6.)
Наблюдать за тем как мучаются его братья — наверное, очень больно. И он почему-то не мог смотреть на то, как они мучаются. Микеланджело все время прокручивал тот разговор в своей голове и пытался понять, где правда, а где ложь. Если верить словам той крысы, то получается, что он и был мутантом, у него никогда не было семьи и детей, но это ведь невозможно…
Да и воспоминания в голове не могут быть ложью. Он в этом уверен. Тогда как же объяснить то, что у этих мутантов есть его фотография, на которой Майки улыбается настолько ярко, что невольно возникает вопрос — а эти самые воспоминания могут являться ложью? В общем, он запутался.
<center>***</center>
Черепахи были привязаны веревками и лежали вверх дном. Микеланджело точно не мог сказать, что же эта за зелёная жижа находиться в огромной колбе, но уже догадывался, что это — невероятно больно.
—Отлично, черепахи, отлично. Я наконец-то смог поймать вас всех. И теперь точно смогу отомстить. Как же долго я ждал этого момента, — заговорил Шреддер, заходя в огромное, полуразрушенное здание.
С его губ не сходила жестокая ухмылка, а глаза торжественно блестели.
—Ты никогда не победишь нас, Шреддер, у тебя слишком мало силенок, — съязвил Рафаэль, неловкими движениями пытаясь распутать веревки на своих руках.
—Ха-х. Говори, что хочешь, жалкий мутант. Говори, пока можешь, ведь ещё немного, и вы точно превратитесь в лягушачий суп.
—Фу. Не ожидал от тебя такой мерзости. Неужели ты нас есть собрался? — издевательски пропела черепаха в красной повязке, при этом смотря прямо в разъярённые глаза.
—Нет. Не говори глупости. Где крыса? Без него будет не интересно убивать вас.
Злой до ужаса Шреддер мерил землю быстрыми шагами и не находил себе места. Ороку Саки так долго ждал этого момента, и, когда он все же настал, он все равно не может убить их. Нужно найти эту чертову крысу. Но ничего, он сам появится, чтобы спасти своих детей. И тогда он заманит его в ловушку и убьет.
На губах мужчины появилась еле заметная ухмылка. Вот он — его долгожданный момент. Спустя столько долгих лет, он лично прикончит со всеми.
<center>***</center>
…Мягкие руки нежно гладят по голове и дарят невероятное ощущение счастья и лёгкости. Объятия такие желанные и, в тоже время, очень странные. Он не ожидал этого, поэтому смотрел на темперамента с удивлением и смущением. Его не ударили и не ругали, в первый раз эти руки дарили ему тепло, а на боль. И от этого становилось очень хорошо. Он чувствовал, как его сердце наполняется лёгкостью и безграничной братской любовью…
…Ссора. Очередная ссора, она ранит и пугает. Он не хотел этого, не хотел! Все получилось очень неожиданно. Он не думал, что его глупая шутка может привезти к таким последствиям…
…Одиноко и страшно. Он в неизвестном месте и сейчас с расширенными глазами смотрит по сторонам, вдруг понимая, что совершенно один. И в любой момент его могут обидеть…
…Его зовут Сорвиголова, и он очень милый. Смотрит своими маленькими глазками и кормит его найденными ягодами. Ему тепло и мягко. Белка откуда-то нашла для него старую, потрепанную куртку, и теперь он сидит на дереве и греется…
…Сон. Ему страшно. Холодно и очень темно, даже пусто. Он бежит по лесу, а за ним бежит огромная говорящая пицца и теперь пытается съесть. Но пришёл он — Рафаэль — и спас его…
…Его схватили футы и насильно привели в какое-то логово. Он точно знал, где находится, без братьев страшно. Его били, очень больно. Но он не сдавался. Ему предложили помощь взамен на услугу. Он не захотел. Его бьют снова. Удары настолько сильные, что он несколько раз терял сознание…
…Тяжело дышать. Он чувствует, как с каждым вздохом кончается воздух. Тело охватила паника. Он бился руками об стекла и пытался их сломать, но безуспешно. Слёзы брызнули с глаз, только они тут же растворялись в этой жидкости. Легкие наполняются чем-то отвратительным. Последний глоток воздух и глаза закрываются…
…Он ненавидит мутантов и хочет их убить. Шреддер сказал, что так нужно, и это — единственный шанс отомстить им за то, что они сделали. Он поможет и ничего не попросить взамен. Они закрепили договор рукопожатием, и он теряет сознание опять…
<b>Он все вспомнил. Наконец-то он разобрался.</b>
<center>***</center>
—Я думаю… Нам пора прощаться, братья мои? — как-то слишком тихо проговорил Донателло, мельком оглядываясь на младшего.
