Глава 21
Ничего не вижу. Всё размыто. Рядом со мной лежит что-то чёрное и большое. Наверное, машина. Как там он? Или она? Кто был за рулём? Как больно! По мне будто машина проехала. Всё болит, каждая клетка моего тела ноет. Голова кружится. Я задыхаюсь. Воздух! Всё, что я смогла сделать – это то, что из носа пошли пузырьки. Теперь во мне не осталось воздуха. Вода тёмно-голубого цвета. Сколько я здесь лежу? Сколько я без воздуха? Я не могу пошевелиться! Боже, как мне плохо. Мне нужен воздух! Мои глаза закрываются. Грудь сейчас разорвётся. Напор воды. Не могу дышать! Помогите кто-нибудь! Я теряю сознание. Быстрей бы стало лучше. Вытащите меня отсюда! Глаза закрылись. Что-то коснулось меня за плечи. Теперь темнота. Я ничего не чувствую.
Когда я открываю глаза, первое, что я вижу это деревья. Я лежу под ними. Снег всё ещё падает на землю. Я сухая. Странно. Почему мне не холодно? Когда меня высушили? Я поднимаюсь. У реки большая суматоха. Много людей пришло поглазеть, что случилось со мной и водителем. Или посмотреть, что вообще случилось. Где-то возится «скорая помощь». Где водитель? Я осмотрелась. На носилках кого-то заносили в машину. Этот человек лежал спокойно. Но он был в сознании. Подойдя ближе я увидела знакомое лицо.
- Молодой человек, нам нужно доставить вас в больницу. У вас травма, - говорила женщина в синей форме. У неё была тёмная кожа.
- Нет. Нет, всё нормально! – этот человек сел. И этим человеком был Ваня. Это он был водителем?
- Как получилось, что вы въехали в обочину моста? Вы сбили девочку! Она в ужасном состоянии.
В ужасном состоянии?! Но эта девочка я. Меня сбили! Почему на меня не обращают внимания? Ваня огляделся.
- Соня... - прошептал он. – Что с ней?! Где она?! Это я во всём виноват!
Я стою перед ним. Но он меня не видит. В чём дело? Почему я сухая, у меня нет ни единой царапины, чувствую себя нормально? Что происходит?!
Ваня вскочил. Он оглядывался до тех пор, пока не увидел человека, над которым столпилось много врачей.
Мы подошли. Там лежала девушка. Она была вся в крови и мокрая. Волосы были в крови. Вся одежда была в крови. Мне было больно смотреть на неё. Её лицо было в синяках, в огромных царапинах. А ещё на её лице было... моё лицо. Это была я. Вся синяя, лежала под деревом, в крови. Губы синие. Я отвернулась. Мамочки! Что случилось?! Нет, нет! Это точно сон! Я умерла? Нет, я не умерла. Не могу я так просто умереть! У меня выступали слёзы. Господи! Нет!
Врачи меня осматривают. Ваня, который растолкал всех других врачей, сидел на коленях. Он держал мою ледяную руку. И плакал. Он быстро стирал слёзы, чтобы никто этого не увидел. Он шептал:
- Это я виноват...
Меня занесли в машину. Я зашла следом. Я должна находиться рядом с собой.
Снова больница. Врачи носятся, как угорелые вокруг моего тела. Кто я сейчас? Привидение? Призрак? Не думала, что такое возможно. У меня внутреннее кровотечение, открытый пневмоторакс, все мои кости переломаны. Сотрясение мозга.
Я лежу в комнате, где горит яркий свет. Мне светят фонариком в глаза. Другие врачи засовывают в меня всякие трубки. Я ведь даже не дышу. Медсестра сжимает и отпускает баллон, из которого идёт кислород по трубке. Только так я могу сейчас дышать. Интересно, я – та, которая сейчас лежит на каталке, что-нибудь чувствует? Вероятно, нет. Я не мертва. Но и боли не чувствую. Откуда такая уверенность? Может я мертва? Нет, это не может быть! Тогда меня бы сейчас здесь не было. Тогда меня бы сейчас собирались похоронить. А сейчас они пытаются меня спасти. Значит, я жива, но что-то мешает мне проснуться.
На старых часах сейчас два часа дня. Я выходила гулять в полдвенадцатого. Думать о том, что кроме Вани и врачей моя жизнь никого не волнует, не очень приятно. Конечно, кому я здесь нужна? Я буквально в другом мире. В мире, где меня никто не знает. А Света? Что думает Света? Мы с ней договаривались погулять ещё в пятницу. О чём подумает она, когда я не приду к ней? Подумает, что я занята? Или, что просто не пошла гулять? Ей кто-нибудь скажет? Или она сама узнает? Откуда ей знать? Даже когда она узнает, это ничего не изменит. Я так и буду лежать полумёртвой.
