Глава 2: Зачем ты пришёл?
Оставив паренька наедине с мыслями, Гето вышел. Но при этом попросил сделать Сатору укол успокоительного. А сам вернулся в кабинет и начал размышлять об этой ситуации. И что делать с пациентом дальше. Какой ему нужен подход и сколько нужно за ним понаблюдать, что бы это понять.
Сатору стало не по себе когда он увидел медсестру со шприцом. А когда она стала подходить, стал кричать и просить его не трогать. Повернулся на спину и стал мотать ногами. Что бы она ему ничего не смогла сделать. Но девушка позвала санитаров, что схватили парня и держали его пока ему не ввели препарат. И Годжо снова оставили одного, тихонько плачущего, теперь лежа на боку. Было больно и обидно. Сугуру слышал как парень боится врачей, уколов и рослых санитаров. Но совершенно проигнорировал.
Покой Сатору закончился, когда через час к нему снова зашёл Гето, и поднимая его на руки, сказал.
— Я ведь тебе говорил —
— И без тебя тошно. Это ведь ты, ты ей сказал. Из-за тебя! Зачем ты пришел? Позлорадствовать? Потешиться? Если так, то проваливай.—
Омега процедил сквозь зубы. Его уложили на кровати и сели рядом. Младший поджал к груди колени. В горле снова стал ком.
— Я пришел тебя проведать. Проверить как ты. Я тебя предупреждал, говорил прекратить. Но ты решил по-своему, ты не стал меня слушать. Вот чем это вылилось, и в первую очередь ты сам в этом виноват.—
Рассудил Сугуру смотря на парня. Тот уже не плакал, но был обижен и зол.
— Хорошо, можешь сколько угодно читать мне нотации, только проваливай поскорее. Я тебя услышал. Ты доволен?—
Вновь дерзил Годжо, от которого уже стал исходить его агрессивный запах - ладан, который мешался с голубикой - его основным запахом.
— Хочешь ты этого или нет, но я твой лечащий врач. И тебе придется часто меня видеть.Как и мне часто к тебе приходить.—
Тело врача само по себе реагировало на феромоны младшего. Выпуская в ответ свои - терпкий запах корицы. Но враждебный аромат в ответ стал пугать Сатору. Разговор зашёл в тупик и доктор решил попробовать успокоить пациента. Аккуратно опустил руку тому на голову и аккуратно начал гладить. Но сердце ёкнуло, когда юноша сжался, сложно ожидая удара.
— Прошу, упокойся, я не сделаю ничего плохого.—
Годжо сильно перепугался и начал плакать. Слезы текли ручьем, а мысли то и дело прогоняли Гето из комнаты, виня его во всем плохом, что есть на свете. Старший очень постарался поменять настрой феромонов, и запах корицы сменился имбирным. Вскоре и у Сатору поменялся аромат с ладана на голубику.
— Вот, хорошо. Время позднее, скоро отбой, не хочешь снотворного? Я дам маленькую дозировку, просто для спокойного сна.
— Не нужно.—
— Уверен?—
—Я сказал не нужно.—
— Хорошо, тогда спокойной ночи.—
Сугуру ушел, сделал последний обход и остался на ночное дежурство. Домой не хотелось, он был пуст. Это место тяготило его. Там было пусто, скучно, неуютно, уныло и тревожно. Возвращаться туда совсем не хотелось, его там никто не ждал. И чаще всего альфа ночевал в больнице, сегодняшний день не стал исключением.