Клянешься на мизинчиках? -Клянусь!
Вечер в дисциплинарной школе. Подростки направляются на первый урок психологии — один из самых нужных здесь.
Т/и вместе с остальными заходит в зал, где их ждала психолог. Вокруг большого стола с колбами стояли пуфики, куда и расселись ученики. Т/ф, разглядывая разные надписи, вдруг остановила свой взгляд на двух из них. Агрессия и слабость. Два вещества, из которых она состоит на 98%.
— Все нормально?
Влад озабоченно пытается понять, чем так увлечена его соседка.
— А? — Т/и отрывает взгляд от своих «врагов». — Да, все хорошо.
А тем временем психолог уже объяснила ребятам, для чего они здесь собрались. Каждый из них сейчас должен выбрать на столе колбы, которые полностью описывают их внутреннее состояние.
— Степа. — Елена обратилась к рядом сидящему парню. — Что тебя привело в стены этой школы?
— Отношения с родителями.
— Расскажи о чувствах, с которыми ты находишься дома.
Глаза Степы постепенно становились мокрыми. Т/и, смотря на него, тоже выводилась на эмоции.
— Злость, ненависть.
Психолог явно была готова выслушать парня, помочь ему.
— Я предполагаю, злость и ненависть проявляются тогда, когда с нами обращаются как-то так, как не должны обращаться.
Степа рассказывал о своём отчиме. О том, как он обращается с ним, какие ужасные слова говорит.
" Ты живешь на мои деньги. Ты питаешься моей едой."
У нас бывают драки!
Степа плакал слезами помощи, безысходности. Говоря о тех страшных вещах, которые делал с ним отчим, парень не мог сдерживать эмоции.
— Я просто напиваюсь, прихожу домой, ложусь спать и все. У меня как день сурка, каждый день одно и то же.
Парень вытер слезы с лица руками, рукавом рубашки.
— Я тебя благодарю за то, что ты сейчас так искренне поговорил настолько, насколько это возможно.
Последние слова Елены в голове Т/и слышались отдаленно. Она, потирая виски, сидела на пуфе и пыталась унять накатывающую с каждым разом панику. Девушка закрыла глаза, чтобы суметь просидеть в помещении хотя бы еще немного.
— Т/и, у тебя все хорошо?
Психолог озабоченно рассматривала темноволосую. После её фразы все подростки устремили взгляды на Т/ф.
— Простите, я нехорошо себя чувствую. — Девушка, подняв голову, глубоко вдохнула.
— Ты можешь пойти в комнату и отдохнуть. Не стоит сейчас находиться здесь наперекор своему здоровью.
Т/и, поправив волосы, молча кивнула и встала с места. На секунду, руки Влада сомкнулись вокруг ее. Многозначительный взгляд парня как-бы спрашивал «нужна ли помощь», но Т/и ясно дала понять, «нет, помощь не нужна».
***
Она шла по коридору, направляясь в комнату девочек. Слезы сами по себе катились по щекам, капая на красный ковер под ногами. Тревога накатывала, отступала, накатывала с новой волной.
Т/и знала, что бывает с ней в такие моменты. Селфхарм, порезы на запястьях — то, к чему может привести её истерика.
Залетая в комнату, девушка идет к своей сумке, намереваясь найти в ней что-то. Т/и, сидя на полу, перебирает и раскидывает повсюду свои вещи, которые не вовремя попадаются под руку. Вокруг оказалась разная одежда, книги и другое имущество Т/ф.
Однако она наконец нашла, что ей было нужно.
Маленький пакетик с лезвиями лежал на ладони Т/и, которая уже не отдавала себе отчета о своих действиях. Она вскакивает с места и направляется в туалет, вытирая щеки от слез.
Темноволосая быстро передвигается по коридору, пытаясь скорее достигнуть ванной комнаты. Заветной ванной комнаты, которая поможет забыться, забыть обо всех проблемах. Как это происходит обычно.
Желание кричать. Желание разбить зеркало, в котором отражается заплаканное лицо. Желание разорвать свои вены, выпустив наружу теплую боль.
Т/и, наклонившись к раковине, пытается прийти в себя. Но не получается, у неё не получается остановить уже обернувшийся процесс. Волна паники накатывает, и девушка уже не сдерживает эмоции. Её рука с лезвием заносится над запястьем и резко опускается.
Кровь течет по руке, капает на пол, на синюю юбку. Темноволосая садится на пол, смотря на то, что она сделала.
***
— А где Т/и?
Катя, посмотрев в другой комнате, возвращается к девочкам. Они, с недопониманием, оглядываются по сторонам в поисках подруги.
— Может, она в мед пункте?
— Или в туалете?
