29.
Рики всё ещё держал Сону на коленях, как будто тот был подушкой. Ни малейшего намёка на волнение — только привычная холодная отстранённость, которая почему-то всё сильнее жгла изнутри.
Сону всё пытался отвлечься. Говорил с друзьями, смеялся, кивал — но всё время ощущал, как пальцы Рики иногда лениво сжимают ткань его футболки у талии. Как будто неосознанно держат ближе. Как будто говорят: «никуда не уходи».
Когда видеозвонок закончился, Сону медленно положил телефон рядом, повернул голову, посмотрел на Рики сбоку.
— Ты не собираешь меня отпускать? — спросил он, чуть хмурясь.
— Нет, — сухо ответил тот.
Пауза.
И вот тогда Сону решил.
Если Рики может играть в эти игры — то почему бы не попробовать ему тоже?
Он повернулся чуть сильнее, так, чтобы их взгляды встретились. Подался вперёд, будто случайно, наклонился ближе и тихо, с невинной улыбкой прошептал:
— А может, мне теперь рассказать ребятам, как наш холодный Рики держит меня у себя на коленях как плюшевую игрушку?
Он даже пальцем ткнул Рики в грудь — легонько, будто дразня.
Глаза — полны вызова. И скрытого, почти детского торжества.
Рики моргнул. Медленно.
Повернулся к Сону.
Секунда. Две.
— Попробуй, — ровно сказал он.
— И я прямо сейчас укушу тебя за ухо.
Сону подавился воздухом.
— Т-ты чего… — он дёрнулся, но Рики уже прижал его ближе, склонив голову чуть вбок.
— Раз ты решил играть в дерзкого, — почти шёпотом добавил Рики, по-прежнему без эмоций в голосе, — придётся принимать последствия.
— Н-не честно… — пробормотал Сону, прячась подбородком у него на плече.
— Ты начал, — холодно отрезал Рики. — И не жалуйся.
Он отпустил талию, но пальцы всё ещё лежали на колене Сону — как будто говорили: «ты можешь убежать, но только если я разрешу».
В комнате снова стало тихо.
Сону молча кивнул. И… остался сидеть.
Потому что знал — если он встанет, Рики всё равно придумает, как вернуть его обратно.