Между Мирами

Погода не стала лучше, наоборот, снег только усилился, становясь препятствием на дороге, но это не в первый раз, верно? Они должны это преодолеть, снова, то время, ставшее для них кошмаром, снова наступило. Но оно было гораздо страшнее. Фургон остановился на пустой дороге через лес, ни души. Каждый шорох рядом напрягал, а громкий звук - пугал. Они не знали что делать, знали только одно - чтобы это исправить, нужно найти Лену. Никак иначе, она сама - причина этого, и, возможно, ей решать кто выживет, а кто нет.
Элли стояла у фонарного столба, считая снежинки, которые падали ей на лицо. Раз, два, пять, тридцать... А смысл? Всё равно, что считать овец перед сном когда у тебя трехнедельная бессонница.

— Ты не примерзла к этому столбу? — Бобби подошёл сзади, в голосе слышалась нотка его старых шуток, которые он использовал всегда неуместно, но зато поднимал настроение в напряженные моменты. — Где твои перчатки.

— Я забыла их в фургоне, я ненадолго вышло. Там так душно... — она сжала губы. — Как там Кэсси? Она не пришла в себя? Это всё произошло так быстро, я даже моргнуть не успела.

— Всё так же, не очнулась ещё, — он помотал головой. — Ты помнишь о чём я просил?

Она подняла голову, память у неё была хорошая, но подобные вопросы от него иногда вводили в ступор.

— Не помнишь, значит? — он подошёл ближе. — Не ходи одна, а тем более зимой... Кто знает, вдруг ты вновь пропадёшь? Если я не смогу снова стать спасителем? Что тогда, мне жить с этим дальше?

— Бобби... Я никуда не денусь, ты до сих пор не веришь в то, что я вернулась?

Он промолчал, просто крепко прижимаясь к ней всем телом. Она называла это обьятьями, а он защитой и оковами. Это было, что по его мнению, могло спасти её от второго исчезновения. Особенно когда эта дорога снова открыта, когда снова придётся кем-то жертвовать во спасение планеты.

— Ты такая хрупкая, что порой мне кажется, что ты просто растворишься. Прямо сейчас, у меня в руках. Ты не можешь снова исчезнуть, я не отдам тебя поворотной дороге повторно, и даже не думай геройствовать как Чейз тогда, поняла? — он был серьёзен, но в голосе слышалась нежность. — "Спасти мир" - это не причина для меня. Пусть я буду эгоистом, но твоя жизнь будет стоит дороже, чем...

— Бобби, давай без этих фразочек, — она усмехнулась, на лице появилась улыбка. Нежная и светлая. — Как-то приторно, не думаешь?

— Надо же, я думал ты любишь читать такие романы, где главные герои сжигают всё человечество и планету ради любимой. Я что, неправ? — он снял одну перчатку, надевая её ей на руку. — Положи вторую в карман, не хватало тебе заболеть.

— Не заболею, у меня крепкий иммунитет, забыл уже? Как мы тогда почти четыре часа гуляли, а у тебя снег был чуть ли не по колено.

Он улыбнулся, погружаясь в воспоминания.
Начало декабря, городская улица, вечер.

Кругом снег, свет фар, крики играющих детей. Они шли по улице держась за руки, Бобби дрожал.

— Я больше так с тобой гулять не буду! — он по-детски фыркнул, оглядываясь. — Многовато людей, все такие довольные. Мне что тут, одному холодно?

— Я тебе говорила, шапку надеть! Но нет, надо же показать брутальность. Правда ведь? — она ударила его по плечу, вприпрыжку отдаляясь от него.

— Мелкая, ты сама без шапки!

— Потому что я не жалуюсь на этот холод, — она подошла к огромной горстке снега неподалёку и рухнула прямо в него, ложась спиной. — Классно же, гулять зимой вечером. Темно и красиво. 

— Куда ты там легла? — его походка напоминала пингвина. — Двигайся давай.

Он лёг рядом с ней, совсем близко. Снег моментально заглушил все звуки рядом, и всё начало казаться таким... Отдалённым. Холод немного дошёл до спины, оставляя облегчающий след прохлады. Их дыхание было спокойным, чистым. Кто-то проходя мимо них осуждающе поглядывали, мол "взрослые уже!". Кто-то проходил с интересом и с желанием так же плюхнуться в снег.

— Я забыла про тесто! — Элли резко села, поправляя косички. — Сейчас всё пойдёт по одному месту, слышишь Бобби? Поднимайся давай, а! Не будь как маленький ребёнок.

— Элли, как ещё тесто? — простонал он. — Давай просто еды закажем, а? Чего напрягаться, иди обратно в это сугроб, тут так шикарно.

— Ты же говорил, что замёрз... — она ударила его по ноге.

— Ну вот что ты меня бьёшь? Парня не жалеешь, да? Хочешь меня в могилу свести?

— Бобби, ну хватит. Подьём, спящая красавица, а то вообще потом наступит кромешная темнота.

