На острие клыков

Чимин отпрянул, потрясённый и дрожащий, пытаясь отдышаться. Его пальцы дрожали, глаза наполнялись слезами.

— Кто… ты? — голос омеги едва слышался, но в нём сквозила смесь страха и любопытства.

Юнги наклонился ближе, холодно наблюдая за каждым движением:

— Я… тот, кто теперь за тобой следит.

Чимин вздрогнул, сердце стучало так, что казалось, его слышно всей библиотеке.

— Зачем…? — дрожал голос. — Почему ты это сделал?

Юнги отступил на шаг, глаза сияли внутренним огнём:

— Потому что ты пахнешь слишком привлекательно. И потому что я хочу.

Омега сжал кулаки, пытаясь собраться с силами, но запах Юнги продолжал манить, раздирая внутренний покой.

— Ты… опасен… — выдавил он, но в голосе слышалось больше смятения, чем угрозы.

— Именно. И ты это знаешь. — Юнги слегка улыбнулся, хищно и холодно. — Но именно поэтому ты меня интересуешь.

Библиотека вокруг них оставалась тиха. Каждый вдох Чимина был острым, словно на острие клыков, а взгляд Юнги — неотступным и притягательным.

Юнги снова приблизился к Чимину. Его руки мгновенно обхватили омегу, прижимая к стеллажу между высоких полок. Сердце Чимина бешено стучало, дыхание сбилось, а тело дрожало от смеси страха и неожиданного возбуждения.

И вдруг губы Юнги нашли его. Поцелуй был решительный, страстный, без всякой осторожности. Вкус был сладким, притягательным, будто сам запах омеги усиливал хищный инстинкт альфы.

— Мин Юнги, — тихо, но с силой произнёс он, чуть отстранившись, чтобы их глаза встретились. — Отныне я твой альфа, и ты принадлежишь только мне, Чимини.

Чимин тяжело дышал, его щеки горели, а разум путался. Юнги отпустил его и спокойно ушёл, словно не оставив ни следа.

Когда дверь захлопнулась, омега машинально провёл рукой по губам, на которых только что были губы альфы, и едва слышно пробормотал:

— Псих какой-то…