Одержимые

Эмма глубоко вздохнула и, повернувшись, продемонстрировала дверную ручку. Эмоции были смешанными. Она наконец-то смогла найти причину уйти, а здесь такая подстава. Реджина сразу приметила то, что у блондинки не хватает смелости даже поднять глаза. Брюнетка бесшумно выдохнула, продолжив намыливать пятно.
  — Я забыла сказать, что здесь дверь неисправна. Ее нужно закрывать особенным способом и сильно не дёргать, — пробурчала Реджина.
  — Замечательно! И как нам теперь отсюда выбраться?!

  Лицо Эммы четко выражало недоверие. Странно это как-то.
  — Никак. Придётся ждать подмогу, — нейтрально ответила Миллс, поглядывая на реакцию блондинки. Та лишь эмоционально держалась руками за голову, тяжело смотря в пол.
  — А мы можем что-нибудь сделать?
  Эмма топталась на месте. Она не знала, куда себя девать. А факт того, что с этим ничего нельзя сделать, усугублял положение. Блондинка начала метаться из одного угла в другой, а ее голова слегка кружилась. Наверное, это один из явных симптомов клаустрофобии.
  — Увы, но нет, — безразлично ответила Реджина, рассматривая внимательно ткань.
  — Черт! — не выдержала Эмма, — что нам просто ждать до того, пока кто-нибудь не захочет в туалет?!
  — Нет, мы можем перебегать из угла в угол туалета и вопить, обсуждая неисправность ситуации, — закатила глаза брюнетка.
  Реджина прекрасно знала, что так случится. Никто не в состоянии первый раз правильно закрыть эту дверь, и этим Миллс всегда пользуется.
  Время шло. С момента их разговора прошло около пяти минут тишины. Реджина торжественно встряхнула платье, которое ей все же удалось спасти от злосчастного пятна.
  — Не волнуйся, Свон. Долго ждать не придётся. У Эмили отменные напитки, — усмехнулась Миллс.
  — Откуда такое спокойствие? Мы заперты в туалете в разгар вечеринки. Ты вообще в белье. А из-за громкой музыки нас никто не услышит. Сами открыть никак не можем?
  — Если тебя так смущает мое белье, я могу его...- начала Реджина, а когда словила серьёзный взгляд Свон, добавила: — прикрыть полотенцем.
  — И сколько же раз ты здесь застревала? — загадочно спросила блондинка.
  — Раз пять. А может шесть... Точно не помню.
  — Неужели все случайно?
  — Нет конечно. Я застревала не одна, — приподняла брови Миллс, но тут же продолжила, заметив подозрение, написанное на лице Свон, — но в этой ситуации я правда забыла сказать.
  Эмма все же подняла глаза на брюнетку, когда та придерживала платье так, что ее тела не было видно.
  — Нужен фен.
  — Знаешь, я думаю, мы можем хорошо провести время здесь, — неожиданно выдала Реджина, поднимая взгляд на Свон. Она все ещё придерживала красную ткань, прикрывающую взор.
   Эмма не успела ответить, как что-то загудело в кармане ее куртки. Она незамедлительно достала телефон и ответила на звонок.
  — Сабрина, — устало протянула Свон.
  — Неужели? Ты все ещё помнишь мое имя.
  — В чем дело?
  — Я на выходные переезжаю к тебе, ты же не против? Родители уезжают на какую-то экскурсию.
  — А одна пожить не можешь? Ты же у нас такая ответственная.
  — Увы, они не дали мне выбора. И тебе тоже кстати.
  — Просто замечательно.
  — А ты где сейчас?
  — В туалете, — безразлично ответила Эмма.
  — Я не вовремя? — усмехнулась Сабрина.
  — Я не одна.
  — Настолько не вовремя?! Ты там с кем?
  — С женщиной, — хмуро продолжила Свон.
  В трубке повисло недолгое молчание.
  — Ого, а я не знала, что ты у нас с женщинами.
  — Я не с женщинами. Мы заперты в туалете. Она полуголая сушит платье, а я страдаю припадками боязни замкнутых пространств, — не выдержала Свон.
  — Когда ты успеваешь попадать в неприятности? — иронично протянула сестра. — Ладно, если что, звони.
  Сабрина бросила трубку.
  — Твоя сестра? — заинтересовалась Миллс, поднося платье к автоматическому фену на стене.
  — Да, — сухо ответила Свон. На ее лице считывалось уныние высшей степени.
  — Да ладно тебе, — Миллс в поддержку улыбнулась, а затем натянула на себя уже сухое платье.
  — Как ты так быстро его высушила?
  — Я уже не раз здесь сушу платье, — улыбнулась брюнетка.
  Миллс медленно начала подходить к Свон на близкое расстояние, пока между ними не осталось каких-то десять сантиметров.
  Воспользовавшись тяжёлым состоянием блондинки, она максимально нежно положила руки на талию, отводя Эмму к стене.
  — Что ты делаешь? — Эмма смотрела с серьёзным лицом, пока не почувствовала сильный жар между ног, когда рука Миллс прошлась ниже, останавливаясь на бёдрах блондинки.
  Эмма взяла ее теплые руки в свои, отведя в сторону, но не прерывая контакт глаз. Она держала руки Миллс в своих ладонях, не давая той возможности прикоснуться. Реджина азартно заулыбалась, ее глаза опустились на сладкие губы блондинки, и она жарко облизнула свои в предвкушении.

