я скучал, Джессика Холл.

Без любви жить легче,
Но без неё нет смысла.

— Толстой.

Я тут же рванула обратно в дом, взяла спортивные штаны и огромную толстовку. Быстро натянув на себя вещи, я взяла ключи и, обувшись, выбежала из дома, закрыв его. Сон просто испарился, как будто его и не было вовсе.
Обежав половину дома, я обрадовалась ещё больше - он стоял и ждал.

Я ускорила бег, и тут же в буквальном смысле напрыгнула на него. Пэйт от неожидонности ничего не понял, но тут же его руки оказались на моей талии. А мои руки находились на его шее, всё как в детстве!

Мы стояли так слишком долго, очень, я успела обдумать абсолютно всё. Даже представила, где и как мы будем жить...
Мечты - фантазия людей, которая делает их счастливее.

— Ты сейчас меня задушись, Джессика Челси Холл, - тихо проговорил он, мне на ухо, крепче хватаясь за меня, тем самым прижамаясь сильнее к моей груди. Моя кожа моментально покрылась мурашками, я чувствовала его дыхание на макушке.

— Кто бы говорил, Пэйтон Джей Мурмаер, - кажется, это теперь наша новая фишка - называть друг друга по именам и фамилии.

Мои крохотные ладошки поглаживали кожу на шее шатена, его большие ладони удобно расположились на моей талии. Он вжимался в меня, пытаясь передать все чувства, а я всё сильнее и сильнее прижималась к телу юноши. Это так хорошо, так тепло и так прекрасно. Мне ещё никогда не было так уютно и хорошо.

— Я скучал, Джессика Холл. - и вот тут я растаяла...

— Знал бы ты, как мне было ужасно без тебя, - тихо прошептала я в шею парня. Я стояла на носочках, но если бы не крепкая хватка Мурмаера на моей талии я бы точно упала. Славу богу он не отпускал меня.

— Я знаю, потому что мне было также, - продолжал шептать Пэйтон, а моя туша уже несколько раз покрылась мурашками; сердце билось о рёбра, да так сильно, что казалось она сломает мне некоторые из них; а улыбалась я во все свои зубы.

— Тебя тоже жизнь помучала? - я продолжила его шепот, издав тихий смешок.

— Конкретно, - ответил парень. Я тихо рассмеялась.

Мы оторвались друг от друга, это было довольно сложно.
Сейчас мы идём по дороге, вдоль улицы, где живу я.
Я рассказываю ему, какие «приключения» произошли со мной, а он про свою школу. Мы не затрагивали больные темы.... Пока что.

— Можно вопрос? - спросил шатен, когда мы приземлились на лавочку, около которой стоял фонарь.

— Давай, - ответила я, рассматривая чёрноту ночи.

Не смотря на все обиды, злость и ненависть к отцу Пэйтона, я не могла обижаться на него самого. Я была уверена, что он не виноват в смерти моей матери. Он бы фактически не смог так долго обманывать меня и пользоваться мной. Он не такой.

— Твоя... Твоя... М.. Мама... Жива? - спросил юноша. Я застыла. Он не знает?

— Ты разве не знаешь? - я пыталась сдержать всю пелену в глазах, чтобы прям здесь у меня не началась истерика. Но пока что у меня это плохо выходит.

— Не знаю чего? - Пэйтон пытался уловить мой взгляд, а я усмехнулась, почувствовав дороги из холодных слёз на щеках. Даже тут я холодная.

— Она умерла. Твой отец пристрелил её, представляешь? Я видела всё своими глазами, - кратко рассказала я, поворачивая головой в разные стороны, а перед глазами то самое воспоминание, которое я бы очень хотела стереть. Потому что пользы от него никакой. Обычно воспоминания, они что-то стоющее, что-то дорогое или наоборот поучающее, такое которое нужно поставить на первое месте, в списке «мои ошибки, которые больше я не совершу». А это воспоминине мне ну никак не помогает. Я просто не могу, не выдерживаю. Когда на твоих глаза убивают человека, который научил тебя смеяться, говорить, писать, читать, уметь что-либо делать, ты ломаешься. Просто, как тонкая палочка. Вот тогда-то и началась моя «чёрная полоса».

— Прости, я правда не знал. Мой «отец» ничего не говорил, знаешь, когда мы переехали в Лондон он сидел в своём кабинете, пил, курил, принимал, а потом умер из-за передозировки. Мне было шестнадцать, когда это случилось. Мама, не выдержав всего того, что накопилось у неё просто скончалась. А я был несовершеннолетний тухлый парень. Меня отдали в детский дом, а через месяц усыновили какие-то люди. Когда я отучился, они отправили меня в Хьюстон, учится. И вот я тут, но это ещё не всё, - рассказал шатен, а я встала в ступор. Он тоже многое пережил, но чем он заслужил это? Чем? Он же, просто такой молодец. Я горжусь им, он вытерпел смерть мамы... Хотя, я тоже...

— Прости, - выдавила я из себя, вытирая ладонями щёки. Пэйтон подсел ближе, обнимая за плечо, целуя в макушку.
Мне сразу стало тепло, что он творит со мною?

— Ты не виновата, ты сама это знаешь. А как на счёт тебя? - парень повернул моё лицо к своему за подбородок, я слабо улыбнулась.

— Я оканчательно разочаровалась в жизни... - «пока снова не встретила тебя», я хотела продолжить фразу, но не думаю, что это нужно. Пока что я ещё не до конца уверена в догадке папы.

— Да пошло оно! - резко выдаёт он и тут же крепко-крепко обнимает меня, а я отвечаю его объятиям, тихо посмеиваясь.

— Пошло оно! - громко повторила я. Шатен отстарнился от меня, взял за руку, от чего мурашки прошлись по коже и хотелось уплыть куда-нибудь вместе с ним.

Он встал, а я за ним. Пэйтон остановился только на середины небольшой дороги, на которой обычно проезжают машины. Я на секунду испугалась, но тут же отбросила сомнения, когда парень взял мою вторую руку и начал кружиться.

Я звонко смеялась, как никогда раньше. Было хорошо, просто отлично. И если бы, Вы сейчас спросили бы у меня «Как ты?»  я бы ответила «Прекрасно!»...