Брак по договору [Zayn Malik]

Приятная мелодия от чудного инструмента, специально приобретенного Зейном, разливается по всему дому.

Селена плавно открывает глаза и приподнимает голову.
Она поднимается с кровати, накидывает на плечи легкий плед и выходит в коридор.
Громкость увеличивается, когда она выходит на лестницу.
Брюнетка плавно спускается, крепко цепляясь за перила лестницы. Из-за резкого пробуждения она опасается случайно оступится.
Гомез останавливается у подножья лестницы и обнимает себя за плечи.

Малик сидит на небольшой мягкой тумбе за полированным черным роялем. Его пальцы умело скользят по клавишам.
Гомез сонно зевает и прикрывает рот ладонью.
Она на носочках проходит чуть вперёд и останавливается буквально в двух метрах от Зейна.
Парень резко отрывает пальцы от клавиш, кладёт ладони на поднятый клавиатурный клап и уводит взгляд за правое плечо.

- Прости, если разбудил, - он поворачивается к ней лицом и переносит ладони на край пуфа.

Брюнетка растягивает милую улыбку и выставляет правую ногу вперёд, слегка сгибая другую ногу.
Зейн локтями упирается в колени, и его взгляд будто по щелчку падает на длинную стройную ножку, выглянувшую из-под пледа.
Он пальцами надавливает на верхнее веко и упирается пяткой в край пуфа.

- Не спится? - Селена прикусывает нижнюю губу и снова переваливается на две ноги.

Некий холодок пробегает по телу Малика, и он дергается. Он поднимает голову и слегка кивает, упираясь взглядом в её тонкую шейку.
Такую хрупкую и манящую.
В один момент хочется просто сорваться с шеста, сомкнуть пальцы на этой хрупкой шее и оставить на ней пару отметить от зубов и засосов, желая показать её принадлежность.

- Мы можем поговорить об этом, если ты хочешь.

- Хочу, - Зейн двигается на другой край тумбы, освобождая место девушке.

И когда бы он мог подумать, что сейчас, спустя практически три месяца их совместного проживания, они будут сидеть настолько рядом и разговаривать о его проблемах.

Три месяца... Три месяца, черт возьми.
Время пролетело моментально, когда они оба погрузились в работу.

Гомез присаживается рядом с Зейном, и этого пуфа оказывается чрезмерно мало, когда их плечи соприкасаются.
Селена накрывается голые колени пледом и вздрагивает от холодка, пробежавшего по спине.
Опять эти её чертовы шорты.

- Ты из-за Беатрисы так переживаешь?

- Они не слышат меня, - он пожимает плечами. - Разве её жизнь изменится к лучшему с этим ребёнком?

- Все люди разные. Я понимаю, что ты не испытываешь особого желания иметь ребёнка, не имеешь огромной любви к детям, но в этой ситуации решения было не за ней одной. Я не знаю... Твоя мама заметно беспокоится за будущее Беатрисы. У Трисы имеются осложнения, поэтому не один врач сказал им, что после этого аборта будут сильные осложнения.

- Ей всего шестнадцать, Селена.

- Она сделает аборт сейчас. Поживёт спокойно ещё пять лет, а затем полностью озадачится своим лечением. Это затянется на несколько лет, потому что этот процесс длится постепенно. И нельзя быть уверенным, что у неё получится. Можно размышлять над этим долго и зайти настолько далеко, но ведь, в любом случае, в принятии решения участвовали как Триша, так и родители того парня.

- Боже, - Малик опускает голову на ладони. - Они же ещё дети, - парень истощённо выдыхает и качает головой в разные стороны. - Я считаю себя тоже виноватым. Ведь если бы я уделял ей чуть больше времени, может, этого бы и не произошло.

- Может быть, - она бросает довольный взгляд на него и растягивает лёгкую улыбку, слегка подтягивая кончики губ вверх. - Но у неё тоже есть своя голова на плечах. Я понимаю, что порой противоречу своим же словам, но это её проступок, за который она должна нести ответственность. А нам, всем нам, нужно лишь поддержать её и не давить. И не подстрекать, - Гомез грозит ему указательным пальцем, но тут же спешит улыбнуться, чтобы не показаться чрезмерно осуждающей и строгой.

