ПЛОХИШ | 18+

Хейден

     — Я не буду так любезен, как Бойд, — заговорив, Трэн поглядывал на нас с ухмылкой. — Эта девчонка предала меня. — Смахнув невидимую слезу средним пальцем, он продолжал наступать не спеша, будто хищная кошка перед броском на жертву. Дженни! Она в опасности! — Игра есть игра, и существуют правила. Все, кто находятся на территории, – вовлечены. Разве на таков кодекс двух братств?

Да он, издевается!

     — Отвали от неё, Трэн. Иначе, я за себя ручаюсь.

После моего предупреждающего полурыка, полу-раздраженного выдоха, ухмылка мудака стала шире. Выигрывая этот поединок, Брексен Трэн мог поставить меня на место.

Он потёр руки, останавливаясь. Черт, здесь находилось слишком много левых людей. О чем я думал, позволяя Дженни ехать со мной? Страшно за неё. За ее реакцию. Да, эта девчонка через многое прошла с нами, видела достаточно, и все же, всем всегда давала шанс исправиться. Она слишком добрая для таких парней как мы. А сегодняшний случай, пожалуй, самый непредвиденный.
Наверно, в глубине души я надеялся показать ей самое ужасное и последнее, что, не рекомендуется рассказывать хорошим девочкам. Надеялся и не хотел, чтобы она убежала сломя голову.

Да, такие квесты не редкость при наборе в братство или сестринство, таким образом претендентов проверяют на силу духа. И порой, очень жестоко поступают с ними.
Только наша компания занималась этим не для набора новых челнов, — мы изредка развлекались, приглашали девушек, показывали им наш мир, затем, устраивали дикие вечеринки. Признаться, я меньше всех наслаждался этими встречами. Просто потому, что не увлекаюсь извращениями, как Тао или Рекс. Мне уже претит даже находиться рядом с ними, когда они входят в кураж. И все из-за неё. Из-за Дженни.

Поглядев на Трэна, тоже ухмыльнулся его глупости. Я не отдам ему Дженни. Ни за что. Пусть даже не мечтает.

     — Она здесь, — значит, участвует.

За секунду моя злость увеличилась в геометрической прогрессии. У этого мудака была возможность сделать с ней все что заблагорассудится его душе, но не сделал этого до меня. Я готов был затолкать его же слова ему в глотку. Но призадумался. Возможно, раньше он недооценил Дженни, или все дело в нашей вражде.

     — Трэн, ты не расслышал меня?

Парни с ним замерли, прослушиваясь к нашей перепалке. Данте и Купер все ещё стояли между нами, и реши Трэн натравить на нас остальных, сколько же людей встанет на мою сторону? За себя я не парюсь, — я могу подраться с любым. Но Дженни... она же останется беззащитной на момент драки.
Нужно как-то избежать этого!

Не успел решить, как действовать дальше, как сзади кто-то напал. Приложился к моей голове чем-то твёрдым и тяжёлым, практически лишая сознания. Тело упало вперёд, я даже руки не успел выставить перед собой. Последнее, что услышал, это неясный крик девушки. Все поплыло перед глазами. Лишь чудом оставался в неполном сознании, едва различая голоса. Началась возня, послышались крики. Кажется, Дженни побежала в сторону лабиринта.
Черт, где Купер или Данте?

                       Дженни

Начался мой личный ад. Освещение внезапно выключилось, погружая особняк и его лабиринты во тьму. И я не увидела перед собой ничего. Лишь слабый вздох Хейдена позади, а до того, – удар, довольно скоро дали понять, — пора уносить ноги.
Но как же я оставлю его в беде?

Началась какая-то непонятная возня, я дёрнулась, как мне казалось к Куперу и Данте, надеясь найти помощь у них. А вместо этого получила удар в затылок, чья-то грубая ладонь прижалась ко рту, заглушая все дальнейшие звуки. Медленно и безропотно погружалась в дикий хаос испуга, нарастающий по мере осознания того, что творится. Теряя сознание, я лишь понадеялась не оказаться в лапах маньяка. Конечности задрожали, сердце выпрыгивало из груди. Казалось мой мир померк. Один из парней, которого не узнавала, тащил мое обмякшее тело в сторону живого щита, – изгороди, составляющей весь лабиринт. Куда-то подальше от суматохи. Я слышала голоса Купера, Данте и Бойда словно под толщей воды. Но и они отдалялись.

Кто меня держит? Куда он меня тащит? Зачем я ему сдалась?
Слишком много вопросов, и поздно доходит до моего затуманенного сознания, — игра продолжается.

