1.
Время лечит, да? Простите, но время лечит только идиотов, к сожалению, время не обладает магическими свойствами стирать память или зализывать раны на сердце и душе. Просто та боль перебивается проблемами и другими маленькими ранками и потерями, но она никуда не проходит, даже через 5 лет. Эта рана будет кровоточить, если легонько прикоснуться к ней...
Как можно описать осень? Осень создаёт особое настроение. Одновременно грустное и торжественное. Прекрасная игра красками, свежий ветер, который дурманит разум. Ели светящие солнце, которое ничуть не греет своим лучами. Буйство красок поражает воображение, но это так мимолетно. Ведь мы знаем, что оно продлится недолго. Деревья сбросят пеструю листву и вскоре начнется серая, суровая, дождливая осень. Такая же серая и суровая — как и жизнь Луиса.
Сухие листья хрустели под ногами. Медленный, уравновешенный ветерок, слегка пошатывал верхушки деревьев. Шелест листьев, звук разбрызгивающийся лужи, от проехавшейся по ней машины, сопровождал до самых ворот школьного двора, после чего заглушился, разговорами учеников. Возле входа в школу, стояла компания парней куривших сигареты, и слишком бурно, что-то обсуждали смешивая разговор с бранью. Кожаные куртки, чёрные обтягивающие джинсы, такого же цвета кроссовки. От такого вида в дрожь бросает. Хочется пройти мимо, не привлекая лишний раз внимания на свою персону. Так хотел поступить Луи, но это «банда» ждала именно его. Поэтому попытки избежать, своё предназначение в этом мире, тщетны.
— Луи-и-и, — Выкрикнул самый высокий парень раздвинув руки в стороны, — Я уж думал ты оставишь нас одних, — наигранно шмыгнул носом брюнет, поправляя длинную челку, которая закрывала прекрасные очи.
Голубоглазый лишь опустил голову вниз, сдерживая выступающие слёзы.
— Ты глянь на него, он опять плачет... — Тёмноволосый схватил Луиса за шиворот бежевого свитера, и потянул за собой заходя в школу, давая понять остальным парням, что ближайший урок, он будет занят.
— Пожалуйста, — Дрожащим голосом умолял парень, — Ник, не делай этого, прошу... — Николас развернулся к Луи, потянув его на себя. Слишком близко. Рыжеволосый слышал нестабильное сердцебиение старшего, и чувствовал неуравновешенное, обжигающие дыхание Ника, на своих пухлых, розовых губах.
— Ты же знаешь, что твои просьбы о пощаде сделают тебе только хуже? —Прошептал Ник на ухо парню, — А я давно тебя не трогал Ник, пришло время отрабатывать, мальчик мой...
Окружающие люди, уже привыкли к такой картине. Охранники, молча глотают слюни, делая вид, что не замечают подобных ситуаций. Ученики школы, лишь показывают пальцем и проходят мимо, не желая интересоваться чужими проблемами.
Зашвырнув в мужской туалет, 14-ти летнего мальчика, от чего тот ударился головой об батарею, и жалобно взялся за пострадавшее место; роняя маленькие, хрустальные слёзы. Закрыв дверь на ключ, Ник поднял рыжего парня, заставляя обхватить его торс ногами, а сам прижал его к стенке, и впился в бледную шею младшего. Ужасные засосы, укусы, которые немного кровоточили красовались на шеи Луиса. Старший кусал и оттягивал белую кожу, пошло причмокивал, и облизывал каждую кровоточащую ранку. Он растерзал шею мальчика, не оставив живого места. Свои холодные руки, Ник запустил под футболку и обводил каждое выступающие рёбрышко своими длинными, холодными пальцами. Жадно вдыхал аромат Луиса, и сжимал упругие ягодицы, до появления на них фиолетовых синяков. Луи пытался сдерживать каждый свой стон, но от действий старшего, хотелось кричать всё больше и больше.
— Николас пожалуйста... я...ахх..—Мальчик давился собственными слюнями и слезами, и едва мог связать два слова между собой. Когда брюнет начал целовать Луиса в губы, нагло проникая языком в рот, рыжеволосый начал быркаться, отталкивая руками парня, а потом вовсе ударил Ника по лицу своей маленькой ладошкой, потом ещё сто раз пожалел, и проклянал себя за это.
—Ах, ты ублюдок! — Последовал удар ногой в живот, от чего Луис плавно спустился по стене, а потом скрутился пополам от жуткой боли. Удар за ударом. Новая порция боли, страданий и мук. Слёзы продолжали идти градом, а от жуткой боли казалось, будто все органы склеились между собой. Единственное, что мог предпринять мальчик, это закрывать лицо маленькими, на вид такими детскими ручками.
—Ты блять ублюдок не благодарный, —Доставая с кармана сигарету, начал старший, —Я же обещал тебе что не трахну, пока ты ещё маленький... —Жадно вдыхая дым, говорил Ник.
—Почему ты не можешь просто получать удовольствие? —Парень сел на корточки, и хотел прикоснуться рукой к лицу парня, что бы вытереть маленькие слёзки, но мальчик лишь дёрнулся и закрыл лицо руками.
—Так ладно, —Николас встал и направился в сторону двери, кидая бычок от сигареты куда-то в сторону, —Мне не нравится твой новый цвет волос. Блонд шёл тебе больше. —Единственное что сказал парень, и скрылся за деревянной дверью мужского туалета.
Унижен. Больно.
Луи лежал на холодном кафеле, мучительно постанывая. Каждый сантиметр тела пронзала жуткая боль. Внутренности разрывались на двое. Парень едва находил в себе силы вдыхать и выдыхать кислород. За что с ним так обращаются? Что он сделал не так? Он виноват в том, что он сирота? Люди не выбирают себе внешность, голос, цвет глаз. Люди не выбирают себе жизнь. Они рождаются, и живут с клеймом которое поставила им судьба. И видимо его клеймо в этом мире, молчать и принимать побои, издевательства, и не справедливость по отношению к себе.
На протяжении 3-х лет, он терпит, пропускает через себя боль и обиды, и пытается жить, а не выживать. Но как-то не очень выходит. Николас начал издеваться над парнем ещё с 8 класса. И некоторые действия были не понятны мальчику. Сначала избивал до полу-смерти, потом обнимал, целовал буквально зализывал причинённые им же раны. С каждым годом, страх перед Николасом, возрастал в разы. Стоило Луису увидеть его, коленки начинали трястись, сердце билось в бешеном темпе. Сдерживая эмоции, мальчишка сжимал кулачки до побеления костяшек. Воспоминания тех ужасных дней, всплывали перед глазами мальчика, от чего пелена слёз накрывала глаза. Единственное что делал Луис, это молился богу и стоял надеясь, что сегодня будет не так больно как вчера...