежно, не спеша. И эта девушка — не просто случайная прохожая. Нет. Это была Вика.
Та самая Вика, что не раз бросала ехидные взгляды. Та, что однажды уже пыталась увести парня, которую Соня считала просто мимолётной угрозой. Вика, что улыбалась фальшиво и слишком самоуверенно. Та, про которую Саша говорил: «Она ничего для меня не значит».
А теперь... это фото.
И под ним — короткая, едкая фраза:
«Я же говорила, он будет мой.»
Соня всхлипнула и зажала рот рукой, чтобы не закричать. В груди будто что-то лопнуло. Всё, что держало её на плаву — доверие, воспоминания, совместные вечера — теперь тонуло в ледяной воде предательства.
Она закрыла глаза, прижавшись лбом к холодной стене. Боль была такая сильная, что казалось, она физическая. Каждая мысль — как осколок стекла, каждая картинка в голове — как удар. Саша, Вика, их губы, смех, её доверие — всё перемешалось в ужасный ком.
Время остановилось. Её затопило.
Соня не помнила, как оказалась на кровати. То ли она доползла сама, то ли просто рухнула и лежала. Вся комната плавала в полутьме, в воздухе стоял запах пыли и боли. Телефон валялся на полу, беззвучный, мёртвый. Она смотрела в потолок, и слёзы беззвучно катились по щекам, затекая за уши.
Когда эмоции переполнили предел, началась истерика. Никаких сдерживающих барьеров. Громкий плач, прерывистое дыхание, вздрагивающее тело. Соня кричала в подушку, кусала губы, ударяла ладонями по кровати. Но облегчения не было.
Потом — тишина.
Она просто выдохлась. Телом — опустошение, душой — бездна. Она лежала, завернувшись в плед, как будто это хоть как-то могло защитить от того холода, который теперь был внутри.
Прошёл час. Может, больше.
И вдруг — как будто кто-то подтолкнул.
Соня встала. Медленно, механически. Взяла телефон, стерла слёзы. И набрала Наташу.
Гудки. Сердце вновь стучало.
— Алло? — отозвался сонный голос.
— Нат... — еле слышно. — Просто... хотела сказать... спасибо. За всё.
— Сонь, ты плакала? Что случилось?
— Я... просто хотела попрощаться. Ты хорошая подруга, я тебя люблю.
— Что значит попрощаться?! Соня, ты меня пугаешь!
— Прости. — голос её сорвался. — Я больше не могу...
Она сбросила звонок.
Соня стояла посреди комнаты. Потом, не думая, взяла ручку, чистый лист бумаги. Писала неосознанно, короткими фразами, без начала и конца. Просто изливала, что чувствует
—"Я не знаю, зачем всё это. Я старалась, любила, прощала. А в итоге — осталась одна. Мне больно. Не могу. Прости, мама. Прости, Наташа. Я просто не справилась." В мыслях пробежало у девушки
Записку она скомкала и сжала в руке.
Потом достала телефон, ключи и вышла из дома. На улице было сыро и пасмурно. Небо низкое, как будто тоже готовилось разрыдаться.
Она доехала до дома Саши. Знала дорогу наизусть. Шла, не поднимая глаз. Прошла мимо его квартиры. Не остановилась. Поднялась выше — на самый верх.
Дверь на крышу была приоткрыта.
Соня вышла туда. Под ногами — гравий, вокруг — бескрайний город. Соня стояла на крыше, ветер трепал волосы, её пальцы всё ещё сжимали ту самую записку. Бумага уже слегка помялась от напряжения, от дрожи, что пробирала всё тело. Перед глазами — ни город, ни дома, ни огни. Лишь образ Саши, держащего в объятиях Вику. Его взгляд, его губы, его рука у неё на талии. Он улыбался. Не той улыбкой, что дарил Соне, а какой-то чужой, предательской.
Грудь разрывалась. Душа была как порванная простыня — вся в дырах, в заломах и надрывах.
Она чувствовала, как всё в ней ломается. По одному. Внутри будто шёл ураган, сметающий всё — воспоминания, надежды, мечты. Она вспоминала, как он называл её «Солнышко», как они гуляли до рассвета, как держались за руки, как он обещал «никогда не обидеть». Как он гладил её волосы и говорил: «Я не знаю, что бы делал без тебя». А теперь вот — знал. Целовался с другой.
Но самое страшное — она не чувствовала ярости. Лишь отчаяние. Бесконечное, вязкое, тяжёлое. Ей казалось, что она просто не справляется с этим весом. Как будто на плечи кто-то поставил бетонную плиту, и с каждой минутой она всё глубже вдавливает её в землю.
И как будто этого было мало — в голове звучали и мамины слова. Их ссора. Та, в которой Соня случайно узнала, что она вовсе не родная. Удочерённая. Приёмная. Фальшивая? Нет, не так... но именно так она себя и чувствовала.
До этой поездки она считала, что знает, кто она. Думала, что мама — это её родной человек, опора. А теперь не знала ничего. Ни кем она была, ни откуда пришла, ни кто её настоящие родители. Почему они её бросили? Почему она ничего не знала? Почему узнала об этом случайно, просто открыв не ту тумбочку?
И мама... вместо того чтобы объяснить, обнять, сказать «Ты для меня всё равно моя родная» — начала спор. Обвинять в том, что «сунулась, куда не надо». И теперь — молчит. Ни звонка, ни сообщения.
Саша предал. Мама — скрывала всю жизнь правду.
А кто тогда остался?
Кому она теперь нужна?
Кто вообще видит в ней что-то большее, чем просто удобное существо, которого можно любить, пока оно не слишком задаёт вопросы?
Соня села прямо на край крыши, ноги повисли в воздухе. Где-то внизу сигналили машины. Люди шли домой, обнимались, смеялись. А она... она будто была отделена от всего этого стеклянной стеной. Как будто умерла, но тело ещё не поняло этого.
Она вспомнила своё детство. Моменты, когда мама не разрешала ей спрашивать «о папе». Говорила, что «так вышло», «он нас оставил». А теперь ясно — не папа ушёл, просто он никогда и не был рядом. Не существовал. Мама вырастила её одна, но не сказала правду. Всё держала в секрете.
Соня чувствовала себя обманутой. Ложь вросла в её жизнь, как сорняк в сад — и теперь ничего родного, ничего настоящего не осталось.
Слёзы снова потекли. Тихо, без рыданий. Просто стекали по щекам, солёные, горячие. Её ладони были сжаты в кулаки так сильно, что ногти врезались в кожу.
Она посмотрела вниз.
Это казалось пугающе простым. Один шаг — и всё. Никаких чувств, никаких вопросов, никакой боли. Ни Вики, ни Саши, ни маминых молчаливых взглядов.
Но перед этим — ей хотелось хотя бы прощения. Хотя бы понимания. Её не было. Девушка не спеша поднялась, и смотрела в низ.
Пальцы дрогнули.
Она закрыла глаза.
И тут — голос.
— СОНЯ! Его невозможно было спутать. Наташа.
Он звучал, как удар током. Но...
—————————————————————————
1057 слов
Как думаете что будет дальше?
Тгк: pomidorka_kris
Поставьте пожалуйста звезду, вам не сложно, а мне приятно