ПЛОХИШ | 18+

                      Хейден

     — Брось, чувак, тебе не справиться с этим. — Моя рука держала горло паренька семнадцати лет, сжимая пальцы посильней для устрашения, иногда разжимал их, дабы тот не задохнулся. — Нас четверо, а ты один.

— С ним мы, долбень! — прокряхтел голос где-то сзади. Я обернулся, норовя врезать сопернику ногой. Но, Тао уже держал его на грязном полу заброшенного дома, скалясь. Кажется, чувака звали Спайс. Белобрысый пацан шестнадцати-семнадцати лет, уроженец не самого плохого района Лос-Анджелеса, выбился из последних сил. Спайс – гитарист молодой рок-группы «Волки», с которыми, совсем недавно у нас вышла стычка в баре на Хадсон Авеню. Нас пригласили выступить в том заведении. А этот ублюдок и его друзья олухи, стали высмеивать наш стиль игры, выкрикивали непристойные словечки в адрес нашей команды, раззадоривая на драку. Они мечтали о том, чтобы мы свалили домой.

Заведение позиционировало себя как приличное. С развлечениями в виде танцев, отличным баром и винной картой. В него не приглашали всякий сброд, только проверенных музыкантов; а мы с ребятами, не считали себя недостойными этого места.

Школьники против школьников. Каждая команда хотела показать кто круче. «Волки» боялись конкуренции. Они не могли сражаться с нами в открытую, им нужен был повод очернить имя нашей группу. Тао, тогда только стукнуло семнадцать, нам с Триком по шестнадцать, а Рекс даже в то время был скрытным, и мало что рассказывал о себе. Так вышло, наша разношёрстная команда находила проблемы везде. Каждый тащил на плечах груз в виде проблем с родителями. Каждый из нас восставал против их правил. Я боролся за право стать исполнителем песен, Тао не ладил со своей аристократичной семьёй; его строгий дед пророчил внуку будущее, связанное лишь с прибыльными делами, и не порочащими имя Купер. Музыка для старого Ричарда Купа, олицетворяла разврат, а рок у него ассоциировался с дьяволом. Он, так и называл нас, «сатанисты». Мы сбегали из-под родительской опеки и выступали на улицах Калифорнии, нанимались в бары, для выступления перед клиентами. И однажды, мой отец прозрел. Он решил помочь мне.

Мы были дикими, признаю, злые и агрессивные подростки, кусались со всеми, кто не уступал нам. Родители были первыми в списке. А менеджер группы – мистер Скиннер, лишь присматривал за тем, чтобы мы не натворили глупостей. В тот вечер, наплевав на правила, я с ребятами, затеяли нешуточную драку. Вскоре обе команды вылетели из заведения.

Злые и недовольные, драка продолжилась на улице. Потасовка завершилась только в полицейском участке, при обыске у Старсона при себе нашли травку. Ему стал грозить срок, если бы мистер Скиннер не позвонил моему отцу эта история могла окончиться иначе.
Отец занимал должность прокурора. Его связи очень быстро помогли замять дело. Три дня после данного случая, отец читал мне нотации, а после того, как он уехал домой, мы с парнями решили встретиться с соперниками и навалять им снова. Встречу решено было перенести в соседний город, примерно в двух-трёх часах езды. Пользуясь Гугл-картой, Рекс отыскал заброшенный и старый старый дом в окрестностях Риджкрест. И покидав вещи в минивэн, мы отправились туда вечером.

Наваляв парням из другой группы ребята запрыгнули в машину и укатили в бар. Неважно было в какой ехать, нам всем хотелось выпить.

     — Болд, — подал голос Старсон, откуда-то спереди. За рулём находился Данте. — Где наши поддельные документы?

Купер и я лежали на задних сидениях, развалившись. Тело ныло после не хилой драки. Каждый из нас отхватил. Не только группа соперников. Они же были старше.

     — Остались в номере, — обречённо выдохнул большой парень. Купер стал крупней меня раньше. Сейчас он казался широкоплечим, как Геракл, за что получил прозвище «Болд».

     — Черт! Это значит... — Старсон не успел договорить, как я перебил его.

     — Заткнись, «Сайлент». Достанем мы тебе бухло, только уймись.

Наши дни...

