Часть 51.
Небо затянуто токсичным смогом, Джаспер раскатан по камешку, солнца нет, дни тянутся непозволительно долго, вокруг ливень, от которого меня спасает то, что верхняя палуба площадки – крытая.
Капли барабанят по металлу, но это единственное, что можно услышать – гробовая тишина, прерываемая расслабляющими звуками дождя, погружает в мысли. Как бы не хотелось побыть здесь подольше, но мне этого попросту не дадут. Хочется просто остаться здесь и стоять, невидящим взглядом смотреть в затянутое небо; думать о вещах, разъедающих мой процессор уже довольно долгое время.
Разочарованно провентилировав, я, на секунду притушив оптику, развернулась и направилась в сторону пыточной, где мне предстоял еще один тяжелый день выслушивания криков и залатывания серьезных ран Уилджека.
Страшно даже представить каково это – несколько дней под ряд терпеть подобное! Старскрим был действительно талантлив в пытках, доводя до полусмерти, но никак не до дезактива. Многочасовые допросы изматывали даже меня, что буквально постоянно доставала пленного с того света, не говоря уже о самом мехе, еле вентилирующем.
- Приведи его в нормальное состояние, человек! – со слабо скрываемым отвращением молвил сикер, выходя из отсека, чьи створки в ту же секунду громко захлопнулись.
Ах да, забыла сказать, что после того, как автобота заперли, Старскрима осведомили о том, что я была тем существом, коего почти год назад выловил Нокаут для некоторых исследований и экспериментов. Но, как говорится: «Не повезло, не фартонуло». И теперь, практически на законных основаниях, действую всем на нервоплату.
Заместитель Мегатрона был, как минимум, удивлен, что подобные метаморфозы вполне имеют место. А еще были многочисленные вопросы по поводу моего размера, гораздо превышающие параметры нормальной феммы. Нокаут, которому устроили внеплановый допрос по этому поводу, лишь пожимал плечами, действительно не зная ответов.
О том, что я, как бы не кибертронец, вскользь упомянул сам гладиатор, видимо заскучав и решив понаблюдать за цирком, что второпях был устроен сикером, любопытно шерстившим по всем уголкам базы и вытягивая нужную информацию из рядовых и бедного Саундвейва, что, не выдержав, на очередной вопрос просто вывел на свой визор улыбающийся смайлик.
В самую последнюю очередь Старскрим решил «поговорить» со мной, самодовольно вздергивая подбородок и смотря сверху-вниз. Вопросы были, казалось, достаточно безобидны, но его тон был подозрителен, поэтому иногда приходилось отвечать односложно и без каких-либо эмоций.
Я была, как никогда рада, что так быстро наскучила Истеричке, ведь, как и всегда, хотелось свернуть тому крылья в трубочку.
После нашего разговора, Скрим больше никак не пытался вернуться к этой теме, начиная обращаться ко мне очень презрительно, не ставя ни во что. Ни для кого не было секретом, что такое может себе позволить Мегатрон, обозвав «белковым», но это ощущается совершенно по-другому и не со злости, в большинстве случаев. Тон гладиатора, обращавшегося ко мне, не вызывал каких-то противоречивых чувств и желания вырвать голоссу – как это происходило с его заместителем – а, наоборот, отзывался чем-то теплым в области Искры.
- Смешно? – надрывающимся голосом выдал пленник, заставив меня слегка вздрогнуть и уставиться тому в лицо, резко нахмурившись и посерьезнев. Я и не заметила, как мечтательно ухмылялась, думая об этом.
- В плане? – строя из себя дурочку, опять приступила к починке мелкой трещины у энергонной магистрали. Рана выглядит несерьезно, но если оставить ее без должного внимания, то рано или поздно рэкер скончается от потери энергона и болевого шока. Для починки этой магистрали пришлось снять грудные пластины подвешенному на цепях автоботу.