Не нуждаясь в обсуждении, они вместе вышли из спальни и последовали к ванной комнате. Кто-то был в недоумении, что могло случиться с темноволосой, кто-то искренне за неё переживал, а кто-то догадывался. Эти «кто-то» знали, что бывает после истерик Т/и.
Подойдя к нужной двери, девочки остановились. Катя, проявив инициативу, прижалась ухом, вслушиваясь в тишину. Не обнаружив никаких звуков, она толкнула дверь.
— Т/и?
Девушка стояла возле зеркала и рассматривала своё отражение. Слез на её лице уже не было, они давно высохли. Никаких следов крови и беспорядка кругом уже не нашлось; она успела все почистить. Т/и, найдя отражение всех своих подруг в дверном проёме, посмотрела на них незаинтересованным взглядом.
— Т/и, ты в порядке?
Она была не в порядке. В голове Т/ф происходило очень много всего, нехорошие вещи. Но разве она станет на что-то жаловаться? Нет, не привыкла.
Т/и развернулась лицом к девочкам, рассматривая каждую из них. Что ж, к ней пришли абсолютно все, даже Вероника.
— Конечно. — Она натянуто, но похоже на искренность улыбнулась. — Мне уже лучше. Сейчас проблем нет. — Т/и попутно поправила рукав блузки.
Вдруг, сама того не подозревая, девушка натыкается взглядом на оставленное ею же на полу лезвие. Оно покоилось прямо рядом с её ногой, немного окровавленное и холодное. Черт, как она могла его не убрать? Понимая, что если находка будет замечена, то это провал, Т/и быстро ставит ногу на лезвие, тем самым скрывая его от лишних глаз. Но эти самые глаза уже были прикованы к конечности темноволосой.
!Вероника!
Она слегка удивленно и растерянно переводила взгляд с ноги Т/и, под которым и было лезвие, на её лицо. Понемногу осознавая положение вещей, Вероника сменила несколько поз, чтобы не открыть рта и не произнести «а ну подними-ка ножку, дорогуша».
Т/и смотрела на блондинку, не сводя взгляда. Она догадывалась, что Вероника не будет держать рот на замке долгое время, но пусть хотя бы это случится не сейчас. А лучше никогда.
— Пойдемте в комнату.
С этими словами Вероника пробилась через девочек и направилась по коридору. Толпа начала потихоньку расходится.
— Идёшь?
Т/и, проморгавшись, последовала за Аней, размышляя.
Вероника спасла её. Почему?
***
Новый день в дисциплинарной школе — сегодня подростки направляются на испытание на ферме. Прибыв на место, они повсюду увидели жуткую грязь, глубокие лужи и… смердящих коров.
Т/и, как и остальные, недовольно морщила нос, в который забивались только отвратительные запахи фекалий. Ученики догадывались, чем они сейчас будут заниматься, но очень надеялись, что это окажется неправдой.
— У нас очень много коров, за ними нужен очень хороший уход.
Повсюду послышались имитирования «блевков», звуки отвращения и ужаса.
— За все это мероприятие будет отвечать наша староста Т/и. — Мужчина указал на рядом стоящую девушку.
Т/и, нервно улыбаясь, кивнула. Она вновь отвечает за всех и вся, и ей опять придется держать ситуацию под контролем.
— Переодевайтесь в форму.
На каком-то большом хозяйственном инструменте лежили разные вещи: синие плащи, платки, рядом стояла обувь.
Когда все были готовы к работе, подростки последовали за своим «начальником» внутрь коровника. Самих животных там было очень много, как муравьев в муравейнике. Разумеется, отвратительный смрад закрадывался в нос, вызывая желание скрыться ото всего мира.
— Снова этот прекрасный запах…
Т/и шла первая, но со временем, вдыхая ноздрями все сильнее и сильнее, она потихоньку замедляла ход. Под рукой оказалась Энрика, которая помогала передвигаться.
Дойдя до места назначения, ученики выстроились в линию. На их лицах были «кислые мины», все были недовольны такой работой. В углу стояли разные инструменты: грабли, лопаты и мëтла.
— Это уборка коровичьих какулек. Так, Т/и, напоминаю, за чистоту спросим с тебя.
— Давайте сначала решим, кто что будет делать.
Никто не слушал ни девушку, ни друг друга. Все ругались, кричали друг на друга. Т/и в растерянности искала поддержки хотя бы от кого-нибудь. Ее глаза бегали по толпе.
— Пожалуйста, послушайте.
— Вы заткнетесь или нет?!
Темноволосая удивленно посмотрела на парня, который стоял с самого краю. Она ещё не видела Влада таким разъяренным. Его глаза метались от одного к другому, кулаки были сжаты.