Воображение рисовало тени, пока мое тело тащили в неизвестном направлении. Из-за темноты, и незнания местности, я не могла ориентироваться. Кто-то тянулся в сторону лабиринта, утаскивая жертву поглубже. И я слишком напугана пытаться узнать его. Мне страшно. Хотя стараюсь не поддаваться панике. Это сложно, когда отчасти ты догадываешься, какие дела тут происходят.

                         Хейден

     Парни практически в ту же минуту привели меня в чувство, притащив нашатырь. Голова сильно раскалывалась и кружилась, тело шатало как после трёх суток пьянки, но я не мог расслабиться, зная, что Дженни больше не у нас.

— Где она, мать вашу? Вы что, упустили ее из виду? — орал на Данте и Купера, не церемонясь и не выбирая выражения. Тихий притаился где-то у машин. Бойд тоже находился с нами. Остальные парни, как сквозь землю провалились.

— Это Трэн! — уверенно рыкнул, дёрнув на себя Купера за одежду, мысленно рисовал, как придушу подонка Трэна. — Если только он посмеет обидеть ее!.. Если только рискнёт... Я жизнью клянусь, выбью из него все дерьмо, и скормлю акулам. Плевать, что потом посадят.

— Только он был здесь с Питером, и только он мог забрать ее.

— Погодите, парни, — невесело усмехнулся Бойд, стараясь сосредоточиться. — Брексен Трэн ударил тебя по голове и утащил девчонку? Но он же рядом стоял, он не мог этого сделать!

— А Питер? — поинтересовался Купер, поддерживая меня. Данте уже набирал 911. Хотя я запрещал ему втягивать органы правопорядка. Как только парамедик получит сообщение, набегут и копы.

— Я не уверен, — сочувственно глядя, произнёс Бойд. Этот осел вздумал жалеть меня? — Он тоже был рядом. Вряд ли успел бы обойти вас и нанести удар в спину.

— Но кто-то же сделал это! — впервые за весь вечер Старсон соизволил продолжить разговор. — Может это был Крю, или кто-то из твоих приятелей.

Бойд разозлился на замечание Старсона, и тут же набросился на него. Тот, не думая, влепил ему кулаком. Завязалась драка. Сквозь крики парней я услышал голос Купера.

— Хватит, бл***ть! Дженни утащили. Нужно ее найти. И пусть те или те, молятся, чтобы это оказались не они.

Бойд и Старсон прекратили оскорблять друг друга, и переключили своё внимание на нас. В темноте, освещённой лишь фонариками от телефонов, мы мало видели, поэтому, кто-то догадался включить фары автомобиля. Вход в лабиринт действительно был открыт.

Недолго думая, хоть и ощущал в теле некое покачивание из-за головокружения, вытащил из бардачка автомобиля пистолет, и сняв с предохранителя, сделал предупредительный выстрел в воздух в небо. Я хотел показать тому, кто утащил Дженни, что шутить с ним не намерен. Парни заволновались. Послышались крики. Давно забыл о первоначальной миссии и Эмбери. Плевал на квест и попытки развлечься, меня не интересовало кто сумел достичь адреналина. Хотел лишь поскорей найти Дженни.

После первого выстрела друзья и чужаки стали перекрикиваться, спрашивая в чем дело, и совсем скоро вся наша компания появилась перед входом в лабиринт. Здесь были все, кроме Дженни.

— Где она?

     — Не смотри на меня так, — невесело усмехнулся Трэн. — Я ничего ещё не сделал. Услышал возню, и решил сам найти ее. Но потерпел неудачу.

Никто из только что прибывших, не понимал о ком я спрашиваю. Только те ребята, которые находились здесь при нападении. Кто-то из них лжёт? Нет времени выяснять это сейчас. Сейчас важна каждая драгоценная минута. И тогда, решив послать все к чертям, рванул в лабиринт сам. Купер, кричал, что сошёл с ума, но понёсся следом. За ним поспешили Данте и Старсон. Мы все искали ее в темноте. Я оттаяно пытался отогнать страх, и свыкнуться с мыслью, что сам обрёк ее на опасность.
Если найду ее целой и невредимой, прогоню из своей жизни. Давно следовало это сделать.
Так не может продолжаться. Кто-то упорно сбрасывает мешающие фигурки с шахматной доски: сперва напали на Тарин, затем на Дженни, последним в списке значился я сам. Кому-то хотелось вывести меня из игры. Но кому я перешёл дорогу, – Рену, Бакстеру, или ещё какому придурку?.. Да боже, сколько же недовольных осталось позади, и каждого можно заподозрить в зависти. Но каждый ли способен провернуть такие вещи?