     Вспоминая прошлое, какими мы были импульсивными в то время, зелёными юнцами, хочется посмеяться. Друзья вместе выдержали столько лет дружбы, что даже, порой не выдерживают семейные парочки. Мы прошли сквозь неудачи как братья, любили и уважали друг друга. Никогда не подставляли члена команды ради собственной выгоды. Не нарушали клятв единства. Вытаскивали зад другого из передряг, нас не пугали даже уголовные дела.
Я не сдался, несмотря на заверения родителей о том, что сам могу отойти в сторону чистым. Влезая в самую гущу сенсационного дела, пошёл на риски. Лишь благодаря связям отца и матери, братья снова вышли на свободу через несколько месяцев. Тогда и началась наша игра.

Долгое время я пытался усмирить свой гнев на Джи. Старался её понять. Зачем она заварила эту кашу, что ей дала та ложь? Я почти сдался пытаться и дальше думать, когда однажды, совершенно случайно, на улице, повстречал Тарин.

Девчонка выглядела напуганной. Конечно же, она попыталась убежать от меня. Но разве я мог отпустить виновницу в наших бедах. В тот день Тарин поведала мне смешную историю. По её словам Дженни оболгала нас из ревности. А сама Тарин невинная жертва обстоятельств. Благодаря ей у нас появился план. Тарин должна была принимать в этом деле непосредственное участие. Иначе, ей бы не поздоровилось. Друзьям необязательно было знать всех подробностей, я только намекал, никогда не раскрывая всех карт. Это решение было принято мной неспроста, кто-то из них мог проболтаться во время пьянки или все испортить.

Я знаю, желать одну девчонку для парней, кто крутится в одних кругах, не ново для нас. Мы и раньше проводили с ними время. Только сейчас, когда в нашу жизнь вошла Джи, у меня складывается ощущение, что что-то изменилось. Не только во мне, но и в Купере. Он, как курица-наседка, готов опекать и защищать эту девчонку от всего, порой даже от самого себя или меня. Он увлёкся ею, возможно, влюбился. Но зная, что у них нет будущего, Тао не спешит.
Вот какого черта, он присылает мне смс с просьбой забрать Дженни с доков? За каким дьяволом её понесло в такое время? И приписка гласит: «Не смей трахать её, Брок!».
Серьёзно?!

Зная, что эта ночь снова наполнится проблемами из-за одной неугомонной девчонки, надев мотоциклетный костюм, я выехал по указанному адресу в районе десяти. Впереди меня ожидал утомлённый путь, полный размышлений. Ведь я решил простить эту чертовку. Она наделала ошибок и угодила в блэк-лист некоего психа. Кто бы не стоял за этими странными делами, в одном у меня была убеждённость, Тарин не могла сотворить с ней такое не посоветовавшись со мной.

День пролетел в процессе съёмок нового клипа, я на износ старался отработать свою роль. Пел, танцевал, если мои движения можно назвать таковыми. Крутился среди десятков красивых цыпочек. И ни одна из них не привлекала меня сексуально. Почти каждую я сравнивал с ней.

Джи, конечно, не идеальна. Она не высокая, она не спортивная, но есть в ней изюминка. Какая, я пока сам не понял.
Но, полагаю, найду ответ на этот вопрос очень скоро.

Впереди показались доки. Ветер с океана трепал флаг на въезде, из извивался, стремясь вверх словно языки пламени. Вскоре, я заметил фигуры Дженни и ещё двоих у темной машины, и сбавил скорость. Признаться, был удивлён увидеть Тарин и Трэна в компании беззащитном Бэмби.
Что им понадобилось от неё?

Стараясь не спугнуть парочку, я остановился на достаточном расстоянии и набрал смс Дженни:

Я: «Не привлекая внимания: Обернись!».

Она не сразу, но выполнила мою просьбу. Увидев меня, что-то сказала своим спутникам, и стала отходить, не идя сразу в мою сторону. Вскоре, двое запрыгнули в машину и укатили, покидая доки. Я терпеливо ждал. Дженни сама направилась ко мне. Каждый её шаг был пропитан сомнением. И я не мог винить её в этом.

     — Ты приехал по просьбе Купера? — она не соизволила поздороваться, даже не спросив ни о чем, чем изрядно удивила, запрыгнула на байк позади меня. 
Отпустив руль, снял с себя шлем и передал назад.

