3. Спорим?
Влад лениво потянулся за новой кружкой — пальцы его правой руки уже сомкнулись вокруг прохладной керамической ручки, как вдруг его взгляд, а следом и взгляды большинства его приятелей, приковались ко входу.
Дверь паба открылась, и в «Raven’s Nest» вошла четверка девушек. Тяжелая дубовая створка со знакомым скрипом отворилась.
Они сбросили с плеч легкие куртки — кто-то небрежно, одним движением, кто-то аккуратно, поправляя волосы. Девушки оглядели зал, и их звонкие голоса перекрыли на мгновение даже гул музыки.
Их было четыре, и каждая будто сошла с обложки журнала.
Миловидная блондинка — невысокая, с большими голубыми глазами и детским разрезом губ.
Рыжеволосая — огненно-рыжая, с копной кудряшек, падающих на плечи, — что-то оживленно рассказывала подругам, жестикулируя тонкими, ухоженными руками.
Высокая с розовыми волосами — ярко-розовыми, будто она только что вышла из аниме.
Но взгляд Влада, почему-то, как магнит, потянулся к той, что шла чуть впереди.
Шатенка с каштановыми волосами, собранными в небрежный пучок на затылке, из которого выбивались непослушные пряди.
— Какие цацы... — присвистнул Артем, откладывая в сторону пустую тарелку из-под крыльев и вытирая пальцы салфеткой.— Кто это?
— Вижу, я не один такой, — усмехнулся Дэрек, наконец-то отпустив официантку, которая тут же, воспользовавшись моментом, умчалась по своим делам — точнее, к соседнему столику, где кто-то нетерпеливо махал рукой, требуя счёт. Катя бросила на Дэрека быстрый, чуть ревнивый взгляд — но промолчала, скрывшись за углом бара.
— А я их знаю, — начал Саша, — Вон та блондинка — Снежка, кажется. Рыжая — Алена, настоящий запал. Язык без костей, спорить с ней себе дороже. Розовую не знаю. А вон та, с каштановыми волосами... Варя, с экономического. Говорят, звезда факультета и с характером.
— с характером? — переспросил Дэрек, скептически изогнув бровь.
— Ага. В прошлом семестре какой-то мажор из Высшей школы бизнеса пытался за ней приударить. Цветы, рестораны, машина с водителем. Она его так отшила, что он полгода в мужскую компанию боялся выходить.
Влад не отводил от девушки взгляда. В его голове уже щелкали шестеренки — быстро, ритмично, с той хищной точностью, с какой калькулятор складывает многозначные числа.
— Что, Влад, запал? — Корвин, заметив заинтересованность друга, ехидно хмыкнул. Он даже отложил телефон на стол — впервые за вечер — и уставился на Влада.
— Заинтересовала, — только и смог выдохнуть синеглазый.
И тут у Саши загорелись глаза. Сначала в них вспыхнула искра — та самая, что всегда предвещает либо гениальную идею, либо грандиозную глупость. Он переглянулся с Артемом и Дэреком — быстрый, молчаливый обмен взглядами, полными значения, — и на его лице расплылась ухмылка. Медленная, широкая, от уха до уха.
— Слушай, а давай спор, — предложил он, наклоняясь к Владу. Его голос стал вкрадчивым, маслянистым, как у торговца на восточном базаре. — Ты же такой мачо, у тебя они сами липнут, да?
Влад насторожился. Зрачки его сузились, плечи чуть напряглись. Он знал этот тон. Но любопытство пересилило.
— К чему это ты?
— А к тому, что если ты такой крутой, попробуй замутить с ней. Серьезно. Не на одну ночь, а чтобы она твоей девушкой стала.— Саша откинулся на спинку и сложил руки на груди.
— Да легко. За неделю справлюсь — Влад даже не задумался.