Он посмотрел на Т/и взглядом, а-ля «дорога расчищена, твоя очередь». Девушка была шокирована, что теперь все ребята смотрели на нее и внимательно слушали.
— Нам нужно распределить обязанности. — Т/ф уверенно оглядела присутствующих. — Я думаю, что мальчикам следует выполнять тяжёлую работу, типа выгребать это г*вно, простите, — послышались смешки, — а девочки будут работать граблями.
Все согласились и разошлись. Т/и поймала взгляд Влада, его одобряющий улыбающийся взгляд. В ответ она лишь улыбнулась, губами проговаривая «спасибо».
Работа шла слаженно, все занимались делом. Уже никто не пререкался насчет запаха и условий, стояла дружная атмосфера. Однако ей было суждено нарушиться.
— Где Даня?
Девушка сидела на корточках в стороне ото всех, бездельничая. Было неприятно, что каждый здесь трудится, а она предпочла отлынивать от работы.
— Даниэлла вообще ничего не делает.
Далее, у неё случилась истерика. Психанув, Даня убежала из коровника, не желая ни работать, ни поговорить с друзьями. Т/и, как староста, разумеется пошла за ней, прихватив Аню.
Девушка уходила все дальше и дальше, её возгласы отдалялись, но Т/и и Аня следовали за ней по пятам. Девочки пытались поговорить с Даниэллой, успокоить ее и, каким-нибудь образом, заставить работать, однако, все было безуспешно.
С криком Даня отбросила от себя бутылку воды и яростно ушла внутрь помещения.
— Все, я не хочу ни с кем.!
Т/и, закатив глаза, следом зашла к Даниээле, которая явно не была восхищена приходу девочек.
— Даниэлла, так не пойдет. — Т/ф взяла все в свои руки. — Ты дежурная, я назначила тебя, доверилась.
— Ты подводишь не только себя и ребят, но и меня, как старосту. Тебе не стыдно?
— Т/и, свали, бл*ть, пожалуйста!
Последняя, не удивившись такому поведению, побежденно вскинула руки и, вместе с Аней, вышла из здания.
Девочки вернулись к остальным в коровник, где кипела работа. Все трудились, что не могло не радовать Т/и; она улыбалась, осознавая, что выговора ей точно не будет.
Мальчики выполняли свою работу, более сложную, а девочки помогали и вычищали всю грязь.
— Давайте, чтобы в каждой ячейке все было чисто.
— Хорошо.
— Да, да, да…
Вся основная работа была уже почти сделана, когда Т/ф столкнулась с Владом. Парень тоже старался, но отвлекся, чтобы сказать пару слов своей подруге.
— Молодец, хорошо справляешься.
Т/и, не ожидав таких теплых слов, темболее от Влада, растерянно вскинула брови. На её лице проступила милая искренняя улыбка, которая вызвала похожую у Влада.
Собрав все экскременты, ученики переложили все в большую тележку. На удивление, она была очень тяжёлой, тяжелее коровы. Мальчики с двух сторон обхватили телегу и потащили её к выходу из коровника.
— Возьмите эту доску и подложите под тележку.
Идея девочек пошла на «ура» и с помощью доски парни справились с задачей.
Когда работа была сделана, ребята были просто счастливы. Им вместе удалось решить все конфликты и выполнить задачу.
— Вы большие молодцы. — Т/и стояла в центре толпы и хлопала над головой. — Я горжусь вами.
— Одна из коров сейчас будет рожать. — Начал «начальник». — Кто хочет помочь?
На лицах ребят застыл ужас и удивление. Никто из них ещё никогда таким не занимался, но какой же был соблазн попробовать.
Рука Т/и взметнулась вверх; на неё удивленно посмотрели подростки. Следом показалась рука Влада, а затем уже все двенадцать конечностей взмыли в воздух.
— Все?
Мужчина повел ребят к пункту назначения.
Такого зрелища не ожидал никто. Ученики стояли в полном шоке, не отрывая взгляда от начавшего «вылупляться» теленка.
Несколько парней подошли поближе и взяли в руки веревку, за которую нужно тянуть. Тем не менее, для выполнения задачи народу было недостаточно.
— Нужен ещё один человек.
— Староста, давай-ка к нам!
— Т/и, иди сюда.
Темноволосая, покапризничав, с улыбкой подошла к ребятам и схватила веревку. Вместе с мальчиками она несколько раз потянула за копыта телёнка, и, наконец, он вышел на волю.
— Он живой!
— Молодцы, я вас поздравляю.
Подростки дружно похлопали самим себе. Сегодня они все славно поработали, так еще и приняли роды у коровы.