     — Надень! — не удосужился проверить, справится Бэмби сама, или ей понадобится помощь. Я был зол на неё, и не хотелось сейчас помогать.
Какого черта, она виделась с Трэном и Тарин?

Вскоре я вёз девчонку к себе, намереваясь выбить из неё всю правду.

     Разговорить Бэмби не вышло. Она уже засыпала, когда подвезя её к вилле, снял с неё вялой, шлем. Глаза выглядели сонными, а сама она изнеможенными. Пожалев её я ей дал уйти наверх в мою спальню, пообещав, что в эту ночь никто не станет дразнить её. Сам, как чертов лох, лёг в гостевой, потому что и помылить не мог о том, чтобы оставаться с ней снова наедине. В этот раз я бы трахнул её. И не только потому что желал, мне хотелось наказать Дженни за её безрассудство. Ради всего святого, кто в здравом уме отправится ночью один на встречу в доки?

Коллаж:
   arabella2999                  

Дженни

     Проснувшись утром, не очень рано, стоит признать, я обнаружила себя в огромной спальне Хейдена, где стоял мягкий, едва ощутимый мужской аромат хозяина. Отсюда открывался потрясающий вид на город внизу. Днём здесь виды не столь красочны, как ночные, и все же, я впервые наслаждалась ими не спеша. Никто не тревожил меня, не ломился в дверь, и не преследовал.

Валяясь в постели старалась не думать о тех девицах, что проводили здесь самые горячие моменты своей жизни. У окна или в самой кровати. Было болезненно представлять других с ним.
После созерцания солнечного дня и голубого неба, вспомнила наш вчерашний разговор с Тарин. Она уверяла меня, что доверять Хулигану и его компании, не стоит. И все же, я здесь. По её словам они обязательно сделают мне больно. Только Тарин запоздала с заботой. Я уже приняла решение идти до конца.

Приняв душ, вернулась в спальню, дом на удивление был слишком тихим. На тумбе перед кроватью обнаружила свою сумочку. Достала телефон для того, чтобы проверить время, а обнаружила под ней наличные. На экране светилось не открытое сообщение.

Хейден: «Как проснёшься, Бэмби, тащи свой маленький зад в отель. Я буду занят съёмками клипа, но хотелось бы поговорить с тобой до возвращения в колледж о твоих встречах с другими мужиками».

Перечитав ещё несколько раз сообщение, постаралась прогнать ощущение того, что он ревнует меня. Нет! Это не может быть правдой! Скорее всего я размечталась.
Но то, как Хейден приказывал мне приехать к нему сразу же, отметая все мои личные дела в сторону, вызвало во мне улыбку. Мне даже не надо напрягаться для того, чтобы нарисовать в своём воображении выражение его лица и тон, каким он произносит эти слова.

     — Хейден, — глупо улыбаясь телефону словно там был он, прошептала имя самого сексуального парня, — мы ведь не встречаемся, почему ты решил, что имеешь право приказывать мне?

Какими бы доводами не руководствовался мой разум, я поехала по адресу, вызвав такси.

                     ****

     Впервые за несколько месяцев я ощутила себя свободной, исчезли тревоги. Я стала плыть по течению, осознавая никчёмность моих попыток изменить судьбу. Ничто не меняется в осознании людей, если на них не воздействовать гласом медийной личности. Так что, если студенты решат заклеймить меня и издеваться, я вынуждена мириться с этим, или Хейден решит этот вопрос по-своему. Удивительно, как скоро я готова вложить свою судьбу в руки парня, который совсем недавно угрожал мне.
Но я шла к этому давно. С самых первых моих шагов, с первого слова, меня вело Предназначение. Быть с человеком, от которого сносит башню, нереально круто. Это адреналин, кровь бурлит как от сотен выпитых бутылок алкоголя, как от десятков выкуренных скруток травки, и я понимаю теперь, каким бы плохим он не был, я его люблю.

Он – моё желание двигаться вперёд, моя Вселенная.
В какой-то степени Хейден служит для меня примером.

В отеле мне не удалось встретиться с ним сразу. Менеджер, как и в прошлый раз, попросил меня подождать Хейдена на террасе. За завтраком я наблюдала за синевой океана и плывущих по небу облаками. Я расслабилась.
Спустя минут сорок мы шли с ним по песчаному пляжу в молчании. Я успела позавтракать и выпить освежающий мохито; прокрутить наш предстоящий разговор в голове сотню раз; взвесить доводы довериться ему «за» и «против». После всего я окончательно довела себя до глубокого волнения. Сейчас оставалось только тихо наслаждаться шумом прибоя. Хейден смотрел вперёд. Расслабив плечи, за которые мне безумно хотелось ухватиться и прижаться к нему, он шёл не спеша.