— Ох, какой самоуверенный! — рассмеялся Александр. — Но неделя — это слишком просто. Давай по-взрослому. Вот тебе три месяца. Если через три месяца Варя будет твоей официальной девушкой, и вы будете вместе хотя бы еще месяц... — он сделал театральную паузу, наслаждаясь моментом, — мы скинемся и отдадим тебе сорок тысяч долларов.
Влад присвистнул. Сумма была не маленькой даже для их компании.
— А если проиграешь, — вступил в переговоры Дэрек, — значит, ты не такой уж и бог соблазнения.
— И ты нам будешь должен. Сорок тысяч. — Встрял Мэтт.
— Каждому, — добавил Артём.
Влад же не сводил глаз с друзей. Вызов был брошен, азарт заиграл в его глазах. Он чувствовал себя охотником, высмотревшим самую ценную добычу. Адреналин заструился по венам, разгоняя кровь быстрее, чем любая выпивка.
— Три месяца? — он пренебрежительно махнул рукой, откинулся на спинку дивана и сделал глоток пива. — Ребята, вы что, с луны свалились? Я и за месяц справлюсь. Идет.
Он протянул руку для рукопожатия. Артем, Саша, Мэтт и Дэрек, переглянувшись, пожали её по очереди: сначала Артём, потом Саша, Матвей и наконец Дэрек. Спор был заключен.
Корвин, наблюдавший за всей сценой с каменным лицом, покачал головой и снова уткнулся в телефон, что-то бросив под нос:
— Идиоты. Все вы идиоты.
Его голос прозвучал тихо, почти ласково, но в этой тишине было больше осуждения, чем в крике.
Затем он поднял голову — медленно, тяжело, как человек, который устал от глупости окружающих, но ещё не до конца потерял надежду их вразумить.
— А вы не думали, что она, вообще-то, человек, а не приз в вашем споре? — его голос был ровным, но в нём явственно читалось презрение.
— Ой, Воронов, началось, — вздохнул Арт, закатывая глаза. — Не будь занудой. Все же веселятся!— Он взял со стола очередную горсть чипсов и демонстративно захрустел, показывая, что ни о каких моральных дилеммах слышать не желает.
— Веселье за счет другого – сомнительное веселье, — парировал Корвин, снова погружаясь в экран смартфона. Пальцы его забегали по клавиатуре — Но что с вас взять.
— Да ладно тебе, — встрял Саша, пытаясь сгладить ситуацию. Он положил руку на плечо Корвину, но тот чуть заметно повёл плечом, сбрасывая её. — Никто никого не обижает. Влад пофлиртует, может, и правда что-то получится. Все в выигрыше.
— Если только он не сольется и не останется нам должен, — ехидно добавил Дэрек.
— Эй, Мэтт, — тихо окликнул Влад Матвея, не отводя глаз от цели. — Ты с экономического. Что она любит? Чем увлекается?
Матвей, который всё это время сидел тихо, погруженный в свои мысли и остатки пива, пожал плечами:
— Хз, братан. Знаю, что моду любит, тусовки, инстаграм ведет, фотки часто постит. В библиотеке её часто вижу. Не твой стиль, кажется.
— Любой стиль — мой стиль, если постараться, — уверенно заявил Влад. Он уже выпрямился, расправил плечи, и на его лице снова заиграла самоуверенная улыбка. — Библиотека, говоришь? Ну что ж... Завтра начну просвещаться.
— О, Господи, — простонал Корвин, снова отрываясь от телефона. — Только не превращай храм знаний в свой личный тир, Князев!
В этот момент Варя, как будто почувствовав на себе пристальный взгляд, обернулась. Её взгляд встретился с взглядом Влада. На секунду — короткую. И затем, улыбнувшись чему-то своей подруге, повернулась обратно.
Корвин лишь покачал головой и снова углубился в переписку с Машей. Он уже предвидел, чем закончится эта авантюра — битым сердцем, пустыми карманами и испорченной репутацией, — и ему было искренне жаль ту самую Варю, даже не подозревавшую, что стала разменной монетой в глупом споре.