Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Хрупкое упрямство
Пэйтон еще раз посмотрел на меня, как будто проверяя, не выкину ли я чего, и вышел, тихо прикрыв за собой тяжелую дверь.
Я осталась одна. В палате стало так тихо, что я слышала собственное дыхание — все еще тяжелое и со свистом. Эта капельница бесила меня нереально. Рука затекла, а под пластырем все чесалось.
— Ну уж нет, — прошептала я сама себе.
Я закусила губу, чтобы не взвизгнуть, и другой рукой резко потянула за край липкой ленты. Было больно, кожа покраснела, но я не остановилась. Когда игла вышла, на простынь капнуло несколько капель крови.
— Вот и все, — я выдохнула, чувствуя себя героиней какого-то фильма.
Но не успела я даже спрятать руку под одеяло, как дверь в палату снова открылась. Я замерла. На пороге стоял Пэйтон. Он забыл свой планшет на тумбочке, но его взгляд сразу упал не на него, а на мою руку и пятно на простыни.
Его лицо в секунду стало ледяным.
Дверь в палату распахнулась так резко, что я вздрогнула. На пороге стоял Пэйтон. Он вернулся за забытым планшетом, но его взгляд моментально замер на моей руке и алом пятне, которое расплывалось на белоснежной простыни.
Его лицо в секунду изменилось. Спокойствие сменилось чем-то пугающим.
— Ты что творишь, Эмили?! — его голос прозвучал неожиданно громко и резко, отражаясь от пустых стен палаты. — Я же русским языком сказал: не трогать капельницу! Ты хоть понимаешь, что ты не в игрушки здесь играешь?
Я никогда не видела его таким. Его глаза буквально потемнели от злости. От этого резкого окрика у меня внутри всё сжалось. Я хотела что-то ответить, съязвить, как обычно, но в горле встал ком. Нижняя губа предательски задрожала, а перед глазами всё поплыло.
Одна горячая слезинка скатилась по щеке, за ней вторая. Я быстро шмыгнула носом, стараясь скрыть, что мне страшно, и упрямо скрестила руки на груди, буквально вжимаясь в подушку.
— Ну и что... — прошептала я, всхлипывая. — Мне было больно. Вы не имеете права на меня орать.
Пэйтон замер. Увидев мои слезы, он на мгновение замолк, и его гнев, кажется, немного поутих, сменившись тяжелым вздохом. Он медленно подошел к кровати, нависая надо мной своей высокой фигурой.
— Эми... — уже тише, но всё так же строго произнес он, сокращая расстояние. — Посмотри на меня.
Он протянул руку и осторожно коснулся моего плеча, заставляя меня расцепить руки, которые я так сильно прижала к груди.
Комментарии