13🌿
Часы неприятно тикают и бьют и так по нервам злому альфе, который уже минут так десять сидит в кресле и смотрит на двери гостиной. Вокруг него все также лежит битая дорогая посуда, а еда вверх ногами перевернута, пока под столом разливается лужа из напитков на сегодняшний когда-то вкусный завтрак.
Волосы взъерошенны и давно нет уже той прекрасной прически (закинутых назад черных волос с одной прядкой выбившиеся), нет ухоженности, ведь он давно расстегнул одну пуговицу на рубашке, а затем, почувствовав удушье (скорей всего от эмоций) и вторую, потом и третью, так и вовсе верх на распашку оставил, ведь грудь ходит ходуном от злости и легкие просят воздуха, а сердце скачет из угла в угол. Внутренний альфа, который проснулся после их первой ночи, ко всему этому еще не спокоен и бьет больно по ребрам, тем самым больше выводя из себя.
Чонгук, хныча под нос из-за боли от внутреннего альфы, откидывается на спинку кресла и вынимает рубашку из брюк, смотря куда угодно, но не на двери, ведь знает, что сейчас сорвется, побежит и перегрызет горло тому наглому омеге, который оставил свой след не в сердце парня, а на лице- на достоинстве.
Достав с кармана телефон, он быстро набирает сообщение, как выражается Юнги, любовнику и незамедлительно отправляет. Текст там до нельзя простой: «приезжай, мне нужно расслабиться. Сегодня мой дом для тебя». Прикрыв глаза и выключив мобильник, Чон сжимает устройство в своих руках.
Нужен срочно омега, но в голове только образ того наглого мальчишки с университетского коридора, который ядом плещет, а сейчас даже руку посмел поднять и это выводит. Выводит не внутренного альфу, а именно Чона, который не терпит такого отношения. Внутренний альфа давно принял эту суку и просит только его в постеле, а не пойми кого...
Внутренний альфа просит их первую ночь. Юнги и Чонгук. Пьяные поцелуи и грубые движения, оставляющие следы страсти. Стоны, крики и рычание. Все это навсегда запечатлелось в сердце внутренного альфы, так что зверь просит только своего истинного, пока Чон ему дает своего любовника, который неумело пытается пародировать наглого омегу с дома Чонов.
Любовник-то о наглом омеге узнал от самого альфы, который после очередного секса лежал в кровати и жаловался на ненавистного ему омегу, закуривая сигарету и прикрывая блаженно глаза. Любовник все понял по расслабленным движениям, по тихому голосу и умиротворенному лицу, вот только сам же альфа до сих пор не догадался...
- Сука!- не выдержав воспоминаний, который ключом сейчас бьют, кричит Чон, швыряя телефон в стенку, так и не прочитав ответа.
Альфа тяжело дышит и сжимает кулаки. Он в большом доме слышит отголоски громкого смеха младшего брата, так что скачивает со своего места и стремительным шагом направляется к выходу, по дороге пытаясь застегнуть рубашку, но успевает только наполовину прикрыть голый торс.
Плевать.
Распахнув двери, он смотрит на Чимина, который пробегает мимо него галопом, весело хохоча, а затем переводит взгляд на перепуганного Юнги, который шел спокойно по лестнице, но в один момент остановился из-за злых черных очей альфы, который сейчас смотрит на него и дышит диким зверем.
Только сейчас Юнги понимает, что зря это сделал. Ой как зря...
Играли в брачные игры, так бы и продолжали, но нет, омега решил поменять что-то.
- Водитель Мин!- кричит Чон, пытаясь дозваться охранника.- Водитель Мин!
Чонгук сжимает кулаки и скалиться, оглядывая коридор. Он в очередной раз останавливает свой взгляд на омеге, который тут же крупно вздрагивает. Чон на это лишь ухмыляется и чует, как внутри по ребрам больно дал внутренний альфа.
Злиться зверь, что хозяин запугивает истинного.
Это не университет, где были шутки и игривые прикосновения с намеками. Тут нет игр, особенно в этом доме, в доме Чона, где именно он, альфа, ставит правила. Они повзрослели и стали супругами- все поменялось и тут Юнги самостоятельно ничего не менял- они вдвоем поменяли.
Поменялся также дом семьи Чон, где раньше царили любовь и забота, а сейчас все пропитано болью и страхом Юнги, злостью и вспыльчивостью Чона, который утоляется любовником, а главное- скрытой тоской малыша по своим родителям любимым.