Тот сдавленно хмыкнул:
- Не прикидывайся. – хрипло отозвался Уилджек, измученным взглядом сверля мою макушку и наблюдая за манипуляторами. – Все вы, десептиконы, одинаковы. – он закашлялся, устало прикрывая глаза.
- Это Ваше мнение. – спокойно ответила я, запаивая трещины во внутренних сочленениях. Это не входит в мои обязанности, но стараюсь подлатать автобота, как можно лучше. Почему-то мне кажется это правильным.
- Я раньше тебя не видел. – спустя несколько минут тишины, прерываемой звуками запаивания, начал разрушитель. – Новенькая? – попытался съехидничать, но его прервал приступ кашля. Юмора я не оценила и продолжила заниматься своей работой, стараясь делать все очень аккуратно.
- Частично. – коротко отозвавшись, поймала на себе заинтересованно-вопросительный взгляд Уилджека и подумала, что, нагнав интригу, ничего плохого не произойдет. – Уже почти год здесь, а что? – твердо посмотрев на того исподлобья прямо в оптику, получила лишь хмурый взгляд в ответ.
- И к чему тебя назвали человеком? – не прерывая зрительного контакта, спросил пленный.
Этот вопрос я предпочла оставить без ответа, отведя взгляд в сторону и ставя часть брони рэкера на место. Теперь оставалось только провести общее сканирование – дабы узнать, где еще имеются проблемы – и все будет готово.
Взяв с рабочей поверхности прибор, навела его на автобота, медленно сканируя.
На самом деле, мне бы очень хотелось поведать историю о том, как, благодаря ему же, человек расстался с жизнью, «перерождаясь» и получая второй шанс, но смотря на то, в каком шатком положении находится разрушитель, я воздержалась, продолжая работать над задачей, выполнение которой не было обязательным.
***
Весь оставшийся вечер в Даркмаунте было спокойно, если не учитывать того факта, что я, буквально полчаса назад, выползла из пыточной, еле перебирая ногами. Было морально тяжело наблюдать за этим. Да и, честно говоря, быть на побегушках у Старскрима выматывало не меньше. То подай, то принеси, то положи – это просто невыносимо! Если бы не приказ Мегатрона, Скрим уже был бы не жилец!
После очередного отрицательного ответа автобота, нещадно травмируемого, я не выдержала и сорвалась на сикера со словами «Да хватит уже!», чем вызвала удивление обоих – ах да, вехиконы, по ту сторону створок, тоже как-то притихли.
Завязался спор, переросший в откровенную ругань с элементами драки. А все почему? Потому что бессмысленно так изводить пленного, если он действительно ничего не знает. Да и гуманнее всего было бы использовать психо-картикальное соединение. Но кто же ко мне прислушается?
Вот по этой причине нижние ярусы башни были слушателями ежедневных склок, прервавшиеся благодаря тому, что Саундвейв вызвал нас обоих в главный Технический зал.
Язвительно обмениваясь друг с другом некоторыми фразочками, направились на место назначения, злостно переглядываясь между собой.
Явившись к главным терминалам, оказалось, что никакой тревоги нет и никаких сигналов автоботов замечено не было.
Недовольно пискнув, Старскрим послал Саундвейва к Юникрону и отошел к оборудованию, самостоятельно мониторя все на наличие врагов.
- Ты специально это сделал, чтобы прекратить этот балаган? – понимающе-спокойно обратилась я к связисту, на чьем визоре, в ответ, засветился улыбающийся смайлик.
- Ясно. – на выдохе молвила, уперев руки в бока. Тишь да гладь, прерываемые раздраженными вздохами Истерички. Огромного размера помещение слегка освещалось экранами многочисленных мониторов и тускло-фиолетовыми лампами на потолке.
Не смотря на давящую атмосферу ситуация казалась мне достаточно комичной, поэтому на моем лице еще некоторое время виднелось некое подобие легкой ухмылки.
