1. 9
Через неделю. Гаражный кооператив "Восход". От лица Пэйтона
Грязь под ногтями въелась намертво. Запах солярки и металла пропитал кожу. Спина гудит после восьми часов разгрузки тяжеленных коробок с запчастями и возни под капотом старого грузовика. Но черт возьми... Я несу эту усталость как трофей. Это не пустая усталость от ожидания разборки или беготни от ментов. Это - честная усталость. Каждый рубль в кармане - не с халявы, не с "крыши", а выстраданный. Дядька Боб сегодня бросил: "Не фонтан, но стараешься. Держись, пацан". Это - как орден.
Чат "Братва"
Надя: Эйт! Как первый рабочий день? 😉 Не сбежал? Не затосковал по районым посиделкам? 😂
Эйт: Жив. Цел. Устал как собака. Но... норм. 😎 Дядька Боб не орет. Пока.
Дил: Респект, брат! 😎 Держись! А с районом все спокойно. Тишина. Как будто и не было нашей движухи.
Эйт: И пусть так. Моя движуха теперь - чтоб этот грузовик завелся. 😂 Кстати, Надь, спасибо за совет с термосом. Суп - спасение.
Надя: Оооо, кулинарный совет пригодился! 😍 Расту над собой! Скоро приеду, пирожками угощу! И куклу нашу заодно проведаю! 😉
Эйт: Только без палевна. Она... волнуется. После парка.
От лица Т/и
Волнуюсь. Каждый день. Каждый стук в дверь. Каждый звонок папы. Он стал чаще спрашивать о моих "прогулках", о том, не видела ли я чего подозрительного в парке. Говорит, там была драка, и он беспокоится. Его взгляд стал пристальным, изучающим. Я чувствую, как стена недоверия и страха между нами растет. И знаю: если он узнает правду о Пэйтоне, о драке, о том, что я была там... Все рухнет. И Пэйтон... он так старается. Эта работа, этот шарф... Он светится, когда говорит о гараже. Не хочу лишать его этого шанса. Не хочу, чтобы его снова втянуло в старую жизнь из-за меня.
Вечер. У подъезда.
Пэйтон приходит позже обычного. Видно, что выжат. Но глаза горят.
Эйт: Дядька Боб доволен! - сообщает он, чуть ли не прыгая от устало-радостного возбуждения. - Сказал, что я быстро учусь. И... дал мне ключи от бокса! Чтоб мог задержаться, если что, самому подшаманить! - Он гордо достает связку ключей. - Видишь? Доверяет!
- Это замечательно, Пэйтон! - Искренне радуюсь за него. - Я же говорила, ты умный и руки золотые!
Эйт: Не то слово! - Он берет мои руки в свои, шершавые, в царапинах и масляных пятнах. - Сегодня... я чинил стартер. Сам! И он заработал! Представляешь? - Его восторг ребенка искренен и заразителен. - Короче... Скопил немного. Хочу тебя в кафе сводить. Нормальное. Где ты любишь. Только вдвоем. Без паники, как в прошлый раз. Ок?
- Ок, - улыбаюсь, чувствуя, как тает тревога под его напором энтузиазма. - Спасибо. Я бы хотела.
Через два дня. Престижное кафе в центре. От лица Т/и
Пэйтон нервничает. Видно. Он в новой рубашке (опять!), старается есть "по-человечески", не чавкать. Спрашивает о моих делах, о книгах. Рассказывает про гараж, про дядьку Боба, про злого бультерьера, который охраняет кооператив. Он пытается. Очень. И это трогает до глубины души. Мы смеемся над его историями, и на мгновение кажется, что мы - просто двое молодых людей на свидании. Без прошлого. Без тени Сиерры. Без страха перед папой.
От лица Пэйтона
Расслабляюсь. Потихоньку. Она смеется над моими байками про гараж. Ее глаза сияют. Никакого страха, никакого осуждения. Только она и я. И вкус этого чертовски дорогого кофе, который я заказал, чтобы "соответствовать". Чувствую себя... нормальным. Не вершиной, не гопником. Просто - Пэйтоном. Парнем, который нравится девушке. И который может заработать на ее улыбку честно.
В это же время. Кабинет Депутата.
Мужчина смотрит на экран ноутбука. Перед ним - распечатанные кадры с камер наружного наблюдения. Качество неидеальное, но достаточно.
Кадр 1: Вход в парк. Его дочь. Рядом с ней - тот самый парень. Мотоциклист. Гопник. Кадр 2: Аллея. Они идут, он держит ее за руку. Кадр 3 (размытый, но узнаваемый): Район фонтана. Начало хаоса. Он заслоняет ее собой. Она... поднимает с земли что-то длинное. Ветку? Кадр 4: Они бегут прочь, он держит ее за руку, оглядываясь. На его футболке - темное пятно? Разрез?
Лицо мужчины - каменная маска. Только в глазах - буря. Ярость. Разочарование. Страх. Он берет телефон. Набирает номер, который узнал из оперативных сводок. Номер Дилана.