Все изменилось не в лучшую сторону и Юнги это понимает, особенно сейчас, когда стоит на лестнице и смотрит на это всё.
Он тоже тут виноват..?
- Чонгук,- тихо зовет того Юнги, медленно спускаясь на первый этаж:- не кричи. Ты Чимина пугаешь...
«... и меня,»- осталось несказанным.
Юнги вжимается в поручни лестницы и опускает низко голову, боясь смотреть на злого альфу с красной щекой и взъерошенными волосами, в неряшливо застегнутой рубашке и рукавами поднятиями, показывающие кулаки злости. Омега прекрасно понимает, что виновником такового состояния альфы виноват именно он и сейчас всем достанется от владельца сего дома.
Все-таки он виноват в смене обстановки дома Чонов. Он приносит одни беды...
Парень даже боится дышать, что тут говорить о том, чтобы подойти к Чимину в другой конец коридора и прикрыть малышу уши, дабы тот не слышал криков взбешенного брата. Юнги сильнее вжимается в поручень лестницы, когда боковым зрением видит, как Чонгук уверенно направляется к нему.
Альфа и правда стремительным шагом начинает подходить к омеге, чтобы все высказать в лицо, но его вовремя останавливают: Чимин, который выбежал из комнаты на крики старшего брата, и водитель Мин, подошедший в той же час, как только освободился.
- Прошу прощения, Господин Чон, что заставил ждать,- отзывается Мин и низко кланяется, не поднимая глаз.- Я был в гараже. Машину вывозил во двор.
- Надо было сразу подойти!- рычит Чонгук, подойдя наконец-то к своей цели- к Юнги- и став к нему впритык.- Следующего раза не будет. Ты будешь уволен.
Юнги чувствует горячее дыхание альфы на своей макушке, тепло чужого тела, к которому так захочешь прильнуть и получить желанную нежность и ласку, но боится. Омега смотрит прямо в голую грудь альфы и замечает, что пуговицы неправильно застегнуты. Да, в самой страшной и стрессовой ситуации надо было заметить эту мелочь... Юнги смотрит на вздымающуюся грудь и крепкую шею, пока в голову в той же час бьют воспоминания.
Как в университете. Только там игры были, а тут... Тут реальность. Они супруги и игры им уже не нужны.
Парнишке хочется вжаться в стенку, испариться и исчезнуть, но он все же, взяв все силы в кулак, осмеливается и поднимает голову. Он смотрит на Чонгука, который голову вверх задирает и с высокомерием смотрит на водителя, еле стоящий на дрожащих ногах и бледнее белой стены в больницах. Чонгук и на самого Юнги с высока смотрит. Впрочем, не удивительно, что такое отношение к нему, ведь это не в первый раз... Поджав губы, омега опускает взгляд и оглядывается тут же на малыша, который весь этот спектакль видит и, как губка морская, впитывает в свою юную головушку неприятные воспоминания.
Чимин стоит в дверном проходе и сжимает в своих ладошках голубую кофточку любимую, подаренную своими папой и мамой. Малыш чуть ли не плачет из-за громких криков старшего брата, но пытается держаться, ведь боится получить... Его трясет и губки в полоску одну сжимаются, чтобы он не издать ни единого звука.
- Придурок,- Юнги шепчет так, чтобы Чону было только слышно, и кладет руки на грудь альфы, отталкивая от себя и давая себе проход к малышу.
Отшатнувшись назад, Чонгук удивлено брови вверх поднимает и следит за тем, как Юнги бежит к малышу и уводит его подальше от этой ситуации, а главное- от него подальше.
Зарыв, альфа сжимает кулаки и поднимает голову вверх, прикрывая глаза и пытаясь успокоиться, но ничего не выходит. Водитель Мин мнется на месте, кусает губы и выкручивает пальцы, оглядываясь на дверь, в которую ушли Чимин и Юнги.
- Мне с ними идти?- тихо спрашивает охранник, боязливо смотря прямо на Чонгука.
Чон выгибает бровь и взглядом впивается в альфу напротив. Он ухмыляется и сует руки в карманы, облизывая губы. Водитель Мин нервно выдыхает и опускает глаза, ведь все-таки перед ним его начальник.