Все-таки здесь бывают и веселые моменты, не смотря на все тревожные события.
***
Прошествии получаса Нокаут и небольшая кучка вехиконов были отправлены на Кибертрон, дабы разыскать в руинах артефакты Иакона. Это однозначно было очень важно, ведь автоботы, скорее всего, не уничтожены и могут вскоре тоже этим заняться.
Мне так хотелось отправиться туда с медиком, но командующий направил меня опять убирать беспорядок в пыточной, велев взять пробу энергона Уилджека на всякий случай. Рэкер был опять без сознания, протяжно и слабо вентилируя.
Заторможено оглядевшись вокруг, я принялась делать то, что мне было велено. Повреждений было опять немерено, что каждый раз заставляло меня нервно хмуриться, рассматривая в манипуляторах очередной инструмент, подходивший больше для пыток, но никак не для починки.
От большого количества бессонных ночей мой процессор очень долго анализировал все происходящее, положившись полностью на действия, доведенные до автоматизма. Из-за отсутствия перезарядки я стала больше витать в облаках, сходя с ума от гробовой тишины и отсутствия возможности хоть с кем-то поговорить.
Моей очередной обязанностью стало круглосуточное наблюдение за пленным, составление отчетов о его состоянии и, по возможности, дополнительные допросы, коих проводить не стала.
Уже несколько дней не покидает мысль о том, что теперь мой родной город уничтожен, а родители где-то, надеюсь, живы. Больно смотреть на почерневшие облака, с грустью испускающие по несколько капель холодного дождя. Хотя, признаюсь, на четвертый день я уже перестала думать о чем-то другом, кроме долгожданного сна: системы стали часто перегреваться, выдавая оповещение о необходимой перезарядке; манипуляторы не слушались, часто роняя какие-то предметы; серво иногда сильно подкашивались, заставляя молиться всем Богам, дабы не упасть в грязь лицом перед кем-то.
Мысли о том, что подобное может произойти прямо на глазах у Старскрима придавали мне сил держаться, и с максимально безразличным лицом отдавать отчеты лично в руки командующему.
Именно «в руки» меня и смутило, ведь можно было бы просто передавать информацию по внутренним каналам связи – комлинку – но нет, ему, видимо, хочется вконец меня загонять.
Мои аудиосенсоры убавили в чувствительности, не получив отдыха, и могут некоторые вещи не воспринимать, но это никак не относится к надменным размеренным шагам одного очень неприятного меха. Стремительно приближающиеся стуки каблуков о металлический пол нагнетали все больше и больше, словно погружая в канистру с ледяной водой.
Выпрямившись, я выразительно посмотрела на вошедшего, что лишь пренебрежительно бросил что-то очень маленькое на предметный столик с чистыми сверлами, одаривая меня презрительным взглядом.
Его окуляры обвели бессознательного пленного и задержались на мне. Скрестив манипуляторы на груди, я прямо уставилась на сикера, нахмурившись. Интересно, как же это выгляди со стороны? Два недолюбливающих друг друга десептикона пускают молнии взглядом, мечтая станцевать на могиле оппонента напротив.
Алая оптика вызывала лишь отвращение и явную неприязнь, что, кстати, было весьма взаимным.
Чувственно фыркнув, Старскрим бросил последний взгляд на брошенную вещь и, развернувшись на каблуках, вышел из отсека с высоко поднятой головой.
Почему ему так нравится видеть меня в таком скомканном состоянии? Из-за, все той же, неприязни, полагаю, но сам факт того, что мы коллеги, должен был хоть как-то унять его садистские наклонности. А ведь однажды, поддавшись соблазну, я со всей силы ударю ему по затылку какой-то железкой побольше, дабы тот уж точно слег.
Переведя взор на свои же манипуляторы, задумалась, а стоит ли мне продолжать быть здесь. Правильно ли я поступаю, фактически выступая против человечества и людей, которые мне важны? Хотя, думаю, те кто мне дороги находятся не только на стороне автоботов, что ухудшает все положение дел.