Звонок Дилану.
Дил: Алё?
‐ Дилан? Я отец Т/и.
Долгая пауза. Слышно, как Дилан резко вдыхает
Дил: З-здравствуйте... Че... чем могу помочь?
- Можете. Информацией. Я знаю, что вы - близкий друг Пэйтона. Знаю, что был инцидент в парке. Знаю, что моя дочь была там. И была вовлечена.
Дил: Я... я не в курсе... - Голос Дилана дрожит.
- Не тратьте мое время, молодой человек, - голос ледяной, как скальпель. - Я вижу записи. Мне нужны имена всех, кто участвовал в нападении на мою дочь и ее... спутника. Мне нужны подробности. И мне нужно, чтобы Пэйтон исчез из жизни Т/и. Навсегда. Понятно?
Дил: Но... Эйт... Пэйтон... он ее не трогал! Он ее защищал! Там Сиерра...
- Я не интересуюсь вашими разборками! Я вижу результат: моя дочь в центре криминальной потасовки! Рядом с человеком, который притягивает опасность как магнит! Ваш друг - угроза для нее. Физическая и репутационная. Или он уходит сам, тихо и навсегда... Или я устрою ему такую жизнь, что тюрьма покажется курортом. И те, кто ему помогает, разделят его участвие. Включая вас, Дилан. Я знаю о вас достаточно. Вам ведь не нужны проблемы с условным сроком? Или с вашей матерью, которая работает в той больнице?
От лица Дилана
Телефон чуть не выпадает из руки. Холодный пот стекает по спине. Он знает. Всё знает. И про парк, и про Эйта, и... про меня. Про условку. Про маму. Его голос... он не кричит. Он говорит тихо. И от этого в тысячу раз страшнее. Он может уничтожить. Эйта. Меня. Маму...
Дил: Я... я понял... - выдавливаю я.
Отец Т/и: Умный мальчик. Жду информации по нападавшим. И... решите вопрос с Пэйтоном. Добровольно - предпочтительнее. Вам - неделя. Не справитесь - разберусь сам. Без предупреждений. - Щелчок. Он положил трубку.
Я стою посреди своей комнаты. Трясутся руки. В ушах - набат. Предать Эйта? Брата? Который только вырвался? Который верит мне? Или... позволить Волкову раздавить его? И себя? И маму? Выбора нет. Вообще нет.
Чат "Братва"
Дил: Эйт. Надь. Срочно нужна встреча. Без телефонов. Падик у гаража. Через час. Ваще важное.
Надя: Опа. Че случилось, Дил? Звучишь как на похоронах. 😬
Эйт: Ок. Буду. После смены. Че там?
Дил: Приходи. Расскажу. Тут... пиздец, братва. Ваще.
Падик у гаражей. Вечер. От лица Пэйтона
Надя уже тут. Лицо напряженное. Дил ходит взад-вперед, как тигр в клетке. Не курит - аж странно.
- Ну? Че за движ? Ваще мрачный вид.
Дил останавливается. Смотрит на меня. В его глазах - мука. И страх. Такого я у него еще не видел.
Дил: Брат... - голос хриплый. - Нас спалили. Т/и и тебя. В парке.
Надя: ЧТО?! Как?!
Дил: Ее батя. Депутат. У него... записи с камер. Видно все. Как вы зашли. Как он тебя держал за руку. Как началась драка... Как она... ветку подняла.
- Бля... - вырывается само. Весь мой сегодняшний позитив исчезает, как дым. - И... че?
Дил: Он... он звонил мне. - Дил сжимает кулаки. - Знает, кто я. Знает про мою условку. Про маму... Он требует... имен тех пацанов с Заречья. И... - Дилан не может смотреть мне в глаза. - Он требует, чтобы ты исчез. Из жизни Т/и. Навсегда. Добровольно. Или... он тебя сгнобит. И меня за компанию. И Надю, если что.
Надя: Ёбаный в рот... - Надя бледнеет. - Дил, ты че, согласился?!
Дил: А ЧЕ МНЕ ДЕЛАТЬ?! - взрывается Дил. - Он депутат, бля! У него все рычаги! Он маму мою с работы выкинет! Меня - в тюрягу досиживать! Он не блефует! Я в его голосе слышал! Он ваще охреневший от злости!
- Тише, - говорю я. Голос звучит странно спокойно. Внутри - пустота. И холод. - Значит... конец. - Смотрю на Дила. Он съежился под моим взглядом. Но я не злюсь. На него. Он в заложниках. Как и я. - Че он сказал про срок? Неделя?
Дил: Д-да... - кивает Дилл. - Добровольно... предпочтительнее.
Надя: Нет! - Надя встает между нами. - Эйт, не слушай! Мы что-нибудь придумаем! Уедем куда! Или... или поговорим с Т/и! Пусть она с отцом поговорит!
