Глава 26. Выбор ледяной ведьмы
Когда Джереми Сейбел думал, что смирился со своей несчастной судьбой, оказалось, что это было вовсе не так. По дороге на север у него стучали зубы — то ли от холода, то ли от страха. А оказавшись на месте, все сомнения окончательно развеялись.
Увидев своими глазами то, о чём прежде ему приходилось только слышать, Джереми изо всех сил держался, чтобы не рухнуть от страха.
Резиденция северной герцогини называлась Эдельвейс и представляла собой огромную территорию с дворцом изо льда. По размерам он не уступал даже императорскому дворцу. Внешне это место действительно напоминало ожившую сказку.
Ни одна из ледяных фигур, которые Джереми доводилось видеть каждый год в своём городе во время новогодних праздников, не могла сравниться с этим местом. Поместье больше походило на произведение искусства, нежели на дом, в котором могли жить люди.
Изящные ледяные башни, ворота и декоративные украшения невообразимой красоты. И всё это было сделано исключительно изо льда. Если бы Джереми находился в другой ситуации, то непременно оценил бы всю эту красоту по достоинству, как будто попал в музей. Но сейчас... Этот великолепный дворец больше напоминал ему тюрьму.
Всё вокруг было запорошено снегом, и даже у выносливых растений не хватило бы сил пробиться сквозь мёрзлую землю. Несмотря на то что Джереми надел самый тёплый плащ, который у него был, его всё равно пробирала дрожь с головы до ног.
Но низкая температура в минус пятьдесят градусов была ничем по сравнению с тем ужасом, который парень ощущал глубоко внутри себя. Он был гораздо более леденящим, чем всё остальное здесь.
На сказочно белом снегу повсюду была кровь. Когда Джереми увидел, как алая жидкость пропитывает белые хлопья, его едва не схватил рвотный рефлекс.
Очередного парня вынесли из замка, словно какую-то тушу. Когда Джереми увидел, как его сверстник, которого он видел живым всего пять минут назад, превратился в окровавленный труп, он стал бледнее снега. Его губы задрожали.
Слуги ледяного замка несли убитого за руки и за ноги, а затем безжалостно бросили в овраг. В конце концов, после смерти эти варвары даже не удосужились отдать тело семье.
Хотя... Кому это здесь нужно? Как бы то ни было, в этом месте собрались отбросы благородных семей, чьё существование было безразлично их родителям. После того как от них избавятся, никто не будет по ним тосковать.
Благородные юноши выстроились перед главными воротами. Их по одному пропускали внутрь, чтобы они могли встретиться с ледяной ведьмой. Они не только замёрзли, но и были до смерти напуганы. По всей очереди стояла гробовая тишина. Изредка раздавались всхлипывания.
Джереми замыкал эту очередь «смертников» одним из предпоследних. Будь его воля, он бы бросился бежать отсюда, как только представилась возможность. Но Кальсион, верный слуга его отца, остался здесь, чтобы присматривать за ним.
— Сэр...! — Джереми испуганно вцепился в локоть своего сопровождающего: — Вы ведь видите, что здесь творится! Как отец может быть таким жестоким? Он действительно хочет попрощаться со мной?!
— Молодой господин, вы слишком преувеличиваете... — старик кашлянул.
— Преувеличиваю? Неужели?
В этот момент из дворца вынесли ещё один труп. Знаменитый повеса из графской семьи Лангранж, о похождениях которого была наслышана вся столица. В конце концов граф не выдержал и отправил сына, порочащего репутацию их семьи, сюда.
Лицо молодого человека было прекрасно, как цветок. Он был хорошо образован и весьма талантлив. Можно было бы даже подумать, что несчастный не так уж и безнадежен и попал сюда по ошибке. Но... Даже красивое лицо не спасло его от ужасной участи.
Когда Джереми увидел это, его ноги невольно подкосились. Если даже такого красавчика убили, то какой у него может быть шанс? Представив, что через пару минут трупом на носилках станет он сам, сын барона не выдержал и разрыдался на всю округу.
— Молодой господин, не печальтесь. Всё не так плохо, как вы думаете.
— Да что ты говоришь?!
— Видите, как Его милость заботится о вас? Он сватает вас за принцессу севера! Не каждому выпадает такая возможность...
— Конечно! — Джереми истерически засмеялся: — Тогда почему сюда привели именно меня, а не других братьев? Или я единственный достоин такой почести?
На это у старика не нашлось что ответить.
Впрочем, бежать было уже поздно. Не прошло и десяти минут, как настала его очередь. Кальсион одобрительно подмигнул ему, сжал ладонь в кулак и продемонстрировал «боевой жест». Джереми захотелось убить его за это.
На трясущихся ногах Джереми вошёл внутрь. На ледяном троне восседала женщина холодной красоты. У неё была белоснежная кожа и серебряные волосы. Казалось, что принцесса Северного герцогства тоже была сделана изо льда.
Холодные голубые глаза не проявили к Джереми никакого интереса. Безразличие, отразившееся в них, заставило юношу задрожать ещё сильнее.
Он застыл, как вкопанный, не зная, что делать дальше. Так или иначе, его жизнь висела на волоске.
В сложившейся ситуации у Джереми Сейбела оставалось только два выхода. Попытаться соблазнить эту ледяную женщину, чтобы избежать смертной казни. Но даже если парню это удастся, то возможный исход пугал его ничуть не меньше! Джереми совсем не хотел жениться на этой ведьме.
Был и второй вариант — всеми силами отвадить принцессу от себя. Но это практически сразу означало верную гибель.
Как ни посмотри, это был тупик.
И пока Джереми пребывал в отчаянии, кусая губы и старательно пытаясь подобрать слова, он не заметил, как прошло уже полчаса. Всё это время ледяная ведьма просто молча смотрела на него.
Впервые смотрины продолжались так долго. Даже слуги ледяного замка забеспокоились, решив, что принцесса, должно быть, в ярости. В конце концов, этот неотесанный грубиян даже не соизволил поприветствовать её должным образом!
Чтобы не раздражать принцессу ещё больше, слуги собирались обойтись с сыном барона так же, как и с остальными. Один из стражников за спиной Джереми уже успел выхватить меч и замахнуться им, как вдруг девушка подняла руку.
Этот жест заставил всех в главном зале замереть.
Внезапно палец герцогини в перчатке из тонкой атласной ткани переместился на рыжеволосого юношу.
— Я выбираю его.
Джереми Сейбел подумал, что ослышался.