Что с моим лицом? Это ужас. Повсюду глубокие порезы. Это из-за стекла. Только сейчас я заметила, во что я одета. Та же самая одежда, которая на мне была утром. Одежда Ваниной мамы. Она сейчас в нормальном состоянии. Та же самая одежда, которая сейчас на другой мне, вся в крови и порвана. Куда делся мой плащ? Возможно, его оставили лежать на земле. Они знали, что я ничего не чувствую. И холода тоже.
Мне вставляют новую трубочку. Врачи пытаются найти что-то. Кто-то говорит о кровотечении.
- Чем вызвано внутреннее кровотечение? – спрашивает молодая медсестра.
- Ещё неизвестно, - сообщает другой врач.
Мне это надоело. Смотреть на ту меня, что лежит неподвижно на каталке. Мне в вену закачивают новую кровь. Ненавижу уколы. Это ужасно. Поэтому мне неприятно смотреть фильмы ужасов. Одно дело, фильмы – другое, я. Смотреть, как меня разрезают – невозможно. В операционной мало места. Все потеют. Здесь нет компьютеров. В современной больнице, я уверенна, было бы много компьютеров, которые показывали бы моё состояние.
Я не могла открыть дверь. Меня заметят. Что будет тогда? Здесь начнут расхаживать всякие медиумы, которые бы прогоняли злых духов. Я не злой дух. Я всего лишь хочу находиться рядом со своим телом. Странно, я не могу проходить через стены. Вроде привидение. Или кто я всё-таки? Это не важно. Это совсем не важно.
Ваня сидел в коридоре, где было плохое освещение. Лавочки деревянные. На стенах висят всякие таблички, типа «Туберкулёз у детей» и целый конспект маленьким шрифтом. Он сидит молча. У него перелом руки. Видимо. Я села рядом. Он о чём-то думал. Скорее всего, он винит себя во всём. Я вспомнила сегодняшнюю ссору. Ваня же уезжал с девушкой. Это была её машина? Красная. Наверное, её. Она была с ним? Или нет? Или что? Может она умерла, вот он и сидит?
Из-за угла вышла девушка и быстро начала направляться к Ване. Это она? У неё были чёрные волосы, розовая кофта, очень подходящая к ней и чёрные широкие брюки. Это всё ужасно, но на ней это было нормально. Это не значит, что он ужасна. Но я её уже ненавижу. Она шла очень быстро. Потом чуть на меня не села, но я вовремя отодвинулась.
- Ты всё ещё сидишь здесь? – удивилась она.
- Да, а что? Из-за меня человек чуть не умер. Хотя не факт, - тихо говорил он.
- Успокойся, она не знает, что это был ты. К тому же ты несовершеннолетний, поэтому тебя не посадят, - спокойно говорила она. Вот дура.
Ваня посмотрел на неё. У него были красные глаза.
- Даша, да какая разница! Она чуть не погибла! Она мой друг, в конце концов! – повысил он голос. – Тебя, что это совсем не волнует?! Я буду здесь, пока мне что-нибудь не скажут.
Даша смотрела на него с раздражением.
- Почему она для тебя так важна?! Эта ненормальная могла, наверное, отойти, но нет, она стояла до последнего! А ты обо мне подумал?! Это же на моей машине произошло! Ты мою машину угробил! Забыл? Меня эта ненормальная вообще не волнует! Или ты идешь со мной, или я скажу всем, что ты её специально сбил! В крайнем случае, твоим родителям придется платить за машину!
Да как она может?! Это его девушка или кто? Она гордо встала и застучала каблуками до конца коридора. Ваня так и сидел здесь. Ваня, Ваня... Это больше я виновата. Не надо было мне идти гулять, тем более на мост. Что он там вообще делал? Если это её машина? Мне вообще по фиг. Ваню я особо не виню.
- Ты не виноват... - сказала и взяла его за руку. Что-то произошло, вероятно, даже сейчас я смогла передать ему своё тепло. Его рука дрогнула, глаза поднялись. Он что-то заметил. Ваня повернулся в мою сторону. Но смотрел он не на меня, а пустоту. Он снова опустил голову. Что мне делать? В любой момент я могу умереть! Я даже ни с кем не попрощалась! Что будет со мной в будущем? Я даже предположить не могу. Никто не заметит, что меня нет. А может, меня не будет существовать? Что будет? В голове каша. Я будто чувствовала, что будет что-то. Наверное, я должна умереть. Смерть не успокоится. Меня будет что-то ожидать всё время. Если я выживу. Может вот такая смерть, не так уж ужасна? Я больше не чувствую боли. Боль ушла, а значит всё не так страшно. Я застряла в прошлом. Сколько я буду лежать коме? Неделю? Месяц? Я уж лучше умру. Жить здесь, невозможно. Жить так, невозможно.
