💔 ОЧЕНЬ РАЗНЫЕ 🖤

Проходит пару недель. Мы всё также видимся с Егором, но странное дело: он даже не здоровается со мной. Такое поведение меня крайне возмущает, но я отвечаю ему взаимностью.
Вечер пятницы, мне звонит Юра и сообщает, что приедет завтра вечером и мы сможем провести с ним время.
Так и вышло. В субботу Юра приехал около девяти вечера, плюхнулся на кровать, и мы принялись смотреть фильм.
Юля как всегда пропадала на очередной тусовке, поэтому я не беспокоилась, что она вернётся раньше утра. Не знаю почему, но мне было неудобно, если бы она увидела в нашей с ней комнате моего парня, да и ей могло быть некомфортно.
Ближе к одиннадцати Юра уже клевал носом, а по истечению следующих двадцати минут и вовсе заснул.
Телефон завибрировал, благо он стоял на беззвучном, так как я бы не хотела разбудить парня. Я не взглянув на номер взяла трубку, лишь только услышав голос Егора, я поняла, какую ошибку совершила, приняв вызов.
- Т/и, пожалуйста, приедь, мне очень плохо. Прошу тебя!
Он не дождавшись ответа сбрасывает, а я начинаю всерьёз волноваться.
Господи, куда приехать-то? Я ведь даже не знаю, где он живёт.
Уже спустя две минуты, я умудрилась так себя накрутить, что приняла твёрдое решение: нужно звонить Юле. Она должна знать адрес Егора.
- Алло, Юль?
- Т/ишка! Привет, - пьяным голосом отвечает подружка.
- Скажи, пожалуйста, где живёт Егор?
Юля продиктовала адрес, но, конечно, она не могла не поинтересоваться, зачем, собственно, мне знать, где живёт Егор. Впрочем, я бы тоже поинтересовалась.
- А тебе по какой надобности?
- Потом, Юля. Всё потом.
Я сбросила вызов и повернулась лицом к Юре. Бог миловал, парень спал, и, скорее всего, не слышал разговора.
Быстро, в потёмках, но я всё-таки оделась и выбежала на улицу. Вызвав такси, принялась судорожно набирать номер Егора.
- Абонент недоступен, - равнодушно сообщил автоответчик, а я в досаде плюнула, и запрыгнула в вовремя подъехавшее такси.
Через пять минут я уже стояла в подъезде и звонила в квартиру Егора. Буквально через две секунды он открывает дверь, точно стоял в коридоре.
- Всё нормально? Что случилось? - тараторю я, забежав в квартиру. За спиной захлопывается дверь и я тяжело вздыхаю. - Что случилось? - вторично спрашиваю я, таращась на него испуганными глазами.
- Мы можем поговорить?
Я киваю, он берёт меня за запястье и ведёт на балкон.
Выйдя на балкон, вдыхаю свежий воздух. Егор отпускает меня и подвигает стул. Кожа горит от его прикосновения, тру пальцами запястье, а он берёт другой стул и ставит его прямо напротив меня. Когда он садится, то оказывается так близко, что наши колени почти соприкасаются.
- Так о чем ты хотел поговорить? - спрашиваю я самым суровым тоном, на который способна.
Егор делает глубокий вдох, смотрит мне в глаза, а я слежу за его пальцами, которыми он перебирает свои волосы.
- Прости меня, - говорит он, а я отвожу взгляд. Он наклоняется ближе. - Ты меня слышишь?
- Слышу.
Я смотрю на него. Он ещё больший псих, чем я думала, если считает, что может просто попросить прощения - и я забуду тот кошмар, который терплю от него почти ежедневно. Сначала подколки, и неприятные фразы в мой адрес, потом он заставляет меня что-то к нему почувствовать, а потом уходит, свалив все чувства на меня, а я пытаюсь объясниться перед Юлей. А последние две недели он усиленно делает вид, что мы вовсе не знакомы.
- С тобой чертовски трудно разговаривать, - говорит он, садясь.
Егор берёт со стола бутылку виски и делает большой глоток.