***
Ранним утром после пробуждения ребятам предстоит отправиться на урок музыки. Девочки, заправив кровати и приведя себя и комнату в порядок, вышли в коридор, где принялись ждать парней.
— Т/и, поговорим?
Темноволосая, еще до конца не проснувшись, стояла в стороне, как услышала голос Вероники.
«Сейчас начнется шоу.»
— Ну попробуем.
Девушки отошли в сторону ото всех. Т/и догадывалась, о чем пойдет диалог, ведь именно Вероника видела то, чего не следовало.
— Давно ты режешься?
«Ага, прям в лоб. Ну и отлично, не придется долго говорить с ней.»
— Ну, знаешь, где-то лет с четырнадцати, а что?
— Давай без шуток. Ты понимаешь, о чем я.
Т/и, осознав, что здесь дело серьезное, решила быть честной.
— Тот раз был первым и единственным.
— Зачем?
Она молчала. Т/ф не знала, что сказать, как вести себя с этой блондинкой. Говорить ли правду, соврать или давить на жалость, что ей делать?
— Мне было тяжело морально. — Девушка наконец заговорила. — Думаю, тебе не нужно объяснять, что бывает в таких ситуациях.
Теперь молчала Вероника. В тот момент не только Т/и было сложно подбирать слова.
— Давай так. Больше ты этого делать не будешь. Мы здесь, чтобы меняться, а не браться за старое.
— Только вот ты этого правила не придерживаешься.
Вероника многозначительно посмотрела на Т/и.
— Я не буду никому говорить, но это пока что. Узнаю, что продолжаешь, я расскажу директрисе, завучу, кому угодно.
На этом их диалог закончился. Блондинка, последний раз глянув на Т/и, развернулась и пошла за уже удаляющимися подростками.
— Т/и, ты чего там застыла?
Темноволосая, выйдя из транса, последовала за Аней и Катей.
«Теперь буду резаться аккуратнее.»
***
Услышав музыку ещё за несколько поворотов, подростки зашли в кабинет. За пианино сидела и играла надоедливую мелодию учитель, которая выглядела очень странно. Т/и не понимала, серьёзно ли она так красится или нет.
Доиграв куплет, женщина встала со стула и развернулась к выстроившимся в ряд ученикам.
— Меня зовут Людмила Викторовна. Сегодня мы с вами займемся музыкой.
По началу ребятам было смешно и с внешности учителя, и с манеры общения. Но теперь уже было не до смеха. Скорее всего, все они не любили уроки пения, а половина вовсе на них не ходила.
— Кто-нибудь из вас знает композиторов-классиков?
Т/и напрягла мозги. На какие-то уроки музыки она все-таки ходила, а на каких-то даже и слушала.
Далее ребята по очереди стали читать имена композиторов на дальней стене за спиной Людмилы Викторовны.
— Бетховен.
— Чайковский.
Учитель не раскусила хитрости и ярко восхищалась таким знаниям. Все подростки улыбались и смеялись. Почти все.
...
Т/и аккуратно дернула парня за рукав куртки, но безуспешно. Он не шелохнулся и продолжал свои переглядки со стеной.
И тут Влад не выдержал. Он в порыве гнева схватил ранец и выбежал из комнаты, оставляя друзей и учителя в недопонимании.
Т/и молча смотрела в след парня, не успев ни остановить его, ни спросить ни о чем. В её голове промелькнула мысль пойти за Владом, помочь ему, поддержать. На самом деле, он дорог ей. Дорог, как никто другой здесь. И раз он был рядом, когда Т/и была беспомощна, то и она должна.
Однако, когда темноволосая уже встала с места и сделала шаг вперед, её взгляд упал на выскочевшего из толпы сидящих Никиту. Он быстро бросил пару слов Людмиле Викторовне и покинул класс.
Т/и не успела. Она просто не успела пойти за ним, оказать моральную помощь.
***
Она сидела все это время, которое казалось ей вечностью, в тишине и ожидании. Ребята ждали прихода Никиты и Влада, они вот-вот должны были вернуться.
— О, вернулись наши ребята.
Девушка, сломя голову, вскочила с места. Её взгляд устремился на парня, который вошёл в помещение. Даже испугавшись, Влад остановился и посмотрел на Т/и. Их взгляды встретились.
— Т/и, что с тобой?
Темноволосая, отпрянув, взглянула на Катю, своим голосом вывевшую ее из транса, а затем заметила, что весь класс смотрит на неё. Все, без исключения. И только тогда Т/и решила сесть.
— Можем продолжать?
Урок продолжился. Людмила Викторовна раздала всем листочки с текстами песни.
— Начнем разучивать песню «Чему учат в школе».
