Игры смерти / 18+

Young souls – Broken Back.

Romantic adventurers we seek to discover
What the world has to hide.

Киара.

В детстве, отец рассказывал мне легенду о закате солнца. Он рассказывал о девушке с юношей, что так сильно любили друг друга. Его хриплый голос до сих пор разбивает тишину в моей голове, отбиваясь от стенок и создавая эхо. Не в силах противостоять злобе и зависти людей, влюбленные ушли, оставляя после себя легенды и рассказы. Говорили, что парень стал синим морем, а красавица – красным солнцем. Каждый вечер, на закате, влюбленные вновь встречаются, создавая одно целое. Парень ласково пел песни своей возлюбленной, а девушка согревала и обнимала его лучами красного солнца. Я была юна и с замиранием сердца слушала такие истории, фантазируя у себя в голове. Представляла, восхищалась, желала найти себе человека, что будет любить меня так, как девушка любила юношу, а он свою возлюбленную. Печально, ведь он всегда был рядом, оберегал меня и желал только лучшего, жертвуя собой без оглядок и лишних мыслей. Этот человек любил меня.

Но, как мы знаем по заученному и банальному тексту, люди не ценят, когда имеют, а потеряв, желают вернуть. Мой отец был тем человеком, что готов превратиться в море, лишь бы уберечь дорогое себе от людей и их злости.

Тёплая слеза скатывается по фарфоровой щеке, падая на плитку. Нежно улыбаюсь, проводя большим пальцем по снимку отца. Всё было хорошо. Он счастливо смотрел в камеру, улыбаясь, морщины собрались вокруг его рта и немного на лбу. Но это ничуть не портило его лицо, а лишь наоборот. Дополняло. Всё было хорошо, кроме чёрной атласной ленты, что была прикреплена справа.

Ставлю рамку с фотографией на место, отходя. Водитель уже заждался меня, ведь вскоре состоится важная встреча с братом и его девушкой. Пенелопа никогда мне не нравилась, но брат важнее, нежели личная неприязнь и проявление неприятного характера. Я умею сдерживать себя и оставаться такой, какой меня хотел видеть отец. Теперь, мне нужно стараться ещё больше.

Покидаю колумбарий¹, напоследок посмотрев на лицо Уильяма. Поправляю бежевое пальто, подходя к машине. Наконец-то наступила весна и мне не приходится носить тяжёлые вещи. Замечаю на зауженных брюках, что я так старательно подбирала под цвет верхней одежды, пятнышко, хмурясь. Из сумки достаю влажные салфетки, роняя что-то. Нервы начинают понемногу бурлить, как гейзеры перед извержением, но я набираю больше воздуха в прокуренные лёгкие, наклоняясь, чтобы поднять неизвестный объект. Маленькая чёрная коробочка, размером в спичечный коробок никаким образом не могла оказаться в моей сумке, ведь я выкидывала весь хлам на выходных. Значит, эта вещь появилась относительно недавно и, явно не с моей помощью. Жмурюсь, поднося штучку ближе к лицу, чтобы более детально разглядеть. Кажется, где-то я это видела. Похоже на маячок для слежения, что использовал мой отец в далёком прошлом. Мне было четырнадцать, и я любила сбегать из дома, зависая у подруг и их парней. Задумываюсь, кто бы мог подкинуть мне его, не находя ответа. Но одно я знаю точно. Мне давно не четырнадцать и, в такого рода, устройстве, необходимости я не имею. Кинув маячок на тротуар, открываю дверь машины, садясь на кожаное сиденье.

— Здравствуйте, – проскрипел пожилой мужчина, наблюдая за мной через зеркало.

— Джозеф, вы ведь знаете, что я не люблю, когда кто-то возит меня на моей же машине, – ледяным тоном произношу, улыбаясь.

— Мисс Грейс...

— Киара. Я просила называть меня по имени, Джозеф, – мрачно поправляю водителя брата, устало откидываясь на спинку.

— Простите, – ничего не отвечаю, сверля взглядом руль, что так крепко сжимает мужчина. Мне не нравится, когда кто-то трогает то, что принадлежит мне. — Поедем сегодня? – недовольно спрашиваю, подняв взгляд к зеркалу, где встретилась с испуганными глазами Джозефа.