— У тебя перерыв?

Он ответил не сразу. Выжидал чего-то.

— Не совсем, но у нас есть немного времени.

Я напряглась. Что же такого важного он хочет сказать, что заставил меня приехать сюда в разгар его рабочего дня? Я пережила столько стресса за прошедшие недели, чего только не вообразила моя безумная фантазия. И смертельное ранение, о котором, Тао решил умолчать, и повреждение мозга, после которого этот парень мог остаться инвалидом... Я обошла все круги ада, стараясь не думать о плохом. И вот, когда мы снова оказались с ним здесь, все это нахлынуло с новой силой. Мы снова совершенно одни, на безлюдном пляже. Слишком рано для прогулок. А отель зарезервирован полностью под съёмочную площадку. В который раз пыталась заговорить первая и спросить о Тарин и его планах относительно моего наказания, а я, никак не могла найти слов выразить свои чувства.

     — Я испугалась... тем утром, когда проснулась в постели с твоими друзьями. Можешь быть доволен. Ты выиграл у меня. Один:ноль.

Хейден не понимал, какой счёт я веду, и нахмурил брови.

— Ты старался обидеть меня, забыл?

— Я так и не услышал твоих извинений, — без эмоционально заметил он.

Принимая его правоту, я опустила глаза вниз и вздохнула:

— Да. Я сожалению обо всем, Хейден. Хочу вернуть все назад, исправить свою главную ошибку, но тогда... — я замолчала, поглядев на него, не зная, как продолжить. — Обратил бы ты на меня внимание? — Наконец, сглотнув нервозность, смогла признаться ему в самом главном страхе, быть отвергнутой.

Хейден остановился и посмотрел на меня, изучающе.

     — Что Тарин рассказала тебе? — в глазах притаилось подозрение.

     — Ну конечно, тебя волнует только это. — Нервно усмехнулась.

     — Меня волнует то, что вы две подружки, в прошлом едва не испоганили жизни моих друзей. И мою, кстати, тоже.

     — Я сожалению, Хейден. Но сделанного не исправить, ведь так? — он нехотя кивнул. — Я лишь выяснила, что письма посылала не она. Точнее, пару угроз пришло от неё, но причастность к остальным, Тарин отрицает.

     — И ты ей веришь? — парень усмехнулся, продолжив идти. Мне пришлось следовать за ним, вернее идти рядом, чтобы не казаться преследовательницей, которой важен каждый его вздох.

     — Не знаю. Она поклялась, что не писала мне тех угроз, и не нанимала никакого парня. Ты мне скажи, разве таков был ваш план? — Я встретила его взгляд зелёных глаз упрямо.

    — Очень сомневаюсь, что твоя подружка может быть честной, Бэмби. Вообрази себе, она оказалась в ЛА, написала тебе письма с угрозами, что ей мешало нанять парня со стороны для устрашения?

     — Не понимаю, зачем ей лгать? И вообще, Тарин все валит на тебя.

     — Что?! — жёстко усмехнулся парень, — эта идиотка ещё не поняла? — я не свожу счёты с девушками кулаками. Для этого у меня имеется неограниченная фантазия.

     — Расскажешь какие варианты у тебя были припасены для меня?

     — Да пожалуйста, — самодовольно усмехнулся он снова. — Я мог бы влюбить тебя в себя. — Ты уже это сделал, идиот! — Мог убедить будто изнасилование было совершено, ты бы обратилась в полицию, а за ложные обвинения понесла наказание сама.

     — Почему же передумал? — меня окатила волна обиды.
Хейден неприятно сморщил лицо.

     — Во-первых, ты оказалась слабым противником. — Удар ниже пояса. — Во-вторых, на поле вышла более занятная личность, – тёмная лошадка, не Тарин, как я полагаю, ибо она не способна разработать хитрый план.

     — Кстати, вы поговорили с Трэном, он сказал что-нибудь в своё оправдание? Мне он, вчера рассказал удивительную историю.

Хейден упорно молчал, двигаясь по береговой линии все дальше и дальше отдаляясь от отеля.