Большие металлические ладони до сих пор казались чужими, но ощущались как свои собственные. Понимание того, что я теперь совершенно другая, закрадывалось в сознание с переменным успехом. Привычное ощущение прохлады казалось, время от времени, чем-то отвратительным, ненормальным. Ощущать тепло своей же Искры в груди день за днем все привычнее.
На секунду бросив взгляд на отполированную металлическую поверхность, я завороженно уставилась в отражение яркой желтой оптики. Пальцы медленно коснулись лицевой пластины, чувствуя все тот же холод.
Резкий звон цепей вывел меня из раздумий, заставив слегка вздрогнуть и резким движением подцепить пальцами тот жучок, что принес Старскрим. Чертыхнувшись, вновь принялась за починку корпуса меха, ловко и незаметно определяя отслеживающее устройство вглубь его шестеренок.
И, все же, есть некие плюсы в моем нынешнем положении. Осталось лишь их найти.
***
Коридоры, бесконечным лабиринтом расположенные практически по всей цитадели, непривычно отличались от корабля. Пусть и не критически, однако местами было дискомфортно. Да и новая расцветка вехиконов подливала масла в огонь. Тусклое освещение было единственным, что не действовало на нервы.
На пути к помещению, где предположительно мог находиться сикер, я успела уже раз пять заблудиться. Черт его дернул гонять меня по всей крепости, дабы просто-напросто сдать этот дебильный отчет! Так ладно еще это, но беспрерывно быть рядом с рэкером – уже конкретный перебор!
Будучи уже давно не человеком, потребностей не убавилось: употребление энергона, обязательная регулярная перезарядка, регулярный техосмотр и наблюдение за состоянием нейронных сетей. Ошибок пока не выдавало, однако процессор местами начинал перегреваться от постоянного нахождения в замкнутом помещении со слабо работающими вентиляционными системами. Кроме этого оптика уже просто ныла от напряжения.
Было бы на много проще, если бы Старским принципиально не блокировал мой канал комлинка. Дело в том, что командующему безусловно доставляет удовольствие делать так, что мне было бы плохо или же некомфортно.
Блуждая по коридорам уже некоторое время, невольно задумываюсь, почему это пресмыкающееся создание относится так именно ко мне? Собственно говоря, у меня и в мыслях не было подлизываться или, тем более, строить глазки Мегатрону. Возможно, играет роль отвращение к ранее белковой форме жизни, что при определённых обстоятельствах, слегка изменилась. И приобрела некоторые возможности и права соответственно.
Почему же я просто не спросила у рядовых, где находится Старскрим? Все просто – спрашивала. Однако, они, один за другим, пожимали плечами и отрицательно мотали шлемами.
- Может в главном Техническом? Слышал, что там сейчас Лорд Мегатрон. – подсказал мне эрадикон, что невольно стал слушателем моего возмущенного бубнежа. Я зависла буквально на секунду, приводя меха в недоумение.
Быстро придя в себя, развернулась в предполагаемом направлении, не забыв скудно поблагодарить.
Робкое удивленное «не за что» приподняло уголки губ и мое настроение.
***
Из помещения доносились звуки сварки, легкого скрежета металла и разговоры. Отчетливее всего можно было услышать голос Повелителя, спрашивающего об уцелевших данных.
-...только примерное направление, куда уехали Арси и человек. – первое, что донеслось до моих аудиосенсоров, переступив порог.
Саундвейв, склонившись над платформой запаивал Лезербика, а, по обе стороны от связиста, стояли Мегатрон и Старскрим.
- Очевидно, нам нужно улучшать методы охоты на автоботов, - раздраженно молвил гладиатор, сжимая правую ладонь в кулак, - и получить тактическое преимущество, а затем его закрепить. – дождавшись окончания рассуждений меха, я, все-еще стоя у створок, тактично кашлянула, спрашивая разрешение на сдачу отчета и подходя чуть ближе.