- Со мной трудно? Да ладно, Егор! А чего ты ещё ожидал? Ты жесток со мной, слишком жесток, - говорю я, закусывая губу.
Я не хочу перед ним реветь. Юра ни разу не доводил меня до слёз, за все годы знакомства мы несколько раз ссорились, но я ни разу так не расстраивалась, чтобы плакать.
- Я не хотел.
- Нет, ты хотел. Ты это знаешь. Ты делаешь это намеренно. Меня ещё никто так не унижал за всю мою жизнь.
Я ещё сильнее кусаю губы. В горле стоит ком. Но если я заплачу, он победил. Именно этого он и добивается.
- Тогда почему ты со мной сейчас? Почему бы тебе просто не перестать обращать на меня внимание?
- Если бы я... Я не знаю. Поверь, что с завтрашнего дня я так и сделаю.
- Нет, пожалуйста, не надо.
- Разве тебе не всё равно? Тебе же не нравится, что рядом с тобой такое жалкое существо, как я? Ты хочешь, чтобы я прекратила обращать на тебя внимание? Пожалуйста!
Если б знать слова, которые доставят ему те же страдания, что он постоянно доставляет мне, я бы их произнесла.
- Я хотел сказать... я тоже жалок.
Я смотрю на него в упор.
- Ну, с этим, пожалуй, я спорить не буду.
Он снова делает глоток, но когда я тянусь к бутылке, отклоняет руку назад.
- Только тебе можно напиваться? - спрашиваю я, и он криво улыбается.
Егор протягивает мне бутылку. Я не должна этого делать, но подношу бутылку к губам. Делаю глоток, кашляю, и Егор посмеивается.
- Ты часто пьёшь? Кажется, ты говорил, что никогда, - напоминаю я.
Мне нужно снова рассердиться на него за то, что он наговорил.
- Прошлый раз - примерно два месяца назад. - Он опускает взгляд, словно ему стыдно.
- Тебе вообще не надо пить. Ты становишься ещё хуже, чем обычно.
Он с серьёзным видом смотрит на пол.
- Ты думаешь, что я плохой человек?
Да что с ним, как же он пьян, если считает себя хорошим?
- Да.
- Я не плохой. Ну, может быть. Я хочу, чтобы ты...
- Ты хочешь, чтобы я что?
Мне нужно знать, что он хочет сказать. Я отдаю ему бутылку, но он ставит её на стол. Я не хочу пить. Мне и так плохо от того, что я нахожусь рядом с ним.
- Ничего, - отвечает Егор.
Почему я ещё здесь? Меня ждёт парень, а я трачу время на Егора.
- Мне пора. - Я встаю и направляюсь к двери.
- Не уходи, - говорит он тихо.
Ноги останавливаются сами собой. Я оборачиваюсь. Егор стоит меньше чем в метре от меня.
- Почему? Остались ещё оскорбления, которые ты не успел мне сказать лично? - кричу я и отворачиваюсь.
Он хватает мою руку и рывком поворачивает обратно.
- Не отворачивайся от меня! - кричит он ещё громче.
- Мне давно уже надо было от тебя отвернуться! - отвечаю я, толкая его в грудь. - Я не знаю, почему я ещё здесь! Я оставила своего парня и приехала сюда из-за тебя! Знаешь что? Ты прав, Егор, я жалкая. Потому что прибежала сюда, потому что пытаюсь...
Он затыкает мне рот поцелуем. Я упираюсь ему в грудь, но он не двигается. Всё во мне желает ответить на этот поцелуй, но я себя останавливаю. Чувствую его язык, которым он пытается проникнуть между моими губами, и руки, которыми он стиснул меня ещё крепче, несмотря на все попытки его оттолкнуть. Бесполезно, он сильнее меня.
- Поцелуй меня, - говорит он мне прямо в губы.
Я качаю головой, и он рычит от отчаяния.
- Пожалуйста, Т/и. Ты мне нужна.
И на меня действует. Этот грубый, пьяный, ужасный человек просто сказал, что нуждается во мне - и это звучит так сладко! Егор - как наркотик; каждый раз, когда я получаю маленькую дозу, мне нужно всё больше и больше. Он поглощает все мои мысли.
