Глава Тридцать Шестая
Глава тридцать шестая
«Обуздай свои желания, они — путь в преисподнюю»
Дженни
Посмотри мне в глаза, я помогу тебя увидеть,
Мы бессмысленно плывем,
Ослепшие в этом выдуманном мире.
Услышь, как они поют свои фальшивые песни,
Кивая в знак того, что согласны
Повестись на необходимость тактичности.
Мне нет дела до земных вопросов,
Меня едва ли волнует то, что происходит,
Ведь я закрылся за своей стеной,
Но ты знаешь, что выбивает меня из колеи,
Что сводит меня с ума.
Неважно, что заставляет тебя так считать, верить
И забывать о предчувствиях, тебе нужно понять:
Образы, которые они продают, — иллюзии и мечты,
Другими словами, мошенничество.
Если я начну злословить, прошу, утешь меня,
Я не буду бросаться пустыми словами вечно,
Я лишь подумал, что попытаюсь показать тебе:
Красивая внешность не решает проблем,
Камню будет плевать,
Что ты идешь ко дну,
Ты знаешь, что выбивает меня из колеи,
Что сводит меня с ума.
(© Poet of the Fall)
****
Вообще-то я сдержанная, но близость Хейдена действует на мои внутренности странным образом, превращая их в желе. Нет убежища, способного удержать страсть. Он плавит мои мозги. Вгоняет в смущение и неловкость. Подвергает сладким мучениям. Я признаю, что помимо страха, рядом с ним меня окутывает нечто схожее с обожанием. Это напоминает Стокгольмский синдром, когда жертва увлекается похитителем. В моем случае, Хейден – насильник, точнее, я думаю, что он был причастен к изнасилованию Тарин, моей школьной подруги.
Может стоит поговорить с ним об этом? Он намекает, будто я оболгала всю его группу. Но, как же слова Тарин?..
Глядя перед собой, хватаю ртом воздух, ибо не способна контролировать этот вихрь эмоций, что бурлит как вулкан. Его глаза: смесь стального и зелени, — идеальное сочетание цвета, — горят. Мне хочется укрыться от всего. Но в то же время понимаю, что желаю проникнуть под кожу этого загадочного парня.
Смущение. Оно окрашивает мои щёки в розовый цвет. Уверена в этом.
Во тьме можно спрятать смущение, скрыть нахлынувшие эмоции, но невозможно спрятать жар. Он окутывает мое тело медленными волнами, зарождаясь внизу живота, постепенно поднимаясь вверх: по груди, и даже ребрам, что щекочет, перышком удовольствия. Руки Хейдена покоились на моих боках, что отчаянно нуждались в ласке. Между нашими лицами находится не больше двух дюймов. Стоит наклониться немного вперед, я найду его пухлые, заострённые кверху губы. Но хочу ли этого? Почему мне кажется, что это то, в чем отчаянно нуждалась с самого начала его возвращения в Эл-Эй? Почему меня не покидает ощущение, что Хейден именно тот парень, с кем бездумно могу утонуть в омуте страсти? Может быть потому, что он действительно дьявол, который искусно соблазняет девственниц, взамен не обещая ничего. Может быть, по той причине, что именно опасность, нас манит чаще всего.
― О чем думаешь, Джи? — Голос тихий, но уверенный.
Он удерживал меня на грани, и на своих коленях, когда наши глаза продолжали смотреть друг в друга, ища признаки слабости.
Да-да, я искала подсказки, что и он хочет того же, что и я.
Видимость была плохая. Только очертания лиц, и, теплая мантия темноты, окутавшая нас коконом, вызывая желание поддаться своей слабости. Да, я хочу этого. Не знаю для чего, что буду делать потом, буду ли испытывать стыд за свое идиотское поведение, но чувства внутри меня нарастают, плавя тело и мысли. Снова есть только я и он, и это свербящее ощущение, что толкает меня сделать первый шаг.
Я не просто целую его, а набрасываюсь на мужской рот как оголодавшая и краду его свежее дыхание. Хватаясь за материал мужской кофты, тяну его ближе к себе. На мгновение из горла вырывается стон. Я целую парня, как обезумевшая, будто, если прекратить это действие, умру. Будто, он ‒ мой воздух, или моя жизненная сила и энергия. Я тереблю ткань, в попытке найти точку опоры, пытаясь заставить ответить и его с тем же рвением. Хейден тоже целует меня, но не так, как того хотелось бы мне. В его действиях нет обжигающего огня. Он только идет за моими. Кажется, словно его поцелуи – это мелкий дождь, они дразнят, но не орошают землю достаточно для того, чтобы напиться ими. То ли, он дразнится, то ли, не хочет заходить дальше... Но, если это так, зачем вообще ответил? Мог бы оттолкнуть.