—Ты что, сдаешься? — пораженно выпучил глаза мутант в красной повязке.
В его голове не укладывались слова брата. Неужели это все? Неужели он опустил руки?
—А что нам делать? Мы связаны и висим вверх головой над непонятно чем и явно не сможем выбраться. Что прикажешь ещё делать?
—Что делать?! — вспылил Рафаэль, раскачиваясь и ударяя брата. Тот болезненно скрючился, но тут же ответил ему, ударив в живот. — Ты прикажешь мне сдаться?! Нужно искать выход из этой ситуации!
—Хватит! Вы даже сейчас ссоритесь. Вам не стыдно? Мы вот-вот умрем, а вы нашли время для этого? — гневно закричал лидер, завершая этим драку.
—Черт, нам надо что-то делать. Мы не может вот так вот умереть. Как думаете, они смогут найти Сплинтера? — более спокойно спросил Раф, все ещё не прекращая попыток выбраться.
—Нет, ведь я сам пришёл, — ответил на вопрос только что появившийся Сплинтер.
—Учитель! — закричали хором мутанты, с ужасом понимая, что сейчас произойдёт.
—Кто наконец-то явился…сам Хамато Йоши, собственной персоной. Ну что ж, хорошее решение. Не придётся искать тебя. Микеланджело, подойди ко мне, — на губах Шреддера все ещё играла самодовольная ухмылка.
Он был уверен в том, что делает и никто не смог бы убедить его в обратном.
—Да, мой господин, — безэмоционально проговорил младший и, не раздумывая ни секунды, направился в его сторону.
На миг его губ коснулась лёгкая улыбка, но он быстро скрыл её под маской безразличия. Ему в руки положили меч и кивком головы указали на учителя. Он без слов понял, что делать.
—Нет, Майки, остановись! Подумай о том, что ты делаешь. Ты ведь пожалеешь об этом!
—Брат, не надо. Не делай этого.
—Чертов придурок, что ты делаешь?!
—Я делаю то, что приказал мне господин, — холодно изрёк мутант в оранжевой повязке, все ближе подходя к крысе.
—Прошу, приди в себя. Не надо, ты ведь потом не сможешь простить себя, — отчаянно крикнул Леонардо, так и не понимая того, что все это подстроено.
—Конечно, — младший быстрыми прыжками преодолел расстояние между ним и Шреддером, затем вонзил этот меч ему прямо в сердце.
Тот шокированно замер, отшатываясь на несколько шагов назад. Из раны текла темно-алая кровь и крупными каплями падала вниз.
—Что ты делаешь, чёрт тебя дери?!
—Делаю то, что должен был сделать очень давно, — усмехнулся Микеланджело, отражая удары футов. — Неужели ты на самом деле думал, что я так ничего и не вспомню?
—Ах ты ж жалкая черепаха. Убить его! — громко приказал Шреддер, держась рукою за рану.
Он быстрым движением вынул меч из сердца и намертво осел на землю.
Несмотря на смерть главаря, бой продолжался. Футы нападали с новой силой, их становилось все больше и больше. Микеланджело понимал, что не справится один. Он обречен, все кончено.
Но как бы не так! Пока он сражался, знакомая нам белка успела перегрызть им веревки, и черепахи, держась за не перегрызаный конец, поднялись и тут же кинулись на футов.
—Надо срочно уходить! — крикнул Майки, уклоняясь от ударов. — Я заложил бомбу и вскоре тут все взорвётся!
—Уходим! — решительно крикнул в ответ Леонардо, и все братья кинулись на выход.
Вовремя. Именно в этот момент здание охватило огни и оно в ту же секунду взорвалось.