Зейн улыбается ей в ответ и молча покачивает головой.
По его взгляду понятно, что этого достаточно, чтобы он немного успокоился.

Рядом с ней в последнее время он успокаивается.
Теперь она становится ключиком к спокойствию для него.

- Всё будет отлично, - её ладонь осторожно ложится ему на спину.

Но это прикосновение не вызывает никаких бурных фантазий, как один лишь её вид.
Он ощущает тепло и поддержку в этом прикосновении.
Возможно, если бы она провела рукой по плечу, он бы не выдержал.

- Так, ты играешь? - она делает вдох, поворачивается на 180 градусов и оказывается уже сидящей лицом к музыкальному инструменту.

- Немного, - Малик расплывается в довольной улыбке и повторяет движение девушки.

Их колени не нарочно соприкасаются.
Но кажется, этот разговор временно приостановил какие-либо пошлые мысли у обоих, перенаправив их на немного дружеский лад.

- Это помогает отвлечься? - Гомез опускает пальцы на клавиши и проигрывает всю нотную лестницу, начиная с «си» и заканчивая «до».

- Да, - он кивает и наигрывает левой рукой какую-то легкую приятную мелодию.

Брюнетка качает головой и поднимается с тумбы.

И в один момент Зейна опять посещают самые ужасные мысли, когда она стоит перед ним, а плед постепенно оголяет её плечи и ключицы.

- Зейн, - Селена локтем упирается в верхний корпус рояля. - Твоя мама так хорошо общается со мной. Это из-за того, что я помогаю Беатрисе с врачами?

Малик невинно хлопает своими сногсшибательными ресницами, длину которых Селена отмечает лишь сейчас при ближайшем рассмотрении.
Он качает головой в знак отрицания, опуская клавиатурный клап.

- С чего ты взяла?

Гомез бросает невозмутимый взгляд на парня и щурится.

- Брось. Признай, что она пыталась общаться с тобой ещё до того, как мы стали жить вместе.

Он пожимает плечами и тут же вздрагивает от громкого звонкого лая.
Появление Джексона подобно появлению третьего человека. Он заставляет их отодвинуться друг от друга на небольшое расстояние.

- Ладно, - брюнетка кивает и отступает от рояля на метр.

- Раз на то пошло, - Зейн поднимает с пуфа и идёт ан кухню. - То ты не обязана помогать им. Это уже проблемы Беатрисы. Пусть она не привыкает к тому, что кто-то делает всё за неё.

- Зейн, - ох, как ему это нравится. Она опять называет его по имени. - Остынь.

А это уже не нравится.
Он растягивает нервную улыбку, упирается ладонями в столешницу и опускает голову.

- Что тебе надо? - он недовольно усмехается. - Зачем ты лезешь ко мне?

Вот так поворот.

- Прекрати лизать задницу моей матери, - он поднимает на неё взгляд и замечает это раздражающее непонимание.

Какого черта он вообще завелся?
Да ещё и так грубо.

- Ой, Боже, - он срывается с места и летит в гостиную. - Как вы меня все достали.

Неужели несколько рюмок коньяка, принятые несколько часов назад, действуют только сейчас?

- Одна - беременная, другая женит меня на незнамо ком. А совсем неизвестный мне человек отчитывает меня за всё: за вздохи, за взгляды, за шаги, за слова.

Малик хватается руками за голову и уходит в спальню.

Почему нельзя хотя бы один раз спокойно поговорить, не приходя ни к чему подобному?!
Разве нельзя не критиковать, не кричать, не злиться?

Утро.
10.43

- Уфф, - Адриана хлопает дверью сестринской и встряхивает мокрыми от проливного дождя волосами. - Ну и погодка, - Хоккин стягивает с плеч мокрую куртку и застывает, брезгливо сжимая ткань в кулаке. - Ты что здесь делаешь?

Селена попивает горячий кофе из белоснежной чашечки и о чём-то бодро болтает с Касандрой.

- И тебе привет, - Гомез кивает головой и делает небольшой глоток горячей жидкости.

- У тебя выходной, Селена.

- Нет, - брюнетка невозмутимо качает головой, пожимая плечами, и выливает остаток жидкости в раковину. - Джош сказал, что много работы.

