1.
Федор накидывает на плечи свое чёрное пальто, наспех обувается, на его голове красуется уже привычная, излюбленная, белоснежная шапка-ушанка. Парень выходит из собственной квартиры, закрыв дверь на ключ и на всякий случай перепроверив точно ли она закрыта, направляется на лестничную клетку. Нажав на кнопку вызова лифта, брюнет с досадой замечает, что ее контур не загорелся красным цветом, что означало, что на прибытие лифта Достоевский может даже и не надеяться. Черноволосый глубоко вздыхает, все желание пойти и прогуляться мигом куда-то улетучивается, ведь живёт брюнет аж на тринадцатом этаже и спускаться с него по лестнице в моменты отключения лифта, желания нет от слова «совсем», однако Федор для себя уже решил, что этой ночью обязательно сходит и прогуляется, подышит свежим воздухом, поэтому обладатель аметистовых глаз разворачивается в сторону лестницы и стараясь не касаться перил, неспешным шагом начинает спускаться по лестнице.
С каждой новой пройденной ступенькой, желание идти дальше становится лишь слабее. Хотя, не то чтобы оно было сильно изначально, однако пройдена уже половина пути и смысла возвращаться назад из-за усталости уже нет, ведь сил на это уйдет даже больше, чем на спуск.
Все же с горем пополам, но Достоевский дошел до первого этажа. К этому моменту его дыхание уже успело сбиться и стать глубже, а в боку начало неприятно покалывать. Ужасная физическая подготовка, вкупе с не самым лучшим здоровьем и режимом жизни брюнета дают о себе знать. Федор некоторое время постоял на первом этаже, уперевшись руками в свои колени, чуть ли не сгибаясь пополам, в попытках отдышаться, однако на это черноволосый выделил не столь много времени, поэтому вскоре тот разогнулся и направился к выходу из подъезда.
Выйдя на улицу, брюнет полной грудью вдохнул прохладный, ночной воздух. Свежим его назвать было нельзя, ведь Достоевский жил в самом центре города, однако для самого темноволосого, который выходил из своей квартиры крайне редко и этот воздух казался вполне себе свежим.
Федор спустившись по малочисленным ступенькам подъезда, направился в сторону, которую выбрал чисто интуитивно, ведь какой-то конкретной цели у этой прогулки, собственно, и не было, обладатель лиловых глаз просто хотел погулять, насладившись пустыми ночными улицами, где нет характерных для дневного времени суток толп шумящих людей, которые так сильно раздражали брюнета одним только своим присутствием, поэтому если Достоевский и выходил из дома, чтобы просто пройтись, то происходило это именно ночью.
Брюнет гулял уже примерно минут десять, за это время парень успел отойти достаточно далеко от собственного дома и планировал ещё немного погуляв, направиться обратно. Ещё минут так через пять, Федор, в силу особенностей своего организма, потихоньку начал замерзать, из-за чего все же развернулся обратно в сторону дома, решив ускорить себе путь, свернув на особенно темную и пустующую даже днём улочку. Пройдя по ней несколько метров, брюнет почувствовал, что его ударили по затылку чем-то тяжёлым, из-за чего тот мгновенно почувствовал боль, негромко из-за этого зашипев и начав падать, при этом проваливаясь в беспамятство. Последнее, что почувствовал Достоевский это был, на его же удивление, совсем не удар о холодную, грязную землю, а то, что кто-то подхватил его на руки.
***
Черноволосый медленно начал возвращаться в сознание. Первое что он почувствовал, это адская боль в голове, что было вполне ожидаемо, ведь ударили его не пожалев силы. После Федор начал осознавать и то, что не может двигаться, из-за того, что был связан достаточно плотной веревкой, при этом сидя на стуле, руки плотно связаны за спиной, при этом ещё и прикреплены к спинке стула, ноги же привязаны к ножкам стула. Так же, открыв глаза и не увидев перед собой абсолютно ничего, кроме совсем не утешительной черноты, Достоевский пришел к выводу о том, что его глаза так же были завязаны. Вот и приплыли, догулялся ночью по безлюдным, темным улицам. Теперь Федор начал жалеть о том, что все же не пожалел сил и ради этой прогулки решил спуститься по лестнице, вместо того чтобы плюнуть на это и вернуться домой, решив прогуляться в другой день, но нет же, ему приспичило гулять именно сегодня, именно сейчас и именно через ту улицу.
