Глава 26
Я сидела к комнате, где окно было очень маленьким и оно было расположено очень высоко. Наверное, я бы в него легко влезла. На улице уже темнело. Сидела я на холодном полу, и ждала, когда за мной придут родители, которые за мной точно не придут.
Пока я сидела и скучала, мне приходили воспоминания, произошедшие недавно. Помню, как Света рассказывала о своей подруге, которая якобы умерла. Эта подруга - я. И я умерла. Но я совершила то убийство, которое совершать видимо, не должна была. Значит, мне нужно убить брата Саши? Ведь это он убил меня и Свету. Но нужно ли всё портить? Не хочу ничего портить. Он вроде стал ко мне нормально относиться. Но хоть что-то, я сделаю правильно? Так как нужно.
Помню сон, где я видела людей с кровью на лице. Светины слова, что скоро все произойдет. Все произошло. Но что будет с Ваней?
Нужно выбираться отсюда. Дверь открыть будет не сложно. За меня все сделает мой мозг.
Спустя минуту, я стояла на пороге этой комнаты. Дверь вышибло так, что она отлетела и врезалась с грохотом в стену напротив. Ну и пылища здесь!
Я шла по коридору, совершенно спокойно. Мне осталось немного дойти двери, но позади меня крикнул мужчина.
- Стоять! Заключённый сбежал из камеры!
Уже заключённая? Я побежала к выходу. Двери сами распахнулись передо мной, и я выбежала наружу. Так как за мной уже бежало пол милицейского участка, я резко свернула вправо и ускорилась. Стена здания была довольно длинной, поэтому я не успею убежать, меня могут увидеть. Но не увидели, потому что я этого не хотела.
Я бежала долго и быстро. Очень быстро. Но меня подводила моя дыхалка. Первые два километра дались мне легко. И это большой плюс. А потом был ужас. Бежала я в больницу, надеясь увидеть там Ваню. Лишь бы ты был жив!
Я зашла в холл.
- Извините, сюда уже нельзя! Приходите, завтра утром! – сказала женщина и снова уткнулась в свой журнал.
- Мне нужно сейчас! – крикнула я, совсем не ожидая, что эхо распространится по всей больнице. – Где лежит Иван... – какая же у него фамилия?
- Я вам ничего не скажу. Девочка покиньте больницу или я вызову охрану! – пригрозила мне она. Сейчас я готова и её убить!
- Пожалуйста! – умоляюще сказала я. – Парень, его сегодня пристрелили. Он должен быть здесь, - говорила я, едва сдерживая слёзы.
Женщина посмотрела на меня, потом вздохнула.
- Двадцать третья палата, третий этаж, - недовольно сказала она.
Я ринулась к лестнице. Боже, боже, боже! Пусть всё будет хорошо. Пусть он спит и ничего ему не угрожает. Не хочу, чтобы он умер.
Двадцать третья палата, двадцать третья палата... повторяла я. Ворвавшись туда, я ничего не видела. Свет был выключен. Всё что я нашла, это настольная лампа, которая стояла на тумбочке возле кровати. Мне и такого света хватит. Ваня лежал на кровати. Очень бледный. Аппарат издавал звук каждую секунду. На каждой руке были пластыри, под которыми были иголки. Во рту была трубка, которая давала ему дышать. Значит, она даже не может дышать.
- Ваня, ты здесь? – с надеждой увидеть его призрака. Но его не было. Я опустила голову. – Прости меня, я знаю, ты здесь. Ты же сейчас в коме? Тебя никто не видит. Но почему я не вижу тебя? Неужели призраки делятся на какие-то группы?
Это, наверное, выглядело глупо. Я будто разговаривала сама с собой. А может я не совсем призрак? Плакать я могу, видеть меня могут... спать не могу, есть не могу. Есть, наверное, призраки те, кто ещё не совсем умер, а есть призраки, которые уже обречены. Такие, как я, например. Хотя, кто его знает!