Рыжая недовольно косится на подругу, поспешно сменяя повседневные джинсы и свитер на рабочую форму розового цвета.
Она моментально отмечает эти кардинальные изменения в её мимике и уже ругает саму себя за то, что вчера напрямую упомянула такое заметное сияние Селены.

Накаркала

Гомез достаёт из выдвижного шкафика упаковку шприцов и покидает кабинет.
Адриана тут же вылетает за ней следом.

- И, что, Джош сам тебе позвонил? - рыжая пристраивается рядом с подругой и подхватывает её под руку.

Селена недовольно хмурится.

- Нет, - она нервно сжимает губы, но не отказывается от своего независимого образа. - Я позвонила.

Напряженное молчание. Гомез никогда не думала, что в скором времени будет ссорится с Адрианой из-за работы.
Пришла на работу в выходной день - конфликта не избежать.
Сидишь дома - конфликта тоже не избежать.

- Искала себе занятие? Сегодня ведь Рейчел работает. И Касандра, и Ки...

- Мы поссорились ночью, - брюнетка перебивает подругу, чуть ли не выбивая дверь в кабинет.

Хоккин замирает и недовольно сводит бровки.

- И что было? - её пронзительный глубокий взгляд пробивает до мурашек.

- Мы просто поссорились. У него какие-то проблемы в семье, поэтому он нервный последнее время. Не хочу раздражать его своим присутствием.

- И что теперь? Разве не он сам говорил, что это теперь и твой дом? Ты правда собираешься угождать ему, изнуряя себя работой?

Гомез хмурится и качает головой.
Она вытягивает перед рыжей руку и плотно сжимает пальцы между собой.

- Давай поговорим об этом, когда у меня будет настроение. И желание.

Вечер

Ночная ссора заметно даёт знать о себе.
Селена заметно устаёт из-за того, что в общей сложности спала только четыре часа ночью, весь день бегает по больнице без отдыха.
Она игнорирует какие-либо допросы Адрианы и тут же погружается в работу, окончательно теряясь во времени.

- Привет, куколка, - Майкл притягивает рыжеволосую к себе за шею и страстно впивается в губы.

- Мммм, - Хоккин растягивает довольную улыбку в поцелуе и прикладывает ладонь к колючей щеке парня. - У кого-то хорошее настроение?

- Как видишь, - парень затягивает её в ещё один поцелуй, а затем протягивает через её грудь ремень и пристёгивает её.

Рыжая хмурится, наблюдая за такой детской заботой, и усмехается.

- Просто мы уже опаздываем, - он невозмутимо пожимает плечами и поворачивает ключ зажигания.

- Мы, что, куда-то едем?

- Ну... Ты же возмущалась, что Селена не зовёт тебя в гости.

- О, боже, да. В этом плане она очень нудная. Нет, я понимаю, она же сама по себе скромная...

- Я договорился с Зейном, - Харрис перебивает девушку, прежде чем она успевает выпалить длинный монолог на одном дыхании, и тогда машина резко двигается с места. - Он как раз хотел поговорить со мной.

- Ты серьезно? - рыжая изгибает одну бровь и слегка приподнимается на кулачках. - Боже, я ведь два месяца говорила с ней об этом.

- Ты, что, не знаешь свою подругу? Она же даже когда жила с родителями опасалась приглашать нас. Даже на веранде посидеть.

- Тебе самому известно, какой у неё отец. Она вечно живёт по его правилам. Он выдал её замуж, но и здесь она лишилась последней свободы. Её пределы - дом - работа. С работы сразу домой. Помнишь, когда мы с ней последний раз ходили с ней по магазинам или просто гуляли? А уж про клубы я молчу. Она даже напилась последний раз не в баре, а у нас дома.

- С одной стороны, мне её жаль.

- С одной стороны? - возмущенно вскрикивает Хоккин.

- А с другой, - буквально надавливая на девушку своим взглядом добавляет Майкл. - у неё тоже должно быть слово. Если бы она съехала от них раньше, а не оставалась подопытным кроликом отца, то и жила бы сейчас лучше.

- Может быть, - рыжая пожимает плечами. - Но, в любом случае, сейчас она в хреновом положении. Они поссорились ночью, и она уехала на работу.