Достоевский начал дергать руками, пытаясь освободить свои запястья или хотя бы немного ослабить узлы, но все к чему это привело, это лишь сильно нетертые запястья, которые начало саднить неприятной, но пока еще терпимой болью. Рас уж ослабить веревки не вышло, черноволосый начал быстро мотать головой из стороны в сторону, в надежде избавиться хотя бы от черной ткани на глазах, что так же сделать не удалось. Федор бы попробовал сделать с этим ещё что-нибудь, если бы в комнате резко не раздался звук открывшейся двери, которая после с громким стуком захлопнулась. Стоило брюнету это услышать, как тот замер, напрягая слух, пытаясь услышать все что только возможно, ведь в его положении это бы не повредило.
После до слуха темноволосого донеслись негромкие, приближающиеся к нему шаги, что совсем не радовало, однако как-либо помешать этому брюнет не мог, ему оставалось лишь напрячься и ожидать того, что произойдет далее.
- так-так-так, кто это тут у нас очнулся?~- тягучий голос звучащий как полу-шепот, раздался прямо рядом с ухом черноволосого, настолько близко, что тот ощутил, как дыхание неизвестного опалило его кожу. Из-за подобной неожиданности Федор вздрогнул, подавшись назад, насколько это было возможно сделать привязанным у стулу. На это действие Достоевского послышался лишь звонкий, самодовольный смешок. Этот человек явно забавлялся тщетным попыткам Достоевского хоть как-то улучшить свое положение.
Обладатель лиловых глаз свел свои тонкие брови к переносице, стоило ему почувствовать, как его подцепили за подбородок, начав поворачивать его лицо в разные стороны и склонять под всевозможными ракурсами, видимо пытаясь повнимательнее рассмотреть Федора, который был совсем не доволен таким отношением к себе, из-за чего начал пытаться повернуть свою голову так, чтобы незнакомец наконец-таки перестал прикасаться к его лицу, но это не увенчалось успехом, а Достоевский замер, ощутив чье-то дыхание непозволительно близко к собственному лицу.
- так бы сразу!! Не дергайся, мешаешь!!- воскликнул голос неизвестного, который все же соизволил податься немного назад, вернув черноволосому хоть какую-то часть его личного пространства, так бесцеремонно нарушенного.
Неизвестный все таки решил дать брюнету возможность видеть происходящее, потому потянул за один из концов черной ленты, которой были завязаны аметистовые глаза Федора, из-за чего узелок мгновенно развязался, а лента упала куда-то на пол. Достоевский открыл глаза, сразу же уперевшись своим лиловым взглядом в стоящего, склонившись над ним парня.
Внешность его была очень необычной, но из-за этого не менее симпатичной. Волосы его были белоснежные, а задняя их часть была очень длинной, заплетенной в тугую, плотную косичку, достигающую примерно поясницы парня, а сейчас перекинутую через его правое плечо. Глаза его были ещё более необычными, а именно разноцветными, левый его глаз был насыщенного янтарного цвета, а правый, в свою очередь, небесно голубого, так же через левый глаз проходил тонкий шрам. На лице незнакомца была широкая и явно поддельная, натренированная годами практики улыбка, но Федор слишком хорошо разбирался в людях, чтобы не понять того, что эта улыбка является лишь спектаклем. Одет тот был в черно-белые брюки, в вертикальную полоску и белую, объемную рубашку, небрежно выправленную из брюк. Рост того был очень даже высоким и хоть сидя на стуле, Достоевский не мог в полной мере оценить роста незнакомца, но визуально тот казался примерно как сам брюнет, разве что немного выше. Черноволосый просто не мог не признать того, что блондин был очень красив, однако ситуации это не меняло и брюнет очень сомневается, что этот человек похитил его, при этом хорошенько огрев по голове для того, чтобы безобидно попить чайку.
Разноглазый вновь заговорил, ещё сильнее приблизившись к лицу Федора..
Комментарии