Послышался противный скрип. Первое на что я посмотрела, это окно. Мне стало немного легче. На запотевшем стекле было что-то написано. Я подошла. « Мне очень плохо...» написал он.
- Тебе плохо... – моё сердце сжалось. – Это я виновата. Прости меня. – Из глаз полились слёзы. Я повернулась к нему. Такой бессильный. Лежит и видит сны. Которые происходят на яву. Обняв его, я лишь почувствовала прохладу. Он почти умер. Поэтому ему тяжело.
- Ещё раз прости. Тебе так будет лучше, - сказала я. Несколько секунд я не могла решиться. – Тебе так будет лучше... – повторила я и отсоединила трубку аппарат, дававшему ему воздух. Тело Вани стало упускаться. Он как воздушный шар, которого сдувают. И снова: «Пип, пип», потом стало всё быстрее и быстрее, пока это не превратилось в один тянущийся звук. Я снова его убила.
Когда я выходила, я ничего не чувствовала. Даже слёзы не шли. Но внутри всё сжималось. Как это ужасно. Пока я плелась до лестницы, меня нагнала медсестра. Я сразу её узнала. Она тогда со своей подругой медсестрой обсуждали сериал. В то время я лежала полумертвая.
- Кто вам разрешал приходить сюда?! – писклявым голосом сказала она.
Я посмотрела ей в глаза. Она такая низкая, что я была её роста. Глаза карие. Её лицо изменилось. Она смотрела на меня, как будто увидела что-то страшное.
- О, Господи! – прошептала она и начала креститься.
- Вы меня узнали? – недоверчиво спросила я.
- Тебя убили здесь, ты мертва. Я не могу тебя с кем-то перепутать... – шептала она.
- И что с того? Ну да, меня убили, - равнодушно ответила я.
- Я сейчас охрану позову! – стиснула зубы медсестра. Я подошла к ней поближе.
- И что ты скажешь? «Эту девушку убили здесь совсем недавно, заберите её». Так что ли?
- Ты призрак? – с ужасом говорила она.
- Да, а ещё убийца. Сегодня я убила семерых. Об этом в новостях уже сообщили? – в моём голове было слишком много равнодушия. Медсестра молчала. Я продолжила:
- Посмотри в палату номер двадцать три. Там, по-моему, человек умер, - с этими словами я ушла.
Мне было всё равно.
Я снова спустилась в холл. Там на скамейке сидела Света.
- Давно ты здесь? – сказала я, без всякого выражения.
- Ты его убила? – спросила она.
- Да. И об этом я уже совсем не жалею.
- Долго мы его будем ждать?
- Не знаю. Это, смотря на то, что его могут задержать. Меня задержали на несколько недель. Тебя не было всего два дня. Главное, всё должно быть хорошо.
- Нет, не всё, - покачала головой Света.
- В смысле? – поинтересовалась я.
- Теперь мы призраки. И это будет очень плохо. Мы не можем, есть, спать. У нас не будет детей. А я всегда хотела в будущем детей, - с грустью сказала Света.
- Да. Но мы сможем умереть? – неожиданно спросила я. Света посмотрела на меня и с удивлением.
- Ты хоть знаешь одного призрака, который смог умереть?
- Знаешь, я вообще не знаю ни одного призрака, кроме тебя.
- Да уж. Ты будешь моей подругой. Мы будем все друзьями призраками. Не уезжай, пожалуйста, - умоляюще посмотрела на меня Света. Я вздохнула.
- Прости, но это неизбежно. Как только Ваня откроет глаза, я исчезну, - тихо сказала я.
- Исчезнешь? – переспросила Света.
- Да. В будущем он должен будет дать мне прибор для перемещения во времени. Но так как он стал призраком, никто мне его не даст. Потому что он должен быть старым. Но ему будет шестнадцать лет. Теперь нам всем будет шестнадцать лет. Вечно.