Зачем я это сделала, зачем позволила себе поцеловать парня первая? Он же не может оттолкнуть меня? Нет.
Противоречивые мысли замедляют процесс, сбавляя интенсивность нажима губ, тяжело выдыхаю, вслед за мной и он. Мы оба дышим напряженно. Сердце трепещется в груди от удовольствия. Я хочу его. Это подтверждает табун мурашек, бегущих по телу.
Оторвавшись от притягивающих губ, прижалась лбом к его, и закрыв глаза, постаралась выровнять дыхание. Руки давно обхватили его гладко выбритое лицо, а мужские переместились на мои ягодицы, и легонько поглаживали через тонкий материал трусиков. Юбка до неприличия задралась. Но не это меня волнует.
Воздух между нами потрескивал до неприличия.
― Ну, решила, что будем делать: согреть тебя или?.. ― Голос прозвучал с легкой хрипотцой. Глаза смотрели прямо на меня. Их зелень отдавала опасным блеском, но сейчас они казались темными, словно очи дьявола. ― Или предпочитаешь пойти к моей машине?
Это не было вопросом. Он не предоставлял никакого выбора. Хейден решил остановить нас, пока мы не зашли слишком далеко, от чего, неприятно кольнуло в моей груди. Он не хочет меня!
Какое унижение. Черт. И как, после такого смотреть ему в глаза?
****
Через двадцать минут, когда мы уже находились в тёплом салоне внедорожника Хейдена, издали показался яркий дальний свет фар, подъезжавшей машины. Мы оба молчали некоторое время, Хейден даже включил для меня обогрев сидения, а я прокручивала в голове мысль: как начать разговор. И вот, приехал эвакуатор, руша мои планы. Нам придётся расстаться, видимо.
— Сиди тут, я сам разберусь.
Хейден покинул салон, оставляя меня одну в уютной машине, что с его стороны смотрелось как забота. Иначе, его действие не понять. Я продолжала сидеть, постукивая ногой в такт тихой музыки, как услышала голоса.
Брексен!
Открыв дверь, быстро вынырнула их манящего салона, выходя на прохладную улицу, и огляделась. Возле машины Елены стояла другая, чёрная, а в свете её фар увидела две мужские фигуры, стоящие напротив друг друга.
Уже подходя ближе, услышала тихий голос Хейдена.
— Тебе тут нечего делать, Трэн. Уезжай. — Он что, решает за меня?
Медленно ступая, я не стала спешить подходить к двум парням, ибо понимала, что они оба сейчас находятся на взводе. Кто знает, как отреагируют парни на моё появление.
— Ты что, трахаешь её, да? — оскалился Брексен, нависая над Хейденом. Один показался мне немного выше другого. — Попробовать хочешь, да? Узнать, какова она на вкус?.. Ты не получишь её. — К концу голос стал стальным. — Она – моя.
Хейден поднял руки словно сдаваясь, но его поза говорила о другом, да и смешок, изданный так грубо, показал, кто тут решает.
— Вижу, ревность, совсем отбила твои мозги, Трэн. Мне плевать на неё. Я, лишь хочу уберечь твою подружку от приставаний. Твои друзья, — он кивнул в сторону. — Они же пьяны? Как думаешь, что сделают эти придурки, когда Джи сядет к ним?
— По какому праву, ты решаешь за неё? Кто ты такой? — Брексен напирал как разъяренный бык. А тому, хоть бы что. На месте Хейдена я бы испугалась.
— Болван, взгляни на своих друзей, они не только пьяны, но и возбуждены, — заметил он, указывая в сторону машины Трэна. Действительно, внутри находились трое обкуренных парней. И им, судя по всему, было весело.
— И что? Они не стали бы приставать к ней! — возражал Трэн.
— Давай, не будем, — не повелся на эти речи, Хейден. — Они парни. И они пьяны. А Джи, не самая страшная девчонка.
Он считает меня привлекательной!
Это открытие полностью меняет моё намерение избегать его. Я хочу поговорить с ним начистоту.
Брексен усмехнулся, разрушая мою надежду на лёгкий исход.
— Да ладно, Брок. Будто твои друзья, никогда не приставали к твоей девчонке.
Выдохнув раздражение, Хейден, на мгновение опустил подбородок, сжимая руки в кулаки. Я наблюдала за ними со стороны, решаясь: подойти или вернуться к машине.
— Если кто-нибудь из моих, пристал бы к этой девушке, я ударю того, кто рискнёт это сделать. А ты, сможешь поступить также ради нее: ударить своего лучшего друга? — Ответа не последовало. — Хм! Молчишь? — Молчание Брексена расстроило не только Хейдена, но и меня. Я могу понять, что друзья важней девушки, но он даже не отрицает этого.