Они перебегали дорогу, немного спотыкаясь, но держась за руки. Она весело смотрела прямо ему в глаза, на её ресницах лежали несколько снежинок, что придавали ей уюта.

Данный момент.

— Да, у тебя хороший иммунитет, но это всё равно не отменяет того, что ты можешь заболеть, — его губы нежно коснулись кончика его носа, он недовольно промычал. — Боже, нос то холодный, тогда точно придётся идти погреться. Чейз сказал, что здесь есть дом в котором можно остановиться.

— Остановиться? Но кругом снова начинают обитать твари! На нас в любой момент могут напасть, понмаешь ты это? Только если это не такой дом-крепость, как у того типа... Эрика. По рассказам Скай, у него был какой-то особняк с непробиваемой защитой.

— Зато у нас есть Чейз. И Блейн, они вдвоём любого монстра положат. Ну, а я... Я могу им помочь в принципе, куда они денутся? Я душа нашей компании, без меня у них вряд-ли что-то получится.

— Да ну? — за их спинами показались они. Чейз и Блейн. — Бобовый, не соизволишь помочь мне уничтожить этих тварей, мы тогда доверим тебе остальных? А мы с ним так... За более мелкими поохотимся.

Элли хихикнула.

— Всё это конечно очень смешно и так далее, но теперь перейдём к серьезным вещам. Чейз, что за дом вообще? Он прямо тут рядом, и как вообще мы в нём сможем защитится от этих снежных существ? Какой план по спасению Лены?

Чейз замер на секунду.

— Тут есть коттедж, недалеко, пока монстров мало мы сможем побыть там, и плюсом... — он сделал долгую паузу, вдумываясь в слова. — Я подежурю, потом Блейн, не волнуйтесь, что умрёте вот так, по крайней мере, чтобы добраться до вас, им придётся убить нас.

— Ты их так классно утешаешь, — вмешался Блейн. — У Бобстера аж глаз дёргается.

— Ничего у меня не дёргается!

— Мы ждём вас в фургоне, заканчивайте свои... Ну, вы поняли.

Они ушли, снова оставив их одних. Элли переваривала информацию  в своей голове уже сотый раз за это время. Её интуиция подсказывала ей, что-то обязательно пойдёт не так, это всё как-то связано, они подозрительные в последнее время.

— Ты о чём-тозадумалась?

— Что-то тут не так, — она оглянулась, убедившись в отсутствии лишних ушей. — Тебе не кажется, что они что-то скрывают, м? Что-то не договаривают, особенно Чейз, когда я заговорила о Лене...

— Ты же знаешь, что ему сейчас тяжело без него. Он очень сильно её любит, ему больно слышать о ней, тем более зная о её, кхм, муже и похищении. Но кое-что мы знаем оба.

— Он не остановится, никогда, возможно, он притворяется спокойным. Он обязательно её найдёт. Это ты хотел сказать?

— Видишь, мы даже мыслим одинаково.

Спустя час они уже были у этого дома, в прошлый раз ничего хорошего не было, но тогда они были не одни. Он был идеален, совсем как из различных фотографий в интернете, которые привлекают покупателей. Снег был уже убран, в нём было два этажа, не слишком большой, но и не слишком маленький. Одним словом — идеально. Но казалось, что даже такой дом может стать целью беспощадных тварей. От этого было ещё страшнее, ещё ужаснее. Завтра должно было наступить Рождество, совсем скоро. Удастся ли им дожить до этого праздника? Или все надеды просто зря?

Они вышли из транспорта. Эван, держущий Кэсси вошёл первым, укладывая девушку на диван в гостиной. Внутри всё украшено, всё подготовлено для Рождества. Тёмного Рождества. Элли и Бобби вошли следующими. Тепло сразу окутало их, это было прекрасное чувство, когда приходишь уставшим в пятницу после тяжелого и холодно дня, ты ждешь одного — тёплого возвращения в тёплом доме. Возможно один, а возможно с близкими. Чейз и Блейн вошли последними, закрывая дверь на два замка. Даже не сняв пальто, они сразу направились на второй этаж. Молча. Без лишних слов.

Эван присел рядом с Кэсси, приложив к её лбу свою ладонь. Немного горячее, чем нужно, её глаза продолжали оставаться закрытыми уже долгое время, это молчание, к которому он  не привык, особенно к её. Эван осторожно, медленно взял её ладонь, прижимая к щеке. Он знал, что это вряд-ли поможет, но... Это было невозможно. Невозможно и мучительно ждать, пока она проснётся. Её ресницы иногда поддрагивали.

— Когда же ты проснешься... — он сжал её руку сильнее. — Ты такая глупая, почему не рассказала? Зачем злоупотребляла таблетками, — он разговаривал с ней. Со своей спящей Кэсси. — Пожалуйста, открой глаза и скажи, что больше не будешь так делать.

— Прости...

