Игра на выживание
Ира очнулась от боли. Руки затекли от тугих верёвок, которыми её привязали к стулу, а во рту ощущался привкус крови. Она смутно помнила, как её выволокли из машины и затащили в этот сырой, пропахший плесенью подвал. Голову пронзила тупая боль, вероятно, от удара, который ей нанесли, когда она пыталась вырваться.
Перед ней стояли трое мужчин, все — черёмушкинские. Один из них, с золотыми зубами и злобной ухмылкой, медленно подошёл к ней и схватил за волосы, заставляя поднять голову.
— Очнулась, птичка? — прорычал он. — А мы уж думали, ты так и сдохнешь, не доставив нам удовольствия.
Он ударил её по лицу. Ира застонала, но не дала себе закричать. Боль отозвалась в каждой клетке тела, но она упрямо сжала зубы. Другой бандит, с бычьей шеей и татуировками на руках, взял в руки нож и медленно провёл лезвием по её щеке, оставляя тонкий, но заметный порез.
— Где твой братик, а? — проговорил он, наклоняясь ближе. — Мы знаем, что ты — его слабость.
— Пошли к чёрту… — прохрипела Ира, сплёвывая кровь на пол.
— Неправильный ответ! — взревел третий, и её живот пронзила вспышка боли от сильного удара кулаком. Воздух вышибло из лёгких, Ира согнулась, захлёбываясь кашлем.
— Знаешь, что я люблю в таких, как ты? — продолжил он, перехватывая нож поудобнее. — Сначала вы дерзите, плюётесь, смотрите волком… а потом, когда боль становится нестерпимой, начинаете умолять.
Он резко воткнул нож в дерево стула рядом с её бедром. Ира вздрогнула, но не издала ни звука.
— Давайте-ка попробуем ещё кое-что, — раздался голос второго.
Второй подошёл, достал зажигалку и медленно поднёс пламя к её руке. Жар начал жечь кожу, но она лишь стиснула зубы, отказываясь показывать боль.
— Сука упрямая… — раздражённо выругался один из них.
Они продолжали. Удары сыпались один за другим, синяки мгновенно проступали на её коже. Один из них схватил её за подбородок и приподнял лицо, чтобы посмотреть ей в глаза.
— Будешь говорить? — спросил он.
Ира усмехнулась сквозь боль.
— Даже если бы знала, вам бы не сказала.
Ещё один удар. На этот раз в губы, кровь потекла по подбородку. Она почти теряла сознание, но не позволяла себе сломаться. Как вдруг…
Раздался грохот. Затем выстрел. Один из черёмушкинских рухнул на землю с дырой во лбу. Второй даже не успел понять, что произошло, как его настигла пуля.
Последний, тот самый с золотыми зубами, бросился за оружием, но тут же почувствовал холод стали у своего виска.
— Дёрнешься — и сдохнешь, — раздался голос, от которого у Иры екнуло сердце.
Витя.
Через мгновение и последний враг был мёртв. В комнате запахло порохом и кровью.
Пчёла тут же бросился к Ире. Она едва держалась. Кожа была в синяках, губы разбиты, одежда в крови, а на щеке — большой порез, из которого течёт алая кровь. В глазах мутилось.
— Ира… — его голос дрожал.
Она попыталась сказать хоть что-то, но силы покинули её. Её тело обмякло, и она рухнула в его объятия, теряя сознание.
Витя прижал её к себе, осторожно провёл пальцами по её лицу, сжимая зубы от ярости.
— Ты будешь жить, слышишь? — прошептал он, поднимая её на руки. — Я тебя не отпущу.