  Внезапно послышался звук открывания двери. Девушки шелохнулись, отходя друг от друга на безопасное расстояние. Тогда, из двери вышла Эмили.
  — Все нормально? — она обеспокоено посмотрела на Эмму, которая быстрым шагом направилась к двери, а в ответ на вопрос коротко кивнула.
  — У неё клаустрофобия, — выдала Реджина, когда след блондинки уже простыл.
  — Ты ее не тронула? — выразив
предупредительный взгляд, спросила Эмили.
  Реджина строгим шагом направилась на выход.
  — А это уже не имеет значение, — недовольно кинула Миллс, оказавшись совсем рядом с Эмили, а после чего и вовсе скрылась вслед за Свон.

  Эмма быстро нашла Мэделин, которая стояла у напитков за барным столиком. Та сразу же приметила блондинку, вяло садящуюся на табурет.
  — Можно виски.
  Ее тяжелый взгляд, наполненный разными мыслями, тут же заметила Мэд. Она достала с полки шотландский виски и поставила рядом с Эммой, подставляя к напитку два бокала.
  — Поговорим? — заботливо предложила девушка, присев на соседний табурет.
  — Давай просто выпьем, — сухо ответила Свон.
  — Дело в Реджине?
  — Она заставляет меня испытывать странные чувства, это настораживает.
  Мэделин прекрасно понимала, о чем говорит Эмма. Она знала всех, кто связывался с Реджиной Миллс, но она также хорошо знала, что Миллс никогда не изменится. Свон не будет очередной ее марионеткой, и они обе уже это поняли.
  — И что же вы делали, — довольно спокойно спросила Мэд.
  — Ничего. Мы там много времени не провели, — пробурчала Свон.
   Мэделин понимающе кивнула. Любой человек, которого хочет Миллс, всегда оказывался в ее руках, полностью в ее владениях. Вряд ли это допустит Эмма. Слишком гордая для такого.
  — Их было много?
  — Ты про кого?
  — Ее любовниц.
  — Если женского пола, то где-то пятнадцать минимум.
  — И неужели никто... ?
  — Никто не мог устоять. И ты не сможешь. Но времени потребуется больше, — задумчиво протянула Мэд.
  — Ты не вселяешь уверенность, — иронично пробурчала Свон.
  — Это правда, Эмма. Ты может и гордая, но инстинкты... никто не устоит.
  — А ты?
  — А у меня отец ее начальник, — усмехнулась та.

  К столу подошёл Филл Миллер. Он деловито сел за стол, повернувшись к дамам и выдал:
  — С Днюхой, Мэдди! — его ямочки сразу показались на лице, а глаза весело блеснули.
  — Спасибо, Филл, — она любезно улыбнулась.
  — Почему вы здесь сидите? В гостевой все собираются играть в «правда или действие». Вы будете?

  — А почему бы и нет? — Эмма беззаботно встала из-за барной стойки и вместе с Филлом и Мэд направилась в сторону гостевой.