Вскоре нашёл ее связанную, и с кляпом во рту. Ее щеки были измазаны чёрной тушью, растёкшейся от слез и криков. Она была обессилена.

Я уже не мог видеть ее такой: разбитой, напуганной и опустошённой. Полагаю, Дженни сама приняла такое же решение, – не связываться со мной и защитить себя от повторения подобных случаев. Пора прощаться. Но для начала, я позабочусь о ней. В последний раз.

****
Позже, почти под утро, возвращались домой, усталые и опустошённые. Я беспокоился о Дженни и ее состоянии. Она опиралась на меня все время, в машине, по пути к ней, до дома. Ни секунды не отпускала мою руку или старалась сохранить тесный контакт. Пока ехали, молчала весь путь. Наверняка, не знала, как сказать о своём решении уйти. Только я собирался облегчить ей этот разговор. Я сам скажу ей обо всем утром.
Думаю, не только наши развлечения действительно напугали ее. Но и непредсказуемые последствия. Или тот урод, кто утащил ее, а затем, связав, оставил одну, до смерти запугал ее.
Кем бы не был тот человек, он красочно дал Дженни представление о том, чем наша компания промышляла, и мы намного опасней обычных парней. Да, мы не нарушаем закон, все вовлечённые осознавали степень риска, и все же... Дженни не видела, как парни развлеклись с девушками, слышала лишь их отдаленные крики. Не знаю было ли им плохо, или они передумали. Знал точно одно, – Эмбери впервые пережила настоящий ужас. Попросит ли она о подобном на следующий год, кто знает. Но Дженни больше не поедет со мной.
Она сама не своя после квеста.

Размышляя о состоянии девушки, которая все еще доверчиво прижималась ко мне, вошёл в дом, открыв своим ключом. Со мной все было в порядке. Парамедик осмотрел мою голову и не обнаружил серьёзных травм. И все же, посоветовал воздержаться от алкогольных напитков, а завтра посетить клинику.
Я не собирался следовать его рекомендациям, и к часам четырём чувствовал себя вполне нормально.

Парни, тихо переговариваясь, плелись позади. Купер тоже поехал за нами. Я не возражал. Мы должны обсудить случившееся и выяснить, кто посмел сделать такое с Дженни. Подозреваю Трэна и его друзей, но Дензел готов ручаться за каждого из них. Это выводит меня из себя, потому что, он прав, Трэн и его ребята не действуют таким образом. Это не их почерк.

— Думаю, нам следует обсудить произошедшее прямо сейчас.

Данте никогда не отличался дотошностью, не знаю, что на него нашло сегодня. И я вынужден был ответить.

— Нечего обсуждать прямо сейчас, все прошло достаточно безопасно. — Говорил специально, — пока Дженни с нами, нам не следует обсуждать произошедшее.

Не соглашаясь с моим мнением, Купер фыркнул, бросаясь в кресло в гостиной.

— А вот я не уверен, что она, — он указал на Дженни, — достаточно поняла. Мы не можем рисковать.

     — Что вы хотите услышать?

     — Ты показал им ее важность для тебя, — сказал Данте, садясь на диван. Старсон, как бывало часто, молча сел рядом. — Полагаю, кто-то понял, где стоит ударить.

     — Будто Купер не делал то же самое последние три месяца. Почему сейчас?.. — А они, возможно, правы, черт возьми! Со мной Дженни находится в большей опасности, чем с кем-либо другим.

Я злился, почему ему было можно, а мне нельзя. Но ответ напрашивался сам собой, — в определённых ситуациях, Купер рискнул бы ею, если бы пришлось. Наверно.

Не хочется думать о том, что было бы не окажись меня там. Что стало бы с Дженни. Кто связал ее?

     — Я никогда не говорил им, что порву за неё любого, — усмехнулся Купер, подтверждая мою догадку. Хотя я прекрасно видел, – ему не было весело. Совсем нет. — Парни воспринимали ее как временную подружку. А вот ты, брат, показал сегодня больше, — что она значит для тебя.
     Думаю, Данте прав, они ударили по больному. Кто бы это не был.
Как собираешься разбираться с этим? Теперь, братья будут знать о твоей слабости. Трэн непременно воспользуется этой возможностью отомстить.

Испытывая досаду, мягко подтолкнул Дженни к лестнице. Кажется, нам действительно есть что обсудить с парнями прямо сейчас. Это нельзя откладывать.

     — Иди спать. Я приду позже.

Я видел, как неохотно Дженни стала подниматься по ступеням, медля по несколько секунд за каждый шажок. Ей может тоже хотелось высказаться, выплеснуть накипевшее за весь вечер. Но вместо этого, послушно последовала моему совету.