я рядом.

Макс стоит возле озера, прямо на том же месте, где он и окончательно влюбился в неё. Наслаждается холодным утренним ветром, вдыхая такой же холодный воздух. Мурашки покрывают тело, но он их не чувствует, крепко сжимая пустую коробку от сигарет в кармане. Нет, он не курил, и не будет, просто постоянно забывает выбросить.

Всё таки, он пообещал. Пообещал Насте.

Он совсем не выспался, пришёл сюда ещё до рассвета, вышел из дома сразу после того сна. И всё это время парень смотрел на озеро, стоял и думал. Обо всём.

Мысли вновь и вновь пересказывали события со дня их смерти, до её прихода, до его новообретённого счастья. Он ждал поддержки и заботы год, а ощущение будто она пришла уже на следующий день после взрыва..

Слышатся шаги. Медленные, передавая каждый хруст снега под ними. Они мешают думать, но от понимания кто это, становится как-то всё равно. Он рад. Настя знает где Макс, она переживала.

Парень не оборачивается, даже не улыбается, продолжая смотреть на озеро, но уже не думая о той ночи. Он представлял Настю в своей куртке, штанах...

Она подходит к нему, так же не смотря. Просто встаёт рядом, молчит и смотрит на озеро, стараясь найти то, что так его зацепило. Анастасия не решается сказать хоть что-нибудь, чувствуя как ему нужно молчание.

Максим это понимает, и безумно радуется тому, как она может понимать его, без слов, движений и эмоций. Но желание посмотреть на девушку сильно, хочется вновь увидеть её в своей одежде. Всё таки, со вчерашнего дня он её не видел, особенно с улыбкой на лице...

Он долго пытается бороться с этим желанием, но оно берет верх. Максим смотрит на неё. Она одета точно так же, как в их первую прогулку. Анастасия чувствует взгляд на себе, и поднимает голову, смотря ему в глаза.

Макс несильно вздрагивает. Настя слишком красивая, слишком милая... Едва ощутимый холод заменяет сильное тепло. Влюбленность греет лучше любой печки.

Прошло не больше 2 секунд, но для него молчание и «гляделки» ощущаются как вечность, и парень рушит молчание первым.

— Доброе утро, — неуверенно произносит он, точно так же как в день, когда она пришла. Она улыбается, мягко и нежно, совсем не держа злобы за его уход. От этой улыбки проносится двойная волна тепла внутри.

— Доброе, — с улыбкой нежно произносит девушка. Макс невольно улыбается, понимая как ему не хватало её, а казалось бы, не виделись одну ночь, а уже безумно скучает. Это утро стало в разы лучше, благодаря Насте.

Девушка, увидев глуповатую, но милую улыбку Максима краснеет, не сильно, даже не заметно, но это происходит. Она знала что он тут будет, она чувствовала. Ему понравилось это озеро, она видела это в ту прогулку... Или же он смотрел не на озеро?

Но Настя откидывает эту мысль, совсем не веря во взаимность чувств. Ей просто не верилось, что он может полюбить её больше, чем подругу. Героя, что пришел со опозданием, но в нужный момент, в самый последний, когда всё могло закончиться.

Он думал так же. Парень всё ещё считает, что она любит его как родного брата, как лучшего друга.

"— Я люблю Макса! Вставляйте, вставляйте в начале!"

"— Ты любишь Макса?"

"— Как друга, очень!" — Сказала она тогда, в видео про детектор. Он смотрел его, ведь название безумно зацепило. Тогда ему было забавно, но сейчас, лишь вспоминая, неприятно царапает изнутри, убивает надежду на... Взаимность.

— Всё хорошо? Ну, после вчерашнего? — С нотками волнения спрашивает она, замечая, что оба смотря друг на друга улетели в свои мысли. Даже не догадываясь, что эти мысли одинаковые.

Он резко поднимает брови, вновь обращая своё внимание на неё. Слова только влетают в уши, и парень решает сказать правду.

— Я, если честно, поэтому и пришёл сюда, — чешет Макс затылок, поворачивая голову в сторону озера, грустно смотря на него. — Это место единственное, где они не были, и что их не связывает. Мне тут легче, — признается он, с таким же грустным тоном и взглядом, опуская руку в карман, а голову вновь поворачивая в её сторону, смотря в глаза, — к тому же, мне приснился сон, где я опять был там.. Ночью, с телефоном, — она видела, как ему сложно это говорить, и поэтому когда он опускает голову и взгляд, не просит продолжения. Особенно подробностей сна. Она и так всё прекрасно узнала и услышала вчера, не хочется вгонять его в ещё более плохое состояние своими вопросами.

В этот момент, наверное, стоило ожидать поддержки со стороны девушки, успокаивающие слова, объятий... Он надеялся на это, в итоге получив странный звук. У неё было что-то в кармане.

Как же это напоминало то самое сладкое драже, которое бились об стенки пластиковой баночки "tic tac".

Настя же, слегка растерявшись, вместо объятий делает совсем другое. Совершает ошибку.

— Ты уже пил таблетки? — Спрашивает она.

Сглупила. Дура, идиотка!

Ошибка сказанных слов доходит до неё не сразу. Уже поздно, никак себя не оправдать. Как же грубо звучали её слова.

Он же всем своим видом показывал, как ненавидит эти таблетки. Она это знала. Дура.

Максим поднимает голову, и смотрит на неё непонимающим взглядом, с приоткрытым ртом. Он видит её лицо, которое не выражает вины, и протянутую баночку, полную таблеток. Зачем, Настя?

Уж лучше бы это был "tic tac".

Он хмурится, закрывая рот. Боль и злость перемешиваются.