Он резко поднял голову. Её глаза ссовсем чуть приоткрыты, губы дрожат. Он всё ещё не верит, что услышал этот до боли знакомый и родной голос. Эван рванул к ней, зарываясь в шею. Аромат, от которого он сходил с ума был её. Руки, которые он не хотел никогда отпускать тоже её. Глаза, в которых он видел весь мир тоже её.

— Я выкину эти таблетки... я клянусь, я выкину их, если ты продолжишь так поступать, — его голос был твёрд, но тих. — Не пугай меня так, не заставляй думать, что потерял тебя.

— Обещаю, — она обняла в ответ, медленно и расслабленно. — Обещаю, Эв.

Первый этаж, терраса.
Элл стояла, наблюдая за каждой снежинкой, кажется, это уже стало её хобби. Она переоделась в теплый вязанный свитер и шапку.

— Снова снежинки считаешь? — он подошёл снова сзади, снова незаметно, протягивая кружку с горячим шоколадом. Он был чудесен на вкус, всё так, как она любила. — А я тебя искал.

— В этот раз надел шапку? — улыбнулась она, глядя на его закрутую голову. В её взгляде читалась усталость, смешанная с любовью. — Ты вообще как сегодня? Я заметила, ты был более молаливым.

— Да просто... Многое произошло, сама понимаешь. — Он взглянул на небо. — Снег всё идёт и идёт, не переставая. Помнишь тот день? Когда я признался в любви, ты была так счастлива и...

— Эй, Бобби, смотри какие горы! — Она указала пальцем вдаль, повернувшись спиной и подбегая ближе к дальней части. — Безумно красиво, правда? Ты знаешь, я никогда не была в горах, мне давалось полюбоваться их красотой только через учебнки.

— Ты меня вообще слушаешь? — он подошёл к ней со спины, немного обнимая. — Ты снова вышла одна, ты же мне обещала.

— Мне теперь дома сидеть до конца зимы? Это предлагаешь?

Он поправил её волосы, заглядывая в глаза. Это был его секретный трюк, она становилась добрее при его "взгляде котёнка" и надутых губах.

— Это не сработает, Роберт. — Она скрестила руки на груди, парень вздрогнул. — А, чего дрожишь?

— Мне страшно, когда ты называешь меня полным именем. Не пугай так, Эль. Мои методы задобрить тебя не работают? А горы и в правду неописуемо красивы. Прямо как на картинках, меня отец всегда хотел сводить туда. А я всё отнекивался.

— Ну ладно, всё, — её взгляд смягчился. — Пошли в дом, а то уже становится холодно. — она вытянула перед ним палец. — И только попробуй потом заболеть и ныть о том, какие сиропы горькие, я ж тебя знаю.

Второй этаж.
Спальня Чейза, полумрак.

Блейн лежит на диване в полный рост, закинув ноги на подлокотники, в руках он вертит сигарету. Чейз стоит, прислонившись к окну, он теребит зажигалку, то открывая огонь, то закрывая. Иногда казалось, что в его глазах черти плясали.

— И что теперь? Вы примерно знаем в какой лаборатории её держат, но не знаем жива они или нет...

— Замолчи! — рявкнул тот, бросая зажигалку на стол. — Она жива... А отец её ненаглядного муженька держит её и её другана в клетке. То, чем он её заразил, как он мог? Как он посмел? А тот высокомерный ублюдок позволил, что-ли?!

— Но мы не знаем полной истории и достаточной информации об Эрике. Он тот ещё тип... Всё сразу нам не выдаст, ты же видел эти чернющие зрачки? Эти вены, что создавали образ какого-нибудь мутанта!

— А Эрик разве не мутант? — его голос стих. — А если он её пытает? Если с ней что-то случилось? Вдруг он будет проводить на ней испытания и эти ужасные опыты, если она будет чувстовать и знать эти муки, о которых она не догадывалась.

— Чейз.

— Замолчи. Тебе это незнакомо.

Блейн вздохнул, сжимая челюсть до боли, а костяшки до побеления. Сигарета выпала из рук, и вместо этого он запустил её в карман, доставая старую и потрепанную фотографию. Рейн. Её фото, её лицо. Она так и осталась той напуганной, со всем молодой девчушкой, которую убила любовь. Его любовь, её любовь, их любовь.

— Мне знакомо, — он произнёс это громко и чётко, проводя пальцами по фотографии. По её волосам, которые любил рассматривать, по губам, которые его манили, по щекам, которые он любил трогать. — Мне очень это знакомо, Чейз. И ты знаешь насколько.

— Чёрт, прости. Я просто... — он повернулся к нему спиной, прижимая лоб к холодному окну, которое покрылось узорами. — Я просто не знаю, что делать, как поступать. Я потерял контроль над всем. И в первую очередь, над собой. — его взгляд метнулся к фургону. — Я иду, принцесса, я обязательно тебя найду и ты вспомнишь меня.

***
Вот и новая глава.💌
Скоро в моём тгк (@kamishkafanfiki) я выложу фоны с Элли и Бобби из этой главы.