- Да,- говорит Чонгук, поднимаясь медленно по лестнице.- Домой не привози. Завези их в отель и оставайся с ними на ночь. Утром привезешь.
Водитель Мин удивленно глаза расширяет и с непониманием поднимает их на Господина. Чонгук улыбается и, повернувшись к альфе, толкает язык в щеку и руками непристойные жесты показывает (раскрытой ладонью бьет по кулаку).
- Я Вас понял, Господин Чон,- тихо отзывается водитель Мин, опуская глаза.- Всё сделаю.
- Молодец,- фыркает Чон, поднимаясь к себе в комнату.
Однако, он тут же резко останавливается, понимая, что сейчас самолично поднялся на второй этаж. Альфа со дня смерти родителей тут не был, а под действием эмоций сам пришел.
Чонгук сжимает кулаки и поджимает губы. В голове пусто, на душе тяжело, но он делает последний шаг и полностью оказывается на втором этаже дома...
~~~
Подбежав к машине, водитель Мин садиться на передние сидение и пристегивается ремнем безопасности. Он в зеркало заднего вида оглядывается и встречается со знакомыми глазами.
- Куда ми, Господин Чон?- заикаясь, спрашивает охранник.
Водитель Мин сжимает в руках руль и опускает глаза, чтобы не видеть взгляда с зеркала заднего вида, ведь они так бьют по немолодому сердцу.
- В парк аттракционов,- кричит Чимин, кидаясь на старшего омегу с объятиями и ярко-ярко улыбаясь.- Ми туда путь держим.
Малыш заливисто смеется, пока в автомобиле повисает давящая атмосфера. У всех осадок после этой ситуации в коридоре, особенно у Юнги, который до сих пор не отошел от произошедшего. Его, бедного, трясет, пока глаза слезятся, а всхлип так и останется комком в горле стоять. Он понимает, что перед малышом нельзя показываться в таком виде, но поделать ничего не может- сил нет.
Омега опускает окно машины и откидывается на спинку кресла, закрывая глаза. Чимин улыбается и, подсев поближе, в ту же секунду обнимает подавленного Юнги за руку, что-то веселое тому рассказывая, но малыша никто не слушает.
Юнги провалился в сон из-за пережитого стресса, а водитель Мин, час от часу отрываясь от дороги, поглядывал на молодого Господина, ведь его это очень беспокоило.
~~~
В зеленом и шумном парке, полном радостных детей и уставших от этой беготни родителей, летает аромат сахарной ваты, сладкого попкорна, сочного барбекю и картошки фри. Слышаться задористый смех и милые, но в то же время серьезные наставления от старших для своих малышей, чтобы те вели себя хорошо.
И тут понимаешь, что в этом сладком и душистом воздухе летает запах детства.
Юнги медленно ступает по тропинке, смотря себе под ноги и крепко держа малыша за руку, чтобы тот не рванул от радости в толпу людей и не потерялся. Да, омега волнуется, но больше боится того, что с него Чонгук самолично живьем кожу сдерет, если он потеряет брата...
- Юн~и, я хочу сладкую вату!- кричит малыш, вырывая старшего из пучин непрерывных мыслей и страхов.- Пойдем, пойдем!
- Хорошо,- Юнги отмирает и в ту же секунду дарит десневую улыбку, хоть и натянутую.- Пойдем.
Чимин визжит и, сильнее схватив старшего за руку, тянет в толпу, пока Юнги слегка упирается, замедляя тем самым шаг, и оглядывается назад, пытаясь глазами найти охранника Чонгука. Им нельзя отходить от альфы.
Водитель Мин покорно ступает за омегами, смотря прямо на Юнги. Так что омега, как только оглянулся, сразу встречается с пронзительными глазами альфы, который не в первый раз так пристально смотрит и оглядывает его с ног до головы.
Все больше проводя с альфой времени, его начинает это пугать и омега хочет сбежать, скрыться и исчезнуть, но не может, потому что Чимин и надо терпеть.
Поджав губы, Юнги опускает глаза и отворачивается от альфы, вздрагивая всем телом. Снова взгляд на него затылке...
Чимин, наконец-то притянув старшего к ларьку с сахарной ватой, прыгает от счастья и облизывает свои губки, пока в глазах искорки летают. Юнги улыбается такому поведению и понимает, что им надо почаще выбираться из дома, пропитанного больными воспоминаний.