— Нет, — холодно отвечает парень, не принимая баночку с её рук, — зачем ты их принесла? — Так же холодно спрашивает он. Анастасия сглотнула, продолжая говорить, не обдумывая слова.

— Тебе они нужны, — в этот момент он смотрит на девушку как на предателя, не веря ушам. Тело дрожит, в горле появляется ком, и следующие слова чувствуются как нож в спину, — они не реальны, Макс. Их нету.

Она будет долго винить себя за свою глупость. За эти слова.

Сердце бешено бьётся, тепло внутри исчезает. Он вновь ничего не чувствует. Он слышит стуки сердца, такие громкие, оглушающие, видит лишь руку, которая протягивает ему таблетки.

Как же больно. Как же невыносимо.

Он хотел забыть про прошлое с этого дня, а ему так грубо напоминают, таким невинным голосом, будто она ничего вчера не слышала. Максим знал, зачем ему таблетки, знал что их нет и не было, но не хотел верить.

Он ценил их, он их любил. Они не могут не существовать. Он не верит.

Глаза мокнут, парень сжимает зубы, зло смотря на неё.

— И что?! — Он кричит, сильно замахивается и выбивает баночку из руки Анастасии. Она отскакивает, — зачем... Зачем ты их притащила сюда?! — Ещё громче кричит он. Слеза стекает по его щеке. Как же он давно не плакал. Макс злится на Настю, он так обижен на неё. Ему так больно. — Зачем, Настя?! — Снова кричит он, сбивчиво и беспорядочно дыша. Слеза за слезой текут по щекам. Он закрывает лицо руками, чувствуя как уже не может. Он не выдержал, он сорвался.

Как же больно.

Ноги уже не держат, и Максим падает. Вдруг чувствует, как девушка держит его, крепко обнимая. Не чувствуется прошлой теплоты.

Они оба падают на колени, она обнимает его, пока тот плачет в ладоши, вздрагивая. Макс пытается оттолкнуть девушку.

— Не надо, отпусти! — Рыдая просит парень, бьётся всем чем только можно. Она отпускает его, совсем долго не решаясь сделать это. Макс кидает в Настю снегом, — уйди, уйди прошу! — Задыхаясь в слезах кричит парень, не думая о словах. Он психует, злиться, истерит. В злости снимает с головы резинку, распуская хвостик, готовый прямо сейчас вырвать все свои волосы, в итоге вырывая всего пару прядей. Лицо красное от слёз, волосы растрёпанные, глаза такие же красные, а под ними темно синие круги. Эта картина пугает девушку, и удивляет одновременно. Она совсем не видела его настоящее состояние, смотря лишь в чудесные глаза, и видя лишь прекрасную улыбку. Он сжимает снег в руках, опустив голову, рыдая ещё сильнее.

Как же больно.

— Макс... — Шепчет она, совсем не ожидая что доведет его. Что станет той самой последней каплей.

"Дура, идиотка. " — Думает Анастасия, повторяя себе это сто, тысячи, миллионы раз, чтобы чувствовать вину как можно сильнее.

Он чувствует, как его вновь тянут, пытаются успокоить. Сил нету сопротивляться. Они снова на коленях, Настя крепко его обнимает, а Макс, желая выместить хоть на ком-то свою боль, пытается царапать ей спину, бить её, рыдая в плечо. Она не обижается, ведь понимает, что заслужено.

— Я так по ним скучаю... — Через слезы шепчет Максим, почти не разборчиво. Сил нет, он ели как удерживает руки на её спине, плача в её плечо. В свою куртку на ней. — Я виноват. Во всем виноват я... — Новая волна тут же поглощает его. Плач настолько сильный, что не хватает воздуха. Она гладит его с головы до спины, стараясь сделать легче.

Но он ничего не чувствует, кроме боли.

— Я хочу вернуть их, хочу чтобы они пришли ко мне.. — С силой выдавливает он, стараясь наполниться надеждой, но реальность бьёт сильно, — но они мертвы... — Секундное затишье, он старается успокоиться, но боль окутывает тело окончательно, — они погибли! — Закричал парень, сдерживая себя он полноценного крика, лишь громко рыдая ей в плечо, крепко сжимая спину, стараясь держаться будто за спасательный круг. Он чувствует боль и вину. Он зарядил кнопку, он должен был держать всё под контролем... Он должен, он должен был. Он мог спасти всех, но проиграл.

Они проиграли.

Зачем? Зачем он выжил? В чём смысл? Зачем жить одному?

Зачем?

Зачем она сказала это? Зачем, Настя?

— Господи, прости меня, Макс... — Единственное что удаётся сказать девушке. Но тот не слышит. Ей страшно за него, страшно смотреть и слушать его страдания. И виновата она. Нужно уметь держать язык за зубами. Настя чувствует как его спина вздымается, чувствует как он сильно плачет, чувствует его сбитое, неровное дыхание... Зачем же она так?

Макс грубо отталкивает Настю от себя, опустив голову вниз, шмыгая носом, продолжая плакать.

— Уходи, — безэмоционально говорит он, тихо, но тут же повышая голос, — уходи отсюда! — Кричит парень. Она, чувствуя ком в горле, и подступающие слёзы, поднимается со снега, и идёт прочь. Громкое рыдание заставляет её последний раз взглянуть на него.

Макс, продолжая сидеть на коленях, падает на снег всем телом, плачет и кричит, стучит по нему кулаком, совсем не ощущая холода. Насте становится больно на душе от этой картины, и не решившись продолжить смотреть, она уходит прочь. Уходит домой.

Резинка, что он кинул в снег, будто ставит точку. Будто это конец.

Макс чувствует боль. Настя чувствует вину.

"Как же больно."

"Дура, идиотка."