↞7↠
Али-Рахмет подошёл к малому особняку. Постучал в дверь. Через несколько минут ему уже открыла Мюжгян. Девушка держала на руках сына. Госпожа Доктор, кажется стала ещё краше, только взгляд, как всегда после смерти мужа был грустным. Керем-Али походил на настоящего принца. Увидев дедушку малыш начал улыбаться и тянуть к нему ручки.
- Добро пожаловать, отец! - сказала Мюжгян, отступая на шаг. - проходи!
- С добром пожаловал, дочка! - ответил мужчина, проходя внутрь.
Через несколько минут семья уже разместилась в гостиной. Керема-Али теперь держал Али-Рахмет. Мальчик увлечённо «разговаривал» с дедушкой. Со стороны это выглядело очень забавно.
- Вы пока пообщайтесь, - сказала Мюжгян, смеясь, - а я принесу кофе. Ты же выпьешь, отец?
- Выпью, дочка. - ответил мужчина, в очередной раз целуя внука в щёку. - с удовольствием.
После того как вернулась Мюжгян с чашками прошло несколько часов. Они с Али-Рахметом успели обсудить все последние новости, а Керем-Али, утомлённый играми, засыпал рядом.
- Я отнесу его в комнату и вернусь, отец. - сказала девушка, поднимаясь.
- Не торопись, дочка, мне уже пора. - сказал Али-Рахмет, вставая следом.
- Ты не останешься на ужин, папа?
- Нет, спасибо, доченька. Ещё нужно заехать в больницу.
- К госпоже Хюнкяр, да, отец? - и заметив смущение. - я могла бы и не спрашивать...
- Мюжгян, дочка, я...
- Я очень рада, отец, что у госпожи есть такая поддержка. После того, что случилось ей очень не просто. Но, дай Аллах, вы оба ещё сможете быть счастливы.
- Спасибо, дочка. Увидимся.
- Увидимся, папа.
Мюжгян осторожно взяла сына на руки, чтобы перенести малыша в спальню. Али-Рахмет в последний раз окинул их взглядом и вышел на улицу. Снаружи постоял несколько минут, дыша полной грудью, после сел в машину и завёл мотор.
Путь до больницы, такой привычный теперь, пролетел незаметно. И внутри никто больше не удивлялся, увидев его. Если поначалу кто-то пытался сплетничать, то после аргументов найденных Фекели, с ним только спокойно поздоровались. Осторожно приоткрыв дверь палаты Али-Рахмет заглянул внутрь. Госпожа Яман полусидела на постели. Перед ней был столик с ужином, но не похоже, чтобы женщина хотя бы прикоснулась к еде.
Али-Рахмет тихонько постучал.
- Я могу войти, Хюнкяр?
- Али-Рахмет? Конечно входи. - сказала женщина, не поворачиваясь.
Фекели почти неслышно вошёл и прикрыл за собой дверь. Огляделся. Госпожа Яман всё ещё не смотрела на него. Мужчина подошёл ближе, пытаясь поймать её взгляд.
- Хюнкяр, ты ничего не съела. Может быть хочешь что-то другое?
- Н-нет... - женщина опустила глаза, будто только сейчас заметив давно остывший ужин.
Али-Рахмет отвернул столик в сторону, пододвинул стул и сел рядом с кроватью. Его очень удручало такое состояние любимой женщины. Хотелось помочь, хотелось вернуть улыбку на её прекрасное лицо. Но не ему бороться с Всевышним, к сожалению. Хотя сейчас мужчина был готов даже на это.
Какое-то время оба провели в молчании. Али-Рахмет не мог насмотреться на Хюнкяр, будто запоминал каждую чёрточку. Руки, что сложены сейчас поверх одеяла, опущенный взгляд, в котором давно не видно блеска. Губы, их госпожа Яман искусала до крови. Волосы... Сколько не расчёсывай, путаются из-за того, что приходится лежать. Волосы... Мысль пришла стремительно и в следующую секунду уже можно ругать себя за то, что не подумал об этом раньше. Нужно пройти всего пару шагов до тумбочки, на которой так кстати оказался гребень. Это и сделал мужчина. Взял расчёску и встал у изголовья. Когда первый раз коснулся волос, даже решил что ответом на его поступок станет возмущение. Али-Рахмет сейчас обрадовался бы и такой реакции. Но, удивив его, Хюнкяр только подняла голову и прикрыла глаза, когда почувствовала прикосновение, давая свободу действий. Мужчина продолжил осторожно распутывать пряди стараясь не причинить боль, а напротив хоть немного успокоить и расслабить. Всё продолжалось довольно долго и госпожа Яман будто очнулась, когда он, всё также осторожно собрал её волосы в хвост.
- Так лучше, правда? - сказал Али-Рахмет и отошёл, чтобы посмотреть на женщину.
Отойдя, заметил в её уже открытых глазах слёзы.
- Я сделал тебе больно, Хюнкяр? - спросил встревоженно. - Нужно было сказать, я бы...
- Нет, не больно... - ответила она и голос всё ещё был тихим. - это делала только мама... Давно. Пока не родилась Хасене, а потом...
Слёзы всё-таки пролились, прерывая и без того тихую речь.
Поддаваясь новому порыву, мужчина наклонился и коснулся губами руки любимой. Мягко, трепетно, нежно. Передавая через это простое действие всю свою любовь и восхищение.
- Целый мир не стоит одной твоей слезинки, душа моя.
После достал из нагрудного кармана платок и осторожно промокнул кожу, собирая солёные капельки.
- Я хочу к детям, Али-Рахмет. Прошу тебя, отвези меня к детям. - сказала Хюнкяр, и мужчина вздрогнул от тона её голоса. Чтобы сама госпожа Яман умоляла... Как устала эта сильная, прекрасная женщина. Как сильно она сломлена...
- Хорошо. Хорошо, Хюнкяр, я поговорю с доктором о выписке, только не плачь больше. Не изводи себя так...
- Разве он послушает? Столько просила. Даже денег предлагала заплатить. - она рассмеялась, горько, но вскоре смех снова сменился слезами. - Я задыхаюсь здесь.
- Послушает, госпожа Яман, послушает. Скажу так, что не сможет не послушать. А теперь может быть ты хоть немного поешь? Попрошу, чтобы разогрели.
- Совсем не хочется. Я очень устала и хочу спать. - Хюнкяр стала ложиться и зашипела от боли, побеспокоив иглу.
- Осторожнее. - сказал Али-Рахмет, помогая лечь. - так удобно?
- Да, спасибо, ответила госпожа Яман, прикрывая глаза.
- Только резинку сниму, забыл совсем. - мужчина потянулся к волосам.
- Пусть останется. - попросила госпожа Яман всё ещё всхлипывая.
- Как скажешь, Хюнкяр. Засыпай, я сейчас вернусь.
- Хорошо. Только возвращайся.
- Одна минута. - Али-Рахмет улыбнулся и подошёл к двери. Когда он выходил, то Хюнкяр уже спала. Мужчина вышел, осторожно прикрыв за собой дверь. Прошёл по коридору. Он намерен сделать всё, чтобы уговорить доктора выписать её раньше...