Шрамы на бетоне

Сцена 1. Иллюзия нормальности
Утро в университете кажется Фадиме сном. После серого бетона общежития «Кая» здесь всё слишком яркое: белые колонны, смех студентов, запах свежего кофе. Она сидит в библиотеке с Керемом. Он помогает ей с конспектами по экономике. — У тебя очень красивый почерк, — мягко говорит Керем, касаясь её пальцев. — Но почему ты всегда так сильно сжимаешь ручку? Твои руки постоянно в напряжении.
Фадиме быстро убирает руку под стол. Она не может сказать ему, что её руки привыкли сжиматься в кулаки или закрывать голову от ударов. — Просто... привычка, — шепчет она, заставляя себя улыбнуться. В это время Акча на улице весело спорит с Денизом о новом фильме. Дениз смешит её, и Акча на мгновение забывает, что ей нужно вернуться в «ад» к семи вечера, чтобы не разозлить Исо.
Сцена 2. Столкновение миров
Исо и Чакыр едут мимо на старом, дребезжащем «Фиате». Они только что закончили разгружать фуры на складе — работа тяжелая, грязная, за сущие копейки. Исо вытирает пот со лба, и его взгляд падает на ворота университета.
Он видит их. Фадиме выходит из здания, и Керем накидывает ей на плечи свою куртку, потому что подул холодный ветер. Она не отстраняется. Она смотрит на него так, как никогда не смотрела на Исо — с доверием.
Внутри Исо что-то с треском ломается. Это не просто злость, это обжигающая, ядовитая ревность. Он чувствует себя ничтожеством в своей грязной майке по сравнению с этим чистеньким мальчиком. — Глянь на них, — хрипит Чакыр, его глаза прикованы к Акче, которая смеется над шуткой Дениза. — Нашли себе «принцев». Думают, отмоются от нашей грязи?
Исо резко бьет по рулю. Сигнал машины разрезает воздух, заставляя студентов обернуться. Исо смотрит на Фадиме в упор. В его глазах — обещание расплаты. Фадиме бледнеет, куртка Керема кажется ей теперь непосильной ношей. Она знает: вечер будет долгим.
Сцена 3. Кухонная инквизиция
Вечером в общежитии Исо ждет её в дверях. Как только Фадиме заходит, он хватает её за локоть. Его пальцы впиваются в синяк, оставленный им вчера. — На кухню. Живо, — цедит он.
В кухне пахнет прогорклым жиром. Исо швыряет на стол пакет с продуктами. — Я голоден. Сделай мне ужин. И чтобы было как в твоих «лучших домах», Кочари. Фадиме начинает чистить картошку. Исо стоит рядом, слишком близко. Он берет нож и начинает крутить его в руках.
— Твой новый дружок... он знает, что ты живешь в крысятнике? — спрашивает Исо, срезая кожуру с яблока одним длинным движением. — Он знает, что ты стираешь свои шмотки в ледяной воде в общем тазу? — Ему всё равно, где я живу, Исо, — отвечает Фадиме, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Врешь, — Исо резко вонзает нож в деревянную доску прямо рядом с её рукой. — Ему не всё равно. Он брезгует тобой. Как только он увидит, как я вытираю об тебя ноги, он сбежит, поджав хвост.
Он заставляет её переделывать блюдо трижды. То соль не та, то нарезка некрасивая. В конце концов, он берет тарелку с горячим рагу и медленно выливает его на пол. — Убери. И приготовь заново. Я буду ждать здесь, пока ты не сделаешь идеально. Фадиме опускается на колени, собирая горячую еду тряпкой. Её руки обжигает, но она не издает ни звука. Она лишь смотрит на его ботинки и шепчет: — Ты никогда не будешь таким, как он, Исо. Ты просто пустая оболочка, полная ненависти.
Исо замахивается, чтобы ударить её, но останавливается в миллиметре от её лица. Его дыхание сбивается. Он видит в её глазах не страх, а глубокое, бесконечное презрение. Это ранит его сильнее любого удара.
Сцена 4. Патруль Чакыра
Акча возвращается позже, подрабатывая в библиотеке. Улицы вокруг «Каи» — территория банд и бродячих псов. Она идет быстро, сжимая в кармане газовый баллончик. Вдруг из подворотни выходят двое пьяных местных. — Эй, крошка, куда спешим? — один из них хватает её за сумку.
Акча хочет закричать, но тень отделяется от стены здания. Чакыр вырастает перед пьяницами как призрак. Его лицо в лунном свете выглядит демоническим. — Отойдите от неё, — его голос тихий, но в нем слышится обещание смерти. — Ты еще кто такой? — храбрится один. Чакыр не отвечает словами. Он бьет быстро, профессионально. Через минуту оба нападавших лежат в пыли. Чакыр оборачивается к Акче. Его кулаки в крови.
— Кто просил тебя лезть?! — кричит Акча, хотя её сердце колотится от страха. — Я бы сама справилась! — Сама? — Чакыр усмехается, вытирая кровь о джинсы. — Ты бы валялась в этой канаве через минуту. Иди домой, Акча. И не вздумай больше задерживаться. Если я увижу тебя с тем длинноволосым из универа в такое время — я ему ноги переломаю. — Тебе-то что? Ты меня ненавидишь! — Ненавижу, — подтверждает Чакыр, подходя ближе. — Но ты — часть моего мира. А чужих я в него не пускаю.
Сцена 5. Финал серии. Линия раздела
Ночью в комнате девочек Акча обрабатывает обожженные руки Фадиме. — Он зверь, Фадиме. Исо настоящий зверь. Тебе нельзя завтра идти на кухню. — Нет, я пойду, — Фадиме смотрит на свои бинты. — Он думает, что ломает меня, но на самом деле он ломает себя. Ты видела его лицо сегодня? Он был в ярости не из-за Керема. Он в ярости, потому что понял: я могу принадлежать другому миру. И он боится остаться в этом аду один.
В комнате Исо темно. Чакыр сидит на подоконнике. — Ты видел, как она на него смотрела, Исо? — спрашивает Чакыр. — Как на человека. А на нас они смотрят как на мусор. Исо лежит на кровати, сжимая в кармане ту самую деревянную фигурку птицы. — Мы и есть мусор, Чакыр. Но этот мусор их еще задушит.
Исо закрывает глаза, но видит только улыбку Фадиме, предназначенную не ему. Он сжимает кулаки так сильно, что костяшки хрустят в ночной тишине.