Эти слова вызвали у Светы слёзы. Как хорошо, что призраки могут плакать. Иначе, это не жизнь, а дыра. Всегда нужно поплакать. Это всегда помогает.
Женщина сидящая, как продавщица за прилавками в аптеке, посмотрела на меня. В этот раз она смотрела на меня по-другому. В глазах был страх. Я подошла к ней. На столе лежала газета, в которой была моя фотография. Под ней было написано «МАССОВОЕ УБИЙСТВО СЕГОДНЯ УТРОМ». Женщина начала меня сравнивать с фотографией. Выхватив у неё газету, я начала читать: «Сегодня утром, в 12.48, произошло массовое убийство, в котором пострадали семеро человек. Шестеро из них скончались на месте. Как оказалось, эти шестеро погибших, были серийными убийцами, которые вероятно хотели кого-то убить на Красной площади. Но им помешала 16-тилетняя девочка, которая безжалостно расстреляла убийц. Седьмым был парень, ему тоже было 16 лет. Он был перевезён в самую лучшую больницу Москвы. Девочку застрелили на месте, при попытке убить последнего преступника. Но она смогла выжить, не смотря на многочисленные выстрелы в живот. Её допрашивали в участке, но она ничего не сказала. Чем было вызвано такое хладнокровное убийство? Мы об этом ничего не знаем, но возможно она хотела отомстить за кого-то». Статья: Л.А. Зеленова. Фотограф: М. Д. Демидов.
Ого! Да меня знает вся Москва!
Женщина набирала номер на красном телефоне. Я смотрела, и первое, что мне пришло в голову это – как она пользуется таким телефоном вообще? Подом дошло, что она хочет вызвать милицию. Я легко перепрыгнула ограду, за которой она сидела, и схватила её за шею.
- Ты ведь не собираешься меня отправить туда? – угрожающим тоном сказала я. Она тупо смотрела на меня. Из трубки донёсся голос.
- Алло! Милиция...
- Здравствуйте! – громко сказала я.
- Кто это?
- Это я. Вы меня не узнаёте? Девочка, которая сбежала из вашего участка.
Зачем я это сказала? Вот дура я!
- Помогите! – закричала женщина. Я отпустила её. Обойдя стол, я увидела Свету.
- Ты что делаешь? – недоумевала она.
- Валим отсюда! – шёпотом сказала я.
Бабушка Светы была довольно чистоплотной, раз перед тем, как разрешить мне зайти, она попросила поднять ботинки, чтобы убедиться в чистоте.
- Входи, - сказала она и проводила меня на кухню. – Будете чай?
Ох, меня от этого чая скоро будет тошнить!
- Да, спасибо, - улыбнулась я.
- Значит, это о тебе сегодня все говорят? – с насмешкой заметила она.
Я не знала, что ответить. Вдруг она меня выгонит в ту же секунду, когда я скажу «да».
- Угу... – опустив голову, произнесла я.
- Ты правильно поступила, убив этих преступников. Но знай, если ты призрак, это не значит, что нужно мстить всем. Света вот не мстит. И не будет, надеюсь, - строго указала она на Свету. Бабушке было лет шестьдесят. Вся сморщенная, губы накрашены красной помадой, на голове пучок из седых волос. При этом она ещё выпускала дым из ноздрей. Какой ужас!
- Вы знаете? – удивилась я. – Хотя чему тут удивляться? Света вам сказала.
- Нет, нет. Света мне ничего не говорила. Я это вижу. Будь я призраком, Света бы, наверное, даже не родилась. Её мама призрак. Теперь и она призрак. Меня просто ещё никто не убивал, да и я не рвусь к вечной жизни! Это вы сейчас думаете, что жить вечность это прекрасно. Но вы глубоко ошибаетесь. Мне уже надоело жить. Вот проживаю свои остатки жизни здесь.
- Бабушка... – жаловалась Света.