— Ничего нового он не сообщил, лишь скалился, как бешеная собака.

— То есть, – он не отрицал свою причастность? Почему же мне, он рассказал иное? — Хейден пожал плечами.

— Может, передо мной он хотел казаться опасным. Кто знает?

Мы оба замолчали, двигаясь по пляжу бесцельно. На мгновение я вспомнила прошлый мой визит и слова Хейдена. Они запали мне в память. Я решила повторить.

     — Говорят, когда солнце садится на горизонте, у края воды, — заговорила тихо, — можно услышать его тихое шипение. — Я старалась разрядить обстановку, или пошутить.

     — Это моё выражение, — усмехнулся Хейден, поворачиваясь. — Это откровенный плагиат, Бэмби.

Внезапная улыбка растопила моё сердцем, словно масло на солнце. Я готова была простить ему все погрешности, все ошибки и каждую унцию боли, причинённой мне. Только бы он улыбался мне вот так, светлой и доброй открытой улыбкой.

     — Не знала, что ты любишь остроумные выражения. Кстати, как там Лана?

— Лана?! — удивился он, изображая недоумение. — При чем здесь сестра Тао?

— Нуу, вы вроде как, встречаетесь. Она была на твоей вечеринке. Практически ездит с тобой повсюду.

Жестоко усмехнувшись и качнув головой, в недовольном жесте, Хейден засунул руки в карманы брюк.

     — Вот так и рождаются слухи, — произнес он стальным голосом, и я поняла, что наверняка сказала лишнее. Полезла не в своё дело. Черт меня дёрнул за язык! Но было поздно извиняться.

Мы снова шли в молчании, эта «тишина» напрягала, давила на меня, заглушая все, кроме страха быть униженной.

     — Я боюсь, — тихо призналась ему. Хейден, если и услышал мои слова, то никак этого не выказал. — Боюсь того, что ты все ещё играешь со мной. Что ты и Тао разработали коварный план.

Лишь спустя время, он произнёс странные слова:

     — Страх обладает огромной силой — он отбирает у вас свободу выбора. Сейчас ты позволяешь страху решать за тебя, а потом тот же самый страх опять заставит тебя передумать. Не нужно ничего делать от страха.

Я вдумалась в них, примерила на себя десятки раз, и не поняла, каким образом он понял, если я ничего толком не сказала.

     — Та фраза, она звучала в одном фильме, — сказала в извиняющемся жесте, догоняя парня через несколько быстрых шагов. — Ведь так, кого ты цитировал?

     — Это шедевр мировой киноиндустрии. Нельзя просто назвать это «кино», — возразил он, из вредности или в действительности так считая, я не поняла, и пошёл снова впереди.

Хейден не был настроен облегчить мне задачу. Ну хорошо, будем играть по его правилам. И тоже попыталась вспомнить что-нибудь этакое, крылатое, известное и важное.

     — «Неважно, как люди встречаются. Они могут быть из совершенно разных миров, никогда не ходить одними путями, но однажды они сталкиваются, и их жизнь меняется».

Хейден оглянулся и оценил мою попытку подыграть ему, мне даже показалось, что в его глазах мелькнуло восхищение.

     — Мы были вместе - я забыл весь мир, — произнес он, от чего в груди отбило барабанную дробь. Что это, снова слова из кинофильма, или это идёт от души?

Взволнованная ещё больше, чем прежде, я попыталась вспомнить что-нибудь ещё, но спустя минуты поняла, что проигрываю.

     — «Если женщина чего-то хочет, то надо ей непременно дать, иначе она возьмет сама».

     — Из какого это фильма? — улыбнулся он, не узнавая цитату, да и как он мог, если эту фразу сказала мне русская девушка из России.
Улыбаясь, что теперь он проигрывает, в невинном жесте пожала плечами.

Я вспомнила ещё одно выражение, и не дождавшись его очереди, выпалила:

     — Как же неприятно потратить на человека столько времени лишь для того, чтобы узнать, что он так и остался для тебя посторонним.

     — Что? — усмехнулся парень, уже забавляясь. — Господи, откуда ты столько помнишь, черт возьми?! — удивлялся он.

Не уточняя, о каком фильме идёт речь, мы оба одновременно посмеялись. Хотя, признаться, спросил бы он меня, о каком кино идёт речь, я, не смогла бы ответить точно. Я просто не помнила этого, по той причине, что мало чего запоминала. Мои слова шли от души.