Все ребята сразу поникли. Не песня, а ужас. Сначала все пару раз пробежались глазами по тексту. Как оказалось, каждый будет петь по куплету, а хотелось хотя бы все вместе.
— Первым будет петь Никита.
Парень впал в ступор. Не он один не знал, как петь эту песню.
— «Про глаголы, про тире».
Никита начал петь. Вместе с ним подпевал Степа, и у них получалось довольно «неплохо».
И на этих двоих все пение и закончилось. Все ребята наотрез отказались петь, аргументируя своим «не дано».
— Мне это вот тут уже, вот тут.
Все расселись по сцене; кто-то просто сидел и болтал, кто-то откуда-то достал музыкальные инструменты и начал играть.
Т/и, отвернувшись от остальных, заметила Влада. Он сидел в стороне ото всех, возле стены, задумчиво разглядывая конечности.
«Ну что, тогда не получилось, получится сейчас.»
Она направилась к брюнету, который и не заметил её прихода. Т/ф села рядом с ним, увлеченно наблюдая за игрой рук Влада.
— Почему не со всеми?
Парень, не отвлекаясь от своего занятия, мельком глянул на подругу. Т/и, не зная, что ответить, тоже принялась перебирать подол юбки.
— А ты?
Их глаза встретились. Влад долго смотрел на неё, переводя взгляд с глаз на губы. Т/и, заметив это, улыбнулась в ухмылке. Однако тут же вернула свой озабоченный вид.
— Ты убежал. Почему? С тобой все хорошо?
— А не слишком много вопросов?
Т/и, почувствовав себя неловко, отвернулась от Влада, нервничая. Такого ответа она не ожидала.
— Прости. — Парень наконец заговорил. — Мне тяжело. Без сигарет. В Подольске я курил по две пачки в день, — Т/и вскинула брови, — и это не так-то просто бросить курить. Поэтому я и сорвался.
Темноволосая с сочувствием посмотрела на Влада. Курить — это реальная зависимость, Т/ф это знала по себе. Однако выкуривать по две пачки в день ей не приходилось.
— Мне жаль…
— Это не твоя вина, не нужно. — Влад поднял глаза на девушку. — Я справлюсь.
Несомненно.
— И да, Т/и, — парень снова посмотрел на нее, — я хочу поговорить с тобой по поводу того случая в первый день…
Ну вот, начинается. Т/и глубоко вздохнула и закрыла глаза, не желая вспоминать тот вечер.
— Не надо. Я уже все забыла, поэтому забудь и ты.
— Я не могу. — Влад откинул голову к стене, посмотрел на ребят, которые все чем-то занимались. — Этот случай каждый день у меня перед глазами, как дежавю. Прости меня, я не отдавал себе отчета о том, что делаю.
Он повернул голову и посмотрел ей в глаза.
— Больше такого не повторится.
Т/и молчала. Ей было приятно слышать от Влада такие слова; она улыбнулась. Брюнет непонимающе всматривался в лицо девушки, пока та уже переходила на смех.
— Почему ты смеешься? — Влад улыбнулся, видя Т/и такой веселой. — Почему ты смеешься?
— Прости, я испортила твое чистосердечное раскаяние.
Парень, продолжая улыбаться, перевёл взгляд на свои руки.
— Я правда никогда больше не причиню тебе боль.
Т/и, поймав друга на слове, резко развернулась к ниму. Она протянула вперёд руку, сжимая пальцы в кулак. Все, кроме мизинца.
— Клянешься на мизинчиках?
Влад, какое-то время с ухмылкой разглядывая руку темноволосой, тоже вытянул свою.
Их мизинцы крепко сплелись вместе.
— Клянусь.
...
Веселье прервалось приходом завуча. Ирина Петровна с грозным видом зашла в кабинет и остановилась возле пианино.
— Пойдём.
Т/и взяла Влада за руку и вскочила с места, потянув парня за собой. Вместе они встали к остальным.
— Что здесь происходит, я не могу понять. Просто отвратительное поведение.
Собрав все свои вещи, Людмила Викторовна покинула помещение. Подростки остались наедине с завучем.
— Целый день я слышу о вашем безобразном поведении. Вы это неуважение демонстрируете бесконечно. Будьте терпеливее и чуть-чуть проявляйте уважение к тем, кто все-таки что-то хочет для вас сделать.
Учеников знатно отчитали. Как оказалось, на них слишком часто жалуются, хотя идет неделя дисциплины. Но на этом Ирина Петровна не закончила.
— И тем не менее, я пришла вам сообщить, что вас ждет дискотека. Я уверена, что вы не подведете нашу школу, себя, в первую очередь, и все будет хорошо.