Из того угла, из которого недавно выходили Даша, выбежала Света. Она неслась, как угорелая. В глазах был какой-то ужас.
- Ваня! Ваня, что случилось! Я бежала.... Погоди, - ей нужно было отдышаться. – Я бежала, как только узнала. Что там случилось на мосту?!
- Я её сбил на машине. Потом мы упали с моста. В воде она ещё была жива. Я видел, она глаза открывала. К моменту, когда я её вытащил, Соня не дышала. Она была не в сознании. Потом, мне сообщили, какие у неё повреждения... - его лицо исказилось. – Риск, что она может погибнуть, очень большой. У неё столько повреждений. Это я виноват...
- Нет, нет. Она выживет. Она должна выжить! И не нужно винить никого! Соня выжила, после пореза ножом, значит и сейчас она выживет! – Света говорила это уверенно. Но на лице у неё было нервное выражение лица. Она не была полностью уверенна.
- У неё внутренне кровотечение, сотрясение мозга, все кости переломаны!!! Ты не видела её. Её лицо больше не было таким красивым. Она лежала, как мёртвая. Синяя, с порезами на лице. Она была, как кукла. Как мёртвая кукла.
Я слушала это всё, и мне хотелось плакать. Но я не могла плакать. Слёзы просто не могли идти. Это ещё хуже. Пытаться не плакать, когда тебя разрывает на части. У Светы были красные глаза. Одна капля упала на мою руку. Она должна была упасть на руку Вани, но упала на мою. Но этого никто не заметит.
- Всё, всё, - дрожащим голосом говорила она, - только не нужно. Она будет жить. Будет жить, и сейчас, и в будущем.
- Ты знаешь? – Ваня посмотрел на неё с непониманием.
- О чём? – спросила Света, вытирая слезу со щеки.
- Будущее. Соня, девушка из будущего, - тихо сказал Ваня.
- В смысле?
- Она могла умереть, не оказавшись, она в прошлом. Ты не меня не понимаешь, потому что не знаешь. Впервые мы с ней встретились в 1890 году. Знаешь, я не должен об этом говорить, но она мне понравилась. С ней весело, правда, она немного того, - он засмеялся. – Главное, я сам мог умереть в этот день. Из-за меня в Соню стреляли. Но она выжила. Она сильная. Вскоре, мы перенеслись сюда. Случайно. Я даже не знал, что она из будущего. Мои родители её приютили. Всё бы хорошо, но она и в правду ненормальная. Как ты, только лучше. Без обид. Соня сказала, что она из 2014 года. У неё даже были доказательства. Самое удивительное – в будущем, это я помог ей вернуться в прошлое. Она даже описала меня тогда. Я был очень старым, - говорил Ваня. Он ни о чём не думал. Ни о последствиях, ни о Свете. Он просто выливал то, что скопилось за эти дни.
- Что?! – смотрела на него Света.
- Ты не поверишь, но ты тоже была участником этого преступления. В будущем. Она тебя тоже описала, - он задумался. – Ты ешь то растение?
- Да...
- Она тебя описала так: ты будешь точно такой же, как и сейчас. Только красивее. И не постареешь. Хотя пройдёт тридцать пять лет. Соня меня очень удивляет. Недавно мы с ней были в лесу. Ночью, в метель. Она отморозила себе ноги. А утром мы с ней поссорились. Я больше не люблю Дашу. Скорее, я её ненавижу, - он говорил, как ненормальный. Совершенно спокойным тоном, будто ему это всё надоело, и он хочет умереть.
- Так стоп! Я не поняла! Ты, что меня за дурру держишь?! Думаешь, я тебе поверю?
- Можешь мне не верить, но Соня мне так говорила. Я сам был свидетелем. Не прекращай есть это растение. Это всё, что я могу тебе сказать.
Ваня замолчал. Больше они не разговаривали. Света о чём-то думала. Я тоже. Значит, я ему понравилась сразу? Ну почему он не сказал? Неужели, я должна была умереть, чтобы услышать это? Иван, вы слишком много в себе держали. Вот почему ты сейчас ей всё рассказал. Хотя, она бы узнала об этом позже. Намного позже. Он изменил моё будущее.
К вечеру пришли его родители. Они узнали многое. Они волновались. Но я уже не верю этому. Потому что это не правда. Я их совсем бы не волновала, если бы он им не внушил. Ваню забрали. Я не хотела оставаться здесь тоже. Поэтому я поехала с ними.