— Ладно, я проиграл. Довольна? — я была довольна его улыбкой, а не поражением в интеллектуальной игре.

Узнавая нового Хейдена совершенно с другой стороны, не похожим ни на один из тех образов, что доводилось мне видеть, отпустив волнение, вдруг ощутила полное спокойствие. С ним легко говорить, оказывается. Нужно лишь правильно подобрать тему.

— Я взывала к нему, ответ пришёл в молитвах.
Эта фраза не звучала нигде, я сама её только что придумала. Но восхищенный взгляд Хейдена не дал мне в этом признаться.

     — Ладно, блин. Кажется, я действительно тебе продую. — Он помолчал, немного подумал, и выдал: — Он всегда отвечает. Только нам может не понравиться его ответ.

     — Ладно-ладно, — смеясь признала я, — три:один. Ты тоже уделал меня. А что ты ещё любишь, помимо кино? — спросила, не вкладывая в свой вопрос никакой подоплёки.

Хейден остановился и упёр в меня негодующий взгляд.

     — Зачем ты хочешь знать обо мне больше? К чему эти вопросы? — я опешила, не сразу сообразив, что снова он бычится.

Задетая, не сразу нашлась, что ответить, да и могла ли сменить тему, солгав, что это простая беседа.

     — Если не хочешь говорить, мог просто не отвечать, Хейден. Необязательно грубить.

Он стоял на том же месте, шумно выдыхая воздух, пока я двигалась дальше. Недолго думая, он окликнул меня по имени, прежде чем удивить.

     — Мороженное, Бэмби. Я люблю с сиропом. С кусочками печенья. Можно с фруктами. И... — Глядя на меня ошарашенную, в хорошем смысле слова, его глаза застыли на моих приоткрытых губах.

     — Боже, я обожаю этот вид! — призналась, удивлённая таким совпадением, хлопая в ладоши. Вот так совпадение.

     — Из-за тренировок в зале, вынужден есть его реже, чем хотелось бы, — угрюмо заявил он, продолжая двигаться. Обойдя меня, зашагал дальше.

Казалось, что он говорил не только о мороженом, но уточнить, постеснялась.

     — Наверно, трудно, не есть то, что хочешь, да? — Я засеменила за ним по песку, не думая больше, как выгляжу со стороны, ведь если подумать, это первый наш разговор, где он не угрожал и не грубил, а я не тряслась перед ним от страха.

     — Очень! — Впервые, Хейден Брок предстал перед мной обычным человеком, а не небесным жителем, которому все нипочем. До него легко дотянуться, и ощутить твердость его мышц. У него тоже имелись желания, которые приходилось контролировать. Я самый первый человек, кто смело может сказать, что ест не все, что ему захочется. Потому что боюсь, вновь стать той, кем была в прошлом. А перед другими, притворяюсь.

Двигаясь от меня будто убегая, Хейден продолжал увеличивать расстояние между нами, а я, не понимая его желания, преследовала.

     — Я очень мало ем, — призналась своему, надеюсь, бывшему врагу. — Может один раз в день. Иначе, боюсь меня разнесёт. — Не понимая, зачем я это сказала, шла вперёд, даже больше не беспокоясь, идёт ли он рядом. — Чаще несколько раз в день, но совсем мало.

     — Зачем? — Хейден остановился, вперив в меня несогласный взгляд.
Растерявшись от такого прямого вопроса, замерла не доходя до него.

Что я могла сказать, что страдала по нему в прошлом, а он не заметил меня, потому что была пухлой девочкой? Или, что все ещё надеюсь привлечь его внимание? Ни один из вариантов не подходит как ответ.

Глаза мои хлопали, в надежде найти решение, как не ответить и прогнать это ненавистное чувство неловкости. Но Хейден продолжал смотреть, ожидая.

     — Я не хочу стать полной. Не хочу стать посмешищем.

     — Странно, — жестко усмехнулся он, наконец продолжив двигаться и отворачиваясь, издал новый смешок. — Ты не выглядишь так словно хочешь съесть целого быка. Я бы даже сказал, что наоборот, тебе следует набрать несколько килограммов.

Это был удар ниже пояса. Как он мог сказать такое девушке? Да, возможно, я скинула вес за эти недели, но причиной тому был он сам.