- Ночью?

- Не знаю. По словам Джоша, она звонила ему в семь утра, а Кассандра сказала, что в половине девятого она уже была в больнице.

- Зная Зейна, это неудивительно. Он, конечно, может вспыхнуть, - Харрис хмурится и ёрзает, пытаясь поудобнее устроиться в кресле. - но что такого он мог ей сказать, что она буквально ушла из дома.

- Узнай у него.

- Почему сразу я? Это вы с Селеной подруги. Она рассказывает всё тебе. Поговори с ней. Вы ведь всегда секретничаете. Обо всём, не?

- Нет, - Адриана бросает на него серьёзный взгляд и возводит взгляд к потолку. - Если она не хочет говорить об этом, я не буду выпытывать информацию.

- Когда тебя останавливали её желания и их отсутствие? - парень сводит брови и щурится от моментального удара в предплечье. - Да, что?! Я просто имел в виду твою настойчивость.

В ответ Адриана обиженно кивает и отворачивает головой в другую сторону.
И на что она только обиделась?

Шатен возмущенно фыркает.

- Ты ведь сама сказала выяс... Ладно, - он выдыхает, перенося ступню с педали газа на тормоз. - Прости.

И девушка вновь лишь молчит в ответ.
Машина полностью останавливается перед нужным домом, на пороге которого уже появляется его хозяин.
И не только хозяин попадает в зону видимости молодой пары.

Светловолосая девушка с мужем будто по щелчку выходят на передний двор своего дома и «совсем случайно» замечают соседа и его гостей.

- Доброго вечера, - буквально кричит парню Лидия на что Патрик лишь нервно закатывает глаза, начиная заметно раздражаться чрезмерно громким поведением жены.

Малик лишь молча приподнимает правую руку, тем самым махая соседям в ответ.

Майкл от чего-то смеётся и пожимает другу руку.

- Ох, Господи. Это те самые ненормальные?

- Пока я не ощутил всей прелести жизни по соседству с ним, не мне досталось в первый день встречи с ними.

- Кстати, это моя девушка...

- Адриана. Мы знакомы, - брюнет качает головой и плавно отступает назад, освобождая проход для друзей. - Познакомились, когда я заезжал за Селеной на работу.

Он вспоминает ту ехидную улыбку рыжеволосой и её недоугрозу и старательно подавляет едкий смешок, прикрывая рот рукой.

Харрис молча кивает и проходит в дом.
Его взгляд моментально взлетает на высокие потолки, обеспечивающие эффект пустой комнаты. За их счёт кажется, что в доме огромное количество свободного места.

- Так говоришь, Селена приняла весь удар на себя? - Майкл старательно закрывает рот, подтягивая нижнюю челюсть, и бросает последний взгляд на исчезающий за закрывающейся дверью соседей.

- Она тискала её как игрушку, - Зейн растягивает счастливую улыбку и качает головой.

- А где, кстати... - Адриана выдерживает длительную пазу, так невинно хлопая ресничками и стараясь заглянуть в каждый возможный дверной проём, не останавливаясь. - Селена?

- На работе, - кратко отвечает Малик.

Хоккин ловит на себе возмущённый взгляд Майкла и невинно возводит глазки к потолку, убирая руки за спину.
Раз уж он отказался узнавать причину ссоры, это сделает она.

А кажется, их встреча начиналась так страстно и безобидно с того горячего поцелуя. Неужели, всё придёт к слишком разгоряченному концу.

- У неё же выходной, - рыжая, будто бросая немой вызов брюнетку, заинтересованно изгибает одну бровь и плавно поворачивает в сторону кухни, куда и направились парни.

- Откуда мне знать, - раздраженно бурчит Малик. - Я не особо интересуюсь этим.

Что-то серьёзное?

Адриана молча кивает головой и щурится, замечая набухшую от напряжения вену на лбу у брюнета.
Малик бросает слишком серьёзный на рыжую. Он ощущает это давление и недовольство с её стороны и плавно убеждается в том, что её появление лишнее.
Будь здесь Селена, всё бы было по другому.
Эта рыжая особа не докапывалась бы до Зейна со своими отдалёнными вопросами.