— Да, конечно, – торопливо заводит машину, выезжая с частного участка. Включает радио, нарушая тишину в автомобиле надоедливой мелодией. Немного сжимаю кулаки, растягивая фальшивую улыбку и отсчитывая минуты до нашего прибытия.

Я никогда не любила Детройт. Серый город, который имеет свою сложную историю. «Мёртвый город», «Город призрак». Здесь много пустых кварталов и районов, что до сих пор пытаются восстановить и заселить туда граждан. В Детройте множество бандитов и нелегалов. Даже наш бизнес построен на криминале. Многие крупные предприниматели имеют своих наёмников и достаточное количество охраны. Это один из самых криминальных городов Америки и место его по праву является заслуженным. На улицах не редко можно наблюдать за покушениями, но, в действительности, это не самое страшное. Сложнее осознавать то, что мимо проходящие люди со стеклянными глазами лишь наблюдают, даже не пытаясь вызвать полицию или прийти на помощь. Они стремительно переходят улицы, заворачивают за углы или же просто заходят в магазины и кафе, уже наблюдая оттуда.

Не хочу возвышать себя и показывать в пример, ведь сама бы не стала кидаться на человека с оружием. Человеческий страх и инстинкты самосохранения вечно при нас. Люди всегда будут спасать в первую очередь себя, из-за собственного эгоизма и страха. Но ведь можно сделать минимальное: вызвать наряд полиции и ждать, молясь за жизни потерпевших. Если преступник уже ушёл, то помочь человеку добраться до больницы или же вызвать скорую. Многие просто проходят мимо.

— Почти приехали, – напомнил о своём присутствие водитель, заметив мою отстранённость. Сдерживаю себя от того, чтобы закатить глаза, холодно кивая.

Машина паркуется у здания, где должна проходить моя встреча с братом. Выдыхаю накопившеюся злобу, стараясь расслабиться. Выхожу, аккуратно закрывая дверь авто, ведь оно мне дорого. С прищуром наблюдаю за мужчиной, понимая, что если он сильно хлопнет дверью – я взорвусь. Но, к его счастью, всё проходит гладко, и я со спокойной душой направляюсь к входу в ресторан. Только протягиваю запястье к ручке, чтобы открыть дверь, как кто-то с той стороны её быстро пихает, толкая меня ею. Резкая боль проходится по плечу, от чего я вскрикиваю, хватаясь за перила лестницы. Парень, что толкнул дверь, поднимает тёмные очки, рассматривая меня. Карие глаза останавливаются на моих, без стыда и вины заглядывая в них. Забываюсь, полностью отдаваясь игре в гляделки. Его взгляд будто обжигает, заставляя поежиться от волнения и маленького страха. Странное чувство переполняет. Создается впечатление, что передо мной находится потенциальный убийца, а не обычный прохожий, что случайно задел меня дверью.

— Извините, – сдержанно бросает, разглядывая моё плечо. Отхожу от транса, опуская взгляд туда же, куда и парень. Правая рука сжимает левое предплечье, немного дрожа от боли. Он детально рассматривает моё лицо, будто пытается запомнить. Решаю не придавать этому значения, нервно усмехаясь.

— Ничего страшного, – непонятно от чего улыбаюсь, выпрямляя спину и убирая руку от пострадавшего места. Мне всегда нравились загадки. В детстве, я часто выигрывала в викторинах и конкурсах, направленных на смекалку и ловкость ума. Что-то подсказывает, что этот парень является сложной загадкой, что невозможно разгадать, как бы ты не старался, и сколько бы побед у тебя не было до неё.

Незнакомец кивает головой, уходя. Внутри остаётся непонятная для меня пустота, что заполнилась именно в тот момент, когда я смотрела в эти чёрные глаза. Я привыкла к внутреннему опустошению, ведь оно преследует меня последние два года, но вот к тому, что один лишь человек и его обжигающий взгляд, могут заполнить всё внутри, вытесняя холод и скованность – нет.

Отбрасываю лишние мысли, возвращаясь к привычному темпу жизни. Незнакомый парень быстро вылетает из головы, когда я вижу знакомое лицо брата. Джастин поправляет свои светлые волосы, листая меню.

— Привет, – останавливаюсь у нашего столика, оглядывая внешний вид родственника. Его ясные голубые глаза поднимаются ко мне, выражая ничего. Такие светлые. Такие правильные и такие... пустые.