     — Ты такой бесчувственный, Хейден Брок! — не смогла я удержаться от язвительного замечания, наверняка, портя все наше налаженное общение за этот день всего одним махом. — Не все могут похвалиться отменённым здоровьем. Я могу худеть, если нервничаю. Или набрать килограммы. А ты?.. — горько усмехнувшись, пожалела обо всем на свете. Даже о том, что оказалась с ним в одном городе, в одном штате, на одной планете. Господи, да когда же это кончится?..

Я уже подумывала сбежать с пляжа и поймав такси, уехать, когда его вопрос застал меня врасплох.

      — И в чем же была причина? — издеваясь спросил Хейден, оборачиваясь снова. В этот раз не было сомнений, он знал, как сильно действует на меня. Придурок!

     — Хотя нет, не отвечай, — тихо говоря, он двинулся назад, стремительно подходя ко мне. — Я знаю в чем причина, и вынужден... — Ему было тяжело говорить. Тело не подчинялось разуму, как и руки. Он обвил мою талию одной, и потянул к себе.

     — Если я тебя поцелую снова, Тао мне этого не простит. — Готовая вскипеть из-за этих слов, хотела уже крикнуть, «к черту Тао!», как его губы обрушились на мои. Стремительно. Жадно. Всепоглощающе. Забирая мою силу.

В этот момент я поняла, как существовала в пустой оболочке, в которой не было ни капли энергии. До него.

                      ****

Когда поцелуй прервался, Хейден отпустил меня, выглядя растерянным. Потёр свои губы и отошёл на несколько шагов, потом, покачал головой.

     — Нам лучше... продолжить ходить. — И мы пошли. Я следовала за ним, не понимая того, что только что произошло.

     — Ты можешь просто уменьшить калории, но не само потребление, — вдруг, вспомнив пройденную тему, Хейден вновь заговорил о весе.

     — Видимо, ты знаешь в этом толк, — язвительно усмехнулась в ответ, переводя этот разговор в подобие шутки. Только ничего не вышло. Моё тело горело огнём. Губы пылали желанием вновь слиться с его устами. А внизу живота завязался приятный узел.

Меня также мучил вопрос, что на самом деле происходит между ним и Ланой Купер?

     — Я серьезно, Джи, — обхватив за предплечье, Хейден не дал мне двинуться дальше. А зеленые глаза сверкнули непониманием. — Почему бы тебе не записаться в зал. Тренер напишет для тебя специальную диету. Если нужна помощь, мы можем помочь.

А говоря «мы», не имеет ли он ввиду и Тао?

     — Это слишком дорого, — отмахнулась я, выпутываясь из его красивых и крепких пальцев, потому что поняла своё место в его компании. Он присудил меня Тао, и с этим ничего нельзя поделать. Была бы иная ситуация, другая тема разговора, а не моё признание, что моя семья не столь богата, я, наверно, была бы счастлива от того, что Хейден касается меня. Не Тао, ни кто-то другой, а именно его руки...

     — Для мира ты - моя девушка, забыла? Значит, должна соответствовать этому статусу.

Идя вперёд, не глядя, следует за мной Хейден, я испытывала необъяснимый стыд. И тихо стирая непрошеные слезы, устремила взгляд на небо. Мне было неловко признать, что моя семья не состоит в списке богатеев Калифорнии, что я, никогда не носила одежду известного дизайнера. Это было выше моих сил. И мне было больно от мысли, что несмотря на то, что всего несколько минут назад он целовал меня как никто другой, сейчас ведёт себя как ни в чем не бывало. Он просто примеряет меня как временную подружку. Будто поцелуй мне померещился. Наверно, все дело в положении моей семьи. Кто я такая? А у Ланы Купер есть деньги.

     — Бэмби... — Это прозвище, и то, каким тоном Хейден произнёс это слово, словно сопротивляясь каким-то сильным чувствам, заставило меня остановиться и обернуться. В зелёных глазах, подернутых темнотой, плескалась растерянность. — Я могу предложить тебе ходить со мной на тренировки, личный тренер не будет против принять ещё одного клиента.

     — Я же сказала, это слишком дорого... — прервав меня, он подошёл ближе, и обхватив за запястье, заглянул в глаза.
Все ещё удерживая мою руку в своей, накрыл ладонь другой.