— Ты не можешь дать гарантию. Если они все-таки решатся, что сделаешь ты? Снова молчишь? Вот тебе и ответ, ублюдок.
— Она моя девушка! — Найдя слова возражения, Брексен снова стал наступать на Хейдена. Скорее всего такое поведение объясняется попыткой запугать его, иначе, в чем смысл переть, но не наносить никаких ударов?
— Мне плевать, кто она для тебя, — проговорил Хейден чуть громче. — Я тащился сюда не для того, чтобы втянуть её в проблемы, а вытащить из неё. Ты можешь вернуться в Эл-Эй, и только потом, встретиться с ней без своих пьяных придурковатых друзей. — Он сделал шаг в сторону, и почти оглянулся. Но в последнюю минуту передумал, и не увидел меня подслушивающую.
— Но здесь, нет. Джи не сядет в эту чёртову машину, с потенциальными опасными парнями.
— Кто дал тебе право, решать за неё? — вышел из себя брюнет. — Она моя, Брок. Моя!
— Я не оспариваю твоё право владеть ею, — заявил Хейден, ни капли, не уступая напору Брексена. — Но не думай, что отпущу её с тобой пока твои дружки рядом.
— Да что с тобой такое? — выходя из себя крикнул Брексен, и увидев меня, идущую к ним, посмотрел поверх плеча Хейдена. Тот ещё не знал, что я все слышу.
Это же забота, ведь так? Тогда, почему он говорит так пренебрежительно?
— А вот и причина нашего спора, — пропел Брексен, оскалившись в ухмылке.
Брексен обошёл Хейдена и схватив меня за кисть руки, потянул к себе. Я ощутила его крепкие мышцы на груди, когда он попытался обнять меня покрепче, словно кольца удава. Брексен даже не спросил, хочу ли сесть в машину с кучкой пьяных парней и попытался увести в их сторону, где находились трое шумный братьев Трэна. Судя по их раскрасневшимся физиономиям, они были под чем-то или сильно пьяны.
— Трэн, тащи нам свою телку, — крикнул незнакомый голос, словно шутя. Но я не уверена, что его слова – шутка. — Она выглядит аппетитно. — Послышался мерзкий смешок, окативший меня волной отвращения.
Услышав этот тон, я больше не сомневалась, чем закончится этот вечер. Трэну придётся выбирать: либо я, либо друзья, и попыталась остановить его.
— Нет. — В попытке вырвать свою руку из ладони Брексена, я оцарапала его, за что получила недовольный возглас с его стороны. Хейден, как ни странно, не вмешивался в нашу перепалку. — Не пойду к ним. — Ошарашенный Брексен, остановился, и замер, глядя на меня ненавистным взглядом.
— То есть, блять? Ты хочешь остаться здесь? С ним?!
Да, Брексен, я хочу остаться с ним, потому что сейчас, рядом с Хейденом чувствую себя в безопасности.
Нет уверенности, что завтра не пожалею о моем решении. Но сейчас хочу этого больше всего. Ибо он внушает доверие больше, чем ты и твои парни.
Ты мне нравишься, Брексен, но достаточно ли, чтобы рискнуть собой или... затмить его? Меня стали мучить не шуточные сомнения.
Естественно, я не сказала всего этого, вслух. Кем был я выглядела в глазах обоих парней? К тому же, нас слышали ещё трое свидетелей.
— Ты слышал её. — Хейден ожил и оказался рядом достаточно быстро для того, чтобы придать мне сил для сопротивления. Он обошёл меня и встал, между нами, защитным блоком. Я сразу почувствовала себя сильней. — Отпусти её.
— Вы что, оба охренели? Я тут не один, Брок, — угрожая, Брексен кивнул на своих друзей, дёргая меня. — Нас четверо, и мы отделаем тебя как следует. Ты этого хочешь?
Внезапный испуг накатил удушливой волной. Что стану делать, если Трэн выполнит свою угрозу? Вместо поисков ответа, попыталась достучаться до него пока не испортила с ним отношения окончательно.
Он же, не зверь! До этого дня мы всегда понимали друг друга. Что же произошло с ним сейчас?
Обойдя Хейдена таким образом, что при случае могла спрятаться за него, я встала справой стороны, прикрываясь плечом парня.
— Брекс, ты не один. Твои друзья пьяны. Пожалуйста... — снова попыталась достучаться до парня, в попытке сбросить руку того, кто был мне не безразличен. Своей выходкой, Трэн отталкивает меня от себя. Начиная ощущать страх из-за него, вряд ли у меня ещё появится желание встречаться с ним.