— Как ты, Киара? – слишком мрачно спрашивает, от чего я хмурюсь, вскидывая бровь и садясь напротив.

— Что-то не так? Где Пенелопа? – осматриваюсь, нигде не замечая спутницу брата.

— Не отвечай вопросами на вопрос, сестра, – холод, что исходит от брата, напрягает, но я стараюсь не обращать на это внимание, чтобы не портить никому настроение.

— В порядке, Джастин, – сухо отвечаю, тоже беря меню, раз он не настроен на разговоры.

— Пенелопа скоро подойдёт, – киваю, не поднимая к нему взгляда.

И в действительности, шатенка вскоре подтягивается, с писком кидаясь брату на шею и целуя его. Сдержанно улыбаюсь, стараясь не завопить от их противности. Пенелопа совсем не замечает меня, чему я не удивляюсь, ведь эта девушка всегда странно относилась к моей персоне. Даже на похоронах отца я не получила соболезнования с её стороны. Для меня это не так важно, но о воспитанности девушки говорит многое.

— Ки, малышка, как ты! – ещё одна ужасная черта в Пенелопе – она вечно сокращает моё имя, будто у шатенки есть проблемы с полным произношением слов. Ах, и её милые словечки, по типу «малышка», «детка», «солнышко», «пуся» и ещё более странные и тошнотворные. Прямо таки хочется взорвать хлопушку из какашулек единорога.

— Вы так беспокоитесь обо мне, до ужаса приятно, ребята, – с иронией проговариваю, заранее понимая, что она этого не поймёт. Джастин усмехается, а Пенелопа начинает пищать о том, как сильно переживает обо мне.

— Так что ты хотел обсудить? – грубо затыкаю монолог девушки, на что она надувает губки, обращая внимание к меню.

— Я уезжаю в Канаду, хочу, чтобы вы с Пенелопой вместе жили в твоей квартире, на период, пока меня нет, – начинаю злиться, бросая косой взгляд в сторону двадцатилетнего ребёнка.

— Зачем, расскажешь? – даже девушка с интересом поднимает голову, готовясь греть ушки.

— Думаю, вдвоём вам будет куда безопаснее, нежели по отдельности. Я оставлю лучшую охрану. Просто сделайте это, чтобы мне было спокойнее, – не нахожу смысла в споре с братом, отчаянно кивая и вставая. — Ты ведь заказала салат, не будешь ждать? – отозвался Джастин, в упор смотря на меня.

— Пусть Пенелопа покушает, он с грецким орехом, – усмехаюсь, быстро уходя.

— У меня аллергия на орехи! – слышу крики шатенки за спиной и звонко смеюсь, покидая ресторан.

У моей машины стоит Джозеф, дожидаясь. Протягиваю ладонь для того, чтобы мужчина вернул мне ключи, но он лишь прикусывает губу, с досадой выдыхая.

— Быстрее, – давлю, получая желанный результат. Джозеф уступает мне, благодаря чему я получаю ключи и доступ к машине. Бесит Джастин и его любовь к контролю.

Завожу автомобиль, выезжая с парковки. В секунды набираю скорость, оказывая на трассе. Совру, если скажу, что ситуация с братом не вывела меня из себя. Пенелопа неприятная девушка, с которой не хочется проводить время и делить квартиру. С такими особами я общалась лет пять назад. Многое о них узнала и достаточно натерпелась. Встаю на светофоре, откидывая голову на спинку сиденья. Почему так долго?

За пределами авто слышится громкий рёв мотора, из-за чего я поворачиваюсь. Знакомый незнакомец сидит на байке, поправляя шлем, перед рывком в безумие города. Не отрываясь, наблюдаю за ним, полностью позабыв о том, где нахожусь. На светофоре уже мигает жёлтый цвет, а я лишь наблюдаю за парнем, с демонически чёрными глазами.

Когда десятки машин начинают сигналить, пытаясь добиться того, чтобы я сдвинулась с места, незнакомец поворачивается в мою сторону, расплываясь в ухмылке. Хмурюсь, переключая передачу и срываясь с места, пытаясь выгнать дьявола из головы.

Начинаю злиться на себя за очередную глупость и слабость. Эти два слова навечно должны быть забыты мною.

В жизни Киары Грейс нет места глупым ошибкам и осечкам.

☽ ☽ ☽

¹Колумбарий – хранилище урн с прахом после кремации.