     — Тебе не придётся платить. Только приходить на занятия и соблюдать правила тренера. Считай, это моя благодарность за твоё бесстрашие в ночь нападения. — Я хотела возразить, и сказать, что вовсе я не бесстрашна, а трусиха ещё каких поискать, как Хейден возразил, понимая, какие слова польются из моего рта.

     — И прежде чем ты скажешь, что не заслужила этого, позволь напомнить, что большая часть моих знакомых девушек, да даже парней, сбежали бы при первой возможности. Но только не ты.

В его устах, это прозвучало так, словно я какой-то супергерой. Но в душе не ощущала в себе даже капельки того, о чем говорил Хейден. Он же сам даёт понять, что мы с ним не будем вместе. Он не понимает, что только с ним я становилась сильней. И только ради него готова была рисковать своим комфортом.

     — Не уверена. — Опустив немного голову, чтобы он не видел выражение моего лица, смущённо улыбнулась. — Многие отдали бы все, Хейден, ради возможности оказаться рядом с тобой. И твои слова звучат скорее как лесть, чем правда.

     — Ты считаешь, что я лгу? — Всего за миг, он разозлился. — Пытаюсь обольстить тебя? Но зачем мне это, Дженни?

Вот бы и мне понять, зачем я это сказала? Я не верю, что он вдруг, разглядел во мне друга. Хотя, сердце отчаянно желает верить ему. Он пытается не обидеть меня.

Не дожидаясь ответа, он просто схватил за плечи, грубо, но не больно, и встряхнул. В этом жесте таилась не высказанная злость, и даже отчаяние.

     — Ты сама прекрасно понимаешь, что стоит мне поманить пальцем... — Он не договорил. Но и так ясно, что дальше последовало бы. И это так унизительно. Знать, что он прав, черт возьми!

     — Любая пойдёт за мной.

Удивлённая, я подняла глаза и посмотрела на него в упор, сомневаясь, что правильно расслышала. Он не сказал, что я тоже. Не включил в этот список меня. Почему, когда это так очевидно?

     — Но не ты. А знаешь почему?

     — Почему? — на автомате переспросила парня, хлопая ресницами.

Его руки соскользнули вниз, обхватывая теперь за запястья. И эти прикосновения причиняли обжимающий эффект больше, чем касания Тао. Их даже невозможно сравнивать.

     — Потому что боишься меня, — выдохнул он. С этим нельзя поспорить. Он запугал меня довольно давно, а сейчас мне сложно все это забыть.

     — Я могу предположить тебе это, Дженни. Все что я сказал, правда. Я восхищаюсь твоим поступком, и готов перестать ненавидеть тебя за прошлые ошибки. Готов мириться с тем, что ты дружишь с Тао, — невесёлая усмешка сорвалась с его уст. — Даже, если решишь встречаться с ним, готов принять тебя в нашу семью. — Я чувствовала, что во всем этом последует огромное «но», и ждала этого, не возражая против его предположений. Ведь я не была готова сразу отпустить надежду, что именно он будет со мной, а не Тао или кто-то другой.

     — Но знай, — как и ожидалось, сказал он, — я не позволю тебе играть на чувствах моего друга. То есть, я все ещё не доверяю тебе, Дженни, но готов дать шанс показать себя. Надеюсь, ты меня не разочаруешь.

Чего ты молчишь, дура, скажи ему, кричал внутренний голос, не Тао тебе нужен, а он сам! Скажи! Чего ты молчишь?

Но я не сказала. Не призналась, что Тао нравится мне как друг. Возможно, у нас бы что-то вышло, не знай я о существовании Хейдена, но это другая история, и она не о нас с Купером.

Испытывая огромную досаду, в тот день я вернулась в общежитие с глубокой раной на душе. Понимая, что больше никогда не позволю себе смелости заговорить с Хейденом о моих чувствах, машине такси я плакала по отпущенным чувствам.

Надо остановить свой выбор на одном, недоступном, но любимом парне, или выбрать того, кто во всем тебе подходит, пускай и нет между вами страсти?
Он будто сух ко мне, а искры выдумала сама. Хейден ясно дает понять каждый раз, между нами ничего не будет кроме секса.

__________________________
Помните, звездочка или ваш отзыв, это своего рода "монетка" в копилку приятных эмоций автора. ❤
Побольше актива!