  Вход в гостевую обеспечивался аркой. Огромная комната, включающая в себя много игровых зон, находилась за лестницей, ведущей на второй этаж. Светодиодный фиолетовый свет и пара настенных ламп являлись единственным освещением в комнате. Но, к удивлению, в помещении было довольно светло и пахло корицей. За огромным овальным столом разместилось пять человек. (Эмили, Лили, Реджина, Лео и Макс) Остальные гости не так близки, а скорее и вовсе пришли ради выпивки по объявлению «вечеринка для всех!»
  — У нас новые игроки! — обрадовалась Эмили, указывая на пару кресел возле стола.
  Мэделин села между Филлом и Эммой. Реджину и Эмму разделял Макс. А справа от Реджины разместились Лили, Эмили и Лео.
  — У каждого из вас есть свой номерок на кресле. Это вместо вашего имени, — начала руководить Лили.
  — Также у нас есть карточки. Каждый по очереди вытягивает правду или действие. Задания придумывает игра, — продолжила Эмили.
  — Отказываться выполнять нельзя! Если же вы отказываетесь, вам придётся выполнить невероятно сложное задание из специальной колоды.
  — А какие там есть задания? Ничего же запредельного? — спросила Мэдди.
  — Ничего сверхъестественного, — иронично протянула Лили.
  -Вопросов нет? — услышав в ответ одно молчание, Эмили добавила, — Начнём! Первую карту тяну я.
  Она вытянула карту из колоды «Правда».
  — Кто из игроков тебя больше всех привлекает в сексуальном характере. Не отвечаешь — выпиваешь бокал шампанского, — прочитала Эмили.
  Она взяла в руки бутылку шампанского, стоящего на игровом столе и налила в пустой бокал под номером «1».
  — Не такой уж и сложный вопрос на самом деле. Просто хотела пить, — протянула Фаркастер, заливая напиток в горло.
  Игрок под номером «2» следующий тянул карту из той же колоды, что и предыдущий.
Игрок «2» — Лили Фаркастер.
  — Сколько партнёров у тебя было в сексе, — читала Лили, — всего три.
  Она положила эту карточку поближе к себе, как и сделала Эмили.
  Реджина смотрела на Эмму в упор. Непонятно отчего. Может просто не могла отвести взгляд, а может ждала ответного. Никто не может этого знать. Но Эмма прекрасно его видела и чувствовала на себе.
  Следующая очередь Реджины. Миллс деликатно вытянула карту из колоды с действиями.
  — Поцелуйте игрока под номером «2».
  Как только она дочитала, в тот же миг схватила Лили (игрока «2») за куртку, притянула к себе и впилась страстным поцелуем в губы. Та сразу же ответила, углубляя поцелуй, зарываясь руками в волосы брюнетки. Когда Реджина оторвалась от губ рыжей, победно улыбнулась, облизывая зацелованные до красноты губы.
  У Эмили расширились глаза. Она прекрасно знала Реджину и ее характер, но это было слишком неожиданно для всех. Эмма скривилась и отвернулась, как только увидела действия Миллс. Ей было неприятно смотреть на то, как она целует другую, но буквально пару минут назад приставала к ней в туалете.
  — Это было слишком жарко, — тяжело выдохнул Макс, размахивая блокнотом на себя.
  — Вы бы предупредили, я бы глаза закрыла, — вставила Мэделин, заправляя за ухо прядь волос.
  — В следующий раз обязательно скажу перед тем, как буду целовать кого-нибудь, — съязвила брюнетка.
   Мэделин почувствовала ладонь Свон на своём плече, дающую ей понять, что не стоит продолжать.
  — Следующий Макс, — объявила Эмили.
  Макс вытянул карту из той же колоды, что и Миллс, запрокидывая ноги на стол.
  — Кто из игроков самый привлекательный, а кто наоборот, — читал он, — мне легче выпить.
  Он притянул к себе банку пива и открыл, заливая содержимое себе в рот. Он никогда не отличался галантностью, но было в этом что-то, что придавало ему определённый стиль. И дело не в дурном поведении, а в характере.
  — Следующая Эмма, — улыбнулась Эмили.
  Эмма притянулась к столу, беря карту из колоды «правда». Ее глаза расширились, когда она прочитала карточку с вопросом.