Не передать словами, как обрадовались ребята. За две недели учёбы здесь у них ни разу не было каких-либо развлечений. А теперь они могут как следует отдохнуть на дискотеке.
***
— Аня, затяни корсет, пожалуйста!
Сборы на дискотеку в полном разгаре. По всей комнате туда-сюда бегают девочки. Кто-то ищет серьги, кто-то духи, а кто-то потерял свою юбку. Т/и, красуясь возле зеркала, разглядывает коричневую юбку в пол и чёрный корсет поверх белоснежной рубашки.
— Как село хорошо…
К девушке подходит наряженная Аня, которая за мгновение затягивает корсет на спине Т/ф.
— Спасибо большое, правда, дышать теперь тяжело, но не проблема.
Девочки посмеялись. Т/и подбегает к кровати, надевая каблуки, а за ними украшения. На шею распыляет вкусно пахнущий парфюм, красит губы темно-лиловой помадой.
— Вау, Т/и! Да ты красотка.
Вероника. Темноволосая, перестав расчесывать волосы, смотрит на неё через зеркало. Да, сама Вероника одета тоже неплохо, но с каких пор она делает ей комплименты?
— Спасибо, ты тоже ничего.
Практически все уже были готовы, когда девушка из съемочной группы заглянула в комнату и сказала, что уже пора идти. Т/и, посмотрев на себя в зеркало и попутно болтая с Машей, улыбнулась своему отражению и последовала к двери.
— Давайте быстрее, — девушка на ходу открыла дверь, не глядя на проход, — я снаружи.
Т/и шагнула в коридор и тут же наткнулась на парня. Его волшебный синий пиджак впился ей в глаза.
— Ого, девушка, будьте аккуратнее.
Темноволосая сразу узнала голос друга и подняла глаза, улыбаясь.
— Взаимно, Владислав, вы меня чуть с ног не сшибли.
Влад, восхищаясь речью подруги, посмеялся. Он внимательно разглядывал Т/и с ног до головы, переводя взгляд с затянутого корсета на лиловые губы.
Т/и, уловив его «глазное путешествие», ухмыльнулась.
— Что, настолько хорошо выгляжу?
— И не говори.
Помолчав, Влад хотела добавить что-то ещё, какую-то важную вещь, но резко открывшаяся дверь помешала ему.
— Ой, — Аня вместе с девочками вышли в коридор, — мы не вовремя.
— Ничего страшного, — сказала она, не отводя игривого взгляда от Влада, — я ждала вас.
***
— Все девчонки — десятки по всем параметрам.
Дискотека началась. Т/и сидела с остальными на диване и о чем-то болтала. Слева стоял большой стол с едой и напитками, но пока никто особо не обратил на него внимания. Все были обескуражены сценой и большим залом.
Влад стоял возле сцены и смотрел по сторонам. Он и не заметил, как к нему подкралась Т/и.
— Как дела?
Парень облегченно выдохнул.
— Нормально все. Ты как?
— Супер. — Темноволосая прижалась к Владу плечом и пальцем указала на Валеру. — Посмотри, как на Аню смотрит.
Влад устремил свой взгляд на обездвиженного Аней Валеру. Он смотрел на нее, как на принцессу, которую он вот-вот должен спасти и подарить поцелуй.
«Знала бы ты, что я смотрю на тебя точно так же, Т/и…»
— Ты чего завис?
— Я не завис. — Парень вернул свой взгляд на подругу, удивленно таращуюся на него. — Да, очень мило. Думаю, у них что-нибудь получится.
Пока ребята разговаривали, остальные уже во всю разбирали стол с едой.
Там была газировка, по типу тархуна и лимонада, как было принято в молодости родителей; много фруктов, сладостей.
— О, здесь винишко есть.
На столе среди всего стояли две бутылки с вином. Т/и по привычке подбежала и схватила одну из бутылок, вертя в руках. Не удержавшись, она откупорила её и поднесла ко рту.
— Т/и!
Однако голос Никиты не успел остановить ее — одна третья бутылки оказалась внутри девушки. Отстранившись от горлышка, она недоуменно уставилась на бутылку.
— С*ка, это вишневый сок.
Кто-то из ребят засмеялся над наивностью Т/и, кто-то расстроился, а кто-то осуждающе посмотрел.
— Т/и, ты чем думала? — Никита стоял возле девушки и уже повышал голос. — Ты сдержаться не могла?!
— Никита, успокойся. Там все равно не алкоголь.
— Т/и, это неважно. Мы тут избавляемся от вредных привычек, преподаватели решили нас проверить, а ты эту проверку не прошла!
Т/и, не желая больше ни с кем ругаться и провести этот вечер без ссор, села на диван к остальным.