- Хочу клубничную и персиковую!- Чимин теребит за руку старшего омегу, поглядывая то на вывеску яркую, то на мастера кондитера.- Юн~и, купи, пожалуйста!
- Тише, малыш,- смеется Юнги, кладя свободную руку тому на головку и причесывая непослушные волосы.- Сейчас все куплю и будешь наслаждаться.
Чимин улыбается и глазки свои яркие поднимает на старшего омегу в ожидании сладкого чуда. Юнги в ответ дарит тому улыбку и заказывает сахарную вату, пока свободной рукой лезет в карман за кошельком.
- С Вас 2.000 Вон,- улыбается продавщица, параллельно отдавая заказ работнику.- Картой или наличными?
А у Юнги внутри все холоднет. В кармане джинс не оказывается кошелька с банковской картой Чонгука. Да, альфа отдал ему карту с достаточной суммой денег, чтобы тот тратил на себя и на Чимина (по правде говоря, омега тратит эти деньги только на брата мужа, ведь... ведь это не его деньги и как-то неправильно что ли все это...).
Чимин понимает, что слишком долго длится оплата, поворачивается к старшему омеге и смотрит на того, хлопая глазками. Юнги вырывает руку с маленького замочка ладошек и хлопает себя по карманам, понимая, что действительно кошелька нет и он благополучно забыл его дома. Или не дома..?
- Эм,- кассир прикусывает губу, понимая, что что-то не так:- всё хорошо?
- Я...- у Юнги руки немеют, а в горле ком.
Он не знает, что ему делать, ведь обещал малышу, а тут такое...
- Пожалуйста, приготовьте еще одну сахарную вату,- улыбается водитель Мин, который только что подошел к ларьку и встал рядом с омегой.- Оплата картой.
Юнги удивленно поворачивается к охраннику и смотрит только на него, пока сам же альфа, осуществляя оплату, старается не смотреть на омегу, который так впился в него взглядом. Чимину отдают сахарную вату, который такой мелочи нарадоваться не может и тут же отрывает кусочек сладости, кладя себе в рот. Юнги опускает низко голову и, наклонившись к альфе, краем глаза оглядывает радостного малыша, который уже замурзался в сахаре.
- Мне очень неловко, но... Спасибо огромное,- тихо шепчет Юнги.- Я скажу Чонгуку, чтобы он Вам все вернул.
- Ничего. Вы оставили кошелек дома на тумбе, а я забыл его забрать,- говорит водитель, принимая вторую сахарную вату от кассира.- Это Вам.
Водитель Мин ярко улыбается и протягивает Юнги сахарную вату на палочке, пока сам же омега в замешательстве. Он смотрит то на сладость в чужих руках, то на альфу перед собой, ничего не понимая.
Ничего не слыша со стороны старших, Чимин открывается от сахарной ваты и сам притихает, хотя до этого весело лепетал о сладости. Он чувствует повисшую атмосферу, напряженные тела старших (по запаху определил) и неразрывный зрительный контакт обоих, так что решает это как-то исправить.
- Юн~и, поделишься со мной?- тихо шепчет Чимин.- Я свою уже съел.
- Конечно,- улыбается криво Юнги, принимая сладость в свои руки.- Я никогда не ел ее, так что можешь чуть-чуть забрать.
Чимин радостно верещит и, выкинув уже чистую палочку из-под сладости в мусорку, принимает вторую с рук старшего омеги. Юнги все-таки пальчиками хватает маленький кусочек сахарной ваты и отрывает ее с пышного облака. Глаза у омеги на лоб лезут, что вызывает улыбку у малыша.
- Сейчас попробуем, почему ты так это любишь,- смеется Юнги и смотрит на сладость в своих руках.
Омега аккуратно кладет в рот сахарную вату и удивленно расширяет глазки, понимая, какая она вкусная, сладкая и... и... А на глаза накатываются слезы, ведь он никогда ее не ел и так мечтал попробовать ее вместе с родителями в детстве, но не вышло как-то.
Чимин заливисто смеется с выражения лица старшего и протягивает тому еще кусочек, вызывая у Юнги натянутую улыбку, ведь слезы больно режут. А вот улыбка с лица водителя сползает также быстро, как и появилась.
Ставьте звездочки✨
Люблю вас~
С любовью,
Ваш милый котейка
❤️