chapter fifty two
Все стало хуже. Снова.
Я видела, как Пэйтон проводил больше времени с Руби. А та и не против, зная, что я против этого.
И как бы я не старалась давить на неё – она продолжала мило ему улыбаться.
Конечно мы с ним общались, но в разы меньше. Да и он будто сухой, холодный.
Я расстраивалась из за этого, но и злилась тоже. Мы чаще «ссоримся», чем общались. Были мелкие ссоры, которые уже решались вечером.
Но как говорил Пэйтон: что ты снова начинаешь.
И всё. Последний раз мы поссорились из за того, что он сказал про мое слабое развитие, а я перевела это в оскорбление. Мол «ты тупая, Авелин» и мы поссорились. Молчали два дня а потом я сдалась.
И сейчас я сдамся снова.
Квартира Пэйтона. Мы молчим. Он лазает в телефоне, только свет отражал его выражение лица.
Спокойный, как будто ни о чем не думает. Он вообще помнит о моем нахождении здесь?
Мы молчали уже полчаса. Встретились, обнялись, поговорили о дне и затихли.
Как будто мы не в отношениях а обычное друзья. Знакомые.
— Что происходит, Пэйтон ? – взрываюсь, вставая с дивана. Он отрывается от телефона, смотрит на меня.
— Что ? – выключает телефон, понимая, что возможно разговор будет долгим. Или скандальным.
— Несколько дней назад ты сказал, что при общении со всеми ты чувствуешь что то не то. При чем ко всем я ?
Пэйтон вздыхает.
Улыбнулся, нервно.
— Я не знаю. Я общаюсь с другими и все равно это не то. Вот..Руби, вот с ней я кайфую, не злись на меня. Хорошо ? – монотонно проговаривает он, а я чувствую как моё сердце сжимается, ведь я слышу её имя.
Молчу. Пэйтон подходит.
— Я люблю тебя.
Смотрю на него, думая, что ответить. Хочется расстроиться.
— И что мне делать с тобой, придурок ? Мы общаемся с тобой как чужие.
Пожимает плечами.
— Нам не о чем говорить.
— Раньше темы были постоянно.
Он отходит дальше, забирая сигареты со стола. Достает одну.
— Я постоянно думаю, что в наших молчанках виновата я.
Я слежу за его действиями.
— Мы отдалились после расставания, Авелин. Вспомни наше время, мы сидели вместе до утра, смеялись, – улыбается, вспоминая, — И сейчас, когда мы стабильно два дня без общения.
Я молчу.
— И тебе нормально, когда его нет?
Закуривает.
— Честно, я отвык от него.
— В плане отвык ? – руки начинают дрожать.
— Его нет, – оглядывает меня. Почти безразлично.
— Малышка, – берет мои руки, — Я не вижу того, что было раньше, мне кажется, ты потеряла интерес ко мне.
Я затаила дыхание. Как он вообще мог подумать о таком ?
— И я не хочу навязываться, потому что это может быть сложно. Я могу быть с тобой каждый день. А потом меня не будет.
— Не будет ?
— Меня не будет год минимум, Авелин. Я не хочу чтобы ты привязалась ко мне как раньше. Не думай, что я не проявляю инициативы, потому что не хочу.
Морщусь.
— Это, блять, бред. Я люблю тебя, всем сердцем люблю. Я не хочу чтобы тебе было больно.
— Ты делаешь это сейчас, Пэйтон. – прикусываю губу. Он опускает взгляд ниже.
— Да разве я даю повод думать, что ты мне не нужен ? Ты думаешь, я не привязана к тебе сейчас ?
Снова он отходит, засовываю руки в рукава, почти прячу.
На его телефон приходит несколько сообщений, но он даже не посмотрел.
Смотрит в окно.
— Да сейчас даже с тобой не то. Раньше было так душевно.. – снова говорит о прошлом.
— А сейчас ?
Повернулся ко мне.
— Отвратительно.
— Наше общение это отврат, вау! – психую, собираясь уйти, но он не дает.
— Хочешь обижайся, но...сейчас ты ведешь себя как ребенок. Я не осуждаю тебя, ничего такого, просто говорю как есть.
Мои глаза слезятся, я смотрю на его руку, которая держит мою.
— Что я не так делаю ? Я только внимания от тебя прошу! И все. Зачем что то делать, если тебе это не нужно ?
Отпускает меня. Садится.