Его губы снова сливаются с моими, но я уже не сопротивляюсь. Не могу. Я знаю, что это ничего не решит, меня засасывает всё глубже, но это сейчас неважно. Важны только эти его слова: ты мне нужна.
Может быть, я так же отчаянно нужна Егору, как он мне? Сомневаюсь, но сейчас мне хочется верить, что это так. Он кладёт ладонь мне на щеку и проводит языком по моей нижней губе. Я вздрагиваю, и он улыбается. Я слышу шорох и отстраняюсь. Егор прерывает поцелуй, но объятия его всё так же крепки, а наши тела тесно прижаты друг к другу.
- Егор, мне пора. Мы не можем это продолжать, это плохо для нас обоих, - говорю я, глядя в пол.
- Можем, - говорит он, задирает мне подбородок вверх, заставляя смотреть прямо ему в глаза.
- Нет, не можем. Ты меня ненавидишь, и я не хочу больше быть грушей для битья. Ты пудришь мне мозги. То ты говоришь, что не можешь без меня, то уходишь от меня, оставляешь объясняться перед Юлей. - Он пытается меня прервать, но я закрываю ему губы пальцами и продолжаю: - Минуту назад ты целовал меня и говорил, что я тебе нужна. Я перестаю быть собой, когда мы вместе, и слышать потом всё то дерьмо, что ты говоришь, просто невыносимо.
- Какая ты, когда ты со мной? - смотрит он в ожидании ответа.
- Я становлюсь кем-то, кем я не хочу быть, кем-то, кто обманывет своего парня и постоянно плачет, - поясняю я.
- Знаешь, кем ты становишься со мной? - Он гладит большим пальцем мои щеки, и я стараюсь сосредоточиться.
- Кем?
- Самой собой. Да, я правда думаю, что ты становишься настоящей собой. Ты просто слишком занята тем, что о тебе думают другие, чтобы осознать это.
Не знаю, так ли это, но он говорит так уверенно, что на секунду я сама верю в сказанное.
- И я знаю, что ты чувствовала после того, как я ушёл. Мне правда жаль... Я знаю, это было неправильно. Когда я вышел из комнаты, мне было очень хреново.
- Сомневаюсь.
- Это правда, клянусь. Я знаю, ты думаешь, я ужасный человек... но ты делаешь меня...
Минутное молчание. Почему он всегда недоговаривает?
- Закончи фразу, Егор, или я уйду прямо сейчас, - говорю я.
И я действительно собираюсь уйти.
В глазах его что-то вспыхивает, он смотрит на меня и произносит медленно, будто взвешивая каждое слово:
- Ты... Ты заставляешь меня хотеть быть хорошим... Я хочу быть лучше для тебя..
Я пытаюсь сделать шаг назад, но его объятия слишком крепки. Должно быть, я ослышалась. Но чувства сильнее меня, и, отвернувшись, я смотрю в темноту двора, пытаясь разобраться в его словах. Он хочет быть лучше для меня? В каком смысле? Это же не означает, что... или означает?
Я смотрю на него, в моих глазах слёзы.
- Что?
Он смотрит на меня так... Искренне? С болью? С надеждой? Как?
- Ты меня слышала.
- Нет. Мне кажется, я тебя неправильно поняла.
- Нет, ты поняла правильно. Ты заставляешь меня чувствовать... такое необычное чувство. Я не знаю, что с ним делать, Т/и. Поэтому делаю то, что умею. - Он замолкает и отпивает из бутылки. - Веду себя как психический.
У меня снова кружится голова.
- Ничего не получится. Мы слишком разные.
- Да, я знаю. Ты - другая. Но я не могу без тебя! И с тобой не могу...
Даже сейчас не могу свыкнуться с мыслью, что Егор пытается убедить меня, что нам будет хорошо вместе.
- Что ты предлагаешь?
- Мы могли бы... дружить?
Дружить? Егор прав, он точно психический!
- Я не стану с тобой дружить - я знаю, чего ты хочешь. У тебя это означает иметь все преимущества моего парня, фактически им не являясь.