- С каких это пор разрешено подобным способом информировать? – слегка раздраженным голосом спросил меня Лорд, скрещивая манипуляторы на грудных пластинах. Невооружённым глазом видно, как напрягся Скрим.
- С тех самых, как я получила приказ от Старскрима. – невозмутимо проговорила я, наблюдая за сменой настроения двух мехов.
Фэйс Мегатрона исказился в гримасе жутчайшего негодования.
- Старскрим, не вынуждай меня вновь разъяснять тебе положение дел! С каких это пор ты уполномочен устанавливать порядки?! – можно смотреть вечно на то, с какой скоростью меняется настроение Истерички: с надменного до жалкого боязливого. Его крылья непозволительно сильно поджались, а корпус значительно осунулся под тяжелой аурой гладиатора.
Прикол в том, что у десептиконов есть определенные правила, которым они должны следовать. Одно из этих правил гласит, что если за пленным наблюдает от одного до двух мехов, то отчет о положении дел должен доставляться исключительно по внутреннему шифрованному каналу связи! И никак иначе! Так же это зависит от степени опасности врага, а Уилджек, как всем известно, имеет высокий уровень в данном плане.
Еще есть один нюанс: за таким опасным мехом должны вести наблюдение от двух воинов, дабы предотвратить возможный побег или еще что похуже.
Соответственно, несоблюдение правил влечет за собой пояснительную «беседу» с вышестоящим. Если нарушение несерьезное – выяснение отношений со старшим по званию. Если же прокол серьезный, то пиши-пропало.
«Разговоры» данного плана с Мегатроном нередко заканчивались дезактивом. Исключением всегда был сикер, умело подбирающий нужные слова, дабы оправдать свои поступки и просто-напросто выжить. Под горячую руку он попадал часто, но это не мешало ему во всем потакать Повелителю и поддакивать, везде следуя за ним хвостиком.
- П-повелитель, я просто, - начал было Старскрим, но его прервал голос из динамиков.
- Лорд Мегатрон, - донельзя довольный голос Нокаута разрушил все ожидания на невероятный концерт, - я готов вернуться в цитадель. И, уверен, Вы захотите увидеть то, что я обнаружил. – по этим мурлыкающим нотками можно было догадаться, что его находка обязательно должна понравиться Повелителю.
Дослушав медика, Мегатрон велел связисту открыть телепорт.
Не в силах наблюдать за всем издалека, я подошла ближе, ставая рядом с платформой, где находится полуразбитый миникон Саундвейва.
Скосив на меня свой недовольный взор, сикер выровнялся и, с чувством собственного величия, стал рядом с Лордом.
Голубоватая воронка сразу же явила нам ухмыляющегося Нокаута, что намеренно тянул резину, не раскрывая нам все карты.
- Мне срочно нужны хорошие новости! – сходу повысил голос гладиатор, нетерпеливо делая пару шагов вперед. – Давай, Нокаут, скажи, что ты нашел что-то полезное!
- Что-то, мой Господин, - сказал док, манерно делая поклон и указывая двумя манипуляторами в сторону телепорта, якобы выступая на сцене, - и кого-то. – плавно отойдя в сторону он переключил внимание всех на тяжелые и уверенные шаги, доносившиеся из недр воронки.
Секунды три понадобилось для того, чтобы темно-фиолетовый грузный мех предстал перед нами. Его левый манипулятор полностью состоял из огромной пушки, от которой, словно некий хребет, тянулся кабель прямиком к задней части корпуса. Так же, невозможно не заметить, что лицо ему полностью заменяет один ярко-красный окуляр.
- Шоквейв, - уже более спокойно протянул Мегатрон, издавая легкие невесомые смешки, которые, к моему удивлению, показались весьма милыми, - то самое «тактическое преимущество».