Пока все тихо отдыхали, к подросткам пришел ведущий. Он вышел на сцену и подошёл к микрофону.
— Рад приветствовать вас на этой замечательной дискотеке семидесятых. Сегодня сюда пришли гости!
В зал зашли приглашенные ровесники ребят, однако последние вовсе не были этому рады. Т/и сидела с Энрикой и Катей на диване и чего-то ждала. Не могло быть так, что дискотека без танцев.
И она думала правильно.
— Пришло время объявить белый танец. Девушки не стесняются, парни не ломаются.
Ко всем по очереди стали подходить то девушки, то парни. В центре зала в медленном танце уже кружила пара Ани и Валеры, а Т/и ждала. Она ждала, пока он ее пригласит.
И тут темноволосая отчетливо заметила какого-то парня, идущего прямо к ней.
«Что ж, не с ним, так с этим.»
Т/и уже подняла подбородок, разглядывая своего будущего партнера по танцам, как вдруг перед ней возник синий пиджак.
— Т/и, не составишь мне компанию?
Влад протянул ей руку. Т/и, стараясь не завизжать от радости, встала с места и ответила на протянутую руку своей.
— Несомненно.
Влад взял инициативу на себя и повел ее в центр зала. Т/и, оглядываясь по сторонам, увидела радостные взгляды Кати и Вероники, которые что-то тихо обсуждали. Девушка же успела лишь улыбнуться им, как на ее талию легла рука.
— Позволишь?
После короткого кивка, Влад положил на ее талию и вторую руку. Т/и, обняв брюнета шею, смущенно улыбнулась.
Они начали танцевать.
Никто из них не осмелился сказать что-либо, ведь оба были увлечены танцем. Тела слились в одно, движения плавно перетекали из одного в другое.
— Неловко молчать.
Влад начал диалог, призывая Т/и посмотреть на него.
— Даже не знаю, — Т/ф улыбнулась, — что в таком случае нужно говорить.
— Скажи, что ты чувствуешь.
Она замялась. Т/и стеснялась его, его прямых вопросов, которые он задает прямо в лоб.
Но ей было так хорошо.
— Мне приятно.
Влад улыбнулся. На самом деле, он ужасно переживал, даже не меньше Т/и.
— Мне тоже.
Однако далее случилось ужасное. Их танцу, который мог привести к чему-то более глубокому, было суждено прерваться. В зал зашли воспитатели и объявили о конце дискотеки.
— Спасибо за танец.
Влад ухмыльнулся и отстранился.
— Ещё повторим.
***
Конец недели — церемония выгона. Подростки вошли в зал и расселись по местам. Т/и в этот раз переживала до дрожи в коленках. Она была старостой, и если вдруг за ними остался какой-то косяк, то она встанет на этот красный ковер.
— Здравствуйте, ученики и ученицы. Подошла к концу неделя, которая была объявлена дисциплинарной.
— А теперь вопрос. Скажите, пожалуйста, кто из вас на дискотеке курил?
Четыре руки взметнулись вверх. Витя, Степа, Антонио и Влад. Т/и впервые узнала, что такое было на дискотеке, и сидела с круглыми глазами.
— Вы же прекрасно знаете, что это нарушение дисциплины. Ваши родители именно потому и отправили вас к нам. Они надеялись, что с этой привычкой вы расстанетесь.
Начался разбор полетов. Сначала отчитали Валеру за срыв урока физкультуры, затем был разговор с Машей по поводу ее ухода с испытаний, а потом настала очередь Т/и.
— Т/и. — Директриса посмотрела на девушку. — На этой неделе ты была старостой. Как ты сама оценишь проделанную работу?
Т/и молчала. Она помнила про свой проступок на дискотеке, когда она порывалась выпить вишневый сок, думая, что это вино. Но кто знает, сколько еще у неё косяков?
— Я думаю, что я была неплохой старостой. — Темноволосая думала, что еще сказать. — Мы с ребятами хорошо постарались на этой неделе.
Преподаватели чего-то ждали. По их виду Т/и понимала, что они знают что-то, чего не знает она.
— Тем не менее, — в диалог вступила Ирина Петровна, — на дискотеке ты не то, чтобы не предотвратила, ты даже не заметила того, что твои одноклассники курили и делали то, чего не стоило.
— Я была занята собой, поэтому не смогла уследить за остальными. Это моя вина.
— К тому же, ты была первой и единственной, кто вырвался пить содержимое бутылки из-под вина. Разумеется, ты не знала, что в ней вишневый сок, но ты, Т/и, выпила достаточно много.
Добили. Сердце Т/ф ушло в пятки, она не знала, что говорить, как поступить. Что нужно сказать, как себя вести, чтобы не быть в зоне риска на выгоне.