Он покачивается и опирается на стол, ослабляя объятия.
- Разве это плохо? Зачем эти ярлыки?
Я с облегчением вдыхаю полной грудью.
- Затем, Егор! Хотя ты, конечно, мог этого не заметить, но у меня есть чувство собственного достоинства. Я не стану твоей игрушкой, особенно когда знаю, как ты умеешь вытирать о людей ноги. Кроме того, я уже занята.
Ямочки на лице Хардина проступают отчетливей, усмешка становится злой.
- И все же, посмотри, где ты сейчас.
Инстинктивно бросаю ему:
- Я люблю его, а он любит меня.
Егор меняется в лице, отпускает меня и спотыкается о стул.
- Не говори об этом, - быстро и невнятно проговаривает он.
Я почти забыла, как он пьян.
- Ты говоришь мне всё это, потому что пьян. Завтра ты снова будешь меня ненавидеть.
- Я тебя не ненавижу.
Как бы я хотела, чтобы он не имел надо мной этой власти. Я хотела бы сейчас просто уйти. Вместо этого остаюсь и слушаю.
- Если ты мне скажешь, что хочешь, чтобы я оставил тебя и никогда больше не говорил с тобой, я так и сделаю. Клянусь, никогда к тебе больше не подойду. Просто скажи.
Я открываю рот, чтобы сказать, чтобы он не приближался ко мне, сказать, что я никогда больше не хочу его видеть, но не могу произнести и слова.
Он поворачивается и подходит ко мне ближе.
- Скажи, что ты больше не хочешь меня видеть. - Он касается меня. Он проводит ладонью по моей руке, и по коже бегут мурашки. - Скажи, что не хочешь, чтобы я к тебе прикасался, - шепчет он, кладя руку мне на шею.
Он проводит указательным пальцем по моей ключице и снова вверх-вниз - по горлу. Чувствую, как учащается моё дыхание, когда его губы оказываются в сантиметре от моих.
- Что ты не хочешь, чтобы я тебя целовал, - говорит он, и я чувствую его теплое дыхание с запахом виски. - Скажи, Т/и, - бормочет он, и я плачу.
- Егор! - шепчу я.
- Ты не можешь сопротивляться мне, Т/и, как и я не могу сопротивляться тебе.
Его лицо уже очень близко, мы почти соприкасаемся губами.
- Останься со мной сегодня, пожалуйста, - просит он, и мне очень хочется этого.
- Мне нужно идти, - говорю я.
Егор бормочет себе под нос:
- Пожалуйста, останься! Просто останься со мной сегодня, даже если утром ты скажешь мне, что не хочешь меня больше видеть, - только, пожалуйста, останься сейчас. Это последнее, о чём я прошу тебя, Т/и.
Я киваю раньше, чем осознаю это.
- А что я скажу Юре? Он ждёт меня!
Сама не верю, что всерьёз решилась оставить его, чтобы оказаться здесь.
- Скажи ему, что решила остаться, потому что... Не знаю. Не говори ничего. Что такого он сможет сделать?
Я вздрагиваю. Он расскажет маме. Наверняка. Злюсь на Юру: я не должна беспокоиться, что мой парень наябедничает на меня маме, если я делаю что-то не так. А я делаю. Она бы не одобрила мои отношения с Егором.
- Он всё равно спит, - говорит Егор.
Я молчу. А что ответить?
- Когда у вас был последний секс?
Я смущённо отвожу взгляд.
- У нас не было ещё ни разу секса, - тихо говорю я, таращась в пол.
- Да ладно! А он не гей? - спрашивает Егор, и в его глазах вспыхивают насмешливые огоньки.
Мои глаза расширяются.
- Конечно, нет!
- Извини, просто это очень странно. Будь ты со мной... Я бы ебал тебя при любом удобном случае!
Я замираю от неожиданности. Его сквернословие действует на меня очень странно. Я отворачиваюсь.
- Пойдём в дом, - говорит он. - Перед глазами всё плывет. Думаю, спьяну я болтаю много лишнего. Пойдём. - Он берёт меня за руку и ведёт в дом.