— Вот вся эта..хуйня. «Я тебе глаза выцарапаю», «Ты идиот», «Я тебе щас всеку». Не спорю, сказала бы ты это года два назад, я бы поржал. Но сейчас у меня другое мировоззрение, другие твои знакомые поймут это, но я нет.
Я слушала его, вспоминая то, как мое отношение к нему изменилось что ли.
— Почему ты не мог сразу сказать об этом ?
Хмыкает.
— Потому что ты сама должна понять это, врубится, осмыслить, я не знаю что ещё. И ещё раз говорю, не обижайся на меня за это.
— Тебе же круто только с ней.
— С кем, с ней ? – смотрит на меня.
— С Руби.
Пэйтон замолчал. Снова сообщение на его телефон.
— Просто я хочу...Чтобы ты была такой, как раньше.
— Какой такой, Пэйтон ?
Начинаю ходить по комнате, пытаясь вспомнить все свои слова и действия. Это все было неосознанно.
— Без этой колкости.
Снова молчим.
— Ты бы для меня маленькой девочкой, моей девочкой, – «маленькая» я дрожу. — А сейчас я не знаю как тебя назвать, чтобы не задеть.
— Я была такой, пока мы не разошлись.
Слишком резко вылетает из моего рта.
Пэйтон смеется.
— А ты говоришь, что для меня наше общение уже не то. Ну значит, не для одного меня, если ты до сих пор не можешь отпустить это.
Сажусь за его стол, смотрю в стенку.
— Отпусти эту ситуацию, забудь что это было.
— Ты не понимаешь, – тихо говорю я.
— Что я не понимаю? Что, сука, Авелин? – злится.
Стучу пальцами по столу.
— Я говорила тебе, что мне страшно доверять тебе снова, но я люблю тебя и ты являешься всем для меня. Я пытаюсь отдать тебе всю себя, но что то меня держит. Отдачи нет, мне больно, Пэйтон.
Он снова закуривает.
— Я понимаю все это, но, ты думаешь мне не больно? Когда ты отвернулась от меня в тот момент? А я даже не понимал из за чего.
Нет, блять, всегда виноват я.
Подходит ко мне, опираясь двумя руками вокруг моего тела.
— Я возвышал тебя везде, везде, сука, ставил вперед. Я поддерживал тебя тогда, когда самому рыдать хотелось. Я поддерживал тебя когда употреблял. Я писал тебе обкуренным, обдолбанным. Просто, сука, чтобы узнать твое банальное самочувствие, все ли нормально у тебя в семье. Мне правда было это важно.
Я снова начинаю дрожать. А он продолжает.
— Я веду к тому, что возможно я и виноват, да, но я бы никогда не сделал тебе больно намеренно, можешь ее отпускать эту ситуацию, можешь, блять, думать о ней сколько хочешь. Если тебе так будет легче. Мне сказать больше нечего.
Вытираю слезы, а Пэйтон снова отходит от меня. Нервно хрустят костяшками пальцев.
— Что мне нужно было делать, когда я от другого человека узнаю, что я не нужна тебе? Пэйтон? Я ходила настолько убитая, что самого близкого человека нет рядом со мной. Да я всегда рыдала с твоими проблемами, с тобой. И я так рада была, когда мы сошлись, даже если ты сделал мне больно.
— Все, Авелин, – берется за виски, прокручивая, — Давай больше не поднимать эту тему, забыть об этом. Просто постарайся.
— Что мне постараться? Забыть все это или вернуть тебе душевную Авелин?
Улыбается, довольно.
— хах, нуу...я бы предпочел все вместе.
— Неужели тебе нравилась моя навязчивость?
На самом деле, я начала ненавидеть прошлую себя. Слишком добрая, слишком мягкая, слишком улыбающиеся.
— Ты была очень милой, и такой ты мне нравилась.
— Кроме тебя меня такой никто и не видел.
— Пусть я и останусь тем, кто видит тебя такой.
— И тогда для тебя не будут наши отношения отвратом ?
— Если ты...перестанешь быть ребенком, то не будут.
— Прости, я не замечаю, правда.
Возможно, внутри меня царила обида. Закрытая, нерешенная обида.
Подхожу сзади, обнимаю его.
Но я чувствую, что люблю его больше жизни.
— Прости.
Руками обвиваю торс, а руки Пэйтона ложатся на мои. Мы молчим.
тгк - paytfnfks.