- И че она скажет? - усмехаюсь я горько. - "Папа, это мой парень, бывший гопник-авторитет, он теперь работает в гараже, но на него напали, а я ему веткой помогла"? Он ее в психушку упрячет. Или в другую страну. А меня... - Машу рукой. - Нет, Надь. Пути назад нет. Он меня видит как угрозу. И он прав. Я - угроза. Моё прошлое, мои враги... Они нашли ее даже в парке. Что дальше? Гараж? Ее дом? - Беру сигарету у Нади. Закуриваю. Первую за неделю. - Дил... Передай ему. Что я уйду. Добровольно. Через неделю. Но... - смотрю ему прямо в глаза, - ...про тех пацанов с Заречья - ни слова. И про Сиерру - молчок. Это моё условие. Иначе - война. И ему не поздоровится. Я не Сиерра. Я знаю, как бить больно. Даже из тени. Понял?
Дил кивает, не отводя глаз. В них - благодарность и стыд.
Дил: Понял, брат. Передам. Спасибо... что не...
- Не благодари. Я не для тебя. Для Т/и. Чтобы ей не было еще хуже. - Делаю глубокую затяжку. Дым обжигает легкие. - Надь... Не говори ей. Ни слова. Пока. Дай мне... неделю.
От лица Т/и
Пэйтон звонит вечером. Голос... какой-то далекий. Усталый. Говорит, что задержится в гараже, что дядька Боб дал срочную работу. Говорит, что завтра не сможет встретиться. И послезавтра - тоже. "Дела". Чувствую - что-то не так. Но он отмахивается: "Просто работа, кукла. Надо вкалывать, чтоб тебя в кафе водить". Не верю. Но не давлю. Боюсь услышать правду.
Чат "Братва"
Надя: Дилл... Как ты мог?! Как ты мог Эйту это сказать?! Он же... он же сломался! Я видела его глаза! 😭
Дил: А ЧЕ МНЕ БЫЛО ДЕЛАТЬ?! - Ты слышала голос этого мужика?! Он не человек! Он машина! Он Эйта сожрет! И меня! И тебя, если встрянешь! У меня мать, Надь! И условка! Я не могу!
Надя: Ты предал его! Самого близкого! Из-за страха! 😡 Эйт бы за тебя жизнь отдал! А ты...
Дил: ЗНАЮ! Знаю, что сволочь! Знаю, что предатель! Но выбора НЕТ, Надя! НЕТ! Эйт понял. Он пожертвовал собой. Чтобы нам не было хуже. Чтобы Т/и не влетело. Тебе этого мало?!
Надя: Мало! 😭 Потому что он не должен жертвовать! Он только начал жить! Мы должны бороться!
Дил: С депутатом? С системой? Ты ваще дура? Чем? Понятиями? 😂 Он нас как муравьев раздавит! Эйт это понял первым. У него хватило ума не лезть на рожон. У тебя - нет. Не губи его, Надь. Молчи. Ради него. Ради Т/и.
Надя Еремин покинула чат "Братва"
В гараже. Поздний вечер. От лица Пэйтона
Сижу на корточках. Руки сами делают дело - чищу контакты. Голова - пустая. Точнее, полная одной мысли: Прощание. Как сказать ей? Как посмотреть в эти глаза, полные доверия, и сказать: "Всё кончено"? Как объяснить, что люблю ее больше жизни, но именно поэтому должен уйти? Что ее отец прав? Что я - черная дыра, которая поглотит ее свет?
Дядька Боб заглядывает в бокс:
Дядя Боб: Че засиделся, пацан? Домой давай. Завтра рано.
- Щас, дядь. Доделаю.
Дядя Боб: Девушка твоя ждет, поди? - Старик ухмыляется. - Не заставляй скучать. Бабы этого не любят.
- Ага... - Вытираю руки об тряпку. - Она... ваще космос, дядь Боб.
Дядя Боб: Вижу, - кивает он. - По глазам видно. У тебя, когда про нее говоришь - как лампочка загорается. Береги, пацан. Такие - раз в жизни. - Он уходит, оставляя меня наедине с моей болью.
"Береги". А как? Уйти - это и есть беречь? Или наоборот - предать?
В кармане жжет телефон. Фотография Т/и. Она смеется. Такой я хочу ее запомнить. Смеющейся. Счастливой. До того, как я разрушил ее жизнь своим появлением. До того, как ее отец показал мне мое истинное место.
Через неделю мне придется уйти. Но как прожить эту неделю? Как смотреть ей в глаза? Как... дышать рядом с ней, зная, что это - последние глотки воздуха перед вечной тьмой?
Я гашу свет в боксе. Выхожу в прохладную ночь. Над головой - ни звезд. Только тяжелые, низкие тучи. Как будто сама вселенная оплакивает то, что должно случиться. Белая зарплата не смыла черное прошлое. Оно настигло. И счет предъявлен. Цена - любовь всей моей жизни.