— Я не сдержалась, но я работаю над этим. Такого больше не повторится.
Преподаватели, не ответив ничего, перешли к Энрике. Впоследствии узналось, что у девушки есть второй мобильный телефон, которым она все это время пользовалась. Далее учителя провели беседу с Катей по поводу ее поведения с утра.
— Итак, преподавательский состав готов назвать имена тех, кто сегодня является претендентом на то, чтобы покинуть нашу школу.
Все сидели, как на иголках. Каждый здесь переживал, что может попасть в тройку худших.
— Энрика.
Девушка, кивнув, прошла на ковер. Т/и переживала за нее, ведь Энрика может покинуть проект просто из-за телефона.
— Маша.
— И, к моему огромному сожалению, Т/и.
Мир внутри рухнул, когда она услышала свое имя. Т/и, прийдя в себя, встала с места и прошла к Энрике. По лицам ребят было понятно, что никто не ожидал увидеть на ковре Т/и.
По ее щеке пробежала слеза.
Эта неделя запомнится ей надолго.
— По нашим правилам, у каждого из вас есть несколько минут для того, чтобы убедить ваших товарищей оставить вас в школе.
Начала Маша. Т/и не слушала, о чем говорят девочки, она не думала, что будет говорить сама. В ее голове была лишь одна фраза.
«Я не смогу.»
«Я не смогу.»
Темноволосая понимала, что проект — ее последний шанс, и нигде ей не было так хорошо, как здесь. С друзьями. С Владом.
— Т/и.
Она подняла глаза на преподавателей и тут же отвела их. Ей было сложно смотреть на учителей, на друзей, даже в пол.
— Эта неделя была довольно сложной для меня. Быть ответственной, как оказалось, не так то просто. — По щеке Т/и одиноко ползла слеза. — Но я никогда еще не чувствовала себя такой счастливой, как тут. В этой школе я могу быть собой. — Она подняла глаза на ребят и посмотрела в глаза каждому. — И только вы можете помочь мне раскрыться.
Т/и хотела остаться тут, просто чтобы понять, как жить дальше, как ей быть с ее родителями. Если она сейчас вернется домой, то первым, что она сделает, это разрежет себе запястья. И порезы будут гораздо глубже, чем обычно.
Началось голосование.
— Витя.
— Я отдам свою книжку Т/и.
Т/и покорно подошла к стопке книг и положила себе одну. Она поняла, что надежда есть.
— Степан.
— Я считаю, что книга должна достаться Т/и.
— Влад.
— Т/и.
Темноволосая, в душе улыбаясь, положила себе еще одну книгу. Она видела слезы Влада, как он переживал за неё. Это была самая лучшая поддержка.
— Аня.
— Т/и.
–Валерий.
— За Т/и.
— Антонио.
— Т/и.
— Даниэлла.
— Энрика.
Энрика положила себе одну книгу. У Маши по-прежнему не было ни одной.
— Вероника.
Вероника долго думала и смотрела на стопки книг.
— Т/и.
«Неожиданно.»
— Катя.
— Маша.
— Выбор очевиден. Т/и, ты можешь занять место среди ребят.
Т/и, смахивая с глаз слезы, слезы счастья, села на своё место. Она почувствовала, как ее рука крепко сжалась в руке Влада.
— Т/и, посмотри на эту стопу книг. Цени это.
— Я правда не ожидала, спасибо вам.
Теперь самый волнительный момент вечера: на ковре стоят Маша и Энрика. Кого из них оставят преподаватели?
— Ну а теперь, кто покинет школу, а кто останется, будет решать педсовет.
Молчание. Девочки волновались, но больше это было видно по Маше.
— Маша.
Она рванулась со своего места к девочкам, которые встретили ее с распростёртыми объятиями, тем временем, как Т/и начала плакать.
Ее подруга уходит, и, возможно, они больше никогда не встретятся.
— Это было непростое решение для нас, трудно отпускать самых лучших.
— Ты уходишь, потому что ты сейчас меньше всех нуждаешься в нашей помощи.
Затем классный руководитель подошел к Энрике и развязал ей галстук.
Энрика покинула проект на второй неделе обучения в дисциплинарной школе...
Примечания:
Долго меня не было... Но глава снова гигантских размеров)
В четвёртой главе уже больше интригующих моментов, а вот в следующей будет еще интереснее, я обещаю!!
я поняла, что в отношениях изображаю Влада не так, как он обычно ведёт себя в жизни колледжа, но так интереснее))
Я писала эту главу больше времени,чем остальные. Хотелось бы увидеть от вас активности. Это мотивирует)