Для девушки, самое важное – это комфортные отношения, такие, где на неё не давят, ей не нужно напрягаться, нервничать или что-то пытаться объяснить своему парню. Он должен понимать её с полуслова. Никто не имеет право требовать невозможное. Если он не желает понять её и заставить сделать что-то чего та панически боится, это нездоровые отношения. Их лучше обрубить сразу и на корню.
Нужно помнить, что любовь и отношения не требуют непосильных жертв, их требуют эгоистичные натуры.
— И что? — Брексен говорил только с ним. Они оба игнорировали моё присутствие и мои слова.
Кто же знал, что, когда разбираются двое парней, девушке лучше не вмешиваться? Я уж точно.
— А то, что есть вероятность конфликта. — Вместо меня говорил Хейден. — Если хоть один из них перейдёт черту, Трэн, чью сторону ту займёшь: Джи или лучшего из друзей? — Брексен подозрительно помолчал, шевеля желваками. Но выдал ответ через секунды.
— Они этого не сделают.
— Такая вероятность не исключена, — не соглашался упрямый Хейден, ещё больше раззадоривая Трэна спорить, своим смешком. Но упрямство ли тут сыграло, или он действительно защищал меня?
— Да брось, старик, ты же сам выберешь друга, зачем ломать комедию. — Наконец, Брексен согласился с доводами Хейдена, чем неприятно удивил меня. Теперь, он вел счет в открытую.
— Мне нравится Дженна...
— Вот тут, ты не прав, — не согласился Хейден, перебив Трэна. — Если девчонка не хочет этого сама, я не стану смотреть, как мой друг причиняет ей вред.
Эти слова врезались в мой мозг как саморез. Он не участвовал ни в чем! Он даже не наблюдал. Тао не насиловал Тарин!
Пресвятая матерь божья, что я наделала! Она сама этого хотела. Вот откуда взялась их злость. Я совершила ужасную ошибку. И здесь, не помогут слова «простите меня».
— Бросай строить из себя благородного, Брок, я знаю о твоих увлечениях. — Брексен знал некую тайну из жизни Хейдена, но не успел и трёх слов связать, как тот, первым нанёс удар кулаком прямо в челюсть парня.
Не ожидавший такого поворота Брексен, отшатнулся, и чуть не упал, утягивая меня за собой. Если бы не Хейден, находившийся между нами, которому я врезалась в спину, непременно полетела бы на Брексена или на влажную землю. От испуга, стоило моей руке оказаться свободной, прижалась к Хейдену покрепче.
Спустя сотню лет, когда уязвлённый Брексен выпрямился, потирая ушибленную челюсть, смерил меня злым взглядом, сказавший многое, между нами все было кончено окончательно. И разорвал эти отношения не я, а он сам.
Сплюнув кровь на мокрую землю с пренебрежением, Брексен прошипел:
— Да хрен с ней, мать твою! Забирай! — Больше ничего не добавляя, и даже не пытаясь ответить на удар Хейдена, Брексен развернулся к своей машине и пошёл к ней неспешным шагом.
Да, такой поворот оказался неожиданным.
Его друзья, взбудораженные представлением, пришли в ярость от увиденного, и стали кричать наперебой: «Он ударил тебя!», «Ты просто уходишь?». Открылась дверца. Парни, почуяв кровь, как голодные акулы, решили ринуться в атаку.
Я ещё больше убедилась, как они опасны, и испугалась, что те трое, выпрыгнут из автомобиля и станут избивать Хейдена, потому, тесней прижалась к его спине грудью, вся дрожа. Возможно, и холод подействовал, но вреда от стресса было больше.
С ним становится легче, хотя он не менее опасен. Почему так происходит?
— Все в порядке, — раздражённо буркнул Трэн друзьям. — Садитесь обратно. — И поглядев в нашу сторону поверх крыши автомобиля, открыл свою дверь. — Я сам виноват, что поверил ветреной девчонке.
Меня удивило, что Брексен спокойно сел за руль. Заведя двигатель спустя секунды, в которые я нервничала больше всего, он рванул мимо, окатывая нас грязной водой из лужицы. На меня попало меньше, ибо Хейден стоял защитной стеной передо мной.
Слова «ветреная девчонка», должны были взволновать меня, но почему-то, испытала только облегчение от того, что все кончилось так скоро и без последствий.
— Сукин сын! — выругался парень передо мной, стряхивая с себя грязные капли, даже не стараясь оттолкнуть меня. — Он сделал это специально.
Я не могла винить Брексена ни в чем. Моей вины здесь не меньше. И он не заслуживает наказание.
Ради всего святого, он только что простил Хейдену удар в челюсть. Это меньшее, из того, как он мог ответить Броку.